Читаем Шелест 3 (СИ) онлайн бесплатно

ПРОЧТИ!!!

Дорогой читатель, это черновик со всеми его ошибками, опечатками, нестыковками и несоответствиями. Очень хорошо подумай прежде чем покупать книжку, и потом не выноси мне мозг тем, что ты оплатил и хочешь получить качественный продукт. Если желаешь получить доступ к уже отредактированному варианту, тебе придётся подождать замены чернового текста на чистовой.

В тот момент когда я вышел с сеновала, грохнула пушка. Граната вылетела из ствола и по крутой траектории умчалась за земляной вал. Несколько секунд и с той стороны донёсся глухой звук разрыва. Фунт пороха это конечно не тротил, но тоже вполне себе ощутимо, тем паче на фоне плотных построений, и нелюбви местных вояк к окапыванию.

Вообще-то это гаубица. От пушек русская армия сейчас отказывается, переходя на единороги. Уж больно дорога артиллерия производстве, а управиться с пушкой для одарённого не составляет большого труда. Шестой ранг, каковые зачастую командуют ротами, на расстоянии в полтораста шагов без труда вынесет орудие «Шаром». На секундочку сродни семидесятишестимиллиметровому снаряду. Седьмой управится на трёхстах шагах, а как найдётся кто с восьмым рангом, так и за шестьсот достанет.

Пушка она хороша на большой дистанции, где одарённые бессильны, а боевые порядки пехоты и конницы плотные. Ну вот так сейчас воюют. Только это сильно ограничивает область её применения. В то время как гаубицу можно использовать с закрытых позиций, где их никаким плетением не достать, так как они атакуют строго по прямой. Есть ей место и в атаке, стреляя из-за рядов пехоты, а надо так и прямой наводкой отработает, что вполне возможно благодаря её относительной лёгкости.

К примеру, вот сейчас, будь единорог на валу, и скрытно подобравшийся одарённый вполне мог его снести, оставшись при этом безнаказанным. А так, снаружи наверняка кому-то досталось. Конечно пушкари могли и маху дать, но реакция солдат на валу говорит об обратном. Скорее уж весьма удачно прилетело и бед наделало.

Орудийный расчёт уже во всю суетится заряжая единорога, чтобы отправить повторный привет. Ответки пока нет, но, что-то мне подсказывает, что она не заставит себя долго ждать, а тогда уж нам станет жарко, потому как народу тут сильно прибавилось. Кто-то из селян подался в лес, иные воспользовались лодками и ушли озером, другие остались дома, молясь под образами, но не меньше двух сотен со стариками, детьми лошадьми и худобой укрылись в крепостце. И бог весть, какое из решений для них правильное.

Глянул в сторону офицерского домика. На крыльце квартиры коменданта появилась Мария. Осмотрелась, и направилась в мою сторону. Нужно решать, как быть дальше. Подумал было связаться с Шешковским, но отложил это, потому что мне ему пока сообщить нечего.

— Доброе утро, Пётр.

— Доброе ли, Мария Ивановна, — покачал я головой.

— Может это простой пограничный инцидент? — предположила она.

Вновь грохнул единорог, и граната с громким шуршанием улетела по направлении противника. Я невольно бросил взгляд в сторону солдат на валу, и вскоре по их реакции понял, что и на этот раз артиллеристы не оплошали.

— А чего гадать-то. Пойдёмте к коменданту и всё выясним, — кивнул я в его сторону.

Мы направились на вал, где уже находился капитан Яковлев, командир фузилёрной роты, и по совместительству комендант Заситино. Пограничной стражи как таковой нет, и её роль выполняет армия. Дикое поле и Кавказ прикрывают поместное войско и казаки. Дальний восток и Сибирь только казаки, армия стоит гарнизонами в городах. А вот западная граница полностью на армии.

