Читаем Скарлетт и Новак онлайн бесплатно

Новак бежит. Набережная давно опустела. Дождь не унимается. Брусчатка поблескивает, и кроссовки на ней панически попискивают. Он мчится 2,02-метровыми скачками с частотой три шага в секунду, или 22,1 километра в час. Его пульс только что увеличился до 160 ударов в минуту, потоотделение приближается к 2 миллилитрам на квадратный сантиметр кожи. Это все размеренно зачитывает ему его bright-фон; он обходится без наушников — за счет костной проводимости.

— Новак, ты только что побил свой сплит-рекорд. Хочешь твитнуть эту новость своим друзьям? — извещает его устройство.

— Те сзади, далеко они?

— Твои соперники отстают от тебя на 160 метров. Хочешь установить виртуальную финишную черту? Лично я тебе предлагаю Мост-да-Винчи^[1].

— Это не… соревнование… Скарлетт.

Время 23:50. Он один-одинешенек. И за ним гонятся двое людей. Молодых, быстрых, выносливых. 166 ударов в минуту. Потом 172. Новак выдыхается. Он смотрит на кривые, мерцающие прямо в его умных очках Gapple Glass. Линия pH уходит в кислотность, сжигаемые калории резко возрастают. Он мгновение раздумывает, не выключить ли bright-фон^[2], потому что не в силах больше слушать, потому что числа и индикаторы забивают ему мозги, потому что все, чего ему хочется — это убежать, улизнуть, смыться. Он заносит руку над своим bright-фоном, но не осмеливается его выключить. Потому что там Скарлетт. Которая продолжает говорить. Которая его поддерживает. Которая, пока он паникует, остается объективной. Ему необходимо, чтобы с ним кто-то был, неважно кто. И этот замечательный неважно кто — она и есть.

«You’re more powerful than you think.» Ты сильнее, чем думаешь.

Рассудком Новак понимает, что Скарлетт — не более чем искусственный интеллект, причем довольно простенький, который часто глючит, однако запрограммированный достаточно тонко, чтобы поддерживать разговор, и гениальный по части качества голоса, с его теплыми, эмоционально насыщенными интонациями, из-за которых bright-фон немедленно, с ошеломительным успехом вышел в хиты. Перед которым Новак не устоял. Но здесь и в эту минуту он просто чувствует, что у него рядом — только шепнуть, подать рукой — подлинный друг, которого он может попросить о чем угодно.

— Скарлетт, снимай тех позади меня…

— Сделать несколько фотографий в режиме серийной съемки, в режиме ночного портрета? Лично я тебе советую черно-белый вариант.

— Кадрируй… лица… И запускай поиск… в сети… 

Новак не решается обернуться. Он слышит за собой размеренный топот уверенных тренированных шагов преследователей. Ближайший лестничный спуск к набережной не раньше, чем через 800 метров, пиликает картографическое приложение.

— Тебе сегодня повезло, Новак. Нашлись ссылки на твоих соперников. Это Борис Бершов и Давор Шукер. Национальность неизвестна. 23 и 26 лет.

— Занятие?

— Не указано.

— Профили?

— Нет в доступе. Вот типология сайтов, которые они посещали за последний месяц, в порядке посещаемости: порнографические сайты, сайты running'а^[3], хакерские форумы и т.д.

— Сайты для гетеро?

— В основном сайты гей-порнографии.

У Новака начинается бурный прилив адреналина. Он думает, что его сердце вот-вот взорвется. 180 ударов в минуту. На бегу к нему прилетает твит — поздравляет с рекордом выносливости. «Ты кайфовый, чувак!». Скарлетт проецирует его рейтинг на землю в пяти метрах перед ним. Сейчас он номер 2 среди своего двадцати одного приятеля-бегуна.

Справа от него катится река — словно жидкий асфальт. Ночные огни от нее отражаются плохо, слишком плохо, чтобы хоть что-то всерьез осветить. Слева от него стена набережной, она слишком высока. Так что Новак бежит.

— Тебе страшно? — спрашивает его Скарлетт. — Об этом свидетельствуют данные твоего потоотделения, артериального давления и сердцебиения. Ты подтверждаешь?

— Помоги мне!

Но ИИ не отзывается и опять начинает сыпать цифрами из приложения RunRunRun^[4], работающего в фоновом режиме. Обычно Новака успокаивает отслеживание его пульса и продолжающееся снижение количества жира в организме. Как ритм, как музыка. Здесь же это только усиливает панику, поскольку показатели выходят за рамки обычного. Он больше ничем не управляет. Река совсем близко, течение почти поет, он на мгновение подумывает броситься в воду.

Но отказывается от этой мысли: его bright-фон не герметичен. Он видит на набережной граффити. В голове вспыхивает воспоминание. Бегло пролистанная статья на 01Darknet, в которой обсуждался рост краж bright-фонов и способы избежать их. На сайте перечислялось несколько специализированных приложений для этого. 911-чтототамтакое, и еще одно, французское… Да! RescueMe^[5]!

— Загрузи мне RescueMe. Быстро! И продолжай все снимать!

На брусчатке материализуется полоса индикатора скачивания, и она кажется ему невероятно длинной. Воры, насильники — он не знает, он уже не знает, он до смерти напуган — теперь менее чем в двадцати метрах.

— На помощь! Помогите!

Черная река течет все так же, бесстрастная, кружащая. Сверху, с моста, доносится беспорядочный шум электромобилей и трамваев. Приложение скачивается и загружается. В своих Gapple Glass, которые съезжают по мокрым от пота крыльям носа, Новак видит стрелку, наложенную на откос набережной слева от него. Дополненная реальность уточняет для него: «Уклон 50°, можно оторваться».

Новак немедленно подчиняется и, набирая разгон, взбегает прямо вверх по откосу.

Может, приложение настраивалось в расчете на сухую землю? Может, продавцам не удалось договориться с MeteoNow^[6] об интеграции параметра дождя в их алгоритм? Факт остается фактом: после четырех скачков Новак поскальзывается на намокшем откосе, сильно подворачивает лодыжку и неожиданно падает на булыжник набережной. Сапфировый экран его bright-фона на левой руке царапает землю, но выдерживает. В следующую секунду он чувствует мерзлый бетон опоры моста за своей спиной и насыщенное нейроином^[7] дыхание Давора Шукера, который одной рукой прижимает электрошокер ему к горлу, а другой сдавливает его яички.

Приложение RescueMe тогда предлагает удар головой. Новак напрягает шею, но Давор легко уворачивается и врезает ему по челюсти локтем. Приложение отображает схемы парирования и захвата на стекле Gapple Glass, однако Новак абсолютно ничего не понимает. Глаза у него выпучиваются, и очки аккуратно снимает Борис, чтобы надеть их себе на нос...

— На что он тут пялится, наш красавчик? Ого… Техника FreeFight^[8]… Clever^[9]! Попробую-ка я ее в реале, ну-ка!

Борис low-kick’ом^[10] сбивает Новака, тот распластывается на земле. Борис выполняет сэой-кансэцу, болевой захват плеча, скребет лицом Новака о камень. Пахнет мочой.

— SaveToTheCloud^[11]… — удается выговорить Новаку.

— Идет резервное копирование , — нашептывает Скарлетт.

Хотелось бы ему, чтобы это были съемки рекламы. Вроде той, про Одинокого Героя, который выхватывает свой bright-фон и ослепляет нападавшего лазером. Или про преследуемого грабителем кюре, который прячется в подвале и активирует инфракрасный пучок, прежде чем нокаутировать… своего лучшего приятеля! Или про хлыща, который вываливается с raft’а^[12] и на лету активирует сканер рельефа, чтобы не переломать себе ноги. Он бы обрадовался даже возможности включить мощный фонарик bright-фона и глянуть в глаза нападавшим. Но его рука выкручена центнером мышц.You’re less powerful than you think^[13].

Какой-то миг Новак надеется, что датчики гормонов, которые наверняка провоняли страхом, в режиме внешней агрессии автоматически заблокируют его bright-фон. Самому ему не хватило присутствия духа сделать это. Как и времени подать тревожный сигнал о краже. А еще он боится, что Скарлетт заговорит. Как будто ей можно было навредить, как будто он мог, подставляясь сам, в конечном итоге защитить ее.

— Ты, похоже, очень возбудился, Новак. Кажется, тебе это нравится... — хихикает Скарлетт возле его подмышки.

Лежа на земле, Новак вспоминает тесты 01Darknet на баги детектора гормонов. Об алгоритмических ошибках интерпретации эмоций. Ему вспоминается название Bright-фон: Сторона, оставшаяся в тени. Он словно возвращается к знаменитому обзору Gapple Glass, за который 01net был экскоммуницирован и предан анафеме. У них отобрали аккредитацию дата-центра, выданную этим новоявленным монстром-монополистом Google+Apple. Им пришлось пересоздавать свой сайт в подпольном Интернете, основав свой даркнет.

— Кажется, красавчику нравятся голоса как у шлюшек!

Борис и Давор покатываются от смеха. Борис выхватил bright-фон из руки Новака. Как только он касается экрана, устройство распознает посторонний отпечаток пальца и выключается.

— Да твоя подружка, похоже, дикая штучка… Добавляй наши отпечатки пальцев на свой Touch-iD^[14]. Живо!

