Читаем Шёл синий снег онлайн бесплатно

Руаледа Светлоликая, принцесса Тамейрана, единственная законная дочь короля Даниса отложила пяльцы и посмотрела в окно. Её единственный соперник — мороз, нагрянувший вместе с холодными ветрами зимы, вышивал узоры на инеистых покрывалах, а потом развешивал их на окна, будто чтобы потягаться в искусстве сотворения завораживающей красоты с хрупкой девушкой, в чьей тонкой изящной руке на миг замерла игла. Хороши узоры мороза! Таких идеальных линий, таких затейливых изгибов и сложных орнаментов никогда не создать смертным, но были они холодны и мертвы, а тот узор, что вышивала Руаледа, буквально лучился теплом.

Все свои чувства вложила в него юная принцесса. И вот холст из мёртвого полотна уж готов был превратиться в живой образ юноши со светлыми волосами и выразительными глазами, зелёными, как кристаллы, на дальних приисках. Оставалось только сделать несколько нежных стежков, но… За мощной дверью покоев Её Высочества послышались тяжёлые шаги, громкий шелест шитых драгоценными камнями одежд и скрип сапог, а затем в замке зашуршал ключ. Руаледа быстро спрятала своё рукоделие и, держа спину неестественно прямо, замерла у окна, не забыв раскрыть Книгу Светлых Богов, будто для того, чтобы молиться.

— Дочь моя! — прогремел, как гром, бас короля Даниса. — Готова ль ты?

Владыка Тамейрана, слегка прихрамывая на правую ногу, повреждённую в битве с заморскими чудищами, поселившимися с недавних пор в лесах королевства, опираясь на посох, тяжёлой поступью вошёл в девичью светлицу, на время ставшую темницей для принцессы. Тому, кто не видел короля, а мог только слышать, как тот ступает по деревянному полу, непременно показалось бы, что это идёт каменный великан — так жутко и жалобно скрипели доски, прогибаясь под тяжестью его веса. Король был грузен, словно огромный бурдюк с вином, и от постоянных болей в ноге вечно пребывал в отвратительном настроении.

В кулуарах поговаривали, что Руаледа совсем не похожа на отца. Гибкая, стройная, невысокая, светлоглазая блондинка — она была копией своей матери-королевы, умершей прошлой зимой по официальной версии от козней тёмных сил, а по утверждению злых языков — от руки своего венценосного мужа, в порыве ревности давшего волю ярости. И то, и другое было отчасти верно. Руаледа давно стала замечать, что Его Величество сам не свой, но не могла понять, отчего с отцом стали происходить такие пугающие перемены. К тому же прав у принцессы было значительно меньше, чем у любых особ мужского пола. Как говорил Данис, женщины нужны, чтобы согревать постель, и заключать выгодные браки. Это правило распространялось на всех: от сельской простушки до принцессы.

— Я не закончила молитву, Ваше Величество! — смиренно потупив взгляд, сказала принцесса.

Её рука нервно теребила страницы, а взгляд переходил с одного представителя свиты короля к другому. Нет, эти свирепые вояки — соратники её отца — не станут помогать ей. Что же делать?

— И хорошо! — прогремел король, заставив всех вздрогнуть.

— Ну, хорошо же! — развязно обратился он к свите. — Нечего попусту сотрясать воздух и глаза портить! Я бы вообще не учил баб читать!

Послышался громкий мужской смех, похожий на конское ржание, быстро прекратившийся после удара королевского посоха об пол.

— Пойдём, дочь моя, ты сообщишь послам о своём решении! — провозгласил в наступившей тишине Данис.

— О вашем решении, отец, — с горечью прошептала Руаледа, сделав ударение на слове «вашем».

На днях посол соседнего царства Отман принёс вести, навсегда омрачившие жизнь принцессы: царь Отмана предлагал заключить династический брак с его наследником, царевичем Люцианом. Отец Руаледы одобрил эту идею, как обычно, не считаясь ни с чьим другим мнением кроме своего. Конечно, с политической точки зрения трудно было найти более выгодную партию. Брак Руаледы и Люциана представлял собой отнюдь не союз двух сердец, а союз двух государств, одно из которых славилось сильной армией, другое — богатой казной. Оба старались таким образом усилить свои позиции. Данис, так и не дождавшись сына-наследника от законной супруги, раздавал своих дочерей, которых в изобилии производили его наложницы, направо и налево, словно безделушки, заключая выгодные союзы то с разбойниками, то чародеями, то с дикарями из дальних пределов, то ещё не весть с кем.

