Читаем Системный Алхимик онлайн бесплатно

— ОТСУТСТВИЕ ДАРА! — мой мозг взрывался от оглушительного голоса. Хриплый крик разорвал вечер, окружив нас со всех сторон. Я пришёл в себя, чёрт знает где, а вокруг — толпа встревоженных детей, напряжённых стариков и мужчин. — ИЗГНАНИЕ! — прямо передо мной возвышался огромный обелиск, пульсирующий кровавой аурой.

— ИЗГНАТЬ! — толпа подхватила слова старика, который стоял рядом с обелиском. Они голосили во всё горло, и их взгляды оказались направлены на меня.

— Изгнать? — я оступился и не мог понять, что происходит. Огонь факелов плясал в ночи, отбрасывая резкие тени на лица толпы, а голоса людей становились всё громче и громче, из-за чего голова начала жутко болеть.

Я заставил себя дышать глубже, вглядываясь в лица толпы. Кто они? Почему их глаза полны ненависти?

Разве… Разве я не должен быть в той пещере вместе со своим напарником? Мы нашли странные руины по подсказкам, оставленным моим отцом-археологом. Как путешествие в Сахару могло вылиться вот в это?

Я судорожно огляделся по сторонам. Народ быстро стёкся ко мне и окружил плотным кольцом. Их лица полны гнева, а руки сжаты в кулаки!

Какого дьявола я делаю здесь? Кто все эти люди?

— ИЗГНАТЬ! — снова взревел старик, что стоит подле огромного вытянутого обелиска. От удара посохом о землю алые руны на поверхности камня начали сильно пульсировать.

— ИЗГНАТЬ! — толпа повторила за ним и подхватила меня под руки.

— Остановитесь! — я схватился за первую попавшую руку и вдруг осознал, что оказался не в своём теле, а в шкуре какого-то ребёнка. Тощие бледные руки не могли оказать никакого сопротивления мужчине, что тащил меня, словно тряпичную куклу. — Ублюдки! Уберите свои грязные лапы! — начал брыкаться в попытках вырваться. Плевать, где я, нужно сначала спастись!

Схватился за воротник какого-то парня — он завалился на землю, таща за собой несколько людей. Ударившись о землю, я попытался убежать вперёд, но толпа настигла меня и снова подхватила под руки, волоча вперёд.

Сам того не понял, как оказался возле огромного деревянного частокола. Люди возле ворот потянули за толстые канаты, сплетённые из лиан каких-то растений, и массивные двери со скрипом раскрылись.

— ОСТАНОВИТЕСЬ! — вдруг позади толпы разорвался чей-то крик. Толпа застыла на месте. Молодые парни, дети и старики с мужчинами смотрели на того, кто стоит сейчас возле обелиска. Старик с резным посохом, облачённый в шкуру какого-то животного, мрачно поглядывал в сторону, откуда раздался звук.

— Барус, это не твоё дело! — грозно прошипел дед. Его слова были адресованы седовласому старцу, который, сгорбившись, едва удерживался на ногах с помощью тонкой трости. — Этот мальчишка! — он зыркнул в мою сторону. — Мы и так дали ему шанс остаться в племени. Таковы обычаи — если он не прошёл церемонии взросления и остался без дара, то пусть покинет нашу деревню! В противном случае, он навлечёт на нас беду, как это было… — не успел он договорить, как его прервал сильный кашель Баруса.

— Кха-кха, — старик, выступавший за то, чтобы толпа остановилась, резко закашлял. Кровь полилась из его рта, и его тело скрутило — вероятно, боль была невыносима.

— Помогите ему! — часть людей бросилась помогать старцу. Они подхватили его под руки и поставили на ноги перед незнакомцем с посохом. — Ты и так скоро отойдёшь в мир иной, так зачем разрушаешь своё тело? — старец приложил руку к голове Баруса, и прямо на моих глазах от его сухих пальцев разошлись зеленоватые блики — они приземлились на лоб старика, и тот наконец-то нормально задышал.

