Читаем Сказки онлайн бесплатно
Осенний лес пестрел яркими красками, лёгкий ветерок шевелил листья осин и берез, и от этого шума казалось, что лес говорит на каком — то своём языке. Покой и мир леса внезапно оказался нарушен громким треском, смачным шлепком и полузадушенным «Мяк!»
— Вот холера хвостатая! Увязался — таки! — заругалась Баба Яга, увидев Кота, упавшего вместе с сухой веткой черемухи, на которой он, очевидно, от неё прятался.
Кот, встав и оскорбленно стряхнув с себя сухие листья, пошёл домой, вальяжно вышагивая на тропинке, и на всякий случай оглядываясь — а вдруг Яга все же передумает и позовет с собой.
— Брысь в избу! — строго сказала Яга, — И за порог ни ногой! То есть ни лапой…
Кот обиженно ушёл. Яга вернулась к своему занятию — сбору грибов, благо в осеннем лесу их хватало. Однако новый посторонний шум заставил старушку насторожиться. По лесу шёл кто-то, не желающий соблюдать тишину. Но и не грибник, о них всегда заранее сообщали лесные птицы.
Шум и хруст усилился, и из-за куста ольхи вышел Кощей Бессмертный собственной персоной. Из своей пещеры он выходил весьма нечасто и неохотно, поэтому Баба Яга какое — то время просто молча смотрела на его костлявую фигуру, традиционно облаченную в чёрную одежду.
— Здравствуй, Пелагеюшка, — поклонился Кощей, опасливо поглядывая по сторонам. Видимо, боялся, что Яга с собой Матвея взяла, которого он, безо всяких на то причин, до судорог боялся.
— И тебе не хворать, Кощеюшка! — степенно ответила Яга, с подозрением глядя на неожиданного гостя, — С чем пожаловал? Аль случилось что?
— Да нет, я тут в сундуках рылся и нашёл книги какие-то. Тебе не надо? Вроде русские, — и Кощей протянул Яге мешок с кучей книг.
— Ага. Вот просто книги и принёс? — спросила Яга, но мешок всё же взяла.
— Просто. Ну и ложки тебе в подарок, — и Кощей протянул Яге пять серебрянных ложек.
— Ну спасибо, коль не шутишь. Чаю выпьешь?
— А Матвей?
— Да что тебе Матвей? — спросила Яга, — Мальчишка десяти годов. Ну оборотень, ну умен не по годам, так и чего? Не съест он тебя.
Яга распахнула дверь избы и поманила Кощея за собой. Тот, опасливо озираясь, вошёл следом.
— Здравствуйте! — приветливо сказал Матвей, выглянув из горницы.
Кот, увидев Кощея, зашипел и распушил шерсть, сразу став вдвое больше. Он вообще не очень любил посторонних, особенно таких жутковатых, как Кощей.
— Опять шипит на меня… И тебе здравствуй, Матвей, — ответил Кощей, пристраиваясь на краешек лавки.
— Да он на всех так, — ответила Яга, — Молодой ещё, не знает, как гостей встречать следует.
Кот, уменьшившись до обычного размера, обиженно ушёл в горницу.
— Матвей, самовар ставь. Счас чаем гостя поить будем, ишь чего принёс! — и хозяйка вытряхнула из мешка книги.
— Ух ты! — и Матвей радостно схватил книгу, но, наткнувшись на строгий взгляд Яги, положил книгу на место и пошёл за шишками для самовара.
Когда Кощей, раскланявшись с хозяевами и благодаря щедрую старушку за гостинцы, ушёл, Матвей начал рассматривать книги. Часть книг была на непонятном языке, но одна книга очень заинтересовала мальчика. Книга была толстой, тяжёлой, в твердом кожаном переплёте. На ней не было ни названия, ни автора. Матвей открыл книгу и заинтересованно начал читать название:
— «Кто такой Кощей Бессмертный»
— Ого! — вслух удивился Матвей, — И кто ж про него написал — то?
— Где? — удивилась Яга, — А, это? Это Горыныч. Он про всех пишет. Он так развлекается. Почитай, небось интересно.
— А ты, бабушка, не хочешь?