Себежский полк квартирует в одноимённой крепости Себеж, на стыке трёх трактов. Один ведёт из Ливонии, и его прикрывает как раз Заситинский, всё же редут, а не крепость. Его же гарнизон осуществляет охрану прилегающего участка границы. Ещё два таких же стоят на путях ведущих из Литовского княжества. И все три дороги сходятся близ крепости у города Себеж.

Обходных путей не так чтобы и много, болота, озёра, да леса, и в теории редут должен запереть тракт наглухо. Хотя и сомневаюсь, что так оно обстоит на самом деле. Опыт путешествия с Герасимом показал, что обойти такие заслоны вполне реально. Но армия не контрабандисты, и оставлять у себя за спиной серьёзные силы попросту глупо. И уж тем паче хорошо укреплённую крепость, с серьёзной артиллерией и крупным гарнизоном, перекрывающую развилку трактов.

Редуты же, это лишь для охраны границы и отражения незначительных вылазок. Неспокойно на западных рубежах, всякое случается, и набеги бедных баронов сбивающихся в отряды для грабежа в том числе. Случается и наши бояре и дворяне хаживают с ответным визитом. Пограничные инциденты обычное дело. А вот против регулярной армии редуту долго не выстоять. И я очень надеюсь, что мы имеем дело с очередными охотниками до чужого добра.

Когда поднялись на вал, вновь грохнуло орудие, и граната с шуршанием ушла к цели. Только на этот раз я видел, как она упала в траву, взметнув небольшой фонтан земли и пыль. Ещё пара секунд, и рванул взрыв, на месте которого вспухло молочно-белое пороховое облако. Однако, на этот раз взрывом и осколками никого не задело. Ну что тут сказать, не всё коту масленица.

М-да. Если это вылазка сборной солянки ливонских искателей удачи, то я испанский лётчик. Регулярные части отличаются от разношёрстного дворянского ополчения, как волк от дворняги. Единообразие, строгая дисциплина, ровные шеренги выстроившихся рот, гарцующий в отдалении кавалерийский эскадрон.

Насколько мне известно, пехотному полку придаются два полевых орудия. И судя по тому, что я их не наблюдаю, это гаубицы. Лучше бы уж пушки, у которых настильная траектория, и как следствие вреда от их огня было бы немного. Чего не сказать о гранатах забрасываемых по крутой траектории.

Вне пределов досягаемости нашего орудия видна колонна пехоты с повозками и пушками, вдоль неё гарцует кавалерия. К слову, в ливонской армии она выполняет ещё и роль военной полиции, по сути, конвоируя армию, пресекая дезертирство и мародёрство. Первое с особым рвением, второе ни шатко, ни валко, только чтобы совсем уж не лютовали солдатики. И в этой связи, процентов восемьдесят личного состава комплектуется сугубо из иностранцев.

Основные силы шли не мимо редута, а сворачивали на едва заметный просёлок, теряясь за деревьями. Похоже там есть обходной маршрут. Даже если он в плохом состоянии, наличие в войске достаточного количества сапёров во главе с инженерами из одарённых земельников решит этот вопрос достаточно быстро.

— Куда это они отворачивают, Кирилл Романович? — не удержался я от вопроса.

Капитан стоял опершись руками о габион*, опоясывавший весь вал по наружной стороне сплошной линией. К гадалке не ходить Яковлев сейчас всматривается в происходящее используя «Дальнозоркость».

*Габион — элемент фортификационных сооружений, плетёная корзина без дна, заполненная землёй или камнями, которыми прикрывают позиции при обороне или осаде.

— Там просёлок и гать ведёт в деревеньку Акимовку. Дорога так себе, но ливонцы похоже решили этот вопрос, — подтвердил мою догадку капитан.

— Я так понимаю, это война? — спросила Долгорукова.

— Пока с уверенностью утверждать что-либо рано, но перед нами регулярная армия, и она сплошным потоком идёт на Себеж. А против нас выставили целый полк, — кивнул он на разворачивающиеся порядки.

— Неслабо так, — хмыкнул я.

