Читаем След надежды онлайн бесплатно

Детектив Кэри Локк проснулась с каким-то непонятным чувством. Она не чувствовала себя так, как чувствуют себя люди после здорового и долгого сна. Сердце выпрыгивало из груди, и она вся была покрыта липким потом. Ощущения напоминали скорее возвращение к реальности после потери сознания, чем обыкновенное пробуждение.

К тому же она была не в кровати. Она лежала на диване в своей гостиной, а детектив Рэй Сэндс, ее партнер, с которым она недавно еще и начала встречаться, сидел рядом, обеспокоенно склонившись над ней.

Она попыталась спросить у него, что произошло, но во рту так пересохло, что язык прилип к гортани и ей удалось издать лишь невнятный хрип. Она не помнила ничего – ни того, как она попала сюда, ни того, что произошло до ее обморока. Но, судя по всему, должно было произойти нечто из ряда вон выходящее.

Глядя на Рэя, она поняла, что он не находит слов. А это совсем было на него не похоже. Он был не из тех, кто ходит вокруг да около. Двухметровый афроамериканец, полицейский Лос-Анжелеса, профессиональный боксер в прошлом, который потерял свой левый глаз в бою. Он всегда и во всем шел напролом.

Кэри попыталась было приподняться на локтях, но Рэй остановил ее, мягко придержав за плечо и покачав головой.

– Полежи еще немного, – сказал он. – Пока еще ты выглядишь не очень бодро.

– Давно я в отключке? – прохрипела Кэри.

– Не сказать, что недавно, – ответил он.

– Но из-за чего я вырубилась? – спросила она.

Рэй изумленно посмотрел на нее, и уже было собирался что-то ответить, но сдержался. Он явно был растерян.

– Что такое?

– Разве ты не помнишь? – недоверчиво спросил он.

Кэри покачала головой. Ей показалось, что у нее загудело в ушах, но нет, звук исходил извне, и это был чей-то голос. Она повернула голову в сторону кофейного столика. На нем лежал ее телефон. Он был включен, и на другом конце кто-то что-то говорил.

– Кто на проводе? – спросила она.

– Телефон упал, когда ты потеряла сознание. Мне надо было привести тебя в чувство, и я во всей этой суматохе положил его туда.

– Кто это? – снова спросила Кэри, отметив про себя, что он попытался уйти от ответа.

– Сьюзан, – с неохотой сказал он. – Сьюзан Грейнджер.

Сьюзан Грейнджер – пятнадцатилетняя проститутка, которую Кэри в прошлом году избавила от сутенера и устроила в приют для девочек. С тех пор между ними установились близкие отношения. Кэри стала чем-то вроде наставника побитой жизнью, но энергичной девчонки.

– Но почему Сьюзан позво…?

И тут воспоминания обрушились на нее, накрыв мощной и мрачной волной боли. Сьюзан позвонила Кэри и рассказала, что ее собственная дочь, Эви, которая было похищена шесть лет тому назад, будет вынуждена принять участие в одном гнуснейшем мероприятии.

Сьюзан узнала, что завтра вечером в каком-то доме на Голливудских холмах Эви продадут на аукционе. Покупатель, назначивший самую высокую цену, сможет вступить с ней в интимную связь, а потом она будет убита в ритуальном жертвоприношении.

Так вот из-за чего я отключилась.

– Дай мне телефон, – скомандовала она Рэю.

– Не думаю, что ты сейчас в состоянии, – сказал он, понимая, что память уже могла вернуться к ней.

– Дай мне этот чертов телефон, Рэй.

Он молча подал ей телефон.

– Сьюзан, ты все еще здесь? – спросила она.

– Что случилось? – обеспокоенно воскликнула Сьюзан. – Минуту назад вы разговаривали со мной, а потом исчезли. Я слышала какие-то звуки, но вы не отвечали.

– Я вырубилась, – призналась Кэри. – Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя.

– О…, – тихо простонала Сьюзан. – Извините, это все из-за меня.

