Читаем Симулятор судьбы – 5 онлайн бесплатно

Рина уже собиралась ответить Вере, когда ее телефон, лежащий на столе, завибрировал.

— Минутку, — она грациозно, но стремительно взяла телефон и разблокировала экран.

К ее удивлению, это оказалось не сообщение от Сани, а уведомление из социальной сети. Сохраняя внешнее спокойствие, она открыла публикацию.

Пост был от Иры Воробьевой — всего три слова: «Вечерний семейный ужин!!!»

На фотографии Ира в домашнем свитере и легинсах сидела за богато накрытым столом, показывая знак победы. Рядом ее элегантная мачеха, Анна Викторовна, с материнской заботой накладывала еду в тарелку падчерицы.

На первый взгляд — обычный семейный снимок. Но Рина увеличила изображение. В углу, рядом с Ирой, отчетливо виднелся профиль Сани с его характерной полуулыбкой. Он держал вилку над тарелкой с говядиной по-строгановски.

Пальцы Рины сжали телефон. Она открыла диалог с Ирой. Днем та написала: «Президент, у меня дела после уроков, можно сегодня пропустить кружок?»

Ответ Рины был лаконичным: «Можно». Так вот какие «дела» — семейный ужин с Саней, который даже не потрудился предупредить о своем отсутствии…

Рина выключила телефон и аккуратно положила его на стол. Повернувшись к ожидавшей ответа Вере, она произнесла ровным, но заметно похолодевшим голосом:

— Я передумала гулять. Можете идти отдыхать, Вера.

Домработница невольно вздрогнула — от юной хозяйки исходила почти осязаемая волна холода. Что-то в телефоне явно расстроило ее еще больше… Но Вера, проработавшая в семье много лет, знала, когда лучше промолчать. Она слегка наклонила голову:

— Как скажете, Рина.

После ухода Веры Рина достала из дизайнерского портфеля коричневый кожаный ежедневник. Открыв его на последней исписанной странице, она аккуратным почерком добавила:

«Сегодняшнее происшествие: Воронцов пропустил заседание кружка без предупреждения и уважительной причины».

Она замерла, рассеянно постукивая дорогой перьевой ручкой по странице. Затем снова открыла фото из соцсети и начала быстро выписывать короткие заметки.

Закончив писать, Рина вырвала чистый лист и аккуратно переписала список. Закрыв ежедневник, она направилась в гостиную, где Вера протирала антикварную мебель.

— Вера, передайте на кухню — эти блюда больше не готовить.

Взяв список, домработница удивленно пробежала глазами: бефстроганов, котлеты по-киевски, телячья отбивная с картофельным пюре…

— Рина, но это же ваши любимые блюда. Вы уверены?

— Да, я больше не хочу их видеть на столе.

Вера замялась:

— Но хотя бы бефстроганов… Вы же его с детства обожаете. Может, оставим?

— Нет, — Рина покачала головой. Ее голос звучал спокойно, но с той особой интонацией, которая не предполагала возражений. — Он мне разонравился.

— Слушаюсь, — Вера, знавшая характер хозяйки, не стала спорить и направилась на кухню.

Рина глубоко вздохнула и собралась подняться в свою комнату, когда телефон снова завибрировал. Она нахмурилась, намереваясь включить беззвучный режим, но, увидев номер, на мгновение замерла и ответила:

— Папа…

Она поднялась в спальню и плотно закрыла дверь.

— Да, я поужинала, не беспокойся… Да, ты тоже береги себя на работе.

Внезапно ее пальцы крепче сжали телефон, но тут же расслабились. Она молча выслушала собеседника, затем тихо произнесла:

— Мама уже говорила со мной об этом… Папа, я серьезно обдумываю этот вопрос. Когда приму решение, сразу тебе сообщу. Да… хорошо… работай, поговорим позже.

Закончив разговор, Рина молча стояла у окна, снова глядя на фотографию в телефоне. Внезапно она вышла из комнаты и окликнула Веру:

— Пусть Михаил подготовит машину. Я хочу проехаться.

— Конечно, сейчас распоряжусь!

— Подождите. Вы не поедете со мной, я хочу побыть одна. И еще… Можете не ждать моего возвращения.

