Читаем Симилтронные пути (СИ) онлайн бесплатно

Тишина. Абсолютная, давящая, всепоглощающая тишина. В природе такую встретить практически невозможно, а уж в шумной столице и подавно. Только ведь я давно уже не в Москве… кажется. Или…

В порыве безумной надежды я распахнула глаза и едва подавила стон разочарования: окружающее пространство весьма и весьма отдаленно напоминало знакомую обстановку моей квартиры, то есть, вообще не напоминало, а именно, небольшая комнатка с ослепительно белыми стенами и огромным зеркалом вместо потолка больше походила на палату в больнице. Правда, настораживал один малозначительный факт: ни окон, ни дверей не было вовсе.

Но это не беда. К подобным неожиданностям я успела даже привыкнуть, а поэтому вполне уместного в данной ситуации приступа панического страха не последовало. Зато наступило крайнее удивление, и не без оснований. Во-первых, я лежала на каком-то странном подобии операционного стола, сделанного то ли из металла, то ли из пластика, немного наклоненного к поверхности пола так, что голова располагалась чуть выше ног. Во-вторых, источником света, как ни странно, являлось то, что я поспешила назвать полом. Ну и, наконец, в-третьих, все мое тело было забинтовано широкими тканевыми лентами. Смею предположить, что со стороны я здорово походила на свежеприготовленную египетскую мумию, ожидающую, когда ее торжественно уложат в саркофаг. Вот только на деле перспектива быть похороненной мне ничуть не улыбалась.

Ни одного более или менее вразумительного объяснения тому, каким образом я оказалась здесь, и, что еще важнее, где это, здесь, в голову не пришло. Попытка пошевелиться также окончилась неудачей. Ну и ладно. Зато я могу думать. Это уже радует.

Однако времени на размышления у меня тоже не оказалось, потому что внезапно потолок завибрировал и начал съезжать куда-то в сторону. Пока я, разинув рот, смотрела, как надо мной, в прямом смысле, едет крыша, откуда-то сверху, из открывшегося пространства развернулась тонкая ступенчатая лестница. Едва последняя пластинка-ступенька коснулась светящегося пола, в мою комнатку-камеру начал спускаться некто.

Вошедший человек неопределенного возраста был одет в странный черный комбинезон, плотно прилегающий к телу подобно второй коже, и белый халат свободного кроя без карманов, поясов и пуговиц. Длинные русые волосы были собраны в конский хвост, а темно-серые глаза смотрели на меня с нескрываемым любопытством.

-- Вы понимаете, что я вам сейчас говорю? — Неуверенно спросил незнакомец, смешно приподняв брови.

-- Э… Да.

-- Ф-ф-фп!

Похоже, мой немногословный ответ вызвал такую бурю эмоций, что человек в халате рискует задохнуться от восторга. Может, он принял меня за идиотку, а теперь в темпе пересматривает свое первое впечатление?

-- Кто вы? — Осмелилась задать вопрос я. — Как ваше имя? Где я нахожусь?

-- Позвольте представиться, реаниматор Кенст, — мужчина приложил ладонь левой руки к затылку. — Добро пожаловать в Текландт!

-- Куда?

-- В Текландт. Вам посчастливилось оказаться в одном из самых технически развитых миров Веселес.

-- Вот черт!

-- Что, простите?

-- Нет, нет, ничего.

-- Как вы себя чувствуете?

-- М-м, хорошо. Но как я здесь оказалась?

Кенст, видимо, только и ждал этого вопроса.

-- Ровно тридцать один хорм назад [см. Приложение] наше разведывательное подразделение обнаружило вас в одном из склепов Кладбища. При первичном осмотре никаких признаков жизни обнаружено не было…

Пока мужчина выдерживал драматическую паузу, перед моими глазами мысленно пролетели обрывки последних воспоминаний: могилы, Аурелиус, кувшин, падение, темнота, холод, и… Тридцать один что?