— А мне пошто? Я про него и так знаю, — отмахнулась Яга, — Ты читай, тебе надо учиться. Там хоть и про этого… Но все равно. Читай.
И Матвей читал. Сначала по слогам, медленно и трудно, потому уже быстрее и легче. Чтение его увлекло, да и жизнь Кощея оказалась интересной.
В бытность свою ещё обычным человеком, Кощей был богатым и очень жадным купцом. Жаден он был настолько, что не хотел ни жениться, ни тем более обзаводиться детьми. Ел он только сухари, пил только воду — из экономии, отчего был худым, как ходячее пособие по анатомии. В городе, где жил этот субъект, его, конечно, не любили, так как обсчитать да обмануть всякого он считал своим долгом. Так он и жил — богатство копил, с соседями ссорился да экономил на всем.
Однажды к дому Кощея (тогда ещё Иннокентия, а попросту — Кешки) пришёл древний старик и попросил приюта на ночь. На удивление, Кешка пустил старика к себе ночевать, даже сухарями угостил. Утром старик спросил у хозяина:
— Благодарствую за ночлег. Чём благодарить тебя?
— А что у тебя есть? — алчно спросил купец.
— Знания и возможность одарить ими.
— И всё? А вечной жизнью не одаришь? Да золотом? — злобно ответил Кешка.
— Почему же нет, одарю. Будешь жить вечно, богатство своё копить, да в одиночестве! Согласен?
— Согласен! Зачем мне кто-то? С ними же делиться надо!
— Будь по твоему. Захочешь отказаться от моего дара — вот тебе ларец хрустальный, в нем ключ, по нему меня и найдёшь коли сильно надо будет. А не найдёшь — значит и не надо, — и старик протянул Кешке хрустальную шкатулку.
— А как её открыть? — спросил купец, — Даже скважины нет.
— Время придёт — откроешь! — ответил старик и пошёл по пыльной дороге прочь.
— Дед, а коли не доживешь, а? Как звать — то тебя? — крикнул вслед Кешка.
— Доживу, милок. Вечность меня звать, — хихикнул старик и пропал с глаз долой.
Спустя сотню лет Кеше прозванному Кощеем за жадность, пришлось уехать из родного городка, так как нестареющий сосед вызывал массу суеверных слухов и подозрений. Ещё сотню лет Кощей перемещался с места на место, пока не пришёл к выводу, что жить среди людей ему будет очень сложно. Он нашёл в глухом лесу пещеру и начал делать из неё себе удобное жилище, благо времени и денег у него было в избытке, так как ни от того, ни от другого он, при всем желании, не мог избавиться. Все попытки открыть хрустальный ларец были бесполезны — ларец не открывался и не разбивался.
К тому времени, когда Кощей превратил свою пещеру в огромный дворец, он пришёл к выводу, что богатство не имеет ценности само по себе. Он давно стал нормально есть, но так и оставался худым как щепка, заводил себе животных, в том числе и диких, но все они убегали от него. Грустно было Кощею и одиноко. Утешение он находил в книгах, которые скупал по всему миру, читал их все, выучил все известные языки, включая язык зверей и птиц.
Периодически, нарушая тоскливое однообразие, приходили «добры молодцы» «Кощея воевать». Кощей с радостью принимал гостей, угощал, просвещал тех, кто пришёл за богатством, чем это грозит. Тем, кто хотел учиться, Кощей щедро давал денег на учёбу, звал в гости ещё.
На четвёртом столетии Кощей нашёл в лесу сироту Василису. Поговорил, позвал к себе жить. Девочка не побоялась худого дяденьку, угостившего её, третий день голодную, пирожками. (Продукты Кощей покупал через охотников в ближайших деревнях, готовил всегда сам, и готовил отменно — за столько-то лет научился!)
Василиса осталась у Кощея, он растил её, как родную дочь, покупал ей все лучшее, учил у лучших учителей в Киеве и Москве. А девочка оказалась умной и очень жадной до знаний. Однако годы неумолимо делали Василису старше. Её бы надо замуж, да не за кого ж попало. Вот и распустил Кощей слух о «красной девице, томящейся в плену у злого Кощея». Женихи повалили.