– Ты тут ни при чем, Сьюзан. Просто ты меня огорошила. Слишком много всего сразу, особенно учитывая то, что я сейчас не совсем в форме.

– Как вы? – спросила Сьюзан. В ее голосе сквозило беспокойство.

Дело в том, что пару дней назад Кэри получила травмы в результате серьезной схватки с похитителем детей. Ее выписали из больницы лишь вчерашним утром.

У нее на лице были синяки после драки с похитителем. Еще у нее наблюдался ушиб грудной клетки и отек колена. Но ее общее состояние, по мнению врачей, не препятствовало ее выписке.

Похититель, психопат-фанатик, Джейсон Петросянц, отделался не так легко. Он содержался в больнице под вооруженной охраной. Похищенная им девочка, двенадцатилетняя Джессика Рейни, поправлялась дома со своей семьей.

– Со мной все будет в порядке, – успокоила ее Кэри. – Всего лишь пара ушибов и синяков. Я рада твоему звонку, Сьюзан. Всегда лучше знать правду, и неважно насколько она горька. Зато теперь я могу попытаться что-нибудь предпринять.

– Но что вы можете предпринять, детектив Локк? – спросила Сьюзан, чей голос почти сорвался на крик. – Мне известно, что Эви – «приз крови» на Висте. Но я не знаю, где это будет происходить.

– Успокойся, Сьюзан, – твердо сказала Кэри. Она приподнялась и уселась на диване.

Голова еще кружилась, и она не возражала, когда Рэй, сев рядом с ней, положил руку ей на спину, чтобы ее поддержать. – Мы обязательно выясним, где это. Но сначала расскажи мне все, что тебе известно об этой Висте. Говори все, что знаешь. Вообще все. В данном случае важна любая подробность, которую ты только сможешь вспомнить.

– Вы уверены? – нерешительно спросила Сьюзан.

– Не беспокойся обо мне, я в порядке. Просто мне нужно было пару минут, чтобы прийти в себя. Не забывай, я детектив отдела пропавших без вести. Это моя работа. И то, что речь идет о моей дочери, никак этого не меняет. А теперь рассказывай.

Она включила громкую связь, чтобы Рэй мог слышать разговор.

– Ладно, – ответила Сьюзан. – Итак, у кучки богатеньких извращенцев есть свой клуб на Голливудских холмах. Они устраивают секс-вечеринки. Они называют это «Вечеринки в Хилл-Хаус». Там всегда полно девушек, большая часть которых – несовершеннолетние проститутки, такие же, как я. Вечеринки зачастую проводятся раз в несколько месяцев, и чаще всего они уведомляют о начале их проведения всего за несколько часов, присылая смс. Пока все понятно?

– Абсолютно, – ответила Кэри. – Я помню, ты уже рассказывала мне об этом. Напомни, что такое Виста.

– Виста – эта их самая крупная вечеринка. Она бывает только раз в году, и ее точная дата никому не известна заранее. О ней они обычно уведомляют загодя, потому что никому из них не захотелось бы ее пропустить. Наверное, поэтому моя подруга знала о ней до наступления завтрашнего вечера.

– Так значит Виста чем-то отличается от остальных вечеринок в Хилл-Хаусе, да?

– Да. На обычных вечеринках богач покупает любую приглянувшуюся девчонку и делает с ней все, что вздумается. Мужчины могут выбрать кого угодно, девочки могут быть заняты хоть всю ночь. Но на Висте все иначе – организаторы выбирают одну девушку, которая должна быть чем-то особенной. И ее они назначают «призом крови».

Внезапно она умолкла, и Кэри поняла, что та просто боится ранить ее чувства, чувства того, кто помог ей выкарабкаться из грязи и обрести надежду на будущее.

– Все в порядке, Сьюзан, – настойчиво сказала Кэри. – Продолжай. Я должна знать все.

На другом конце провода послышался глубокий вздох.

