Читаем Sleepwalking (СИ) онлайн бесплатно

========== Часть 1 ==========

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

Лучи у наших ног в гостиной без огней.

Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,

Как и сердца у нас за песнею твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,

Что ты одна — любовь, что нет любви иной,

И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,

И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,

И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,

Что ты одна — вся жизнь, что ты одна — любовь,

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,

А жизни нет конца, и цели нет иной,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

(А. А. Фет, 2 августа 1877 год)

На зимней улице небольшого японского городка постепенно вечерело. Приближалась череда праздников, к которым люди спешат по своей обыкновенности закупиться подарками. Та самая предновогодняя суета, знаете. Иногда это надоедает: хочется скрыться от всего этого в свой, какой-то неведомый никому потаённый уголок, где никто не сможет тебя найти. А потом, как-нибудь ближе к кануну Нового года, щёлкнуть пальцами и вернуться в эту волшебную зимнюю сказку. Валил густой снег — он надоедал жителям города уже несколько дней. Совершенно никто не хотел обращать на него внимания, лишь отмахиваясь, словно он уже порядочно измозолил глаза, только дети стремились как можно чаще смотреть в небо, наблюдая за падающими белыми искорками.

Город походил на ожившую сказку с праздничной открытки или старой, ветхой книги, в которой хотел бы оказаться каждый. Витрины магазинов наконец выставили за целый месяц до празднования подарки по скидкам, предлагая товары по сниженным ценам, кругом мигали разноцветные огоньки, а в центре города принимались наряжать большую ёлку. Мальчишки, пробегающие мимо витрин, то и дело показывали пальцами на сладости за кристально-чистым стеклом кондитерского магазина: там были леденцы разных форм, цветов и размеров. Машины постепенно вставали в пробку, дворники на лобовом стекле со скрипом убирали наваливший за короткий промежуток времени мокрый снег. Водители то и дело тяжело вздыхали, качая головами: на часах была уже половина шестого вечера, а это значило, что к ужину в кругу семьи они явно не успеют.

К полу-опустевшей дороге приближался скрип сапог по снегу. Их обладательницей была девушка лет двадцати пяти — она торопилась домой с работы, чтобы переодеться и забрать своего малыша, который наверняка уже соскучился по ней за целый день, из детского садика. Девушка то и дело осматривалась по сторонам, из-за чего длинные, нежно-коралловые волосы, в которые забился мокрый снег, разметались ещё больше по капюшону простого бежевого пальто, подчеркивающего её стройную талию тонким чёрным поясом. Она была небольшого роста, худа и изящна. Тело то и дело подрагивало от лёгкого мороза, и Сакура плотнее куталась в своё пальто, выдыхая воздух ртом. Этот воздух постепенно превращался в клуб пара, устремляясь куда-то вверх. Её длинные ресницы прикрылись — прямо в зелёные глаза залетела белая, снежная мокрая муха, и девушке пришлось зажмуриться от неприятного холодного ощущения.

- Не знаю, Ино. У меня Юки. Я бы не хотела оставлять его дома одного, - пожала плечами Сакура, тяжело вздохнув и крепче прижав к себе сумку.

В руке, облачённой в чёрную кожаную перчатку, она держала телефон, прижимая его к аккуратному ушку. Это звонила её подруга, интересуясь, соберутся ли они в скором времени снова со всеми остальными девушками, которых хорошо знала Сакура. И девушка даже не знала, что ответить на приглашения и на просьбы Ино прийти: её маленький сын явно не захочет её отпускать одну. Более того, оставить-то его и вправду не с кем — Сакура растила этого маленького принца совершенно одна.

- Приводи его с собой, - слегка улыбнулась девушка на другом конце трубки, пожав плечами. - У Хинаты ведь есть Химавари — Наруто на работе, отпустил её уже, сказал, чтобы и Химавари с собой взяла. А ты с собой возьми Юки. Они поиграют.

Это было очень хорошим предложением, из-за чего Сакура не могла не улыбнуться алыми губами. Она опустила глаза, посмотрев себе под ноги, чтобы ненароком не наступить в ворох снега, и отправилась дальше быстрым шагом, обежав какого-то весьма медлительного мужчину в костюме и кожаной куртке.

- И что? Во сколько? - поинтересовалась она, выдохнув и вновь осмотревшись по сторонам. Сердце постепенно увеличивало резвость стука из-за ускоренного движения его владелицы.

- Приходите завтра к четырём, - задумчиво проговорила Ино.

- Спасибо, обязательно придём, - закивала Сакура, вновь улыбнувшись.

