Читаем Шлюхи Сатаны онлайн бесплатно

Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Бесплатные переводы в нашей библиотеке:

BAR "EXTREME HORROR" 18+

https://vk.com/club149945915

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ. НЕ ДЛЯ ТЕХ, КТО ВПЕЧАТЛИТЕЛЬНЫЙ.

Это очень шокирующая, жестокая и садистская история, которую должен читать только опытный читатель экстремальных ужасов. Это не какой-то фальшивый отказ от ответственности, чтобы привлечь читателей. Если вас легко шокировать или оскорбить, пожалуйста, выберите другую книгу для чтения.

АНГЛИЯ

ЛЕТО ГОСПОДНЕ 1677

Едкий запах аммиака от мочи и фекалий, затоплявших каменный пол, щипал глаза Маркуса с того момента, как он вошёл в тюрьму. Так было всегда. В самый первый день, когда Маркус ступил в тюрьму - давным-давно, когда он был ещё совсем мальчишкой, - отвратительный запах заставил его сильно срыгнуть.

На протяжении многих лет, когда заключённые приходили, уходили и умирали в этих стенах, та же вонь оставалась.

Сейчас здесь заперты двенадцать обвиняемых ведьм.

Их преступления были многочисленны - богохульство, ересь, убийство, женоненавистничество, детоубийство, зоофилия. Все они так или иначе забавлялись с дьяволом. Конечно, очень немногие из них исповедовались в своих грехах; ведьмы никогда этого не делали. Но Маркус Кембридж был величайшим охотником на ведьм из когда-либо живших! Он узнавал ведьму, когда только видел её. Он мог видеть это в их глазах. Он практически чувствовал запах дьявола на них.

Прямо сейчас всё, что он мог учуять, - это гнилостный запах грязи, к которой в настоящее время были прикованы эти ведьмы.

Тюрьма представляла собой не более чем маленькую комнату - каменные стены буквально сочились клаустрофобией. Было всего четыре камеры, каждая из которых реально могла вместить только одного заключённого. Но Маркус, когда того требовала необходимость, мог уместить по три-четыре в каждую. Стоны эхом отдавались от стен, боль и страдание каждой из этих проклятых ведьм были заслуженными.

"Злые суки. Их нужно оставить здесь гнить".

Маркус снял шляпу и повесил её на крючок рядом с дверью. Вдоль каменных стен замерцало пламя факелов, когда тяжёлая деревянная дверь захлопнулась, и сквозняк поднял пыль. Затем пламя улеглось, и воздух снова замер. Мерзкий запах ещё витал в воздухе, не в силах - и, видимо, не желая - рассеяться в прохладном свежем воздухе ночи.

Хлопнувшая дверь отвлекла Оскара от задачи, которую он сейчас выполнял. Он оглянулся через плечо, встретившись глазами с Маркусом, затем вернулся к своей работе, используя свои щипцы, чтобы оторвать язык молодой ведьмы, крепко привязанной к столу перед ним. Ужасный звук рвущейся плоти эхом разнёсся по комнате. Ведьмы в камерах зашипели, каждая из них смотрела с ненавистью в глазах.

Оскар был страшным человеком - даже Маркус испытывал лёгкое чувство страха в его присутствии. Он был ростом шесть футов четыре дюйма и весил, по самым скромным подсчётам, около двухсот двадцати фунтов. Бóльшую часть этого веса составляли мышцы. Пот струился с его лба и капал с острых кончиков густой, мокрой бороды на голое тело тощей молодой девицы под ним.

Маркус ждал. Он знал, что лучше не прерывать Оскара, пока тот работает. Он был лучшим мучителем Маркуса. Удовольствие, которое он получал от причинения боли этим отвратительным существам, было восхитительно, даже если его методы были несколько отвратительны сами по себе.

Оскар взял отрезанный язык, с изорванного корня которого капала кровь, и бросил его в костровую яму, которая горела рядом с ним. Плоть зашипела, когда пламя охватило её. Ведьма захлёбывалась собственной кровью. Оскар присел рядом с ней и осторожно убрал волосы с её лица. Если бы Маркус не знал лучше, он мог бы поклясться, что на мгновение увидел там кратчайший проблеск любви. Но это, конечно, было смешно. Оскар улыбнулся и позволил ведьме ещё немного подавиться, прежде чем отпустить кожаный ремень, удерживавший её голову. Тут же она рванулась вперёд, и её вырвало кровью. Оскар издал оглушительно громкий смех, эхом отдающийся от стен. Маркус был совершенно уверен, что выдёргивание языков было любимым методом пытки Оскара, возможно, даже более сильным, чем использование "груши страданий". Груша была названа так из-за её сходства в закрытом состоянии с фруктом. Она вставлялась во влагалище и винт затягивался. Это открывало железные лепестки устройства, растягивая и разрывая плоть внутри отверстия.