В это время в просторной столовой Воробьевых стол был уставлен различными изысканными блюдами. После таких обильных закусок Саня чувствовал приятную сытость. Доев третью порцию бефстроганова, он отложил приборы:

— Спасибо за угощение, все было невероятно вкусно. После такой домашней еды даже в лучший ресторан идти не захочется, — искренне похвалил он кулинарные таланты Иры.

Та просияла:

— Я буду готовить тебе домашние обеды каждый день! Больше никакой столовой!

— Какая заботливая хозяюшка растет, — с лукавой улыбкой заметила Анна Викторовна. — Хотя, Саша, боюсь, после ее стряпни ты уже не сможешь есть ничью другую еду. Видимо, придется тебе жениться на нашей Ирочке…

— Анна Викторовна! — Ира вспыхнула, ее голубые глаза расширились от смущения. — Я просто хочу, чтобы Саша правильно питался… И вообще… — Она осеклась, встретившись с насмешливым взглядом мачехи, и прикрыла рот ладошкой. Прокашлявшись, попыталась сменить тему: — Саш, спасибо за помощь с задачами… Если завтра снова будут сложности, поможешь?

— Конечно, без проблем, — улыбнулся Саня.

Ира с облегчением выдохнула, но тут же спохватилась и виновато посмотрела на мачеху. Анна Викторовна перехватила этот взгляд и, не дожидаясь извинений, тепло улыбнулась:

— Я рада, что ты так серьезно взялась за учебу. Саша может приходить, когда захочет… Просто предупреди меня сообщением.

Время за разговором пролетело незаметно. За окном сгустились сумерки. Саня, выбрав подходящий момент, стал прощаться. Ира собрала ему с собой целый пакет домашней выпечки и десертов.

— До завтра, Саш, — она проводила его до двери.

В свете уличного фонаря ее лицо казалось особенно нежным. Саня кивнул и направился к подъезду. Лифт не стоял на первом этаже. Нажав кнопку вызова, он принялся ждать.

Через несколько секунд двери открылись… но Саня замер на пороге.

В лифте стояла та самая готесса. Сегодня она была в строгом черном платье викторианского стиля, словно собралась на похороны. В руках все тот же огромный старомодный чемодан. На бледном лице читалось разочарование, она что-то едва слышно бормотала:

— Как же так, куда все делось… Неужели так быстро…?

Заметив Саню, она медленно вышла из лифта, волоча за собой чемодан. Колеса неприятно скрипели по полу. В этот раз чемодан казался пустым — никаких следов крови, хотя тот же тяжелый затхлый запах все еще витал в воздухе.

Она остановилась перед Саней, подняла на него неестественно яркие голубые глаза и с жутковатой улыбкой произнесла:

— Добрый вечер, Саша. Знаешь… так поздно возвращаться опасно. Ты разве не слышал? Убийца бабников… снова вышел на охоту.

Саня нахмурился. В последнюю встречу Агата Левицкая тоже упоминала о новом преступлении. Интересно, об одном и том же случае идет речь? Но разве Мила Лазарева не переехала? Решила вернуться?

Впрочем, сейчас она не представляла для него серьезной угрозы. Кивнув готессе, он вошел в лифт. Она не уходила, продолжая буравить его взглядом.

— Кстати, я так и не узнал твоего имени.

— Имя? — Девушка задумчиво коснулась подбородка, потом вдруг улыбнулась странной улыбкой. — В следующий раз… если доживешь до нашей следующей встречи, я скажу тебе свое имя.

Старые створки лифта медленно закрылись. Что она имела в виду?

Поднявшись на свой этаж, Саня увидел знакомую фигуру у своей двери. Рада Сергеевна сидела, поджав ноги, привалившись к косяку. В руке телефон, голова склонилась набок — похоже, заснула.

Ее длинные ресницы отбрасывали тени на темные круги под глазами, брови были нахмурены даже во сне. А из уголка приоткрытых губ стекала тонкая струйка слюны…

— Рада Сергеевна? Рада Сергеевна!

Саня осторожно тронул ее за плечо. Только после нескольких попыток она начала просыпаться.

