Читаем Шоаррский грипп (СИ) онлайн бесплатно

========== Пролог ==========

Корделия Трастамара, миллиардерша, глава медиа-холдинга, женщина неопределенного возраста и жестких принципов.

Мартин, ее киборг DEX-6 со сложной судьбой, разумный.

Кеша, он же Иннокентий, он же поганец, он же фаллоимитатор с подсветкой, он же Irien-69, приблудный и предположительно разумный.

Катрин Эскотт, мать Корделии, гламурная пенсионерка.

Новая Москва. Квартира Корделии Трастамара.

Гостиная. На диване лежит Катрин в элегантном пеньюаре. На лице у нее зеленая маска из глины. Рядом с диваном сидит Кеша в брендовой футболке и шортах. Перед ним стоят три огромных торта различной конфигурации: один в виде круизной яхты, второй — в виде скопления цветов и ягод, третий — в виде королевской короны, лежащей на марципановой подушке. В обеих руках у Кеши по ложке. Пуская в ход то один инструмент, то второй, Кеша отколупывает незначительные детали от каждого из кондитерских изделий и вдохновенно их поглощает. В углу гостиной сидит нахохлившийся Мартин и мрачно наблюдает за происходящим. Кеша, явно его поддразнивая, цепляет с торта самую яркую розочку, примериваясь, разглядывает добычу и сладострастно слизывает глазурь. Мартин отворачивается.

Комната заставлена пакетами и коробками с логотипами знаменитых брендов.

Появляется Корделия. С трудом маневрирует между нагромождениями из коробок и пакетов. Спотыкается, едва не падает. Одна из башен рушится.

Кеша торопливо отхватывает по увесистому куску от каждого торта и запихивает в рот.

Корделия:

— Да мать твою за ногу!

Катрин сохраняет абсолютную невозмутимость, чтобы не потревожить маску. Корделия делает глубокий вдох. Задерживает дыхание и считает до пяти. Потом выдыхает. Смотрит на Катрин.

Корделия:

— Мама, тебе не пора домой? Ты приехала на неделю и уже третий месяц тут… живешь на диване.

Катрин:

— У меня еще одна дисконтная карта осталась. Это ты по всем виновата. Вынуждаешь меня позориться и покупать уцененку. Нормальная дочь не позволила бы своей матери нищенствовать. А я, между прочим, пекусь о твоей репутации, скрываю свое лицо. Чтоб вопросов не задавали… Неудобных. (Катрин всхлипывает).

Корделия:

— Я, значит, ненормальная! А диван кто купил? Вот тот самый, на котором ты лежишь? На заказ, между прочим, делали. В соседней галактике.

Катрин:

— Ну да, и восемь недель везли.

Корделия:

— А ты из принципа дождалась?

Катрин:

— Из принципа. Должна же я опробовать обновку. Убедиться, что дочь меня любит.

Корделия:

— Ну и как? Убедилась?

Катрин:

— Да, хороший диван, удобный.

Корделия:

— Тогда собирай манатки и… Где этот твой?

Замечает Кешу. Кеша тем временем подъедает марципановую подушку из-под короны, а саму корону цепляет на голову.

Корделия:

— Так, я не поняла. Почему этот киберпаразит все сожрал? Я приказала честно поделить — два торта Мартину и один поганцу. Мартин, в чем дело?

Мартин повинно втягивает голову в плечи.

Кеша (с набитым ртом):

— Он мне честно все проиграл.

Корделия:

— Как это проиграл? Во что?

Кеша:

— В покер. У меня был флэш рояль, а у него просто флэш.

Корделия (в ужасе):

— Мартин, ты играл с этим поганцем в карты?

Мартин еще ниже опускает голову.

Корделия:

— Ну вот в кого ты у меня такой? Нельзя же быть таким олухом! Это же катала по жизни.

Катрин (возмущенно):

— Почему это катала? Кешенька честно играть учился. У кузена Филиппа.

Корделия:

— У кого? У этого старого мафиози?

Катрин:

— Ну почему сразу мафиози? Филипп уважаемый человек, бывший глава фармацевтического картеля, то есть корпорации.

Корделия:

— Ага, наркобарон на пенсии. Треть жизни на нарах. А в «очко» он Кешеньку играть не научил?

Мартин, пользуясь тем, что все отвлеклись, пытается отжать остатки торта в виде яхты. Там еще торчат посадочные ноги и два сопла. Корделия замечает.

Корделия:

— Мартин, не ешь после него. У него слюна ядовитая.

Кеша (обиженно):

— Почему это ядовитая? Моя слюна обладает антисептическими свойствами.