Смахнув кровь с уголков рта, Барус выпрямился, как ни в чём не бывало, и прошипел сквозь стиснутые зубы:

— Мальчик имеет талант к алхимии! — его слова заставили вождя племени сильно задышать. — Нет дара, но есть талант! Разве этого мало? Я скоро отойду, так кто же займёт моё место? — Барус развернулся и обратился к озверевшей толпе. — Ты? — он указал на случайного мужчину, но тот покачал головой. — Или, может быть, ты? — никто не ответил на его слова. Все молча опустили голову. По всей видимости, он имеет авторитет среди этих людей.

«Вертел я на одном месте эту алхимию и это место, мне нужно вернуться домой!» — но я промолчал, лишь проговорив всё это в мыслях.

Сейчас нельзя встревать в разговор между ними — нужно наблюдать и понять, что сейчас происходит. На первый взгляд, это самая обычная деревня. Факелы, высокий деревянный забор и странные люди, но чем больше я приглядывался к мелочам, тем сильнее обалдевал. У детей здесь мускулистое тело, что вообще не свойственно их возрасту. Мужчины разрисованы чёрными наколками — это не просто татуировки, а рунические символы, практически точно такие же, как на обелиске.

О нём ещё стоит поговорить. Кроваво-красные руны на обелиске пульсировали, словно живые, испуская низкий гул, от которого дрожала земля под ногами. От него в разные стороны расходились алые вспышки света. Разве подобное могло появиться в моём мире? Ответ — нет.

— Ты! — старик с посохом указал на меня. Толпа разошлась в разные стороны, оставив меня стоять в центре круга. — Подойди сюда, — он поманил меня рукой. Золотые браслеты мелодично громыхнули на его запястье.

Я посмотрел по сторонам и молча пошёл вперёд.

— Слабак, — вдруг кто-то из толпы прошипел, гневно прожигая меня глазами. — Ты труп!

Девочка с косичками, не старше десяти лет, ткнула в меня пальцем. — Он проклят, я видела, как обелиск отверг его!

Парень с кривой ухмылкой и татуировкой в виде змеи на шее сплюнул мне под ноги. — Без дара ты не жилец, чужак!

Не обращаю внимания на их слова, ведь это говорят дети. Злые, озлобленные на тело, в которое я перенёсся. Меня это не интересует, я не родился в этом месте — всего лишь гость. Найду возможность вернуться домой и забуду всё, как страшный сон.

— Слушайте все! — я подошёл к старику и встал подле него. Тот ударил посохом по камню, и толпа мгновенно затихла. — Церемония взросления продолжается! Дети, вы — будущие охотники и столпы нашей деревни! Подойдите же к камню! — он снова ударил посохом. Отцы подтолкнули своих детей к камню, а те уверенно направились к нему, выкатив грудь вперёд. Они вызывающе смотрели в мою сторону, показывая тем самым своё превосходство.

— А ты? — старейшина этой деревни пренебрежительно посмотрел на меня. — Чужак… — процедил он. — Спрячься в нору и живи там, не высовываясь. Только из-за Баруса я позволил себе такую слабость, надеюсь, она не обернётся трагедией для нас.

— Идём, мальчик, — мой защитник схватил меня за плечо и потащил прочь от площади, где расположен обелиск. Я не сопротивлялся, шёл рядом с ним по широкой дороге. Старик впереди меня молча отчеканивает концом трости, тяжело вдыхая прохладный воздух. Мы дошли до одинокого дома на окраине деревни. Здесь нет света факелов — только мрачная, давящая атмосфера.

Он — изгой? Да, это первая мысль, которая появилась в моей голове при виде этого заброшенного дома. Трава поросла здесь до колена, а ограждённый низеньким забором участок уже давно скрылся за сорняками.

— Я устал, согрей мне воды, — старик вошёл в дом и захлопнул за собой дверь. Я долго не думал — молча вошёл следом за ним и тут же зажал нос двумя пальцами. Вонь внутри хибары просто невыносимая. Самые разные ароматы смешались в один единый ядерный заряд, который свалит с ног любого.

