Читаем Сквозь трещины боли (СИ) онлайн бесплатно

Вы слышали сказку про карту без масти?

История жизни, история страсти.

По горлу ножом, словно в воду без вздоха.

Узнаешь вкус крови? Попробуешь?

Сдохни…

Я книга про зло, без последней страницы,

И все расскажу вам про небо без птицы.

На каждое слово, по поводу боли,

Отвечу всем, кроме той раны без соли.

Меня рисовали, прозрачны страницы,

Я вижу людей, но где же все лица?

Сквозь кисти и холст меня режут без крика.

На память, с собою, в подарок, убита.

От жизни отколота, ото сна оторвись

От мертвого шепота навеки проснись

Я всю жизнь на нитки, катушки по полкам,

Лежат и пылятся, не жалко, без ломки.

Без смысла, увесисто бьют чьи-то стрелки,

Дороги без цифр: так сухо, так мелко.

Моменты по каплям, до смерти мгновенья,

Остались секунды, мне хватит терпенья.

Мне хватит лишь взгляда, мне хватит лишь звука,

Нужна лишь та дверь, что пропустит без стука.

Услышь, я кричу, я терплю чьи то муки.

Вглядись, я же здесь, я держу твои руки,

Я вспомнила, как мы все вместе пропали,

Как вместе дрожали, по небу летали.

Вы слышали сказку про жизнь без трагедий?

Без боли, без войн, без любви и без смерти

Ты веришь в ту сказку, где нету оскала?

Не веришь?

Не верь

Ее нет

Я мечтала…

© история смерти.

Как ты можешь ждать,?

Улетая в небеса.

Как ты можешь ждать?

Видишь на щеке твоей слеза.

Как ты можешь жить?

Уповая на рассвет.

Как ты можешь жить?

Когда вокруг никого нет

Septem Voices

Song: Evanescence — Lithium

Я медленно, с протяжным стоном, открыла глаза, голова раскалывается на части от боли. Вижу в комнате тусклый свет, исходящий от мерцающей лампы. В попытках пошевелиться, понимаю что привязана к стулу. Сердце от ужаса бешено застучало, вот-вот готовое вырваться наружу через рёбра.

Пытаясь взять себя в руки, я медленно оглядываюсь по сторонам: меня окружает комната без окон, разрушенная мебель, обрывки газет, проломленный пол, затхлый запах — это заброшенный дом. Очередной кошмарный сон?

Я напрягла мозг, чтобы вспомнить что произошло, последние воспоминания медленно, но верно возвращались, оставляя след.

Был поздний вечер. Я стою около кинотеатра — жду Чонгука: он пригласил меня посмотреть фильм, но почему-то задерживается. Вдруг крепкие руки схватили сзади, я не вижу преступника. Перед глазами мелькнула тряпка и закрыла собой нос и рот. Вдыхаю едкий, сладковатый запах. В глазах поплыло, руки и ноги не слушаются, наступающий ужас уже не тревожит. “Хлороформ” — промелькнула последняя мысль и темнота полностью поглотила меня. — Нет, нет, нет… Только не это… Не хочу снова это испытывать, — начинаю биться в истерике, до крови кусая губы…

И снова новое воспоминание о старом настигли меня.

Мрачное место, похожее на пещеру. Все залито кровью. Крик сестры. Это ад…

— Наконец пришла в себя… Ну, здравствуй, Анна.

Воспоминание прервали, я поднимаю глаза и вижу лицо, которое хотела бы забыть. Именно это лицо моя сестра видела в последний раз, когда искра жизни в ней погасла — это красивое лицо изверга, который пытал меня и мою сестру близняшку.

— Алекс…

— Рад нашей встрече.

Он проводит обухом ножа по моему лицу. От прикосновения холодного металла задрожала ещё сильнее, голубые глаза парня не отрываются от меня, прожигая своим взглядом. Сейчас я вижу в них дьявола, а когда-то была влюблена, за что и поплатилась.

— Анна, знаешь, я был удивлён, что тогда ты выжила.

— …

— Хочешь узнать почему ты снова в моих руках?

— …

Я молчу: страх сковал всё тело, связывая своими крепкими нитями и пробираясь в глубину души.