Самого Кощея они и в глаза не видели. Василиса сама с ними разбиралась. Да так ловко, что бежали они из кощеева дворца сломя голову. Однако нашёлся жених Василисе по сердцу. Кощей собрал богатое приданое, выдал «доченьку» замуж и заскучал.
От скуки он иногда крал девиц и утаскивал к себе в пещеру, но только незамужних, но сосватаных, дабы жених являлся невесту выручать.
Правда, это чуть не закончилось бедой — люди, обозлившись, едва не выжгли лес в котором Кощей жил. Потом Кощей начал делать фальшивые драгоценности и подкладывать любителям разбогатеть.
Потом Кощею наскучило и это. Решил он податься в Европу. Надеялся, что там народ просвещеннее. Еле ноги унёс. Инквизиция свирепствовала, и Кощей, худой, нестареющий и очень богатый, вызывал у людей подозрения.
Вернувшись на Родину, Кощей обнаружил неприятный сюрприз — местная нечисть не желала его пускать обратно. Кое-как договорился, дав кучу обещаний, даже скорее клятв.
Так и живёт Кощей в своей пещере, скучает по Василисе, ходит в гости к Бабе Яге да с Горынычем в азартные игры играет.
Матвей закрыл книгу и на цыпочках прошёл в горницу. Яга уже спала, забыв погасить лампу. Мальчик тихонько улегся на свою постель, подкрутил огонь и открыл следующую книгу.
Ноябрь 2018 г.
По весеннему лесу тихо крался крупный волк-одиночка. Всю ночь он искал добычу, но очень ему не везло. А голод не давал спать. Вроде и утро уже, пора бы в логово, но организм требовал еды.
Наконец волк решил бежать домой, несмотря на голод — утро разошлось, солнышко уже вовсю сияло на небосклоне, разливая тепло по просыпающемуся лесу. Вдруг откуда-то то донесся громкий топот. Заяц! И он бежит прямо к нему, волку! Какая удача!
Выглянув из-за кустов, волк увидел зайца, несущегося через поляну во весь дух. Одним прыжком волк пересек своей добыче дорогу. Заяц замер от неожиданности и… Прибавив скорость, ринулся прямо к волку. Добежав до волка, заяц, оказавшийся зайчихой, вцепился ему в передние лапы и взвыл на весь лес:
— Матвей! Помоги!.. — по щекам зайчихи текли слёзы, а дыхание сбивалось не то от плача, не то от бега.
Волк оторопело уставился на зайчиху.
— Да не Матвей я! — а в голове пронеслась мысль: «А ну как загрыз бы? У неё же наверняка зайчата уже! Сколько бы жизней разом загубил!»
— Не Матвей? — испуганно прошептала зайчиха поняв весь ужас своего положения.
— Нет. Чего случилось-то? Беда какая? Матвея ищут, когда сами не справляются, — сел наконец волк.
— А ты меня есть что, не будешь? — удивлённо-испуганно спросила зайчиха.
— Да сдурела что ль? Кто ж по весне маток ловит? У тебя ж небось зайчата в норе сидят?
— Сидят, — снова разревелась зайчиха, — Топит нас! Вода к норе уже подошла, сама не успела всех вынести-и-и!!! — и зайчиха завыла в голос.
— Да угомонись ты уже! — проворчал волк, — Найдём мы Матвея. А не его, так Ягу или Лешего. Вон белобокая скачет, счас весточку отнесет, — и волк, задрав голову, окликнул:
— Сорока! К Яге весточку не снесешь?
— Нет её, — отозвалась сорока, — И Матвея нет. Ушли они на восток уж два дня как. До Горыныча у них дело. Не скоро будут, ещё два-три дня точно.
— Ну вот, и что теперь делать? — запричитала зайчик, — Бедные мои детки! — и опять градом потекли слезы.
— Не реви! Дорогу показывай, сами управимся!
Зайчиха рванули с места, как подбросило чем. Волк кинулся следом, отставая на прыжок. Со стороны это выглядело как настоящая волчья охота.
К счастью, нора зайчихи оказалась недалеко, но то место где она была выкопана, уже со всех сторон окружило водой. Зайчиха кинулась в воду сразу, а волк остановился. Ну не любят волки воду!
