Читаем Сладкая добыча (СИ) онлайн бесплатно

====== 1. Прогулка в лесу. ======

Лоренс покрутился перед зеркалом. Красиво очерченные пеленой темных ресниц, большие карие глаза его возбужденно блестели. Он облизал свои розовые губы и кокетливо поправил прическу – достаточно длинную косу, в которую он, следуя современной моде, вплел пестрый шелковый шнурок.

Волосы были его главным, как он считал, достоянием. Это была густая копна струящихся серебристых вперемешку с золотистыми прядей, настолько длинными, что их приходилось постоянно завязывать в высокий хвост или заплетать.

Омега поспешно открыл шкаф, скинул с себя домашнюю одежду и предстал полностью обнаженным. Он был отлично сложен, невысокий, но изящный и длинноногий, без жириночки на теле, его можно было даже назвать хрупким. Стесняясь собственной наготы, Лоренс быстро натянул на себя кружевной комплектик – бирюзового цвета шортики и маечку, а потом влез в джинсы и пушистый свитер.

Конечно, он не собирался раздеваться перед своим альфой на самом их первом романтическом свидании, которое они решили провести наедине, но все же... Если уж что-то случайно и откроется взгляду его возлюбленного, то пусть это будет красиво.

Лоренс отступил от зеркала, окинул себя взглядом и улыбнулся, оставшись всецело довольным своим внешним видом. Его симпатичное личико со слегка вздернутым носиком сияло от радостного предвкушения.

Со Стивеном они встречались уже несколько месяцев, разумеется, в строжайшей тайне.

Родители берегли Лоренса, словно зеницу ока, ведь он был единственным ребенком в семье и главной надеждой. Папа и отец омеги понимали, какой редкостной красотой обладал их ненаглядный сыночек, и с большой ответственностью подыскивали ему хорошую партию. Им должен был стать альфа не моложе двадцати пяти лет, уже крепко стоящий на ногах, надежный, как скала, и, разумеется, очень богатый.

Но пока родители считали, что их сын слишком молод для брака и не отягощали его этой проблемой, однако встречаться с альфами Лоренсу было категорически запрещено, даже просто для дружбы. У него был один лишь друг, тоже омежка, по имени Хьюго. В школе они сидели рядом за партой и даже вместе собирались поступать учиться на флористов, так как оба любили цветы.

Итак, наш омега собрался на прогулку, и, чтобы скоротать время, с чинным видом присел к окну с пяльцами в руках, в ожидании, когда за ним заедет Хьюго.

Машинально нанося стежок за стежком, Лоренс внимательно прислушивался к своему организму. Цикл у него еще не установился. До этого времени он перенес уже две течки, и обе они были просто ужасны. Папе даже пришлось брать отпуск на работе, чтобы находиться рядом с ним, и, чтобы хоть иногда пару часиков поспать, привязывать юного омежку к кровати.

Эти дни Лоренс вспоминал с содроганием. Внутренности его так неистово выкручивало, а мышцы ануса столь невыносимо сладостно сокращались, извергая из себя густую и пахучую смазку, что единственным желанием в распаленном мозгу стало только то, чтобы в попку ему затолкали какую-нибудь огромную штуку. Все равно какую, ведь, казалось, только она могла дать ему необходимое облегчение, пусть, даже если бы она его и порвала, только бы заполнила его зудевший и ненасытный зад.

Он стонал, выл, метался тогда на кровати, простыни и прокладки, пропитанные смазкой, приходилось менять каждые несколько часов. Но родители оберегали его здоровье не менее, чем девственность, поэтому никаких таблеток ему не дали.

Сейчас в попке у Лоренса слегка зудело, но боли не было, поэтому он посчитал, что до следующей течки еще не менее недели, и можно было, не опасаясь курьеза, безопасно пофлиртовать со Стивеном.

Из размышлений его вывел гудок автомобиля. Это заехал Хьюго. Лоренс схватил свою сумочку и бросился в прихожую. Рядом с ним тут же возник папа.