– Действо начинается около девяти вечера. Сначала все происходит как на обычной вечеринке в Хилл-Хаусе. Но потом приводится девушка, которая назначена в качестве «приза крови». Я говорила, что она должна быть своего рода особенной. Она может быть девственницей. Или же ее похитили в тот же день, и она засветилась в новостях. Однажды в этой роли была юная звезда, которая потом подсела на наркоту и очутилась в подворотнях.

– А в этом году – это Эви, – подсказала Кэри.

– Да. Есть одна девчонка, Лупита, мы с ней вместе работали в районе Венис. Она до сих пор работает на улице и слышала, как какие-то ребята говорили, что в этом году это будет дочь полицейского. Они называют ее «поросенком».

– Весьма оригинально, – с горечью пробормотала Кэри. – Ты хочешь сказать, что они выбрали ее, потому что я подобралась к ним слишком близко?

– Именно так, – подтвердила Сьюзан. – Им надоело постоянно прятать ее. Они говорят, что из-за нее вы дышите им в затылок. Поэтому они думают, что проще ее прикончить и оставить где-нибудь ее тело, чтобы вы знали, что она уже мертва и прекратили поиски. Мне очень жаль, детектив.

– Продолжай, – сказал Кэри. Она начала чувствовать онемение в конечностях, ее голос звучал глухо, будто бы доносился откуда-то издалека.

– Они устраивают аукцион. Ставки очень крупные – иногда они достигают сотен тысяч. Эти ребята вполне платежеспособны. К тому же, тот факт, что она ваша дочь, будет их подогревать и ставки будут подниматься все выше и выше. И думаю, что им всем интересно, чем это закончится.

– Об этом давай поподробнее, – попросила Кэри, закрыв глаза и готовясь к тому, что она может услышать. Она услышала, что Сьюзан запнулась, но не стала на нее давить, понимая, что той нужно собраться с силами. Рэй придвинулся к ней еще ближе и обнял ее за плечи.

– Победителя аукциона приглашают в отдельную комнату, пока идет подготовка «приза крови». Они ее купают, наряжают в дорогое платье, делают вечерний макияж. Затем ее отводят в комнату к победителю, где он может с ней делать все, что ему захочется. Есть только одно правило – он не должен бить ее по лицу.

Кэри отметила, что Сьюзан заговорила сухим отстраненным голосом, будто бы отгораживаясь от собственных эмоций, чтобы суметь закончить рассказ. В этом ее сложно было винить. Девушка продолжала.

– То есть, понимаете, он может сделать с ней все что угодно. Он не может лишь бить ее по лицу, потому что она должна выглядеть надлежащим образом на предстоящем событии. Но никого не обеспокоит потекшая от слез тушь. Это лишь прибавит драматизма, а это им нравится. Единственное правило – никаких синяков.

– Что потом?

– Мужчина должен закончить до полуночи, потому что в это время совершается последнее жертвоприношение. На нее надевают свежее платье и привязывают к столу. Она может быть связана не слишком туго, чтобы иметь возможность слегка брыкаться, но не сильно. Они это любят.

Даже с закрытыми глазами Кэри почувствовала напряжение Рэя. Казалось, он перестал дышать. Она тоже затаила дыхание, но заставила себя выдохнуть воздух из легких, дождавшись паузы в рассказе Сьюзан.

– Мужчина надевает на себя черную мантию с капюшоном, скрывающим лицо, – продолжила она. – Это потому, что действо транслируется на экране в главном зале. Может быть, даже ведется запись. Полагаю, что никто из них не желает светиться на камеру, совершая убийство несовершеннолетней девочки.

– Когда все готово, мужчина встает позади нее. Он совершает какой-то ритуал, не знаю какой. Затем он берет нож и, когда стрелка часов достигает полуночи, перерезает ей горло. Они снимают на камеру, как она умирает. Участники ритуала произносят какие-то слова. Потом они выключают камеру, и вечеринка продолжается. Это все.

Наконец Кэри открыла глаза. По ее щеке стекала слеза, но она не вытирала ее. Она испытывала странное удовольствие от того, что слеза обжигает ей кожу, словно ползущая струя пламени.