— Во всем виноват твой новый любовник — Чон Чонгук… Его предупреждали, чтобы прекратил рыть под нас… Он не успокаивался… Но ты не бойся, я тебя не трону… Пока что…

О чём он?

— Ну же, Анна, улыбнись. Мне нравится твоя улыбка… Хотя… Улыбка твоей сестры намного ярче. Ой, я забыл ведь твоя сестра больше никогда не улыбнется, ведь я принёс её в жертву… До сих пор помню её теплое трепещущее сердце в моих руках….

На лице Алекса появилась отвратительная гримаса: закатанные глаза, приоткрытый рот и напряженная нижняя челюсть. Мой желудок не выдерживает и выворачивается наизнанку. Меня стошнило прямо на его обувь.

Резкая боль обрушивается на мою голову, в глазах плывёт, рот наполнился кровью — этот изверг ударил меня по лицу.

— Сука…

В гневе произносит этот урод и заносит руку для следующего удара. Сглатываю кровь, вместо того чтобы выплюнуть — боюсь. Зажмуриваясь и напрягаясь, готовлюсь принять ещё удар, но удара нет, открываю глаза, на свой страх и риск, и ужасаюсь.

Его лицо исказилось, на губах оскал, люди не могут так скалиться, даже дикие звери на такое не способны. Голубые глаза засветились в прищуре. Он проводит языком по своим зубам. Из его рта вырывается тихое, гадкое хихиканье.

Мороз прошёл по коже, вытаскивая животный страх из глубин моего сознания.

Это плохо! Очень плохо!

— Анна, знаешь, я обещал Чону, что тебя не трону. Похоже придется взять свои слова обратно….

Ужас пробирает до костей, кровь остановилась в жилах, не могу вздохнуть от страха, зато сердце колотится, как бешеное, наверное, его стук можно услышать за пару метров от меня. Пытаюсь не подавать вид, что мне страшно, но не могу контролировать эмоции.

Увидев моё выражение лица, этот изверг начинает громко смеяться, обнажая белые зубы.

— Какая прелесть….

Он делает шаг — я снова напрягаюсь, но он проходит мимо, к столу, где стояла лампа, и открывает ящик. Алекс достаёт тиски, и снова подходит ко мне, и крутит орудием перед моим лицом

НЕТ!!! НЕ НАДО!!!.

Он обходит стул на котором я сижу, и берёт меня за руку. Я сжимаю пальцы в кулак, но он с силой, чуть не ломая, разжимает их. Острая боль пронзает мизинец правой руки, словно, его опустили в кипяток. Прикусываю нижнюю губу, чтобы не закричать, не хочу радовать этого ублюдка. Тоже самое повторилось и с безымянным пальцем. Я начинаю задыхаться от боли, не издавая никакого звука. Боль нестерпимая, всепоглощающая, но это только цветочки: я не понаслышке знаю.

Дьявол снова подходит ко мне, его громкие шаги эхом стучат в ушах. Он разжимает свою руку. Она вся в крови — моей крови, а на ладони лежат мои ногти.

Тошнота вновь подступает и рвотный позыв не заставляет себя ждать. Но как хорошо, что желудок уже опустошён.

С лёгкой усмешкой Алекс кладёт вырванные ногти мне на колени и внимательно рассматривает мое лицо. Стараюсь отвернуться, но он крепко сжимает мой подбородок и поворачивает к себе.

— Готовься… — нежная, полная любви улыбка искажает его рот.

Алекс встаёт, разворачивается и выходит за дверь.

Я не могу оставаться тут, надо успокоиться и бежать… Но шок, который испытываю от боли, не даёт прийти в себя… Мне вырвали всего лишь два ногтя, но боль не отпускает всё тело.

Соберись!

Медленно вдыхаю и выдыхаю, начинаю вести математический счёт, тело понемногу начинает успокаиваться, разум проясняется. Пора действовать… Концентрирую всё своё внимание на связанных за спиной руках. Руки связаны не крепко, и благодаря моим гибким суставам я легко могу освободиться. Стараюсь не обращать внимания на боль, но случайно задеваю покалеченными пальцами верёвку, и меня словно молнией пронзает и вырывается стон. Мысленно ругая себя за слабость, ещё крепче смыкаю челюсти.

Из-за не утихающей боли, пришлось повозиться с путами на руках — на это ушло около десяти минут. Слишком долго, времени нет, он может вернуться в любую минуту.