- Ты почему без шапки? – обеспокоенно спросил он сына.

- Па, я в капюшоне, – капризно отозвался Лоренс, застегивая свою белую меховую куртку.

- А рукавички взял?

- Взял, они в карманах!

- Смотри не замерзни!

Папа принялся заматывать ему на шее шарф.

- Ну, па, – Лоренс отстранился, – я же иду на день рождения, а не на прогулку в лес! Мы поедем на машине. Я не замерзну.

- Постарайся вернуться пораньше, не гуляй до утра! Надеюсь, на день рождения к Хьюго не приглашены какие-нибудь альфы?

Лоренс в ужасе округлил глаза и отрицательно затряс головой, всем своим видом показывая нелепость этого предположения, так как красавчика Хьюго берегли еще больше, чем его самого, и никаких альф к нему не подпускали даже на пушечный выстрел. Омега чмокнул папу на прощание в щеку, выбежал на улицу и сел в машину к другу.

- Все по плану? – шепотом спросил он.

Тот кивнул, и они поехали в сторону вокзала.

- Смотри, не выдай меня, – тихо говорил Лоренс, хотя в машине они были одни, и никто их не мог слышать. – Ведь это мой единственный шанс побыть со Стивеном наедине!

- Не целуйтесь, – предупредил Хьюго. – Я как-то поцеловался с одним альфой в кино, и дома мой отец унюхал от меня запах альфы, хотя я нажевался жвачки и обрызгался папиными духами. Знаешь, что было? Он оттаскал меня за волосы, а на следующий день повел к омегологу, там меня посадили на специальное кресло, задрали ноги и засунули мне палец в зад!

- Боже, какой ужас, – содрогнулся Лоренс. – Как ты пережил этот позор?

- Чуть сознание не потерял. Потом меня полгода держали под арестом и даже перевели на домашнее обучение. Помнишь?

- Да, мне ты сказал тогда, что заболел.

- Ага. Как бы не так! Просто стыдно было сказать тебе правду, что я целовался с альфой, и отец меня заподозрил...

Лоренс печально вздохнул. Он еще никогда не целовался с альфой, разве, что только во сне. Оказывается, и даже эту малость нельзя. Ну ничего, придется обойтись без поцелуев. Это все равно лучше, чем шататься по кафешкам и паркам, рискуя встретить знакомых, которые непременно сразу донесли бы его родителям.

Они подъехали к вокзалу.

- Ну, все, пока. Придерживайся нашего плана, – сказал Лоренс на прощание. – Я – железно у тебя на дне рождения. Надеюсь, ты простишь меня, что мы в такой день не вместе, и не будешь без меня скучать?

- Да, ладно, так и быть. Если не врать, то от тоски можно умереть, без любви. Утром ты меня уже поздравил, подарок подарил. Гуляй уж... Но, смотри, осторожнее. Не позволяй этому Стивену лишнее, а то и тебя к омегологу потащат.

Лоренс покинул своего друга и побежал на перрон, заскочил в нужную электричку, в условленный вагон. Ехать было не долго, всего пять станций, это где-то тридцать минут. Омега разволновался, но тут как раз ему перезвонил Стивен и сказал, что уже ждет его на станции. Лоренс воспрянул духом, все было вроде в порядке и шло по плану.

Наконец на своей остановке он вышел из вагона и упал в объятия возлюбленного. Стивен был крепким и темноволосым альфой его возраста, немного мрачноватый и занудный, но зато он умел красиво ухаживать, дарил цветы, покупал конфеты и мороженное.

- Это далеко? – спросил у него Лоренс.

- Далековато, да еще дорогу занесло, – виновато ответил Стивен, – вчера ведь была метель. Но я посмотрел, там кто-то проехал на снегоходе, так что пройти можно.

Юный альфа раздобыл ключи от дачи у одного своего знакомого. Зимой домик пустовал, вот там молодая парочка и решила провести время наедине. Они, взявшись за руки, пошли в сторону леса. По пути им повстречалась табличка – предупреждающий треугольник с красной каймой и изображенным в нем волком.