Весь быт, в котором она жила вот уже около пяти лет, поглотил её с головой настолько, что иной раз попросту хотелось вырваться. Сакура уставала от этой жизни, порой плакала по ночам, когда её маленький сынок не мог этого видеть. Юки рос здоровым и хорошим мальчиком, и девушка делала всё, чтобы он был счастлив. Это было нелегко — её старания вознаграждались постоянными крепкими объятьями маленькими ручками и короткими поцелуями в щёку. Пожалуй, эта обыденность, буквально съевшая Сакуру заживо, отчасти даже ей нравилась: видеть каждый день своего любимого сына, обнимать его, играть с ним, гладить его по чёрным густым волосам… всё это она делала постоянно, и Юки был единственной радостью в её жизни.

- Давайте, мы вас ждём, - кивнула Ино, всё так же улыбаясь. - Ещё Тен-Тен собиралась прийти, Темари… Карин, кажется, - вздохнула собеседница Сакуры, припоминая. - Не дай бог, она Суйгецу в наш коллектив притащит. Ты же знаешь, как он ненавидит всё наше женское общество.

- Да и зачем он нам? - тихо засмеялась Сакура, пожав плечами.

- И правда, - Ино хохотнула в ответ. - Сай вот ради меня согласился, между прочим, пойти куда-нибудь пейзаж пописать.

Сакура даже догадывалась, как Ино выглядела в этот момент: наверняка с гордостью вздёрнула палец и немного заносчиво улыбнулась.

- Ишь какой рыцарь, всё для тебя, - усмехнулась девушка, немного покачав головой.

Что она испытывала в такие моменты? Завистью это было сложно назвать… порой Сакуре не хватало мужского внимания, в котором буквально купалась её лучшая подруга. В очередной раз испустив тяжёлый вздох, Сакура подошла к краю тротуара, собираясь перейти дорогу, пока машин, как ей казалось, не было. Слева стоял какой-то крупный грузовик, из которого вышел мужчина с планшетом, — должно быть, доставлял подарки почтой — а справа — совершенно пустынная и чистая дорога, посреди которой где-то в снегу затерялись машины, мигающие красноватым светом.

- Конечно, - довольно хмыкнула блондинка в трубку.

- Я уже подхожу. Вечером созвонимся, - прервала разговор Сакура, тяжело вздохнув и вновь осмотревшись по сторонам.

- Хорошо, до скорого.

Она повесила трубку, быстро убрав телефон немного заледеневшей рукой в карман пальто. Подумать только, казалось, ничто не предвещало беды… но стоило только Сакуре выйти на дорогу, буквально ступить на неё носком чёрного сапога, как водитель, торопившийся куда-то, резко затормозил, закричав от неожиданности и неизбежности происходящего у себя в машине. Колёса жалобно взвизгнули, стараясь остановиться изо всех сил, однако не смогли этого сделать, к великой жалости владельца машины.

Крик боли. Снова визг тормозов. Разговоры людей, которые и без того надоедали каждый день своим вечным жужжанием. Хлопанье двери машины — и из красного «Ауди» выбежал взволнованный полный мужчина, снимая шапку и принимаясь обмахиваться. На его широком лбу выступили крупные капельки холодного пота, а сердце готово было разорваться. Нет, нет, он не переживал сейчас за то, что будет с ним… куда больше его волновало то, что станет с девушкой, лежащей на асфальтированной дороге, запорошенной прессованным снегом.

Движение машин резко прекратилось, и время как будто остановилось: секунды превратились в часы, часы — в сутки. Лежащая на асфальте девушка, несмотря на то что сильно пострадала и была сбита, была прекрасна. Её длинные нежно-розовые волосы разметались по дорожному снегу… и от виска текла небольшая струйка ярко-алой крови. Глаза были закрыты, ресницы дрожали… и тушь с них потекла, а вместе с ними — крохотная хрустальная слезинка. Алые пухлые губы были приоткрыты, лишь слегка обнажая белые резцы передних зубов… и на нижней губе постепенно скапливалась капелька крови — она была разбита. Бледная кожа привлекала к себе взгляд каждого, будто светясь… и румянец её щёк, освещаемый машиной, тут же испарился.