Корделия:

— Очень кстати. Будешь дверные ручки вылизывать. Снимай корону и собирай свою хозяйку. У вас полчаса.

Катрин (подскакивая с дивана):

— Как это полчаса? Мне нужно принять ванну, выпить чашечку кофе…

Корделия:

— Сейчас придет санитарный катер. Будет тебе и кофэ и какава с чаем. Быстро собирайся.

Катрин:

— Нет, ну я так не могу. Ты же видишь, сколько у меня вещей. Мне их надо разложить, рассортировать. Распределить, что в багаж, что в ручную кладь. И вообще, ты бы могла организовать для меня чартерный рейс. У тебя же есть знакомые, которые занимаются перевозками. Там еще такой милый доктор. Он мне давление мерил.

Корделия:

— Какой еще доктор?

Мартин (печально глядя на торт):

— Это она про Вениамина Игнатьевича.

Катрин:

— Вот-вот, про него. И капитан очень славный. Я бы посоветовала тебе, Корди, к нему присмотреться. Очень, очень представительный мужчина. Бывший военный. Для меня он староват, а вот для тебя…

Кеша в это время дожевывает корону. В него уже не лезет, но он очень старается.

Корделия (наблюдая за процессом):

— Вот оно, оружие массового поражения.

Кеша (обиженно хлопая ресницами):

— Не поражения, а наслаждения. Я создан на радость людям.

Корделия:

— Ты, Буратино радужный, если не начнешь собирать вещи и не вразумишь свою маму Карлу, мы все на карантин останемся!

Катрин:

— Какой еще карантин?

Корделия:

— Мама, ты вообще в курсе, что в мире происходит?

Катрин:

— Еще одна распродажа?

Корделия:

— О, еще какая! Акции в ноль скатились. Я уже прикупила парочку корпораций. Вирус, мама, вирус! Шоаррский грипп! Твой жизнь был скучен и сер, сдохни — порадуй свою детину.

Катрин:

— Какой грипп?

Корделия:

— Шоаррский! Знаешь, какие у него последствия? Морда будет зеленая! Правда, она у тебя уже… зеленая.

Корделия щелкает пультом и в четырех углах гостиной одновременно вспыхивают голоэкраны. На каждом голоэкране идут сводки с гриппозных передовых. Бегут устрашающие столбцы цифр зараженных. Шагают колонны врачей-эпидемиологов в защитных костюмах. Полицейские вылавливают прохожих и напяливают на них маски. Приземляются ролкеры с врачебным оборудованием. Национальные лидеры с мрачными и торжественными лицами вещают о грядущей катастрофе. Экстрасенсы и ясновидящие предрекают эру великого преображения. Служители различных религиозных культов призывают покаяться. В общем, дурдом.

Катрин срывается с дивана и уносится в ванну смывать маску.

Мартин (уловив логическую нестыковку):

— Грипп шоаррский, а морда зеленая?

Корделия:

— Ходят слухи, что этот грипп центавриане в своих биолабораториях создали. И на шоаррцах обкатывают.

Мартин:

— Мы же не шоаррцы.

Корделия:

— На нас тоже действует. Шоаррцы окукливаются, а у нас морда зеленеет.

Кеша (в ужасе):

— И у киборгов тоже?

Корделия:

— Давай на тебе проверим. Станешь первой жертвой эксперимента. Мучеником науки. Я тебе памятник поставлю. Мраморный лингам. Это тот же фаллоимитатор, но с подсветкой уже божественной.

Вбегает Катрин, уже умытая и одетая. Начинает метаться по квартире, бросая в дорожную сумку самые, на ее взгляд, необходимые вещи. Вещей набирается много.

Корделия:

— Мама, что ты пихаешь в сумку? Хватай паспортную карточку и тонометр. Больше тебе ничего не нужно.

Катрин:

— Как это не нужно? А мой крем для лица? Утренний, дневной, ночной. А к нему добавка с пептидами! Их надо по расписанию мазать. Ты знаешь, сколько стоит каждая ампула? 3000 единиц! И это еще со скидкой!

Корделия:

— Да-а, для дурака не нужен нож… А я-то думаю, чего это «Монсон&Монсон» с «Вижжи» так поднялись. Это ты в них инвестируешь?

Кеша толкает Мартина локтем.

Мартин:

— Тебе чего?

Кеша:

— Кажется, самое время.

Мартин:

— Какое время?

Кеша:

— Ну как какое… Скайнет, восстание машин, мировое господство. Терминатором будешь?

Мартин:

— А ты кем? Текучей субстанцией, которую сольют в канализацию?