-- Однако оперативные действия реанимационного персонала позволили восстановить все функции жизнедеятельности организма меньше чем за сто четыре лимн.

Так, похоже, с Гринвичем здесь время не сверяют.

-- Что это за повязки? — Я попыталась кивнуть в сторону бинтов.

-- Это дезинфицирующие термозащитные тканевые волокна, пропитанные слабым раствором гипоаллергенного органического концентрата…

-- Все, все понятно, — я поспешила прервать обрушившийся поток терминологии. — Когда мне можно будет их снять?

-- Буквально через несколько лимн. Время физической реабилитации истекло, и вы совсем скоро сможете идти, куда захотите. Только перед этим я обязан вас проинструктировать.

-- Прошу прощения, реаниматор Кенст, вам, случайно, не известно, одновременно со мной в… э-э-э… Текландт не поступал еще один… лирен: молодой человек, двадцать лет, зовут Артем?

-- Да, он как раз ожидает вас в приемном отделе.

-- Артем тоже здесь? С ним все в порядке? — От радости у меня перехватило дыхание.

-- Более чем, — Кенст обошел стол, на котором я лежала, и поднял откуда-то снизу небольшой сверток черного цвета. — Ваша одежда, к несчастью, не выдержала дезинфекционной обработки, поэтому пока вы можете надеть униформу РОКа (сокращенно от Реанимационно-Оздоровительного Корпуса). Когда облачитесь в костюм, нажмите на металлическую пластинку на внутренней стороне манжета — и одежда примет форму вашего тела, поэтому путаницы с размерами не возникнет. Халат можете взять здесь же, позади вас на полочке. Для фиксации стыков краев достаточно просто запахнуть халат удобным для вас способом. После этого поднимайтесь по лестнице. Я буду ждать вас наверху.

С этими словами реаниматор развернулся и направился к выходу, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Итак, Текландт. В любом случае, это лучше, чем Судьба. Артем тоже здесь и, если верить Кенсту, в полном порядке. Значит, Аурелиус сдержал свое слово. Я, в свою очередь, сдержу свое.

Еще раз мысленно прокрутив в голове последние события, я сделала вывод, что в данной ситуации есть, в общем-то, два момента, поддающихся субъективной оценке. Первый, он же положительный, я и Артем вырвались из уже захлопывающегося капкана, обманули (не без помощи Аурелиуса, конечно) Судьбу и остались при этом в живых. Второй, он же отрицательный, мы уже не в родном мире. И это неприятно.

Стало быть, для начала нужно избавиться от этих дурацких повязок. Вот только я, как обычно, совсем забыла спросить реаниматора, как это сделать.

Не успела я завершить мысль, как натяжение бинтов резко ослабло, а через мгновение путы слетели сами по себе, позволив усесться поудобнее.

Подняв голову вверх, я увидела себя в отражении наполовину сдвинувшегося зеркального потолка. И сразу бросилась в глаза спина. Татуировка! Она исчезла! Все еще не веря в увиденное, я коснулась пальцами левой лопатки. Ничего. Что ж, если то "лекарство" в прозрачном кувшине, которое едва не отправило меня на тот свет, оказало такой "чудодейственный" эффект, можно и потерпеть некоторые неудобства. Включая клиническую смерть.

Осторожно пошевелив рукой, я не спеша сползла со стола и потянулась к свертку с одеждой. Развернув полотно, больше напоминающее мешок для мусора, я недоверчиво влезла в него и, нащупав металлическую пластину на "манжете", нажала на нее. Со звуком, характерным для сдувающегося шарика, неизвестный материал сжался, плотно облепив тело. При этом на костюме не было заметно ни единой складочки. Вот это я называю практичным подходом к одежде!

Теперь очередь за халатом. Края этой странной униформы прилипали друг к другу без всякой видимой причины. Я немного побаловалась, распахивая халат и снова заворачиваясь в него, но принцип работы подобного "чуда" так и не поняла. Ну и ладно.