— Ну что же, что же? — заверещала сорока, страстная болельщица всех лесных происшествий.
— Что-что… Волк я! Ну как я в воду полезу? Боюсь…
— Чего?! — ошалела сорока, — Ты? Боишься?
— Боюсь! Волк я, понимаешь? — волк топтался на месте борясь со страхом перед водой.
Тут из воды высунулась любопытная блестящая морда выдры.
— Чего расшумелась? — прикрикнула она на сороку.
— Зайчата там тонут, а волк воды боится! — презрительно фыркнула сорока.
— Ну верно все, боится. Так все волки воды боятся! — ответила выдра.
— Подсоби, а? Сюда донеси, а дальше я сам, — попросил волк.
— Съешь? — поинтересовалась выдра.
— Зайчат? Весной? А сама стала бы? — возмущенно спросил волк.
— Да кто ж семена ест раньше урожая? — ответила выдра, — Ладно, жди, — и она исчезла в тёмной воде.
Когда зайчиха принесла первого зайчонка, волк с помощью сороки соорудил гнёздышко из прошлогодней сухой травы. Там и сидел, карауля и грея зайчат, которых поочередно приносили то выдра, то зайчиха.
— Это все? — спросил уставший и сонный волк, когда выдра и зайчиха подбежали вдвоём с одним зайчонком.
— Всё! — устало выдохнула зайчиха и, отпихнув волка, забралась в «гнездо».
— Откуда столько? У зайчих даже за раз семнадцать штук просто быть не может! — сказал незаметно подошедший Леший.
— Подобрала, — грустно ответила зайчиха, — Не знаю, чьи, но не бросать же! Слепыши ещё, погибнут ведь!
— Погибнут, — согласился Леший, — А ты всех выкормить сможешь ли?
— А кого сумею! — заявила зайчиха.
Леший свистнул, и из-за дерева вылетел ворон.
— Зайчих, у кого меньше пяти зайчат, много? — спросил Леший у ворона.
— Немного. Но с десяток будет.
— Вот и хорошо. А ну, мать, своих отдели, остальных по другим мамкам раздам! — распорядился Леший.
Спорить с хозяином леса нельзя. Это закон, который в лесу ни один зверь нарушать не смел. Зайчиха отделила семерых, остальных Леший аккуратно сложил в корзинку. На прощание сказал:
— Волк, до вечера побудь с ними, не приказываю — прошу! Кикимора позже подойдёт, покормит тебя. Знаю, что голодный, да и спать тебе давно пора, — и, прихватив корзинку, ушёл за вороном.
Вечером волк шёл по своей охотничьей тропе и думал, что жареное мясо, пожалуй, вкуснее сырого. А зайчиха грела своих детенышей в новой сухой норе.
Сентябрь 2018 г.
Матвей, совершенно не по-волчьи сидя за столом, наблюдал, как Баба Яга ловко лепит пельмени. На столе в крынке стоял «букет» из еловых веток с шишечками. Вот-вот наступит Новый год!
— А вот скажи мне, бабушка, а мы теперь сказка или правда?
— Да Бог с тобой, Матвеюшка! Рази ж сказка не правда?! Сказки ить сказывают, а не врут! Тока многие её чудесами кличут, так это не со зла ведь! Али чудеса — не правда? А что верят не все, так есть такое. Плохо, конечно, что вот так. В чудеса надо верить, а то ить и жить-то как, без веры? Покуда люди в чудеса верят, мы и живём. А без нас и Природы-матушки не будет. Вот так-то, — ответила Яга, — А тебя чего на такие мысли пробило-то?
— Ну я просто думать начал, почему так происходит. Я ведь человеком был. Теперь сказочный волк. А ты как в лес попала? — спросил Матвей.
— Да пошто тебе, внучок? Давай к Новому году стол готовить, Петька вон удружил, теперича каждый год встречаем. Старик Мороз не в обиде, только работы ему добавилось вот, — и Яга поставила в печь чугунок с водой для пельменей.
— Давай, — согласился волк.
Машка и Матвей давно спали, а Бабу Ягу сон не брал. Разбередил Матвей в бабке воспоминания.