Конечно, его можно было использовать и для мужчин. Введение в задний проход часто оказывалось весьма эффективным.

- Ты опоздал, - сказал Оскар Маркусу, вытирая руки тряпкой.

Маркус углубился в комнату. Ведьма на столе пристально смотрела на него. На кратчайшее мгновение Маркус подумал о своей дочери - скорее всего, она была всего на год или два моложе этой мерзкой ведьмы (которой, по его оценке, было около тринадцати или четырнадцати лет). Он выкинул эту мысль из головы. Он уставился на девушку. Кровь потекла по её губам и стекала по подбородку. Её язык был удалён, она не могла говорить, но всё ещё умоляла его спасти её, её глаза умоляли его.

"Скоро она будет спасена", - подумал про себя Маркус.

Как только она признается, Маркус подарит ей сладкое освобождение в виде смерти, и она сможет присоединиться к своему хозяину в аду.

- Да, но ты, похоже, сам был чем-то занят, - сказал Маркус.

- Нужно было чем-то заняться, пока я ждал.

- Действительно. Я готовился. Она как?

- Она в яме, - сказал Оскар, вытирая кровь со лба, прежде чем указать на маленькую решётку в полу у задней стены тюрьмы.

Яма представляла собой небольшой колодец - шириной меньше фута в каждом направлении - что делало её тесной даже для самых маленьких заключённых. Влажные стены и ограниченное передвижение делают её невероятно неудобной для любого, кто заперт там внизу.

Как только клаустрофобия начинала просачиваться в мысли, там можно было сойти с ума.

Ведьма, в настоящее время заключённая в яму, утверждала, что её зовут Кэтрин Эббот, но Маркус ей не поверил. В конце концов, она была ведьмой - честность была не в их характере. Он произвёл арест после того, как её обвинили в похищении и убийстве новорождённого ребёнка у одной из женщин в деревне. Среди ведьм существовало поверье, что употребление крови новорождённого ребёнка дарует им вечную жизнь.

Какое абсолютное безумие.

Но мерзкий зверь в яме это сделал. Она выпила кровь бедного ребёнка, веря, что это даст ей силы Сатаны. Но Маркус был верным слугой Христа - ни на одно мгновение, пока он не перевёл дыхание, он не позволил бы такой мерзости ходить с ним по этой земле.

Кэтрин - Маркус стал называть её так, несмотря на сомнения, что это на самом деле её имя - изначально не призналась в преступлении. Даже когда Оскар начал воздействовать на неё с помощью "когтей". Это был первый раз, когда Маркус видел их в действии, хотя слышал об их использовании изредка. Они были немногим больше, чем пара щипцов, хотя изогнутые и скрученные концы были выкованы в виде грубых острий. Оскар уложил их в пламя печи, пока железо не раскалилось докрасна. Затем он использовал их, чтобы вырвать плоть с груди Кэтрин. Когда он оторвал их, растаявший подкожный жир также отделился от плоти. Кровь сочилась из многочисленных ран, окружавших каждую грудь, словно следы от укуса какого-то дикого и свирепого зверя.

Кэтрин кричала, просила и умоляла его остановиться. Но она не признавалась.

Оскар продолжал отрывать куски от её груди. Тем не менее, она не призналась. В последующие дни она подвергалась другим методам пыток. В конце концов, Кэтрин провела на дыбе два дня, прежде чем призналась в своих проступках.

Маркус заглянул в яму. Кэтрин уставилась в стену, меньше чем в дюйме от кончика её носа. Она казалась коматозной.

- Хорошо, - сказал Маркус. - Выпустим её.

Оскар поднял решётку и сунул руку в яму. Он схватил Кэтрин под руки и вытащил её.

Когда она выбралась из ямы, Маркус мог видеть всю полноту пыток, которым подверглась Кэтрин - её истощённое тело было скрюченным и пропитанным кровью, не в силах выдержать собственный вес.

Оскар швырнул её на пол. Маркус присел рядом с ней. Её лицо представляло собой месиво из синяков и крови. Ей было холодно - кости стучали, а тело дрожало. Но Маркус не чувствовал угрызений совести.

- Ты знаешь, почему я здесь? - спросил он у ведьмы.

Слабо, она подняла голову. Она посмотрела на Маркуса.

- Ты пришёл даровать мне свободу? - ответила она.

- Да, ты скоро освободишься.

Кэтрин улыбнулась. Маркус встал. Он кивнул в сторону Оскара, который покорно поднял свою деревянную дубинку и сбил ею Кэтрин, оставив её без сознания.