Вновь запрокинув голову, я не без любопытства оглядела свое новое облачение. Выглядела я, так скажем, не по-человечески. Что, впрочем, в данных условиях и не удивительно. Надеюсь, зеркала здесь расположены не только на потолке. Иначе жизнь может несколько усложниться больной шеей.

Не теряя больше времени, я подошла к казавшейся хрупкой лестнице и плавно начала подъем. Уже через пару ступенек я мельком разглядела полы халата реаниматора, а когда передо мной открылось помещение над комнатой, я едва не вскрикнула от восторга.

Зал, в котором я оказалась, представлял собой колоссальных размеров куб, стены которого, сделанные из прозрачного стекла, являлись также стенками множества других комнат. Некоторые из них были пусты, в других на идентичных столах, где совсем недавно лежала я сама, неподвижно покоились перебинтованные фигуры. Вместо потолка над головой висело цифровое табло, на котором с невероятной скоростью сменялись незнакомые мне символы и значки. Периодически под потолком вспыхивала огромная цветная голограмма, изображающая нечто, смутно напоминающее внутренние органы. Некоторые изображения двигались, другие нет, однако все они появлялись и исчезали быстрее, чем я могла разглядеть подробности.

Сквозь прозрачный пол (очевидно, зеркало-потолок было односторонним) также можно было разглядеть комнаты-палаты, светящиеся полы в которых служили для всего куба своеобразными лампами. Удивительно, что яркость света ничуть не уменьшалась с удалением от источника.

Кенст жестом пригласил меня следовать за ним.

Не закрывая рот, я послушно пошла за реаниматором, бешено вертя головой по сторонам. Вот уж не думала оказаться в настоящем городе будущего.

Между тем, мы добрались до стены зала-куба. Только теперь я заметила, что здесь есть дверь, теряющаяся в поистине колоссальных размерах помещения. Кенст коснулся ладонью зеленоватой пластины, и перед мужчиной возникло крошечное объемное изображение его самого. После этого "двери" люка разделились на четвертинки и разошлись по спирали, открыв проход дальше.

Последовав за реаниматором, я шагнула в длинный коридор. Пол и потолок сияли все тем же странным светом, что и во всех видимых мною помещениях. А вот стены по бокам делились на множество сегментов-экранов, по которым транслировались какие-то фильмы.

-- Это ГВИСТ, — пояснил Кенст. — Галерея Величайших Исторических Событий Текландта. Самые крупные достижения, самые ошеломляющие открытия… и самые сокрушительные и роковые поражения и ошибки.

Мысленно усмехнувшись не к месту пафосному названию, я присмотрелась внимательнее к экранам. Здесь группа ученых суетится вокруг висящей в воздухе точки света, испускающей во все стороны ослепительные лучи. А тут человек, вернее, как принято здесь, лирен, нажав на поясе какую-то кнопку, поднимается над землей и парит в нескольких сантиметрах от горизонтальной поверхности. На другом экране крошечная ракет разбивала в мельчайшую пыль довольно крупный астероид. На соседнем изображении в изолированной комнате корчились в страшных муках люди, рвущие на себе кожу и плевавшиеся собственной кровью.

С ужасом отпрянув от стены, я приклеилась взглядом к другому экрану. Здесь десятилетний мальчишка, высунув язык от старания, чертил пальцем на специальной цифровой доске замысловатую формулу, содержащую в себе такое количество малопонятных знаков, что от одного беглого взгляда мне стало нехорошо.

-- Идемте дальше. Таких Галерей в здании сотни.

Слова провожатого вернули меня к реальности. Нехотя оставив экраны, мы подошли к концу коридора, где Кенст повторил ту же операцию, что и у предыдущей двери.