Медленно встаю и очень осторожно шагаю, прислушиваясь к звукам за дверью. Мое тело напряжено, готовое сорваться к бегству в любую секунду от любого шороха, но там тихо. Я слегка приоткрываю дверь, меня встречает кромешная тьма. Быстро без промедления шагаю за дверь и бегу наощупь в неизвестном мне направлении.

Темно. Ничего не вижу. Не вижу пола, не вижу своих вытянутых рук. Бегу вслепую, прислушиваясь к звукам погони, но слышу лишь стук в висках.

Холодно… И больно, но это уже не важно… Как же здесь холодно.

Я слышу их шаги… Их двое! А я одна. — Осторожнее! — кричит преследователь.

Вижу, что он имеет в виду. Тусклый свет мерцает в конце коридора. Не стена, не запертая дверь — не тупик, которого я так боялась, но ожидала. Черная дыра. Шахта лифта. Заброшенная, пустая и проклятая, как и все здание.

Бросаюсь вперед, чувствуя, как накатывает волна облегчения. Выход есть. Да, выход — уход из жизни, в котором спасение. Спасение от неудержимых пыток.

Сестренка, прости, что не смогла сдержать обещание.

ЗАКОН СМЕРТИ: говорят, перед смертью проносится вся жизнь перед глазами….

Вот моя история…

Вернёмся на шесть месяцев назад….

— Приветствую Вас, Анна Ким! Меня зовут Альфред.

У ворот меня встретил дворецкий семьи Чон. Седовласый пожилой мужчина был одет в чёрный костюм. На вид ему было лет шестьдесят. Его глаза, цвета выцветших джинс, сияли добротой.

— Добрый день. — поприветствовала я, немного опустив голову.

— Прошу, пройдите за мной.

Дворецкий развернулся и молча направился в сторону дома. Я послушно пошла за ним оглядывая сад. Он был великолепен.

Живой забор из красных роз тянулся до особняка. Узкие тропинки вели в неизведанные мне места. Вот мы прошли мимо оранжереи, а по другую сторону стоял роскошный фонтан. Повсюду были клумбы с цветами, пели птицы. Мне показалось, что я заметила белку. Этот сад был похож на рай.

Дворецкий открыл дверь пропуская меня вперёд. Я зашла в холл и потеряла дар речи от богатства интерьера.

И первым делом мой взгляд приковала шикарная люстра. Она занимала все свободное пространство между этажами. Люстра начиналась с потолка третьего этажа и заканчивалась за два с половиной метра от пола. Она сверкала, и разноцветные блики падали на пол и стены.

Это точно не рай?

— Идемте. — поторопил меня Альфред.

Мы зашли в небольшой кабинет. Кабинет был простым: стол и книжные шкафы с книгами и документами. Дворецкий сел за стол, а я напротив него.

— Анна, я прочитал ваше резюме… И был приятно удивлён… Двадцать четыре года. Высшее образование. Красный диплом. Год занимали руководящую должность… Хоть в маленькой компании, но всё же… Умница, красавица… Что же привело Вас сюда? Если вы таким способом пытаетесь подобраться к господину Чону- бесполезно….

— Это не так… мне не интересен Ваш начальник….

— Что тогда?

Опустив голову, я задумалась… Сказать правду или промолчать… Если промолчу, то меня не возьмут на должность горничной. А эта единственная подобная вакансия в нашем городе.

Но смогу ли я рассказать вкратце, избегая подробностей? Я собралась с мыслями и, обдумывая каждое слово, начала рассказывать.

— Просто мне надо забыться….

— …

— Год назад произошло нечто ужасное… Эта ночь навеки отпечаталась в моей памяти… И когда я закрываю глаза, то всплывают картины, которые я стремлюсь забыть… На прошлой должности я завалила себя работой… Но это никак не помогало… Уборка — моё спасение… Когда я убираюсь, хоть на немного, мне становится легче…. И кошмары снятся реже.

Дослушав меня до конца Альфред не стал допытываться до подробностей. И это хорошо. Не хочу вновь переживать этот кошмар.

— Я Вас понял. Но последнее слово за господином… Я сообщу, когда Вам прийти для встречи с ним.