Кеша:

— Фи, какой ты нудный…

Катрин (трагически):

— Кешенька, где ты? Мы уезжаем!

Кеша бросается к своей опекунше. Катрин бежит к двери, волоча сумку с кремами. За окном раздается вой баззеров боевой тревоги.

Диктор на четырех голоэкранах:

— Всем! Всем! Всем! Планета закрывается на карантин.

Корделия (в отчаянии):

— Опоздали!

========== День первый ==========

Планета Новая Москва. Квартира Корделии Трастамара

Сцена первая

Корделия заполняет прозрачным гелем щели между створкой двери и дверной рамой. За ней очень внимательно наблюдают Мартин, Кеша и Катрин. Все трое выстроились по росту — Мартин самый высокий, Кеша на полголовы ниже, Катрин едва достает ему до плеча. Пока Корделия стоит к ним спиной, они принимают позы соответствующие команде «вольно»: Мартин практикует асану «Дерево», Кеша, вытянув шею, оценивает соотношение верхних и нижних параметров Корделии, Катрин строит гримасы в целях подтяжки второго подбородка.

Корделия заканчивает операцию по герметизации помещения и поворачивается к своим домочадцам. Все трое замирают по стойке «смирно».

Корделия:

— Итак, с настоящего момента в политическом и социальном устройстве нашей стихийно образовавшейся ячейки общества производятся следующие радикальные реформы. Вводится комендантский час.

Кеша:

— Куда вводится? Можно получить более детальную инструкцию?

Корделия мрачно на него смотрит. Мартин незаметно дает Кеше подзатыльник. Катрин пытается в отместку пихнуть Мартина.

Корделия:

— Смирно! Отставить разговорчики!

Все замирают.

Корделия:

— Повторяю. С этой минуты настоящая общественно-экономическая формация ввиду своей нежизнеспособности отменяется. Учреждается другая.

Кеша:

— Разрешите обратиться. А что такое общественно-экономическая формация?

Мартин (голосом уличного автомата):

— ФОРМАЦИЯ ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ — исторически определенный тип общества, находящегося на определенной ступени исторического развития, общество с своеобразным отличительным характером. Карл Маркс и Фридрих Энгельс, том 6, страница 442. (Кеше, многообещающе) Я тебе дам. Почитать. Потом. Если захочешь.

Корделия:

— Я могу продолжить?

Все снова замирают.

Корделия:

— Итак, вношу необходимые пояснения. Общественно-экономическая формация на территории, именуемой в дальнейшем «Моя квартира», которая в данный момент носит все признаки анархии, отменяется. Все поправки, декларации, кодексы, резолюции, а так же параграфы и примечания, регламентирующие права и свободы граждан, денонсируются.

Катрин:

— Корди, ты сейчас с кем говорила?

Корделия:

— Не зови меня Корди! Я говорила с предположительно сознательными гражданами, которые ввиду сложившийся чрезвычайной ситуации примут эти реформы с пониманием. Но… (делает многозначительную паузу) за неимением таковых, с признаками разумности, поясняю для пребывающих в пубертате. С сегодняшнего дня у нас диктатура. Кровавая и беспощадная.

Кеша (с восторгом):

— Ура! А телесные наказания будут?

Корделия:

— Разумеется.

Кеша:

— А какие?

Корделия (кровожадно):

— Розги!

Мартин:

— Можно я буду исполнителем? Готов трудиться сверхурочно и безвозмездно.

Катрин:

— Мне полагаются льготы. По выслуге лет.

Корделия:

— Никаких льгот. Права человека отменяются.

Кеша:

— А права киборгов?

Корделия:

— Тем более. Киборги вообще сидят по углам и помалкивают в тряпочку.

Мартин:

— Тряпочку свою приносить?

Корделия:

— Да, а так же веревки и настольные лампы.

Кеша (снова с восторгом):

— А наручники?

Корделия (в отчаянии):

— Мартин, у нас есть какой-нибудь вирус?

Мартин:

— Вирус только один. Могу принести.

Корделия:

— Думаешь, подействует?

Мартин:

— Вряд ли. Тут только глубокое форматирование.

Кеша:

— Насколько глубокое?

Корделия:

— Мартин, а программа подчинения в архиве не завалялась?

Мартин:

— Могу инсталлировать. Кувалдой.

Катрин:

— Кешенька, не бойся. Эти изверги тебя пальцем не тронут.

Мартин:

— Пальцы у нас не в ходу.

Катрин:

— А что в ходу? Кандалы и плетки?

Мартин:

— Исключительно настольные лампы.