— Согласен, они не мелочатся. Прекратить огонь! — выкрикнул он.

К редуту приближались двое всадников, с белым флагом на пике. Похоже нам сейчас предложат почётную сдачу. Хотя, чего это я, подобную привилегию ещё нужно заслужить, а пара тройка солдатиков убитых гранатами недостаточная плата для подобного отношения. Так что, просто сдаться, и никак иначе.

— Барон фон Лаудон, командир первого батальона Мариенбургского фузилёрного полка, крон принца Рудольфа Габсбурга, — представился офицер, выехавший к самому рву.

Все эти расшаркивания. Мы-то палить из пушки прекратили, а вот противник продолжает готовить части к атаке. Впрочем, как по мне, то столь долгая подготовка как бы и ни к чему. У меня серьёзные такие сомнения по части нашей способности выстоять против штурма. Полторы сотни, против почти двух с половиной тысяч ливонцев. Угу, полки у них почти в два раза больше русских.

— Комендант Заситинского редута, командир третьей роты Себежского полка капитан Яковлев. Чем могу быть полезен, господин майор?

— Это не пограничный инцидент, господин капитан. С сегодняшнего дня Ливония, в союзе со Швецией находится в состоянии войны с Россией. Вы можете наблюдать нашу армию направляющуюся к крепости Себеж. Наш полк отрядили для взятия вашего редута. Силы слишком неравные, господин капитан. У вас нет ни единого шанса выстоять против нашего штурма. В этой связи, дабы избежать лишнего кровопролития, кронпринц Рудольф предлагает вам капитуляцию.

— Господин майор, прошу вас передать его высочеству, что я признателен за заботу о нашей судьбе, но вынужден отклонить его предложение. Согласно присяге мы должны сражаться и мы будем драться, как велит нам долг. Однако, я хотел бы обратиться к его высочеству с просьбой. Жители села Заситино полагали, что это всего лишь набег, а потому многие из них укрылись за валами редута. Если кронпринц Рудольф позволит, я хотел бы выпустить мирных жителей, дабы они не пострадали в ходе боя.

— Его высочество предвидел подобную просьбу, и я уполномочен заявить, что у вас есть ровно час на то, чтобы мирные жители покинули редут. Примите моё уважение, господин капитан, — майор коснулся пальцами полей треуголки и отвернув коня, поскакал в обратном направлении.

Хм. А вот теперь моё отношение к этим расшаркиваниям уже не столь однозначно отрицательное. Раскланялись перед боем и решили, что мирняк не должен пострадать. Что я только приветствую. И ведь не рисуются. Офицеры и солдаты восприняли это совершенно спокойно, как должное.

— Ваше высочество, я просил бы вас и ваших людей покинуть редут вместе с селянами. Увы, но это единственный шанс, другого может и не быть. Полагаю, что первый же штурм будет и последним. Силы слишком неравны.

— Я кадет, и давала присягу, а потому как и вы останусь ей верной и буду драться. Приказать мне вы не можете, если только не в части касающейся обороны редута. И в этой связи, я хотела бы просить вас, Кирилл Романович, выдать мне хоть какое-то обмундирование.

— Разумеется, ваше высочество. Сидоров, — окликнул капитан каптенармуса.

Не сказать, что ему это понравилось, но кто он такой, чтобы строить и ровнять наследницу российского престола, пусть и седьмую в ряду.

— Слушаю, ваше благородие, — тут же материализовался нижний чин с жёлтыми галунами старшины на кафтане.

— Надо бы приодеть её высочество в мундир.

— Слушаюсь, ваше благородие, — бросил к два пальца к отворотам мурмолки, и убежал выполнять приказ.

— Я как-то иначе представлял себя свою смерть, — покачав головой, тихо произнёс я, когда мы отошли в сторону.

— И как, ты её себе представлял? — несколько резковато поинтересовалась Мария.

— Да в общем-то, тоже в бою, только лет эдак через нанадцать.