— М-м… А, Саша, ты вернулся? — Она попыталась повернуть голову, и ее шея отозвалась громким хрустом. Поморщившись, Рада Сергеевна потерла затылок одной рукой, другой протирая глаза. — Саша, я… Ой!

Попытавшись встать на затекшие ноги, она пошатнулась. Саня едва успел подхватить ее, и Рада Сергеевна практически упала ему в объятия.

— Ух… все болит, — она потирала то спину, то шею, то плечи, не зная за что хвататься. На лице еще виднелись следы пыли от двери, что делало ее похожей на растрепанного воробышка. — Это все ты виноват! Заставил меня так долго ждать, что я уснула!

— Давайте сначала войдем, а внутри все обсудим, — Саня достал ключи, пока Рада Сергеевна, продолжая что-то ворчать, отступила в сторону.

Замок открылся, и Саня, поддерживая все еще нетвердо стоящую на ногах учительницу, вошел в квартиру. За ними тихо закрылась дверь.

Они не заметили пристального взгляда из глубины коридора.

Лифт успел спуститься и снова подняться… Когда двери открылись, оттуда вышла не готесса, а Рина.

Она застыла статуэткой, наблюдая эту сцену — как Саня поддерживает Раду Сергеевну, как они о чем-то тихо переговариваются, как скрываются за дверью его квартиры.

Сегодня вечером Саня не только ужинал у Иры, но и вернулся домой с Радой Сергеевной.

И даже не удосужился ей написать!

Лицо Рины оставалось безупречно спокойным, но в глазах появился опасный стальной блеск. Каблуки ее дизайнерских туфель беззвучно ступали по ковровой дорожке, пока она решительно направлялась к квартире Сани.

Закрыв дверь квартиры, Саня помог Раде Сергеевне пройти внутрь. После целого дня отсутствия в помещении царила кромешная тьма.

— Рада Сергеевна, осторожнее, — предупредил Саня, но не успел договорить, как она ударилась мизинцем о подставку для обуви.

— Ай! Мой мизинчик… — она вскрикнула от боли, из глаз брызнули слезы. Рада Сергеевна повисла на Сане, пытаясь онемевшей рукой нащупать ушибленное место.

Ее телефон подал сигнал о сообщении. Она вздрогнула, машинально отвернулась и торопливо взглянула на экран.

— Не двигайтесь, я включу свет, — сказал Саня, протягивая руку к выключателю.

— Хорошо, — кивнула она, убирая телефон.

Но Саня вдруг замер:

— Вообще-то, ушиб с другой стороны.

— Я… я знаю! — словно решившись на что-то, Рада Сергеевна резко подалась вперед.

Она весьма решительно прижала Саню к стене, накрыв его руку своей прохладной ладонью. Пряди ее волос скользнули по его лицу — прохладные и шелковистые, как струи воды.

— Саша… — позвала она и, помедлив, глубоко вздохнула: — Милый… Давай не будем включать свет. Так лучше.

Саня удивленно посмотрел на нее. Такое обращение, такое поведение… сегодня она была необычайно смелой.

Раз уж она настроена так решительно, он не мог ее разочаровать. Легко сменив их позиции, он прижал учительницу к стене:

— Хорошо, если ты не хочешь света… — он запнулся, непривычно было называть ее просто по имени после стольких «Рада Сергеевна». — Если ты не хочешь, Рада, не будем. Пройдем немного вперед, там диван.

— Д-да… веди, я за тобой, — она слегка заикалась от волнения.

Ее ноги все еще плохо слушались, поэтому она обвила руками его шею, прижимаясь вплотную. Саня хорошо знал ее привычки после стольких симуляций и недавних встреч. Его рука устремилась по проторенному пути между ее ног…

Но только они начали входить во вкус…

БАМ!

Снаружи раздался оглушительный стук в дверь. Прочная дверь даже задрожала — можно представить, с какой силой в нее стучали.

Саня глянул на дверь, но решил игнорировать — сейчас были дела поважнее. Они с Радой Сергеевной, не разжимая объятий, продвигались в глубь гостиной.

Она тоже не обратила внимания на шум. Добравшись до дивана, неожиданно властно скомандовала:

— Не двигайся, я сама!