Густые чёрные тени хаотично плясали за деревьями, а многочисленные горящие факелы толпы бросали переплетающийся свет на глубокий, бесконечный лес. Полная луна стояла высоко над верхушками деревьев, небо вокруг неё было зловеще чёрным и свободным от облаков.

Толпа состояла из человек тридцати, все мужчины - здесь было не место женщинам и детям. То, что они собирались сделать, несмотря на то, что это было повелено самим Богом, никогда не должно быть свидетельством тех, чей разум настолько хрупок.

Маркус оглянулся на толпу мужчин. Они следовали за ним, как стая верных собак. С благословения Господа сегодня вечером все они останутся в безопасности и вернутся домой к своим семьям, зная, что в орде Сатаны теперь на одного демона меньше.

В настоящее время Кэтрин, известная членам группы только как "ведьма", лежала без сознания в руках двух мужчин.

Несмотря на то, что она была без сознания, они крепко держали её за руки на случай, если она проснётся и попытается сбежать. Как и сам Сатана, те, кто решил следовать за Ним во тьму, были известны тем, что безжалостно лгали и разыгрывали трюки. Ведьма попробовала это сама - она заявила о своей невиновности, как и все ведьмы. Но Маркус знал, что она лжёт. Когда она почувствовала, как её сухожилия рвутся, а связки лопаются под кожей, как извилистая дыба вырывает её кости из суставов, она вскоре начала рассказывать правду о преступлениях, которые она совершила.

Когда Кэтрин лежала на руках двух мужчин, её ноги волочили по грязи, на её изломанном и окровавленном теле были видны все следы пыток, которым она подверглась. Оба её глаза были чёрными, опухоль перекрывала её сломанный нос. Её губы были разбиты во многих местах. Оскар безжалостно избивал её и наслаждался каждой секундой этого. Рваное платье, которое Маркус так любезно разрешил ей надеть в последние дни на этой земле, было запачкано мочой и фекалиями, пропитано потом и кровью, которая пролилась, когда её тело было разорвано в клочья.

"Это лучшее, что она заслуживает, мерзкая сука".

Маркус вёл толпу через лес к поляне, где деревья расступались и открывались к небу, чтобы Сам Бог мог свидетельствовать о Его воле, исполняемой над этим коварным зверем.

Маркус, высоко подняв пламя факела, обернулся.

- Приведите её сюда. Быстрее, - сказал он, призывая мужчин вынести ведьму вперёд.

Эти люди уважали Маркуса. Он был очень хорош в своей работе. Если женщину обвинят в колдовстве, он узнает, виновна ли она, в тот самый момент, когда только увидит её. Эта ведьма была виновата - они почти всегда были виноваты. Она созналась, так что теперь её приговор должен был быть приведён в исполнение. Она сгорит на костре.

"Достойный конец для грязного зверя".

Кол - упавший ствол, лишённый коры, около десяти футов в длину - был положен на землю посреди поляны. Рядом лежала грязная куча сломанного дерева. У подножия столба была вырыта небольшая яма, засыпанная камнями - идеальное основание для столба с привязанной к нему горящей ведьмой.

Толпа собралась вокруг столба, когда двое мужчин тащили Кэтрин через поляну. Каждый член толпы высоко поднял свой факел. Тёмные тени, падающие на их лица, делали их почти безликими. Конечно, один человек был неотличим от другого. Маркус стоял во главе толпы, наблюдая, как двое мужчин положили Кэтрин на столб и привязали её к месту. Верёвки туго натянулись на кожу ведьмы.

Если бы она была в сознании, она наверняка бы страдала, когда верёвки обжигали её плоть.

Теперь, когда верёвки были связаны вокруг её тела и ног, ещё двое мужчин присоединились к поднятию столба и втыканию основания в засыпанную камнем дыру. Кэтрин теперь была подвешена примерно в восьми футах от земли. Мужчины собрали обломки деревьев из кучи и сложили их вокруг основания столба, пока они почти не доставали до её ног.

Затем мужчины отступили и слились с толпой, тьма окутала их, внезапно даровав им анонимность.

Только Маркус, великий охотник на ведьм, человек, который вытащил эту женщину, брыкающуюся и кричащую, из её дома и руководил своими людьми, избивавшими её и пытавшими её, пока она не признала, что она действительно, как уже знал Маркус, ведьма, выступил вперёд. Он передал свой факел одному из мужчин. Он расправил отороченные золотом края своего красного бархатного жакета и подошёл к ведьме. Голова Кэтрин склонилась вперёд. Только верёвки, которыми она была привязана к столбу, не позволили ей упасть на землю.

Её длинные волосы, сальные и спутанные, падали ей на лицо.

Когда Маркус приблизился к ней, он услышал её дыхание. Оно было мелким и хриплым, как у животного.

Ничего удивительного. Она и была животным.

Нет.

Она была хуже.

Маркус подошёл ближе.