Читаем Симбиоз 8. Путь онлайн бесплатно
Симбиоз 8. Путь
Я видел как в Сибири упал астероид. Теперь там зона, где люди сходят с ума, а мутированные твари чувствуют себя как дома. Зов услышан. Пришло время пройти самый сложный путь.
Прочее / Неотсортированное / Боевая фантастика / РеалРПГ / Боевое фэнтезиВсё вокруг меня резко стало чёрно-белым. Я обернулся на товарищей — те застыли на месте, словно время для них замерло.
В голове прозвучал шёпот:
— Найди меня.
Тут же я увидел световой шлейф, который тянулся до «Милахи». А сама она почему-то находилась не далеко за стеной, а в паре метров от меня. Но, кроме нас с ней, здесь находилась ещё одна девушка с идеально прямыми длинными волосами.
Тот самый световой шлейф заканчивался на ней.
На ней была полупрозрачная бесформенная накидка из тончайшего шёлка. А стояла она по щиколотку в воде. Почему-то я решил, что это именна та вода, которую я смог рассмотреть в предыдущем видении.
— Так всё так ты астероид, — вызывающим тоном, сказал я. Хотя при взгляде на девушку не испытывал негативных эмоций. Напротив, она казалось мне самым близким и родным человеком. — Я же просил тебя не принимать женские облики.
— Нет, Максим, я не та, кем ты меня назвал, — ответила девушка.
— Кто же ты тогда?
— Найди меня. Пройди по пути, который я тебе указала, и я отвечу на все твои вопросы.
— Но я хотел бы услышать ответы сейчас.
— Понимаю, но наш общий враг не позволит долго общаться на расстоянии, — девушка с тревогой оглянулся по сторонам. — Ну вот, как я и говорила… — затем она быстро начала таять в воздухе. — Найди меня…
— Постой! — чувствуя, что будто теряю самого родного человека, выкрикнул я.
Но девушка не произнесла больше ни слова. А вслед за ней пропали и все остальные видения. А мир вернул прежние оттенки.
— Ты это кому? — покосился на меня Разводной.
— Сам не знаю, — растерянно ответил я.
Почти весь обратный путь я только и размышлял о девушке, к которой вёл световой шлейф. Пытался понять, почему она кажется мне такой родной.
Почему я считаю, что знаю её всю жизнь? Почему я хочу встретиться с ней больше, чем с Леной? Хотя чувства, которые я испытывал к незнакомке, были не такими, как к Лене. Последнюю я воспринимал, как свою вторую половинку, хотя мы с ней формально не встречались. Даже не говорили на эту тему. А вот незнакомку я воспринимал, как часть самого себя. Или даже больше — будто мы были единым целом.
— Если хочешь, я могу помочь разобраться в этом, — Разводной сидел, как и я, на броне БМП. Все остальные находились внутри. До границы зоны оставалась примерно половина пути.
— Думаю, это не тот случай, — покачал я головой, глядя на чёрную реку, вдоль которой мы ехали. — Насколько я понимаю, тебе нужно за что-то зацепиться, чтобы визуализировать. А ты ведь не видел тех видений, как я.
— Ты меня не понял, — пояснил Фёдор. — Я не собираюсь применять свои способности сейчас. Я лишь пытаюсь подсказать, почему ты не можешь понять своего чувства к той незнакомке.
— Объясни, — нахмурился я.
— Помнишь, когда Анжелика тоже услышала этот шёпот, — ответил «Ключ». — Дословно она сказала: — «Похоже на маму. Нежнее и приятнее голоса я никогда не слышала».
— И что? — всё ещё не понимал я.
— Ключевое слово — мама, — продолжал «Ключ».
— А это здесь причём?
— Ты ведь сирота, Макс? — увидев мой кивок, Фёдор продолжил. — Исходя из этого могу предположить, что тебе незнакома материнская любовь. Не знакомо то чувство, которое испытываешь к своей маме. Именно поэтому ты не можешь понять своих ощущений. Они тебе просто незнакомы. А вот «Ева» сразу уловила связь, потомоу что выросла с родителями.
— Допустим, — задумался я, вспоминая бабушку, которая мне заменила обоих родителей. Которой тоже несколько лет, как не стало. — И что нам это даёт?
— А вот тут я могу представить сотни различных вариантов, — вздохнул Фёдор. — Но лучший способ ты и сам знаешь.
— Пройти по световому шлейфу?
— Да.
— А вдруг это ловушка?
— Очень может быть…
Вдалеке показались бегущие Пушистик и Амай. Хищники настолько сдружились, что не отходили друг от друга ни на шаг.
Эрдэни тоже возвращалась вместе с нами. Она сидела внутри «Бэхи», где Ольга показывала различные видеоролики проекта «Вторжение» на планшете, который позаимствовала у командира БМП.
Мы с «Ключом» проехали ещё несколько километров в полном молчании.
Я написал сообщение Лене, что возвращаюсь на базу. Та в ответ прислала много смайликов и сердечек, а также добавила, что очень ждёт меня.
Затем открыл сводку о прошедшем бое.
Сколько я не зарекался не открывать рот при просмотре отчёта о большой битве, я снова не смог удержаться. Плюс 63 уровня за один час — это, сказать без ложной скромности, мощный результат.
Так ещё и множитель увеличился на 0,2 и в сумме теперь составлял целых 2,1. Это означало, что все мои характеристики можно смело умножать надвое. И, конечно же, я был очень рад сильно возросшей скорости восстановления маны. Вот только я не мог понять, каким образом это случилось. Ведь для этого нужны кристаллы…
— Что, уровень свой увидел? — улыбнулся Разводной, глядя на меня. — Согласен, знатно пофармили диких. Все наши ребята сильно выросли в этой схватке. Но нам нужно больше, чтобы идти вглубь зоны. Значительно больше.
— И не говори, — согласился я с Фёдором. — Думаю, нужно поднимать еще три сотни уровней, чтобы быть вровень с Коко Рамбо. Вот только где нам раздобыть столько ресурсов?
— Может, твоя незнакомка в этом нам поможет? — предположил «Ключ».
— Или наоборот убьёт.
— Или так…
До границы зоны мы добрались без приключений. Ни дикие, ни твари на нам попадались. Возле зоны нас уже ждал вертолёт. Эрдэни по началу отказывалась заходить на борт «Мишки», так как не хотела расставаться со своим мишкой. Но командир БМП обещал, что сопроводит Амая и Пушистика до самой базы.
И уже через полчаса мы прибыли на базу, над главными воротами которой зияла надпись, сделанная большими буквами: «База Сибирская».
Жалюзи на окнах в кабинете министра обороны Российской Федерации были плотно закрыты. Свет был приглушён. Ноутбук выключен. Телефон заблокирован. А входная дверь заперта.
Сам же генерал Захаров лежал на диване, запрокинув голову на подлокотник. Кроме него в помещении не было никого.
Старый боевой офицер никогда в жизни не позволял себе подобную слабость в рабочие часы. Но с тех пор, как он стал иммунным, многое изменилось. Да, его тело окрепло. Все болезни, которые накопились за шесть с половиной десятков лет его жизни, отступили. Он вновь чувствовал себя двадцатилетним энергичным юнцом. Таким, каким он когда-то был в военном училище.
А плюсом он получил отличительную способность — его организм больше не нуждался во сне. Он мог трудиться сутки напролёт, не зная усталости. Не сложно догадаться, что благодаря этому его работоспособность возросла в разы.
Тем не менее, у этого дара был и побочный эффект. Раз в тридцать часов Петра Алексеевича накрывала такая дикая усталость, из-за которой он переставал быть дееспособным. Примерно на полтора часа он полностью выпадал из жизни. Только вот сном это назвать было нельзя. Это было больше похоже на состояние, когда пытаешься уснуть при при температуре организма свыше 39 градусов.
Именно это сейчас и происходило с министром обороны. Вот уже час с лишним он обливался холодным потом и мучился в бреду, лёжа на своём диване.
Внезапно раздался стук в дверь.
Поначалу офицер не обратил на него внимания. Пока он бредил, в его дверь много раз стучались. И никто не осмеливался сделать это во второй раз. Посетители логично предполагали, раз генерал не разрешил войти с первого раза, значит не стоит его беспокоить. И уходили.
Но этот гость оказался настойчивым. Он стучался вновь и вновь в течение пяти минут. До тех пор, пока приступ не отпустил Петра Алексеевича и он смог подняться на ноги, чтобы впустить назойливого сотрудника.
— Только у одного человека есть столько смелости, чтобы так безрассудно рисковать своей жизнью, — приговаривал министр обороны, щёлкая затвором двери. Затем, открыв дверь и увидев посетителя, добавил. — Кто бы сомневался. Скажу вам честно, Константин Юрьевич, у вас очень слабо развито чувство самосохранения. Я ведь мог пойти и на крайние меры.
— Если бы я не дорожил своей жизнью, — отшутился министр безопасности, — я бы прошёл сквозь дверь и растормошил бы вас. Но я терпеливо ждал снаружи, когда вы соблаговолите меня впустить.
— И на том спасибо, — жестом приглашая гостя войти внутрь, тяжело вздохнул Захаров. А затем раскашлялся. — Простите, Константин Юрьевич. В горле совсем пересохло. Эти приступы вызывают страшное обезвоживание.
— По вам заметно, товарищ генерал, — произнёс Константин Юрьевич, заходя в помещение. Оказавшись внутри, он первым делом направился к окну, чтобы раскрыть жалюзи и впустить свет. — Выглядите неважно. Как будто только что с дембельского поезда сошли.