Убранство внутри тоже не пестрит богатством. Одна придавленная деревянная кровать, куча полок, прибитых к стене, и большой толстый стол, заваленный всяким барахлом. Везде валяются травы и ошмётки чего-то непонятного.

Барус рухнул на скрипучую кровать, ткнул тростью в сторону очага. — Воды, Алекс. И не стой столбом, будто дар у тебя всё-таки отняли.

Я вздрогнул и посмотрел на Баруса, а тот — на меня.

— Что с тобой? После инициации взросления ты будто бы сам не свой, — старец нахмурил седые, отпущенные брови. — Я же говорил, что так и будет, зачем ты настоял на своём?

Я не знал, что ему ответить, ведь не понимал, что за процесс инициации и какого хрена вообще происходит. Не стал бросаться в крайности и паниковать, а легко ответил:

— Я не знаю.

— Эх, — в ответ старик покачал головой. — Нет у тебя никакого таланта, — он поджал нижнюю губу. — Тебе нужно бежать на рассвете, — вдруг выдал Барус. — Малышня не слезет с тебя живым, забьют до смерти, несмотря на слова старейшины.

Оказывается, у парнишки, в чьё тело я попал, нет никакого таланта к так называемой алхимии.

— Ай! — вдруг в голове что-то кольнуло. Острая боль распространилась по всему телу, сковывая меня. Я не знал, что происходит, просто сел на пол и пытался вытерпеть всё. Перед глазами проносились странные символы светло-голубого цвета, они заворачивались в слова, значения которых я не понимал.

Нет! Это же!.. Когда слова сплелись воедино и их было видно даже сквозь зажмуренные веки, меня осенило!

Это те слова, которые буквально пронизывали все руины, через которые я попал в это место. Заброшенный город под толщей песка, в центре которого стоял точно такой же обелиск, как в этой деревне. Обрывки воспоминаний того момента заполонили всю голову. Мой друг, я, прикосновение к обелиску, перенос через червоточину…

Неужели пути назад нет⁈ Как всё произошло?

│ Процесс перемещения души завершён │

│ Система — «Божественный алхимик», приветствует вас, пользователь │

│ Найдено четыре точки соприкосновения с телом, ошибка, отсутствует духовная проводимость │

│ Ошибка! Отмена соединения, тело полно нечистот, которые нарушают работу центральной системы │

│ Рекомендация: избавьтесь от токсинов в течение следующей недели, иначе ваш путь алхимика будет завершён, так и не начавшись │

В голове прозвучали холодные, лишённые жизни слова. Нечто о системе, божественном алхимике. Я уже не понимал, кто я и где. Всё вокруг закружилось, и сознание быстро утекло во тьму. Почувствовал невесомость, завалился вперёд и, ударившись головой о деревянный пол, отключился.

— Алекс! — из дома послышался хриплый голос старика Баруса. — Согрей мне воды. — Последние четыре дня я ничего не делал — ел, спал и грел воду.

— Хорошо. — Возле дома находится глубокий колодец с невероятно вкусной водой. Я подошёл к нему, сбросил деревянное ведро вниз и начал закручивать ручку, еле натягивая толстую верёвку. Слабость в тощих руках напомнила, что это тело — не моё.

Согрев воды старику, я вылил всё в металлический таз и поставил перед кроватью, а сам вышел, не дожидаясь слов благодарности. Присел на крыльцо. Лицо обдувает прохладный утренний ветерок, лаская кожу. Облокотился руками на колени и погрузился в раздумья.

Каждый раз, глядя на свои тощие руки, я ждал, что проснусь, но реальность упрямо пахла сыростью и травой.

Я всё думал, что увижу знакомый небоскрёб за окном, услышу гул машин или запах кофе из кофейни под домом. Вместо этого — тишина, скрип колодца и ветер, несущий запах травы. Четыре дня уже прошло, а я всё ещё чужак в этом теле, в этом мире. Домой не вернуться, и эта мысль не давала покоя.

Самое интересное, что после инициации взросления, которую я очевидно провалил, никто из местных не приходил на порог дома одинокого старика. Все будто бы забыли про нас, только Барус изредка выбирался из своей берлоги, чтобы, по его словам, отнести лекарственные мази, растворы и прочие алхимические приблуды, о которых я ничего толком не знал.

