Читаем Скифы онлайн бесплатно

Ответственный редактор

П. Д. ЛИБЕРОВ

Скифы — блестящий период нашей древней истории. Именем этого народа назван период, охватывающий около пяти веков, в течение которого на территории Восточной Европы, Средней Азии и Южной Сибири в развитии общества произошли изменения первостепенного значения. Это время совпадает с возникновением и развитием античных государств Греции, сыгравших огромную роль в сложении европейской цивилизации.

Скифы были тесно связаны с греческим миром. Однако след в нашей истории они оставили не только потому, что были посредниками в распространении греческой культуры на нашей территории. Они сами создали высокую для того времени культуру, влияние которой сказалось на огромных пространствах Восточной Европы, Западной и Центральной Азии. Скифская держава, включавшая не только степи Северного Причерноморья и Крым, но и племена, населявшие лесостепную область, явилась звеном культурных и торговых связей между Передней и Средней Азией и Европой.

Скифы вовлекли в жизнь того времени, приобщив к передовым цивилизациям древности, даже Средний и и Северный Урал и Приуралье. На стойбищах, расположенных на далеком Севере, встречаются вещи, созданные местными мастерами по античным образцам. В области распространения ананьинской культуры приписываемой предкам удмуртов, мари и коми, встречается много изделий из Ольвии и других мест Северного Причерноморья и раннеантичного и римского времени. Многие вещи, найденные под Пермью, повторяют скифские образцы[1]. Здесь находят предметы из области савромат и далекого Кавказа[2]. Отсюда на юг, в область передовых государств того времени шли ценные меха.

Эти направления торговых связей сохранились и в последующее время, включая средневековье. Приуралье оказалось связанным и с Центральной Европой. Вещи гальштатского типа из Центральной и Западной Европы проникают до Кавказа. С другой стороны, и изделия мастеров Передней Азии доходят до Западной Европы. В этих взаимных обменах основную роль играли скифские племена.

Отсюда ясно значение скифов в общеевропейском историческом процессе.

Скифское государство, втягивая окрестные племена в торговые связи, содействовало и развитию общественных отношений и культуры. Культурные связи возникли несколько раньше, в эпоху поздней бронзы и в киммерийское время, но культурное общение народов никогда не достигало тех высот, каких оно достигло при скифах. Может быть, покажется парадоксальным, но походы скифов с целью грабежа и захвата пленных, обращаемых в рабство, способствовали развитию строя военной демократии, выделению и укреплению положения племенной аристократии у ряда народов. Несомненно, произведения скифских ремесленников, обладавших высокой по тому времени техникой, содействовали развитию техники на периферии скифского мира.

Без особого преувеличения можно сказать, что в истории цивилизации следующее место за греками и римлянами занимают скифы и кельты. Эти народы определили расцвет варварской Европы и наложили отпечаток на ее дальнейшее развитие.

Вот почему история скифов, их культура представляет для нас огромный интерес, хотя ни один из современных народов и не является их прямым наследником.

Беря в руки пожелтевший документ или читая книгу, вышедшую 150–200 лет назад (не говоря уже о более старых), испытываешь почтительное чувство прикосновения к прошлому, сопричастности к истории. Легко понять тех, кто предпочитает читать книги в их первом издании. Мы не имеем возможности предложить читателю ознакомиться с первоизданием, чтобы в полной мере ощутить «аромат времени», но мы надеемся, что 2500 лет достаточно большой срок, чтобы вызвать интерес и внимание к ниже приводимому тексту.

«Скифы говорят, что их народ моложе всех других и произошел следующим образом: в их земле, бывшей безлюдной пустыней, родился первый человек, по имени Таргитай; родителями этого Таргитая они называют, по моему мнению, неверно, Зевса и дочь реки Борисфена. Такого происхождения был по их словам, Таргитай, а у него родились три сына: Липоксай, Арпоксай и младший Колаксай. При них упали-де с неба на скифскую землю золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша. Старший из братьев, первым увидев эти предметы, подошел ближе, желая их взять, но при его приближении золото воспламенилось. По его удалении подошел второй, но с золотом повторилось то же самое. Таким образом, золото, воспламеняясь, не допускало их к себе, но с приближением третьего брата, самого младшего, горение прекратилось, и он отнес к себе золото. Старшие братья, поняв значение этого чуда, передали младшему все царство.

И вот от Липоксая-де произошли те скифы, которые носят название рода авхатов; от среднего брата Арпоксая — те, которые называются катиарами и трапиями, а от младшего царя — те, что называются паралатами; общее же название всех их — сколоты, по имени одного царя; скифами назвали их эллины.

Так рассказывают скифы о своем происхождении; лет им с начала их существования, или от первого царя Тар-гитая до похода на них Дария, по их словам, круглым счетом не более тысячи, а именно столько»[3].

Легенду эту сохранил для нас Геродот, древнегреческий ученый, именовавшийся «отцом истории». Отметим, кстати, что это почетное звание признается за ним и до сих пор. Родился он около 484 г., а умер около 425 г. до н. э. Есть веские основания предполагать, что он во время своих путешествий посетил Северное Причерноморье, скорее всего город Ольвию (на берегу Буго-Днепровского лимана) и мог близко наблюдать жизнь скифов. Таким образом, его сведения — это в какой-то степени свидетельство очевидца. Вероятно, в Ольвии Геродот и записал приведенную легенду, хотя и не поверил ей. Сообщив еще кое-какие сведения о скифах и их стране и вновь напомнив, что все вышеизложенное рассказывают о себе скифы, Геродот пишет: «…а живущие на Понте (т. е. на Черном море. — А. С.) эллины повествуют…»[4], и далее излагает вторую легенду. Послушаем.

«Геракл, гоня быков Гериона, прибыл в страну, которую занимают скифы и которая тогда еще не была населена, … и так как его застигла вьюга и мороз, то он закутался в львиную шкуру и заснул, а в это время его лошади каким-то чудом на пастбище исчезли».

Читатель сразу отметит несообразность: Геракл гнал быков, а пропали у него лошади. Это не должно смущать: в мифах о богах и героях еще и не такое бывает. А может, тут виноваты и не мифы и не Геродот, а переписчик труда Геродота, который был не столь внимателен, как читатель. Продолжим изложение легенды.

«Проснувшись, Геракл стал искать их и, исходив всю землю, пришел, наконец, в так называемое Полесье; тут он нашел в пещере смешанной породы существо, полудеву и полуехидну, у которой верхняя часть тела от ягодиц была женская, а нижняя — змеиная. Увидев ее и изумившись, Геракл спросил, не видела ли она где-нибудь заблудившихся кобылиц; на это она ответила, что кобылицы У нее, но что она не отдаст их ему прежде, чем он не сообщится с нею; и Геракл сообщился-де за эту плату, но она все откладывала возвращение лошадей, желая как можно дольше жить в связи с Гераклом, тогда как последний желал получить их и удалиться. Наконец, она возвратила лошадей со словами: «Я сберегла тебе этих лошадей, забредших сюда, и ты отплатил мне за это: я имею от тебя трех сыновей. Расскажи, что мне делать с ними, когда они вырастут; поселить ли здесь (я одна владею этой страной), или отослать к тебе?» Так спросила она, а Геракл, говорят, сказал ей в ответ: «Когда ты увидишь сыновей возмужавшими, поступи лучше всего так: посмотри, который из них натянет вот так этот лук и опояшется по-моему этим поясом, и тому предоставь для жительства эту землю, а который не в состоянии будет выполнить предлагаемой мною задачи, того вышли из страны. Поступая таким образом, ты и сама останешься довольна и исполнишь мое желание».

При этом Геракл натянул один из луков (до тех пор он носил два), показал способ опоясывания и передал ей лук и пояс с золотой чашей на конце пряжки, а затем удалился. Она же, когда родившиеся у нее сыновья возмужали, дала им имена, одному — Агафирс, следующему — Гелон, младшему — Скиф, а потом, помня завет Геракла, исполнила его поручение. Двое из ее сыновей, Агафирс и Гелон, оказавшись неспособными исполнить предложенный подвиг, были изгнаны родительницей и удалились из страны, а самый младший Скиф, исполнив задачу, остался в стране. От этого-то гераклова сына Скифа и произошли-де все правящие скифские цари, а от чаши Геракла — существующий до сих пор у скифов обычай носить чаши на поясах. Так рассказывают живущие у Понта эллины»[5].

В подтверждение того, что эта версия мифа была действительно широко распространена в Северном Причерноморье и, в частности, у живших там греков, можно сослаться на изображения змееногой богини, обнаруженные при археологических раскопках[6].

Вторая легенда, как и первая, тоже сказка. Сходство их в этом отношении позволяет думать, что цивилизованные эллины в области веры в мифы не столь уж далеко отстояли от варваров скифов. Нетрудно заметить, что «отец истории» отнесся к рассказам своих соотечественников столь же скептически, как и к рассказам скифов. Сам он предпочитал третью легенду и в этом его поддерживают и многие современные ученые.