— Видели бы вы меня пять минут назад, — хмыкнул генерал, наливая из бойлера стакан холодной воды. — Когда этот «поезд» был ещё в движении…
— Не смею даже представлять такое, — усмехнулся Кожин.
— И не надо, — генерал, щурясь из-за ярких солнечных лучей, сел в кресло возле дивана и осушил стакан одним глотком. — Полагаю, случилась ядерная война, раз вы вломились ко мне без приглашения в самый ненужный момент. Если нет, то убирайтесь, Константин Юрьевич.
— Много чего произошло, Пётр Алексеевич, — Кожин уселся в соседнее кресло. — Но, к нашему счастью, ядерного обмена любезностями с нашими, так называемыми, западными партнёрами не случилось, — а затем шёпотом добавил. — Пока…
— Это радует, — генерал снова раскашлялся. Затем поднялся с кресла, чтобы налить себе ещё один стакан воды. — Ну рассказывайте, раз пришли. Чего у вас там? Не тяните рядового Кошкина сами знаете, за что.
— Начну с хорошего — отряд Ларионова успешно завершил миссию в Путоранской зоне, — начал докладывать Кожин. — Убили двух рыцарей. Обезвредили одну орду. Отыскали след пропавших американцев. Так же выясняли, что в сибирской зоне кроме основного астероида есть и осколки. И, похоже, их там гораздо больше, чем разбросало по всей планете, — министр безопасности поднял указательный палец вверх. — Кстати, один из осколков уже вывезли из зоны.
— И? — тяжёлым взглядом посмотрел Захаров на Кожина.
— После этого замедлился рост аномалии, — ответил Кожин.
— Намного? — генерал уже даже не отходил от бойлера и наливал себе стакан за стаканом.
— Незначительно, — покачал головой Константин Юрьевич. — В любом случае, мы теперь знаем, как затормозить распространение сибирской зоны. И это уже хорошо.
— Ещё какие новости? — генерал наливал себе уже четвёртый стакан.
— Может вам чего покрепче, Пётр Алексеевич? — отшутился Кожин. — А то вы так никогда не напьётесь.
— А толку-то? — хмыкнул генерал. — Алкоголь меня больше не берёт. Зря хороший коньяк только переводить.
— Тоже верно, — улыбнулся Кожин. — Кстати, помните того медведя, который загрыз несколько американских отрядов?
— Как его забыть? — генерал налил себе пятый стакан и вместе с ним вернулся в своё кресло. — Надо было всё-таки дать ему добраться до последнего американского отряда. Зря мы их пустили в зону, — затем генерал с напряжением в глазах глянул на собеседника. — Только не говори, что Ларионов убил этого медведя?
— К счастью, обошлось, — Константин Юрьевич, разблокировал свой телефон, чтобы найти нужную фотографию. — И ещё вы очень правы, говоря, что зря мы пустили американцев в зону. Но об этом чуть позже, когда дойдём до плохих новостей. Сначала про нашего мишку — хищник оказался дружелюбным. А ещё он был не один, — Кожин показал министру обороны фотографию Эрдэни. — С ним была вот эта девочка.
— Надо же, — взял Захаров телефон из рук Кожина, чтобы внимательней изучить фото девочки. — Она из местных?
— Так точно, — кивнул Константин Юрьевич. — До падения астероида она жила прямо у границы Путоранского заповедника.
— Получается, почти центре зоны, — прищурился генерал. Хоть приступ его уже отпустил, но лёгкая мигрень из-за обезвоживания ещё оставалась. — Выходит, у нас есть свидетель происходящего в глубинах Путоранской зоны?
— В каком-то смысле да, — покачал головой Кожин. Она давно покинула родные места. Но, если судить по её словам, уже тогда там было намного опаснее, нежели в любой другой зоне.
— Как бы то ни было, — хмыкнул генерал, — пусть командир сибирской базы узнает от девочки всю информацию, которой она располагает. А лучше пусть к делу подключат ту девушку, которая умеет заглядывать в головы.
— Аллу? — уточнил Кожин.
— Да, — подтвердил Захаров. — Только аккуратно. Чтобы эта девочка не испугалась.
— Это понятно, — согласился министр безопасности. — Но, сказать честно, её сложно чем-либо напугать. Она в зоне такого навидалась…
— Тем не менее, — вернул генерал телефон собеседнику. — Так, а что с американцами в итоге? Кроме этого Коко остались ещё живые?
— А вот тут начинаются плохие новости, — с разочарованием вздохнул Кожин. — Сколько выжило из той группы мы точно не знаем, но зато выяснилось, что теперь в сибирской зоне целая рота американских солдат.
— Это что ещё за новости? — взгляд генерала сделался таким грозным, что своим видом он мог бы запросто напугать не только детей, но даже взрослых. — Эта сейчас вы так, Константин Юрьевич, плохо пошутили?
— К сожалению нет, — Кожин нашёл ещё одну фотографию в своём телефоне. — По словам той же девочки все эти американцы предположительно находятся сейчас здесь.