С того момента, как перед глазами появилась система, она больше никак не взаимодействовала со мной. Некто или нечто одарили меня странным навыком, который способен искать лекарственные травы в радиусе десяти метров. Конечно же, я неоднократно использовал его. Порой доходило до того, что я падал от истощения, перебарщивая с использованием. В любом случае, получение своего преимущества в новом мире, пускай и неизвестным мне способом, не могло не радовать.

За всё это время старик ни разу не упомянул про алхимию, даже когда он занимался работой и мастерил какие-то лекарства на своём дубовом столе, заваленном хламом, не позволял мне наблюдать. Сначала я подумал, что Барус мог быть разочарован в теле, в которое меня угораздило попасть, но потихоньку до меня дошло — он не учил и не будет учить меня, а слова о моём таланте к алхимии — брехня и пустой звук. Это было сказано только для того, чтобы спасти мне жизнь, за что я благодарен ему.

За четыре дня я совсем ничего не узнал о деревне, ведь не отходил далеко от дома. По словам старика, мне не стоит этого делать, если я не хочу нажить проблем на пятую точку.

Вопрос о побеге тоже отпал сам собой. После потери сознания, когда пришёл в себя, Барус больше не упоминал про это.

Через час я забрал воду и вылил её рядом с крыльцом, вернул таз на место и снова вышел на улицу. Понятия не имею, о чём с ним можно поговорить, да и не знаю, как начать разговор об алхимии — поэтому, не зная, чем заняться, решил облагородить прилегающую территорию. Здесь всё поросло сорняком, некоторые кустарники уже достигли двух метров.

Рядом с домом был небольшой сарай, крыша которого уже завалилась на бок. Глубоко вдохнув, пошёл в его сторону. Еле-еле смог вытянуть на себя дверь. Она уже погрузилась в землю — видно, что давно никто не пользовался этой пристройкой. Растолкал кусты в разные стороны и зашёл внутрь. Стоило переступить порог, как в нос ударил стойкий запах сырости, который мигом осел в глотке.

Решил отступить и подождать, пока выветрится. Не сказал бы, что являюсь брезгливым к подобному, но смрад там стоит отменный, боюсь, не каждый деревенский выдержал бы.

Я протиснулся в сарай, раздвинув колючие кусты, и сразу закашлял — сырость пропитала всё — от пола до потолка, пахнущего гнилью. В полумраке разглядел стену, увешанную ржавыми граблями и ножницами.

— Что ты там роешься? — хриплый голос Баруса заставил меня вздрогнуть. Он стоит в дверях, опираясь на трость, и его глаза подозрительно щурятся.

— Хочу убрать участок, — ответил я, глядя ему в лицо.

— Убрать? — он фыркнул, но в голосе мелькнула тень удивления. — Год ты прятался за моим котлом, а теперь в садовники подался? — Барус шагнул ближе, и я заметил, как его рука дрогнула на трости.

— Ладно, делай что хочешь. Но не суйся туда, куда не просят. — Он покачал головой и, развернувшись, захлопнул дверь, оставив меня наедине с инструментами.

Оказывается, этот парень живёт с Барусом уже год. Если мальчик, в чьё тело я попал, такой ленивый и ничего не делал, то зачем старик помог мне, когда я провалил инициацию?

— Подождите, — когда старик пошёл в сторону дома и уже планировал скрыться за дверью, я окликнул его.

— Чего тебе? — огрызнулся Барус. — Быстрее, ноги уже болят стоять.

— Я всё равно уберу участок, всё-таки вы кормите меня и дали мне кров, — я говорил это от чистого сердца. Оказался в чужом мире, в чужом теле, а здесь уже все комфортные условия, разве я должен пользоваться этим и ничего не делать? Не думаю — нужно потихоньку двигаться, не привык я сидеть на месте без дела.

— Делай что хочешь, — устало буркнул старик. Он махнул рукой и захлопнул скрипучую дверь.