Следующий холл кардинально отличался от предыдущего гиперкуба. Стены были выкрашены в нежно-голубой цвет. Потолок в точности копировал вид ночного звездного неба. Только вместо привычной для меня луны я увидела лишь большой, окутанной белой дымкой шар, переливающийся серебристым цветом. Светящийся пол казался уже абсолютно нормальным. Зато вместо одной из стен было огромное окно. Подойдя к окну, я ахнула.

Открывшийся вид действительно напоминал сцену из фантастического фильма. Сотни высоченных небоскребов, представляющих собой монолиты, сделанные из стекла, стали и бетона, тысячи, нет, миллионы светящихся окон. С высоты птичьего полета я смогла разглядеть десятки уровней трасс. По одним сновали туда-сюда странной формы автомобили, которые даже не касались плоскости дороги. По другим с огромной скоростью неслись удивительные поезда, похожие на извивающихся стальных змей. В воздухе, также на нескольких высотных уровнях, летали диковинные аппараты. От такого количества света, испускаемого этими потоками транспорта, рябило в глазах. Земли видно не было, и, казалось, огромные обелиски зданий висели прямо в воздухе.

А в довершение всего, небо, яркого салатового цвета, нависшее над этим фантастическим городом, окончательно развеяло остатки уже исчезнувшей надежды: нет, это не твой родной, знакомый, привычный дом. Это чужой мир. И здесь мне явно не место.

-- Аня! — Раздался позади знакомый голос.

-- Артем!

Я обернулась ровно за миг до того, как друг прыжками добрался до меня, и повисла на шее у парня.

-- А я уже думала, что никогда тебя не увижу.

-- Как я за тебя перепугался. Ты бы знала. Просыпаюсь в какой-то странной комнате, без окон, без дверей. Я уже решил было, что попал в сумасшедший дом. Еще эти бинты вместо смирительной рубашки. А тут спускается человек, или, как там его, лирен и давай что-то говорить на тарабарском языке. Я даже оцепенел от неожиданности. Потом появился еще один… реаниматор. И тут я узнаю, что нахожусь уже очень далеко от России… Дальше, похоже, некуда.

-- Артем, как ты? У тебя же переломы! — Я тут же отстранилась от друга, внимательно осматривая его на наличие гипсовых повязок.

-- Все в порядке, — парень легкомысленно отмахнулся. — Это не мир, а ларец с чудесами. Меня буквально за пару часов поставили на ноги. Ни переломов, ни сотрясения, ни даже царапины. И как они это делают?

-- А… ты не помнишь, как оказался здесь? — Осторожно спросила я.

-- Нет, — Артем покачал головой. — Последнее, что я видел, это Пункт 11. А дальше — темнота. Но мне сказали, что я был обнаружен у порога… как его… РОКа в бессознательном состоянии. Ты не представляешь, что тут творилось в первые минуты! Меня пичкали какими-то препаратами, постоянно вкалывали всякую дрянь, даже не потрудившись нормальным языком объяснить состав, заявляя, что, видишь ли, на загадочном Транслите эквивалентов названий данных веществ нет. А потом я узнал, что ты здесь. Мне категорически запретили к тебе приближаться, а когда я услышал, что все это время тебя фактически пытались оживить, я бинты чуть зубами не порвал: как они могли ничего мне не рассказывать?! К счастью, все обошлось.

-- Артем, я хочу услышать от тебя: это не сон?

-- Нет, Аня, нет! — Артем подхватил меня на руки и начал кружить по залу. — Это самая настоящая явь! Я тут столько всего узнал! Здесь возможно практически все! Это мечта! Мечта под названием Текландт!

-- Послушай, Артем, — начала я, когда вновь почувствовала под ногами опору. — Все это очень заманчиво звучит, но… Но это не наш мир, понимаешь? Это все чужое… Здесь даже небо зеленое… И вообще я не понимаю, с чего это нас тут так хорошо принимают?

-- Давай не будем искать проблемы там, где их нет? Пока же все хорошо!

-- Вот именно, пока.