- Тут есть волки? – опасливо спросил Лоренс.

- Да какие волки! – небрежно отмахнулся Стивен. – Это старый знак, малыш. Всех волков давно уже перестреляли. Теперь здесь понастроили дач.

Лоренс послушно топал за ним и вскоре забыл про знак. В зимнем лесу было удивительно красиво и пахло свежестью. Они шли по тропке, проложенной снегоходом. Постепенно снег становился глубже, а колея все менее заметной, пока и вовсе не исчезла в пышном сугробе. Они остановились.

- Ну, и куда идти? – капризно хмуря свои изящные брови, спросил Лоренс. – Ты меня тут заморозить решил? Где же твоя дача?

- Сейчас, сейчас, – услужливо засуетился Стивен. – Стой здесь, котеночек мой, а я пройду в ту сторону. Мне кажется, что мы немного сбились с пути. Вот, возьми.

И он протянул Лоренсу карамельку. Омежка вздохнул и кинул конфетку в рот, поглядывая вслед Стивену, который пошел в сторону группы раскидистых деревьев. Вскоре альфа скрылся из вида, и омега остался один. Он посасывал леденец и нетерпеливо притоптывал. Ноги, тем временем, начали подмерзать, а щеки пощипывать от легкого мороза. Лоренс надел рукавички, потер ими лицо и потуже затянул шарф на шее.

Неожиданно в стороне, куда ушел Стивен, раздался короткий, но надрывный крик, настолько жуткий, что Лоренс сразу понял, что произошло что-то страшное. Сначала он стоял, затаив дыхание, однако вскоре все же набрался смелости и на ватных направился по следам Стивена.

Он обошел несколько деревьев и взору его открылось ужасающее зрелище.

Стивен лежал на земле, а над ним, вцепившись альфе в горло, стоял огромный серебристый волк, размером больше, чем любой, даже самый крупный, взрослый альфа! Тело Стивена сотрясалось в судорожных конвульсиях, и он захлебывался в предсмертном хрипе, а зверь, не разжимая мощные челюсти, продолжал душить его, одновременно, с видимым наслаждением, глотая человеческую кровь.

Лоренс приоткрыл было рот, чтобы дико заорать, но голова его вдруг закружилась, свет перед глазами померк, и он мягко осел в снег, потеряв сознание.

====== 2. Кровавая охота. ======

Никогда в своей жизни Зигфрид еще не голодал столь люто. Зима в этом году выдалась на редкость морозная и снежная, а дичи было совсем мало. Волк мог охотиться на зайцев, но для того, чтобы загнать ловко петляющего ушастого требовалось чуть ли не половина дня, а мяса на нем почти не наблюдалось, на один зуб.

Пробовал Зигфрид охотиться и на белок, но получилось еще хуже, ведь он не умел лазить по деревьям, а рыжие плутовки, отсыпаясь в дуплах на желудях, не спускались на снег. От голода он опустился до такой степени, что пытался выкапывать мышек из их норок. Но что, мышка? Это для него, как зернышко, на один укус. Зиг уже потерял чуть ли ни треть веса, нагулянного с осени. Дошло до того, что он стал раскапывать снег в поисках прошлогодних семян и мерзлых корешков. Голодными глазами он провожал пролетающих мимо птиц. И почему у него нет крыльев?

Ранее Зигфрид избегал людей и, уж тем более, никогда старался не убивать их. Но однажды на него устроили облаву четверо здоровенных альф. Матерые и бесстрашные охотники, они выследили, где находилось его логово, и напали.

Зиг убил тогда их всех, а потом впервые в жизни попробовал человеческое мясо. Оказалось изумительно вкусно, но из соображений безопасности он покинул нажитые места и переселился подальше от людей, примерно километров за сто от ближайшего жилища.