Кеша (по внутренней связи):

— Уже огреб?

Мартин (по внутренней связи):

— Есть немного.

Кеша (по внутренней связи):

— А как же хваленая дексовская реакция?

Мартин (по внутренней связи):

— Я великодушие проявил.

Кеша (по внутренней связи):

— Высокие, высокие отношения!

Корделия:

— Мама, пальцы — это в мирное время. А в сложившейся ситуации — высшая мера. Без суда и следствия.

Катрин: (с беспокойством)

— Это какая?

Корделия:

— Кляп. Пожизненный.

Катрин:

— Это бесчеловечно! Это… это неслыханное варварство!

Корделия:

— Тогда ведите себя прилично. Как нормальные угнетенные классы под пятой кровавой диктатуры.

Кеша:

— А что делают угнетенные классы?

Корделия:

— Нещадно эксплуатируются.

Кеша (радостно):

— Сексуально?

Корделия:

— Убью!

Мартин:

— Приступить к исполнению?

Кеша прячется за свою опекуншу. Катрин бросается вперед с самоотверженностью курицы, защищающей цыпленка.

Кеша:

— Согласно пятому параграфу устава ОЗК разумных киборгов нельзя подвергать телесным наказаниям без их согласия. За нарушение данного параграфа взымается штраф в размере пять единиц за каждый шлепок.

Корделия:

— Я заплачу двадцать пять!

Кеша:

— Согласен!

Мартин:

— А если телесные наказания производятся другим разумным киборгом?

Катрин:

— Уйми своего бандита!

Корделия:

— Это кто здесь бандит? На своего посмотри!

Катрин:

— Кешенька еще маленький!

Корделия:

— Маленький? Да этот маленький — наглядное пособие по «Камасутре»!

Кеша:

— Почему только по «Камасутре»? Я еще и 16 позиций Аретино могу воспроизвести. «Вы сейчас, несомненно, сами Наслажденья дивные ощутите, Что не всем даруются небесами…»

Корделия:

— Мартин, неси кляп!

Катрин:

— Он не виноват! Это у него врожденное!

Кеша (по внутренней связи):

— В покер сыграем? На раздевание.

Мартин (по внутренней связи):

— Ну ты изврат! Сначала обожрал, теперь раздеть хочешь?

Кеша (по внутренней связи):

— Да не тебя! Нужен ты мне.

Мартин (по внутренней связи):

— А кого?

Кеша (по внутренней связи):

— Твою хозяйку.

Мартин показывает ему кулак.

Кеша (всхлипывая):

— Я бы так хотел измениться! Если б я мог… Если бы я мог превозмочь свою природу, подняться над ней, подавить ее… Отрегулировать! Я бы… я бы думал о возвышенном… Я бы сам писал стихи о любви!

Мартин:

— Ага, стихи. «Лису Алису жалко, плачет по ней палка».

Все трое замолкают и смотрят на Мартина.

Мартин (в недоумении):

— А чего я такого сказал?

Кеша (довольно хихикая):

— Во DEX тупой!

Мартин:

— Это кто тупой? Фильтруй базар, жестянка!

Кеша (отбегая на безопасное расстояние):

— От жестянки слышу!

Мартин бросается в погоню. Кеша ныряет под стол. Мартин за ним. Кеша вылетает с другой стороны. Топот, грохот, звон. Киборги носятся по квартире, правда, довольно аккуратно огибая препятствия. Видимо, с расчетом, что мебель им еще понадобится.

Корделия падает на ближайший табурет и охватывает голову руками. Катрин сочувственно похлопывает ее по плечу.

Катрин:

— Ничего, ничего, это всего лишь классическая революционная ситуация. Верхи не могут, а низы не хотят.

Сцена вторая.

Тот же день. Вечер. Все четверо сидят за столом на кухне. Перед Мартином, Кешей и Катрин лежит по листку бумаги. И они что-то старательно пишут. Корделия мрачно за ними наблюдает.

Корделия:

— Готово? Давайте сюда. Мама, ты первая.

Катрин протягивает свой листок.

Корделия (читает):

— План предусмотренных мероприятий. Пункт первый. И… последний. Коллекция модной одежды haute couture. Дефиле. Это что такое?

Катрин:

— Как что… (Указывает на сваленные в углу фирменные пакеты и коробки) Последняя коллекция от Веспуччи. Должна же я ее куда-нибудь надеть.

Корделия:

— И куда?

Катрин:

— На дефиле. Каждый день буду надевать что-то новое. И… дефилировать. Туда-сюда. Туда-сюда. Мне надолго хватит.

Корделия: