Читаем Сказки леса онлайн бесплатно

Слыхал я от старого-престарого лесника, как он Весну живую видел. Сидела она апрельским утром в голом осиннике на пенёчке, молодая тоненькая девушка, лицо светлое, глаза весёлые, голубые, косы зелёные из мелких листьев, сарафан из незабудок, в руке подснежников белых пучок.

- Кто ты такая? - спросил, испугался старик.

А она тепло-тепло улыбнулась.

- Весна я…

Тихо сказала, будто ветерок прошелестел, и растаяла Весна, исчезла, как голубой туман. А может, это туман и был, только мне всегда кажется, что весну такая вот девочка с зелёными косами делает.

Стоял март над притихшей землёй. Раньше поднималось солнышко, теплее грело, и в ясные полдни сияли ручейки, серел снег да слезились длинные ломкие сосульки - плакали по уходящей зиме.

А молодая Весна пряталась на пригревах, и хоть никто из людей её не видел, а все говорили, что она пришла.

Глухая Зима не хотела сдаваться. Вдруг подует ледяными ветрами, завьёт метелью, волчьим голосом завоет в трубах - глядь, и одолела будто, скрыла под белым озим-ком всю работу Весны. Ненадолго скрыла.

Снова Весна берётся за дело. Летит на подмогу южный ветер, разгоняет тучи. И пятится Зима, огрызается, ползёт к себе за полярную тундру, на вечные льды, в студёное море.

А Весна играет и радуется, топит снег, бурлит ручьями, поёт жаворонком, пробуждает почки. Будто с волшебной палочкой идёт она по земле и говорит зверькам, букашкам и травам: «Пора! Вставай! Проснись!»

Первой очнулась зелёная озимь. Тысячи острых травинок вздохнули, приподнялись, стали тянуться к солнцу и свету. И цветы тоже пробудились: жёлтая мать-и-мачеха, синяя медуница, белый подснежник, голубая пролеска раскрыли по лугам свои венчики, развернули бутоны. И во всём лесном мире все радовались, просыпались, потягивались, протирали глаза.

Ведь Весна - это утро года.

Тощая лохматая медведица выбралась из своей берлоги, повела на прогулку лобастых медвежат.

Еж катался по влажному дёрну, снимал с иголок листья, которыми укрывался от холода.

Жук-рогачик выполз из трещины в берёзовом пеньке. Он раскрывал крылья, приплясывал и гудел.

И бабочки вылетели из-под коры.

И лягушки спешили в болота из моховых кочек.

И серые ящерицы грелись на солнышке.

А из-за тёплых морей, из далёкого далека летели птицы. Днём и ночью под самыми тучами раздавался говор пролётных стай. «Мы домой! Домой! Домой!» - на разных языках посвистывали, курлыкали, гоготали и пищали они.

Много было радости, когда возвращались они на свои болота, на весёлые лиственные опушки, к родным дуплам и знакомым кустам. Тут журавли принимались плясать, козодои хлопать крыльями, кукушки смеяться, стрижи и ласточки носиться в воздухе, а мелкие птички насвистывать звучные песни.

В полную силу вошла Весна. Яркой зеленью оделась земля. Так уж повелось, что у каждого времени свой цвет. У весны зелёный, у лета красный, у осени жёлтый, а у зимы белый.

А когда земля была одета, цветы раскрылись и птицы свили гнёзда - исчезла зелёная волшебница Весна. Говорят, до следующего года прячется она по глухим трущобам, в холодных родниках да на дне глубоких озёр.

Важно приходит красное лето, цветами одевает землю.

Цветёт сирень, распускается рябина, липы осыпаны медовым цветом. Тепло, сухо, весело в лесу. Всё там славно зеленеет и блестит на солнышке.

Птичий хор не смолкает в кустарниках. Каждая птичка поёт полным голосом - славит ясные зори, тёплые дни, грибные дождики. С песнями строятся домики-гнёзда. Их складывают, вьют, ткут и лепят. Ласточки - из глины, сороки - из веток, пеночки - из травы, зяблики - из мха.

Разве одни птицы рады лету? Нет. И насекомые, и зверьки, и ящерицы, и лягушки тоже довольны. Сколько кругом зелени, ягод, гусениц, мошек и цветов! Ешь вдоволь, пей росу, купайся в дождевых лужах, прыгай по мягкой травке, прячься от врагов в густой листве.

Если бы спросить самого слабенького жука, самую крошечную золотоглазую мошку, что лучше всего на свете, они бы сказали разом: «Лето! Тёплое, красное лето!»

Быстро бегут дни. Глядь, уж вместо цветов везде коробочки с семенами, ягоды, зёрна, колоски. Они зреют, чтобы потом упасть на землю, улететь с ветром, дать новую жизнь.

Теперь идут в лес люди. И они хвалят доброе лето. В каждом лесном уголке спрятались его подарки. Вот бурая крупная брусника, от которой пахнет росой. Вот ромашки в белых юбочках из лепестков, А там, под берёзами в траве, целая семья крепких грибов-боровиков в коричневых беретиках.

Ничего даром не пропадёт. Если не найдут люди - возьмут лесные жители. Дрозды склюют ягоды. Жуки и белки съедят грибы. Бабочки выпьют цветочный сок. Шмели соберут пыльцу.

Проходит август. К закату клонится лето. Сохнет его наряд. Будто ранняя седина, проглядывают в сплошной зелени ж:ёлтые листочки. Уже налились хлеба, согнулись до земли. Это прощальный поклон от уходящего лета.

Прошло тёплое лето. Посветлела вода. Легла на дно болотная ряска. И последние цветы были такие же неяркие, как холодеющее небо.

Осень неслышно подкралась к лесам. Золотом расцветила берёзы, красной кистью махнула по листьям осин. Стали леса нарядными в последний раз.

И хотя не дули ещё прохладные ветры, не мочили скучные дождики, а все лесные жители знали, что скоро подойдёт зима. И они хлопотали, кто как мог, чтобы устроиться на зимовку получше.

Медведь копал себе берлогу под корнями высокой ели, а когда уставали у него лапы, шёл искать пищу.

Он ел ягоды, ел грибы, слизывал муравьёв, откапывал съедобные корешки, ходил на поле жевать овёс и никак не мог наесться. Растолстел медведь, маленькие глазки совсем стали крошечными, но всё боялся он, что не хватит жиру на долгую зиму.

Полежит немного, подумает, потычет лапой в тугой живот, опять бродит по лесу, ищет корм.

Не отставал от медведя полосатый барсук. Целые дни сидел у болота, ловил лягушек и ел их десятками.

Рыженькая белка собирала грибы, сушила на веточках, а между делом строила тёплое моховое гнездо, круглое, как шар.

Полевые мышки тащили в норы колосья, зёрна, семена и травинки.

А совы ловили мышей и складывали в дупла про запас.

Глухари, тетерева и рябчики вылетали на лесные дороги, клевали мелкие камушки и гальки, чтоб было чем перетирать в желудке грубую зимнюю пищу. Пока тепло, так и брусники поклюёшь, и жучка прихватишь, и гусеницу раздобудешь, а вот зимой ешь одну хвою с берёзовой мочкой да вспоминай, как летом обедал.

Мелкие птички готовились к отлёту. Собирались в стаи, кружились над лесом, пробовали крылья. Молодые учились у старых. Если бы послушать птичьи голоса, так и доносилось бы со всех сторон:

- Как ты летаешь?

- Кто тебя так учил?

- Почему перья не почистил?

- Почему нос грязный?

- Посмотрите, как хорошо летают мои детки!

- Ох, у меня в крыле сидит дробинка. Не знаю, как мне быть.

Но вот и кончились ясные дни. Первым холодом дохнула зима. Закружились сорванные листья. В одну ночь посветлели леса. Опавшим листом укрылись травы. Тоже и листья не зря падают.

Перелётные птицы потянулись на юг,

- До свидания, прощайте, - пищали пеночки, малиновки и славки. Они тронулись в путь от ельников к осинникам, из осинников в берёзовые рощи, через поля, через реки - подальше от зимы.

А над их опустелыми гнёздами уже падали снежинки, зябко трепетали последние листья. И ползли без конца, без края из-за сизых хвойных увалов низкие пухлые тучи. Уходила осень - надвигалась зима.

Теперь прятались лесные жители. Кто в траву, кто под корни, кто в норку. Нет тепла - нет жизни. Холодеет кровь, слабеют силы, хочется спать. Вот ящерица свернулась под корнями. Бабочка спит под корой.

Пауки укрылись в сухой дудке пустырника на лесной поляне. А в поле остались осенние цветы. Они не доцвели. Так и ушли под снег с раскрытой головкой полевые анютки, пастушья сумка да жёлтая ярутка.

Дремлют, ждут весны.

Пасмурно, пусто, бело в полях. Тишина в лесу. И везде снег. Белыми шапочками он лежит на пеньках, на сучьях, на еловых лапах. В снежной перине утонули кусты, мелкие ёлочки засыпаны до макушек. И над всем холодным безлюдьем лишь гуляка-ветер посвистывает, подвывает. Ску-у-у-ч-но, хххо-лод-но-о… Дует ветер, гонит позёмку, рассыпает серебряной изморозью, а когда устанет, придет на смену ему мороз. Ледяными иглами украсит стволы и ветки, опушит инеем края тёплых родников. Никак не мёрзнут они, не закроешь их льдом. Уж не сама ли Весна спряталась там, ждёт своей поры?

Да пока не время ей выходить, и хозяйничает над землёй зима - ночь года, сон лесов и полей.

В зимнюю стужу даже нам с тобой, мой маленький читатель, хорошо посидеть в тепле, послушать сказку и поспать дольше.

Так не хочется вставать в потёмках с постели. Да ведь тебе надо в школу, а мне на работу.

Зато лесные жители никуда не спешат. Нечего делать в сугробном лесу.

Спит медведь в глубокой берлоге. Спят ежи, укрытые листьями. Оцепенели летучие мыши в дуплах, жуки и бабочки в пеньках и колодах. И рыбы заснули в тёмных омутах, и лягушки во мху, и личинки под землёй.

Дремлют деревья в сонном зимнем царстве.

Только самые бодрые птицы и звери не спят зимой Трудно им, голодно и страшно, да они не умеют плакать не жалуются никому.

Мелкие синички с рассветом поднимаются. Едва посветлеет восток, они уж копошатся в вершинах сосен, ищут тлей, пауков, букашек. Так целый день: от дерева к дереву, от кустика к кустику. Нашёл корм - сыт и весел, не нашёл - ослаб и замёрз. А к вечеру, сбившись стайкой, они садятся тесно рядом, чтобы потеплее. И спят, прикрывая друг друга крылышками, всю долгую, морозную ночь.

Глубоко дремлет лес зимней ночью, а всё-таки не замирает совсем. Какие-то тени нет-нет и скользнут по снегу, где-то затрещат ветки, тягучий вой волков изредка пробудит тишину. И, прислушиваясь к голодному воплю страшных хищников, захрапят, затопочут лоси в осиновом болотце.

Дыбом встанет шерсть на их могучих шеях. Насторожится тонконогая, черноглазая косуля, прядая ушами, нюхает воздух. Готова бежать в любую минуту.

Обходя освещённые месяцем поляны, в осинники сбегаются зайцы, чтобы поглодать горькую кору молодых деревьев. И туда же, вслед зайцам, неслышно движется лисица с тонкой мордочкой и злыми глазками.

Не зря она крадётся так осторожно…

Пройдёшь на лыжах перед рассветом, и встретятся тебе то клочья заячьей шерсти, то кучка смятых перьев - остатки съеденного филином рябчика, то истоптанный, забрызганный кровью снег. Тут рысь прыгнула на неопытного лосёнка.

Разыграется к утру метель. Мягкий снежок прикроет ночные следы. Опять всё ровно, бело и чисто. Нехотя встаёт морозное солнце. Искрится снег.

Просыпаются птицы.

Снова синички кочуют по вершинам, зайцы отлёживаются в сугробах. Тетерева кормятся на берёзах. Снегири ищут нетронутый ягодник. Пёстрые щеглы летают по репьям.

Как-нибудь пробьются голодную зиму. Вылезет Весна из родников, пахнёт теплом, обогреет солнышком. Настанет новое утро года - легко вздохнут лесные жители.

В маленькой почке, закрытый тонкой коричневой кожицей, свернувшись, спал листок. В лютую стужу, когда от холода стонали сосны и берёзы, мороз так и колол нежную почку ледяными иглами.

Но кончилась долгая зима. Солнце всё сильнее пригревало землю. Прилетели пёстрые зяблики, и теперь всюду звенели их бойкие песни. Снег таял на полях, и чёрные важные грачи неторопливо расхаживали по проталинам.

Старая берёза согрелась, и от её корней вверх по стволу стал подниматься тёплый сладкий сок.

Дошёл сок и до почки-колыбели, принёс воду и пищу. Листок проснулся и начал расти в темноте. День и ночь бежал сок, день и ночь рос листок. Тесно ему стало внутри почки, он понатужился - щёлк! - лопнула почка, и листок выглянул на свет. Яркое солнце ослепило его, и он замер от восторга, глядя на новый, незнакомый мир.

А кругом всё сияло и зеленело. Пели птицы. Подснежники улыбались, качаясь на тонких ножках. Даже мрачная ворона с выщипанным хвостом, сидевшая на толстом суку, казалась доброй. Она кланялась солнцу и, закрыв от удовольствия глаза, во всё горло кричала: «Карр, карр! Весна! Весна!».

Листочку тоже захотелось с кем-нибудь поделиться своей радостью, он оглянулся, но, когда увидел рядом на ветке крошечные сморщенные листья, огорчился. «Наверное, мы самые некрасивые», - подумал листок.

В это время по лесу пробегали маленькие ребятишки. Одна русая девочка остановилась под старой берёзой и закричала:

- Смотрите, смотрите, на берёзе распустились листочки! Какие они нежные, клейкие!

И ребятишки, подняв головы к голубому небу, долго глядели на зелёный наряд берёзы, потом вспомнили, что сегодня первый день каникул, и с криками пустились дальше по лесной тропинке.

А листок долго не мог успокоиться. Ему была приятна похвала детей, и он тихо-тихо шелестел об этом другим листьям.

Пришло лето. Листва на берёзе выросла, потемнела, и наш листок теперь целые дни нежился в солнечном тепле, рос, зеленел и всю жизнь думал прожить вот так, без заботы.

Но однажды кто-то сильно задел его единственную ножку, и он увидел толстого червяка, такого же зелёного, как и сам листок.

- Зачем вы сюда пришли? - испуганно обратился листок к толстому червяку.

- Я гусеница бабочки-пяденицы, мне нужна пища, - прошипел тот и стал неторопливо измерять весь листок. Изогнётся дугой, подтянет хвост к голове, снова вытянется. Так злая гусеница обмерила весь лист.

- Хорош, - прохрипела она, - очень хорош!

- Послушайте, оставьте меня, - пролепетал листок, но гусеница, не слушая, изогнулась и впилась в его нежную мякоть двумя кривыми зубами-жвалами.

Плохо пришлось бы бедняге, если б не заметила его несчастья синица-пухляк. Она жила в дупле этой корявой берёзы, кормила чумазых птенцов и целый день лазила по ветвям - берегла берёзу от врагов. Увидела она, что листок в беде, и кинулась на помощь. Но гусеница схитрила. Она приподнялась на хвосте, вытянулась и замерла. Ветки зелёные, листья зелёные и гусеница зелёная, как сучок небольшой торчит. Найди-ка её. Однако синица была очень умная, не поверила таким хитростям. Села на ветку, посмотрела бойким глазком внимательно. Цап! - и унесла вредителя в дупло голодным птенцам - только гусеницу и видели!

Едва оправился листок от страха, едва зарастил рану, как новая беда пришла: полчища пузатых мелких букашек-тлей появились на листе.

Вначале листок и внимания не обратил. «Что они сделают мне, такие крошечные», - подумал он.

А тли хоть и маленькие, да вредные. Вытащили они тонкие хоботки-кинжалы и воткнули в листок - сок стали пить.

От боли скручивается лист, сохнет, а тлей всё больше да больше. Видимо-невидимо. Тли тоже зелёные и всё под листом прячутся.

Прилетит синица, посмотрит - нет никого сверху, а под листок заглянуть не догадается.

Вдруг прожужжал кто-то над берёзой и опустился на ветку.

Это был жучок - божья коровка, круглый, по бокам точки чёрные, красный панцирь огнём горит.

Забрался он под листок и обрадовался. Сколько тут тлей! А тли для коровки - что для нас конфеты!

Кинулся жук на букашек и давай их есть.