— Ну, не повезло тебе, что я ещё могу сказать. Прости.

— Не за что вам извиняться, Мария Ивановна. Будет даже весело, — подмигнул я ей. — Кстати, ваши родители в Москве?

— Да.

— Вот, — снял я с уха «Разговорник», — это связь с Лизой. Попросите сбегать в вашу резиденцию. Кто знает, доживём ли мы до полудня.

— Спасибо Пётр, — дрогнувшим голосом произнесла она.

— Рад вам служить, ваше высочество.

— Опять ты за своё, — обижено вздохнула она.

— А когда было иначе, — пожал я плечами, и посмотрел в сторону ливонцев.

Ну что сказать, всё же они решили воспользоваться предоставленным временем. Не сказать, что одна пушка может наделать много бед, но приятного в её обстреле откровенно мало. А так, есть возможность спокойно установить орудия, и подготовить фашины. Они, к слову, не только для того чтобы забросать ров годятся, но и вполне себе отработают в качестве щитов от пуль. Хотя от стреловидной всё же не уберегут. Вот только у нас патронов на всех не хватит.

— Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, — решительно произнёс я, и пошёл со стены во двор.

Тут уже поднялась суета. Подъёмный мост опустили, и крестьяне начали вытягиваться наружу, уводя с собой животных. Что их ждёт? Да в общем-то дело обычное. Скорее всего ограбят, кого-то высекут, кого-то изнасилуют, а кого-то, кто не стерпит, и убьют. Но особо лютовать не станут, потому как земля чего-то стоит когда на ней живёт крестьянин. А как некому её обихаживать, так и запустение приходит.

Зиму я приставил к Долгоруковой, Хрусту же подал знак следовать за мной, и поспешил на сеновал. Нужно было укрыться от посторонних глаз, а иного места я попросту не знал. Оказавшись внутри, скинул рубаху и повернулся спиной к холопу.

— Пощупай под левой лопаткой. Правее. На два пальца вниз. Чувствуешь твёрдое? — ощутив его пальцы, начал командовать я.

— Чувствую.

— Там золотая пластинка с бриллиантом. Возьми нож, взрежь кожу и вынь её. Только особо не лютуй, там не глубоко, — шуткой подбодрил я парня.

Тот неуверенно кивнул, и опасливо коснулся кожи отточенной сталью. Нанеси он удар, и «Кольчуга» тут же среагирует, но вот так, если медленно нанизывать на нож, то можно и убить, а защита даже не почешется. «Панцирь» тоже интересен в этом плане. Если на тебя свалится валун в пару-тройку тонн, то он с лёгкостью отразит этот удар, разумеется, если хватит заряда. Но стоит тому не скатится с тебя, а придавить, как у тебя начнутся проблемы, и тебя попросту раздавит.

В этом плане эти магические щиты чем-то схожи с жидкой бронёй моего мира. Инновационная разработка индивидуальной защиты солдата, которая находится пока лишь на стадии разработки. Однако удачные опыты уже существуют, и у меня нет никаких сомнений, что результата осталось ждать недолго.

Когда Хруст приступил к извлечению амулета, я купировал болезненные ощущения, так что чувствовал даже не боль, а скорее дискомфорт. Наконец он извлёк из раны мой «Панцирь» и передал мне, а я в свою очередь быстренько залечил рану благо это обычный порез и проблем не доставил.

— Найди во дворе камень с ладонь величиной. Подойдёт любой, только быстро, — распорядился я.

Когда тот принёс булыжник, я сразу расколол его и вмуровал извлечённый из пластины бриллиант. Хорошо всё же оперировать стихией земли, снимает множество вопросов. К примеру огневик пусть и имеет возможность использовать такие плетения, подобного эффекта ему не добиться даже при серьёзных затратах Силы.

— Кирилл Романович, прошу прощения, что отвлекаю вас, — обратился я к коменданту редута.

— Надеюсь причина серьёзная. У меня слишком мало времени, нужно готовиться к отражению штурма.