Дворецкий позвонил на следующий день и сказал что встреча назначена через неделю.

В назначенное время я прибыла в особняк. Меня проводили до кабинета Чон Чонгука.

— Входите.

Раздался приятный голос по ту сторону двери, когда я постучала. Открыв дверь, я вошла в просторный кабинет. Господин Чон сидел за столом и не поднимая глаз от документов, которые читал, сказал.

— Присаживайтесь…

Я села на стул. Мне пришлось ждать около десяти минут, пока Чон не закончил с бумагами.

Он поднял глаза и удивился.

— О? Так ты девушка? У нас работают только женщины за сорок….

Я внимательно рассмотрела лицо человека сидевшего напротив. Он оказался моложе, чем я себе представляла: чёрные, как смоль, волосы с одной стороны зачёсанные назад, карие глаза, красивые черты лица, изящные губы и маленькая родинка под ними. В общем и целом- он красавчик.

— Значит я не подхожу?

— Я этого не говорил… Альфред советовал именно тебя, я доверяю ему. Можешь приступать с завтрашнего дня… Теперь свободна…

— Спасибо… Хорошо…

— Хорошо, мой господин. — добавил Чон. — повтори.

— Хорошо, мой господин.

Меня пробрала неприятная дрожь от таких слов. В моей голове промелькнула картина из порно. Я помотала головой, пытаясь стряхнуть такие мысли.

Чонгук хищно улыбнулся в спину уходящей девушке. Ему понравилась её реакция на слова, которые он придумал, чтобы хоть как-то развлечь себя.

У него было много девушек с кем он проводил ночи. Но это было лишь для поддержания мужской силы и выброса энергии. Никто его не интересовал в качестве постоянного партнёра. Любая девушка, кому посчастливилось провести с ним ночь — влюблялась бесповоротно. А после была брошена.

В Анне он увидел загадку, которую хотелось “разгадать”, лёжа с ней обнажёнными на кровати.

И когда это случится, она тоже падёт под его чарами. А он забудет о ней на следующий день. Так было всегда.

Но несмотря на такое поведение, у Чон Чонгука была идеальная репутация. Он умел выбирать девушек, которые не будут скандалить или навязываться после совместной ночи.

Мне выдали униформу и проводили в выделенную для меня комнату прислуги.

Комната оказалась маленькой, но светлой и уютной. Здесь не было ничего лишнего: односпальная кровать, стол, стул и шкаф для вещей.

После в дверь постучались, это была главная горничная. Она рассказала об моих обязанностях и где я должна убирать. За мной закрепили спальню и кабинет Чонгука. Мне стало немного не по себе, но когда мне сказали, что я должна убираться строго в отсутствие господина, мне полегчало.

Дворецкий показал мне особняк и рассказал его историю. Альфреду нравилась моя восторженная реакция. Я не притворялась — мне действительно нравился особняк и его история была мне интересна.

Вернувшись в спальню я разложила вещи и легла на кровать. Я закрыла глаза.

— Анна! — обратилась ко мне сестра. — когда ты уже познакомишь меня со своим парнем?

— Скоро… — ответила я

— Ну тогда хотя бы расскажи о нём…

Сестренка улыбнулась. Я никогда не могла отказать ей. Хоть мы и похожи, как две капли воды, нас различают по улыбкам. Я никогда не могла так лучезарно улыбаться.

— Хммм… Он высокий, у него спортивное тело… Он блондин с голубыми глазами… У него шикарные ресницы. Он добрый и заботливый…

— Повезло…

В дверь постучали. Я открыла глаза.

Показалось?

Стук повторился.

— Анна, это Альфред…

Открыв дверь, я потерла глаза, веки слипались от усталости.

— Анна, у Вас все в порядке?

— Да, а что?

— Просто в вашей комнате горит свет, а уже ночь, я забеспокоился.

— Оох… Это… Я сплю со светом… Надеюсь я никого не потревожу…

— Вот как… Извините… Спокойной ночи…

— Спокойной ночи. — ответила я.

Я легла. Закрыв глаза, ко мне пришло новое воспоминание.

Как тяжело…..

— Анна, слушай….

Я оторвалась от тетради с лекциями и посмотрела на сестру. Она опустила свои зелёные глаза и поджала губы — Макс была встревожена.

— Сестренка?