«Есть, впрочем, и иной рассказ, — пишет Геродот, — которому я сам наиболее доверяю. По этому рассказу, кочевые скифы, жившие в Азии, будучи теснимы войною со стороны массагетов, перешли реку Аракс и удалились в киммерийскую землю (действительно, страна, занимаемая теперь скифами, первоначально принадлежала, говорят, киммерийцам)». Рассказав далее, как киммерийцы покинули страну и как, преследуя их, скифы попали в Переднюю Азию, Геродот добавляет: «Таков иной рассказ, одинаково распространенный среди эллинов и варваров»[7].

Современному читателю вряд ли надо объяснять, почему третья легенда заслуживает большего внимания, и он легко поймет Геродота. Но дело не столь просто. Века развития исторической науки убедили исследователей, что нет дыма без огня, и они сформулировали это наблюдение так: каждая легенда, каждый миф, как бы фантастичны они ни были, содержат рациональное зерно. Очевидно, это зерно содержится и в сказаниях, которым Геродот не поверил. Но извлечь истину не так легко, установление каждого факта в истории скифов давалось и дается с большим трудом. С XVII в. поколенья русских историков собирали, систематизировали и истолковывали сведения древних авторов о скифах. Достаточно назвать такие имена, как Г. В. Лейбниц, В. Н. Татищев, М. В. Ломоносов. Несколько позднее к историкам присоединились археологи, и на протяжении многих лет скифы были одним из основных объектов их исследований в России. История изучения скифов — это почти история археологии в России. И. Е. Забелин, А. С. Лаппо-Данилевский, В. В. Латышев, Н. И. Веселовский, А. А. Спицын, В. А. Городцов, Б. В. Фармаковский, М. И. Ростовцев — все это крупнейшие русские археологи, и все они в той или иной мере участвовали в изучении истории Скифии. Из ныне работающих назовем М. И. Артамонова, Б. Н. Гракова, А. И. Тереножкина. И, несмотря на труды названных и еще большего числа не названных ученых, у нас и сейчас нет четкого ответа на многие вопросы. Геродот сообщил три версии или гипотезы по поводу происхождения скифов. За 2500 лет, прошедших с тех пор, число версий не уменьшилось, хотя все рассказы о божественном происхождении скифов были решительно откинуты. Более того, гипотез, пожалуй, стало больше. А ведь происхождение это не единственный вопрос, не единственная загадка в почти тысячелетней скифской истории. Одно только довольно скупое изложение позиций русских ученых, эволюции их взглядов и процесса накопления материалов составило толстую книгу, которую написал С. А. Семенов-Зусер[8].

В последующих главах мы постараемся познакомить читателя в основном с теми «зернами» истины, которые уже удалось извлечь науке. Но так как иногда между учеными нет согласия о том, извлечено или не извлечено «зерно», то нам придется останавливаться и на спорных проблемах и излагать разные точки зрения. Если говорить откровенно, то спорными, дискуссионными продолжают оставаться все основные вопросы истории скифов.

Собственно, каждая из указанных проблем заслуживает не только отдельной главы, но и отдельной книги. Но мы пишем книгу не об этом. Однако мы обязаны остановиться на этих очень важных вопросах, чтобы дать хотя бы самое общее представление о тех процессах общечеловеческой истории, на фоне которых и под влиянием которых протекала история скифов. В итоге эти процессы привели к замене первобытнообщинного строя классовым.

Читателю, несомненно, известно деление истории человечества на несколько периодов, определяемых способом производства: первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный и т. д. При этом первобытнообщинный период делится на две эпохи: дикость и варварство, каждая из которых, в свою очередь подразделяется на три ступени — низшую, среднюю и высшую. Это деление известно в науке под названием периодизации Моргана — Энгельса[9]

Одновременно по раннему периоду истории существует и другая периодизация, основанная на развитии орудий труда, на последовательном освоении человечеством различных материалов для их изготовления. Эта периодизация, обычно называемая археологической, выделяет три эпохи: каменный век, бронзовый и железный, точнее, ранне-железный, так как позднейшие этапы железного века, который продолжается и в настоящее время, не являются предметом изучения археологии.

Если рассматривать историю человечества в целом, обобщенно, то между этими двумя периодизациями можно установить определенное соответствие. Эту мысль мы находим уже у Энгельса[10]. Так, начало железного века приблизительно совпадает с началом высшей ступени варварства, бронзовый век соответствует приблизительно средней ступени варварства. Однако в истории определенных территорий соотношение этих двух периодизаций бывает различным, и установить его трудно. При этом не следует забывать и того, что развитие происходит неравномерно, т. е. различные, иногда даже соседние, народы достигают определенного уровня развития в разное время.