— Дело не в том, что нельзя, просто твои движения… — Саня погладил ее по голове, но не договорил.

БАМ! БАМ! БАМ!!

Удары становились все громче, под конец это было уже настоящее избиение двери.

— Кто там может быть? — недовольно спросила Рада Сергеевна, отстраняясь. От ее властной уверенности не осталось и следа.

— Пойду посмотрю.

Прервавшись на самом интересном месте, Саня чувствовал себя неуютно. Кое-как поправив одежду, он попытался успокоить возбужденного бойца между ног. Потом направился к двери. Грохот не прекращался.

Саня открыл дверь, недовольно хмурясь:

— Кто…

Но увидев, кто стоит за дверью, осекся:

— Рина?

«Что⁈» Услышав это имя, Рада Сергеевна широко распахнула глаза. Ее руки машинально поправили одежду, сама она молниеносно отступила в дальний угол дивана.

К счастью, в комнате было темно — она видела силуэт в дверном проеме, но тот, кто стоял снаружи, вряд ли мог разглядеть ее. «Боже, только бы он выпроводил ее поскорее!» — мысленно взмолилась Рада Сергеевна.

Саня с удивлением разглядывал неожиданно появившуюся Рину. Впрочем, быстро взяв себя в руки, он догадался — скорее всего, это связано с тем, что он сегодня пропустил заседание кружка.

— Рина, что-то случилось?

Саня не приглашал ее войти — со своего места он не видел, успела ли Рада Сергеевна привести себя в порядок. Лучше дать ей больше времени.

Рина молчала, просто пристально глядя на него своими спокойными глазами.

— У меня что-то на лице? — Саня недоуменно потер щеку.

Рина по-прежнему молчала, ее взгляд скользнул по его шее. Там виднелись несколько бледно-красных следов… матовых. Точно такой оттенок помады был сегодня у Рады Сергеевны.

Взгляд Рины стал еще холоднее. Она перевела взгляд в глубину квартиры, хотя без света мало что могла разглядеть.

Саня с недоумением посмотрел на нее, его взгляд задержался на ее руках. Обычно бледная кожа ладоней сейчас была покрыта красными пятнами, особенно припухшей была внешняя сторона.

Очевидно, колотя в дверь, эта гордячка вложила в удары всю свою силу. Похоже, если бы могла — не просто стучала бы, а выломала дверь.

Саня вздохнул и посторонился:

— Проходи, я принесу мазь от ушибов.

Услышав это, Рина перевела взгляд на него. Как и днем, она проигнорировала его слова, просто переступила порог.

Ее неторопливые шаги эхом разносились по квартире. Рина спокойно сняла обувь, ступила на пол прихожей и потянулась к стене.

Щелк!

Она включила свет в гостиной.

— М-м… — поморщилась Рада Сергеевна. Ее одежда была слегка помята, но в целом выглядела прилично. Внезапный свет заставил ее сощуриться, она с недоумением посмотрела на Рину.

— Рада Сергеевна, — бесстрастно произнесла Рина, глядя на учительницу так пристально, что та невольно вздрогнула, ощутив холодок.

— Э-э… добрый вечер, Звездова… Как ты вдруг здесь оказалась? — Рада Сергеевна попыталась собраться и сохранить достоинство старшей.

— Захотелось прийти и пришла, — не отводя взгляда ответила Рина.

— А, вот как… — Рада Сергеевна кивнула и бросила взгляд на Саню. Как учительница, пойманная учеником, она явно просила о помощи.

— Звездова, будешь чай или что-нибудь прохладительное? — вовремя вмешался Саня.

Рина снова проигнорировала его, словно в комнате были только они с Радой Сергеевной.

— Я бы выпила чаю… Саша, не мог бы ты налить мне? — не выдержав тяжелого взгляда Рины, поспешно попросила Рада Сергеевна.

— Хорошо, — кивнул он и ушел на кухню.

Обычно он держал в холодильнике только напитки, но чайные пакетики остались с того раза, когда заходила Маша. Он бросил пакетик в чашку и поставил чайник. Подумав, достал еще и какие-то снеки.

Чайник быстро закипел. А в гостиной по-прежнему стояла мертвая тишина.