— Отвали ты в…

Новак не успевает закончить предложение, так как его лоб бьется о брусчатку, а выкрученный большой палец вынужденно вжимается в Touch-iD.

— Скажи своей шлюшке, чтобы она раздвинула для нас бедра…

— Скарлетт… Вот двое… новых… друзей… Авторизуй их… использовать тебя…

— Твой отпечаток голоса изменен. Ты в ситуации внешней агрессии?

Электрошокер прижат к его виску. Новак вдыхает и выдыхает.

— Нет... совсем нет. Я немного охрип.

В этот момент он надеется на реакцию Скарлетт. Он надеется на человеческую интуицию, как в тех детективах, где жена полицейского сразу по телефону понимает, что ее мужа взяли в заложники.

— Отпечатки пальцев интегрированы. Твоя пользовательская база теперь расширилась до трех человек. Добро пожаловать, Давор и Борис!

Новака тошнит.

— Давай нам пароль к твоему облаку!

Новаку хотелось бы выкрикнуть «нет» и встать. Ему хотелось бы позвонить матери, брату, в скорую помощь, в полицию. Наконец он кричит: «Скарлетт, вызови полицию», но Давор отменяет звонок и подключает к разъему на телефоне небольшую электронную коробочку.

— Смотри, — говорит он специально для Новака. — Я тебе все спроецирую, чтобы ты сегодня спать лег уже не полным придурком...

Агрессор внезапно становится очень спокоен и сосредоточен. Новак набивает код открытым текстом. ScarlettX69. Борис улыбается. У него нет ни единого зуба.

Давор уже работает, используя гладкую опору моста — он выносит на нее видеопроекцию экрана bright-фона, размером примерно 40 дюймов. Новак сейчас смотрит кино.

Давор входит в облако, скачивает его на помигивающее кольцо на его среднем пальце, затем стирает облако, адресную книгу, электронные письма, изображения, сообщения. Он сбрасывает bright-фон до заводских настроек, удаляет отпечаток пальца Новака, напрямую переписывает идентификационные ключи, меняет серийный номер, проверяет онлайн, получает свои новые идентификаторы... Менее чем за две минуты он изменил всю конфигурацию, наложил свои стили, свой профиль, свои мелодии звонка и ярлыки.

Новак видит, что преображается его bright-фон. Того, что было ему так знакомо, так уникально, так персонализовано, настолько его , настолько вписанного вего жизнь, более не существует. Перезагрузка жизни. Это было как если бы кто-то полностью перекроил ему лицо или единым непрерывным вливанием заменил пять литров крови.

Давор и Борис отпустили его. От страха и шока он дрожит как щенок, и хнычет как девчонка. Давор меняет параметры ИИ. Меняет его голос, манеру речи, интонации.

— Добрый день, Давор. Желаете перейти на «ты»?

— Нет.

Скарлетт убита. Это первая мысль, которая приходит в голову Новаку. Но тут хуже. Ее заменили. Мужчиной. Молодым. С мужским голосом. Деловитым тоном. Сухим и бойким стилем разговора. Теперь у Новака по щекам текут ручьи.

— Вот, — говорит ему Давор. — Мы не какие-то козлы...

Хакер протягивает ему кольцо, которое стащил со среднего пальца.

— Тут, внутри, вся твоя жизнь. Не потеряй! Это единственная копия.

Следующих нескольких секунд он не помнит. Он просыпается на рассвете в той же луже, на той же набережной, захолодавший как мокрое белье, с горелым привкусом во рту. Видимо, шокер иногда так действует.

Он без помощи ориентиров находит лестницу, ведущую на проспект, который окаймляет набережную. У него мучительно болят подколенные сухожилия. После подъема наверх ему хочется знать, который час, поэтому он тянется к поясной сумочке и лихорадочно нашаривает свой bright-фон. Рефлекс. Он смотрит на солнце и запрашивает у Скарлетт эфемериды. Решает, что она в беззвучном режиме, и дважды постукивает по пустому кожаному чехлу. Какие у него на сегодня встречи? Ему надо бы пойти домой умыться, поэтому он прикладывает руку к отсутствующим очкам, чтобы активировать виртуальное путеуказание. Пусто. Никаких приложений, никаких Gapple Glass. Новак отдает себе отчет, что он не ориентируется, что он лет сто уже как не смотрел на свой город. Это Мост-да-Винчи, ага, а за ним? Вправо, влево, прямо? Сколько до его дома? По времени? По расстоянию? Посреди обледенелого моста он замечает терминал «Велектри», в этот час там полно велосипедов. Они снабжены геовождением, достаточно продиктовать адрес. Поэтому он садится в седло и просит Скарлетт разблокировать велосипед. Проходит почти десять секунд, прежде чем до него доходит.

— Позвони моей маме, пожалуйста... Скарлетт?