До тех пор, пока она могла поддерживать огонь праведной ярости в своем сердце, она была уверена, что сможет спасти Эви.

Они долгое время молчали. Кэри не могла произнести ни звука. Ее с головой накрывали потоки ярости, кровь вскипала в жилах, отдаваясь резкой пульсацией в пальцах.

Наконец Рэй откашлялся.

– Сьюзан, это партнер детектива Локк, Рэй Сэндс. Могу я задать тебе один вопрос?

– Конечно, детектив.

– Откуда тебе все это известно? Ты была на одной из этих вечеринок?

– Я говорила детективу Локк, что, когда мне было одиннадцать, меня приводили на вечеринку в Хилл-Хаус. Больше я там не бывала, но я знаю и других девочек, которые там были. Одна из моих подруг была там дважды. Можете себе представить, как распространяются слухи. Любая девчонка в Лос-Анджелесе знает о Висте во всех подробностях. Это уже стало городской легендой. Сутенеры даже пользуются этим, чтобы держать своих девочек в ежовых рукавицах. «Только начни выкаблучиваться – и «приз крови» в этом году тебе обеспечен». Только на самом деле это вовсе не легенда.

Что-то в тоне Сьюзан – смесь страха и грусти – вырвало Кэри из ее молчаливого оцепенения. Эта девочка за несколько последних месяцев достигла большого прогресса. И Кэри думала, что погружать ее в воспоминания о той ужасной жизни, которую она вела, жестоко и несправедливо. Сьюзан и так подверглась эмоциональной встряске, рассказав все, что знает. Теперь нужно позволить ей снова быть просто ребенком.

Это дела взрослых.

– Сьюзан, – сказала она, – я очень благодарна тебе за информацию. Я знаю, как нелегко тебе было рассказывать мне это. Но благодаря тебе мы теперь сможем начать розыск Эви. Я хочу, чтобы ты забыла обо всем этом. Обещаешь?

– Я могла бы попробовать еще что-то разузнать, – настаивала девочка.

– Нет. Ты уже и так сделала достаточно. Обещаю держать тебя в курсе. Но сейчас ты должна сосредоточиться на учебе. Может, прочтешь новую книгу Нэнси Дрю, и мы с тобой обсудим ее на следующей неделе. Дальше мы будем действовать сами, детка.

Они попрощались, и Кэри повесила трубку. Она посмотрела на Рэя.

– Думаешь, теперь у нас есть  хорошие шансы разыскать Эви? – скептически спросил он.

– Нет, но ей этого я сказать не могла. Может, у нас и не так много зацепок, но начало положено.

Кэри и Рэй сидели в закусочной Ронни, погруженные каждый в собственные раздумья. Утренняя суматоха в невзрачном заведении Марина-дель-Рей уже улеглась, и теперь большинство посетителей неторопливо наслаждалось завтраком.

Рэй настоял, чтобы они вышли на улицу, и Кэри согласилась. Она была одета более небрежно, чем обычно – в рубашку с длинными рукавами и выцветшие джинсы; поверх она накинула легкую куртку, так как январское утро было довольно прохладным.

Бейсболка была натянута на лоб, а светло-русые волосы, которые она обычно собирала в хвост, ниспадали на ее лицо, прикрывая синяки, что снижало вероятность ненужных взглядов прохожих.

Кэри потягивала кофе в занятой ими кабинке, ссутулившись, что скрадывало ее и без того не слишком внушительную фигуру. Кэри почти стукнуло тридцать шесть, она была не особо приметной женщиной ростом под метр семьдесят. В последнее время она стала носить более облегающую одежду, поскольку завязала с выпивкой и вернулась в форму. Но сегодня она надеялась оставаться незаметной.

После назначенного врачами двухдневного постельного режима было приятно выйти на улицу. Но, кроме этого, она также надеялась, что смена обстановки настроит ее на нужный ход мыслей касательно поиска Эви. И в некоторой степени это оправдалось.