Нежность её образа соединилась с болью, невинность — с порочностью. Люди столпились вокруг потерявшей сознание Сакуры, приоткрывая рты и озираясь по сторонам, переговариваясь между собой. Несчастный водитель, который и представить себе не мог, что из-за грузовика, стоящего у тротуара, выйдет девушка, — причём, надо сказать, на пешеходный переход — вытирал пот со лба сложенной вдвое шапкой, тяжело дыша. От удара машины, как оказалось, она отлетела, благо, не попав под другую, которая точно так же резко затормозила. Мужчина медленно подошёл к лежащей в неестественной позе девушке, тяжело дыша и нервно посматривая на людей — наверняка они сейчас вызовут полицию…

На глазах у всех он перевернул её на спину осторожным, но резким движением. Девушка, казалось, даже не дышала, и её верхние веки, как это обычно бывает у спящих людей, ничуть не дрожали. Неужели насмерть?.. только такая мысль и билась в голове мужчины, который опустился рядом с телом на корточки. Оно постепенно остывало — это было заметно по бледнеющему лицу и только слегка подёрнувшимся инеем длинным ресницам. На его ладонях была её алая кровь. Кровь. Именно кровь, не что иное. Нет, не та бутафорская кровь, которая используется на съёмках фильмах, а самая настоящая. Самая настоящая кровь на широких толстых ладонях, принадлежащая ни в чём не повинной девушке, которая наверняка спешила к своему маленькому сыну. А может быть, и к молодому человеку?..

- Девушка… девушка, вы живы?.. - выдохнул водитель, достав из кармана плотных джинсов телефон и принявшись дрожащими пальцами набирать номер скорой помощи, беспокойно оглядываясь на людей.

Ему больше ничего не оставалось делать. Что, неужели лучше просто взять и сесть в машину, уехав? Неужели он оставит её здесь, такую оледеневшую, пострадавшую?.. ведь наверняка её можно будет спасти! Мужчина был в этом уверен. На его потускневшие от возраста серые глаза постепенно наворачивались слёзы, и понести наказание он ничуть не боялся — сейчас он об этом не думал. Его заботила судьба этой несчастной девчушки в бежевом пальто, которое, облепленное снегом, от многочисленных царапин и ссадин постепенно пропитывалось изнутри кровью.

В том, что пролита эта кровь, виноват только он…

Карета скорой помощи приехала довольно быстро, и это было весьма странным явлением. Во всяком случае, мужчина, сбивший Сакуру, обрадовался этому. Прямо из машины выскочили два молодых человека в синей форме, а следом — врач средних лет со светлыми волосами и янтарно-карими глазами. Нерадивый водитель лишь наблюдал за тем, как безвольное тело погрузили в машину и стали осматривать прямо на месте, проверяя пульс. Он чувствовал такую растерянность, которую не ощущал, наверное, никогда в жизни. Казалось, он был мальчишкой, который именно сегодня не подготовил домашнее задание и получил за это «двойку». Опустив полысевшую голову, он усердно протирал её шапкой, задумавшись о том, что будет дальше. Ну, погрузили её в машину скорой помощи… и что дальше? Выживет ли она? Как сильно она пострадала? Что будет с её близкими, когда они узнают об этом инциденте и непременно станут искать виновного? Мужчина даже не мог оценить тот ущерб и то количество боли, которое принёс ей и её родным, наверняка ждущим её домой.

Врач принялась о чём-то спрашивать, задавать какие-то односложные вопросы: мужчина то кивал, то мотал головой, чувствуя себя виноватым… и все те люди, столпившиеся вокруг, с укором смотрели на него. А взгляд их холодных, даже холоднее, чем свежевыпавший снег, глаз только и говорил: «Это ты во всём виноват!» Не справившийся с машиной водитель этого и не отрицал: да, он был виноват в том, что лежащая в карете скорой помощи девушка теперь балансировала на грани жизни и смерти, то наступая на лезвие острого ножа, то проходясь по гладкому месту, где ей ничего не грозило и где её сердце принималось биться чаще.

Приехавшая врач принялась звонить по телефону пострадавшей девушки на последний номер, с которым она разговаривала только что. Это было необходимо, потому как кто-то должен был приехать в больницу и сообщить о ней все данные. Женщина довольно долго слушала гудки, сжав губы в тонкую полоску, и уже хотела было сбросить и позвонить на другой, как вдруг на другом конце раздался весёлый и довольный голос девушки:

- Алло, Сакура? Забрала Юки?

Знала бы она, что Сакура так и не смогла даже дойти до детского садика…

- Здравствуйте, Ино. С вами говорит Нацуки Токуэно — я врач сто тридцать пятой больницы. Вашу сестру — или подругу — серьёзно сбила машина, мы отвезём её в больницу. Как зовут эту девушку? - серьёзно проговорила врач монотонным голосом.