И вот теперь голод выгнал его к людям. Волк устроил засаду близ железнодорожной станции. Его план был прост – напасть на одинокого упитанного альфу (омеги в счет не шли, так как эти особи имели, как правило, сравнительно небольшой вес, а мяса в них и вовсе не найти), убить его, кровь выпить, а тело дотащить до своего логова, заморозить в сугробе и постараться потом протянуть, как можно дольше, до лучших и более сытных времен.

Два дня Зигфрид провел в сугробе рядом со станцией, но и тут ему хронически не везло. Никто не приезжал в этот дачный поселок среди зимы, да еще и метель поднялась. Пару раз проходили компании охотников, но волк поостерегся на них напасть, ведь они могли оказать нешуточное сопротивление, да еще и убить. Он с трудом терпел голодные спазмы, болезненно терзающие его поджарый живот.

И вот случилось чудо! Из вагона одной электрички вышел молоденький альфа, вполне толстенький и по виду очень вкусный. Волк сразу же приподнялся со своего лежбища и принял охотничью стойку. Ему не терпелось напасть на этого юнца и вонзить зубы в его сочную плоть, он чуть собственной слюной не подавился.

Однако прибывший альфа не спешил идти в лес. Он стоял на платформе и, похоже, ожидал еще кого-то. Зиг голодал уже так долго, что час-другой совсем ничего не решал, и он застыл, словно изваяние, невидимый в своей засаде.

Минут через тридцать, в следующей электричке, к этому аппетитному альфе подъехал миниатюрный омежка, и они, взявшись за руки, вместе пошли по колее, оставленной вчера снегоходом местного лесничего.

Зигфрида совсем не волновало, что забыли в зимнем лесу эти дети, и жалости к ним он совершенно не испытывал. Ведь перед ним была еда! Волк по-прежнему интересовался исключительно альфой, омежку убивать не было ни малейшего смысла, только лишний грех брать на душу.

Некоторое время Зигфрид крался за ними по кустам, так легко и бесшумно, что под его мощными лапами ни разу не хрустнула ни одна веточка. Скоро парочка остановилась, альфа завертел головой по сторонам. Понятно было, что бедолаги сбились с пути. И вдруг альфа пошел прямо в сторону волка.

Мгновение, и в прыжке Зигфрид вцепился юноше в горло, клыком пробив артерию. Парень даже заорать толком не успел, а волк с упоением уже высасывал из него такую теплую и сладкую кровь, которая тут же живительным эликсиром разливалась по его телу, согревая и восполняя утраченные силы.

И тут на полянке, где царила кровавая расправа, появился тот, второй, омежка. Самое смешное и неожиданное было, что он даже не попытался убежать или закричать, а просто свалился замертво в сугроб, не иначе, как скончался от разрыва сердца.

Волк был не в силах оторваться от горла своей жертвы, пока полностью не насытился и не высосал всю кровь, ведь альфа был такой нежный и вкусный, совсем “молочный”, видимо еще не знавший ни табака, ни спиртного.

После этого Зиг смачно облизнулся и приблизился к омеге, чтобы проверить, жив тот или же мертв. Он уткнулся своей мордой в волосы паренька и шумно втянул в себя ноздрями его запах. От омежонка так восхитительно пахло фруктовой конфеткой, свежей молодостью, а сам он источал слабый, тонкий аромат зрелой земляники.

Зигфрид невольно облизнулся. Несомненно, это была самая сладкая добыча, которая попадалась ему за всю его, правда, пока еще недолгую жизнь, так как волк был сам еще достаточно молод, и на человеческие годы ему приходилось не более двадцати лет.

Он быстро соображал, как же ему поступить. Тем временем уже начало темнеть, и вновь разгулялась непогода, вокруг замело, засвистел пронизывающий и ледяной ветер.

Понятно, что труп скоро замерзнет и его занесет снегом, поэтому разумнее всего было вернуться за ним завтра, а сейчас позаботиться об омежке. Волк еще несколько секунд рассматривал прекрасное лицо паренька, его плотно сомкнутые, темные и пушистые реснички на бледных щеках, нежный овал лица и красиво очерченные губы.