Руаледе в этом плане повезло больше: она была принцессой крови, законной наследницей, поэтому её Данис собирался «продать» значительно дороже, чем всех прочих, отклонив многие предложения других правящих домов. Руаледа и Люциан не раз виделись на приёмах и турнирах, но неуклюжий, долговязый и нервный царевич, моментально влюбившийся в принцессу, не тронул её сердце, потому что оно уже было занято другим — тем, чей протрет она с такой любовью вышивала в этот снежный вечер. Малеарна, принца Имеллина, она увидела впервые на Турнире трёх королевств, проводимом ежегодно в честь прихода весны, и с тех пор мысли о нём не оставляли её ни на миг. Их встречи были коротки и горячи, и сначала ограничивались лишь пылкими взглядами, брошенными украдкой. Но иногда и одного взгляда достаточно, чтобы показать свои чувства!

— Это только ваше решение, — с горечью повторила Руаледа.

— Да! — недовольно изогнув бровь, прорычал король. — Моё решение, которое ты, как послушная дочь, пекущаяся о благе Тамерайна и о чести своей семьи, больше, чем о своих глупых стремлениях, должна поддержать!

— Ну! — крикнул король, заметив, что дочь не двинулась с места.

«Такая же своенравная, как и её мать!» — брезгливо подумал он, смерив тяжёлым недовольным взглядом изящную фигуру девушки, после чего выражение лица Даниса несколько смягчилось. Его всегда умиляли волнующие женственные формы.

— Мне нужно сменить наряд, государь! — сказала Руаледа, цепляясь за последнюю возможность оттянуть время. — Мы же не хотим показать послам Отмана, насколько плохи дела в Тамерайне?

Дела в королевстве действительно шли из рук вон плохо. Причиной тому были слишком холодные зимы и несколько лет засухи, да и войны тоже уносили много средств. Данис развернулся и, хромая пошёл к выходу. Пока дочь наряжается, чтобы в перспективе выполнить единственное на что годятся женщины, можно было принять придворного чародея, который сегодня с самого утра просил об аудиенции. В конце концов, бежать принцессе было некуда: ни одного селения вокруг на несколько полётов стрелы. Снежная пустыня — лучшая клетка. Король не даром увёз дочь подальше от центральных областей с их соблазнами и туманящими мысли вредными идеями.

— Нита! — тихо позвала Руаледа, как только закрылись двери её покоев.

Так звали верную служанку принцессы — шуструю рыжую девицу на выданье, которой принцесса доверяла почти, как себе. Нита, шурша юбками, быстро выбежала из-за ширмы, где пряталась всё это время, и с тревогой взглянула на свою госпожу.

— Ваше Высочество, может быть, откажемся от этой затеи? Мороз нынче знатный, да и ночь близко, боюсь, не выдержите вы долгий путь, — вполне резонно заметила она, набрасывая на плечи Руаледы меховую накидку с большим капюшоном. — Послушав отца, вы когда-нибудь станете царицей Отмана. А что будет, если мы осуществим задуманное? Не обернётся ли всё только хуже?

Но принцессу было уже не остановить, а отпустить её в одиночестве Нита никак не могла, потому что поклялась её умирающей матери, что будет, оберегать её единственную дочь. Эту клятву она старательно выполняла уже несколько лет, при этом так и не найдя способа уберечь принцессу от самой главной опасности для всех венценосных особ: от любви. Ведь давно было известно, что браки королей и королев никогда не совершаются по воле чувств. Всем в мире правит выгода, но Руаледа по молодости лет, наверное, пока не поняла, что есть такой негласный закон.

Когда Малеарн выиграл Турнир трёх королевств, подразумевавший состязания на мечах и копьях, демонстрацию дара красноречия и знания истин веры, музицирование и танцы, Руаледа уже была безумно влюблена. Ей нравилось всё в молодом принце: и гордая осанка, и широкие плечи, и голос, и походка. Он весь был воплощением её мечты, но король Данис отклонил его предложение руки и сердца: у королей Имеллина всегда не было ничего кроме чести и смелости, а эти составляющие мало привлекали владыку Тамерайна. Руаледа смахнула слезу, предательски скатившуюся по щеке, и взглянула на свою служанку.

— Пора, Ваше Высочество! — решительно сказала та, уперев руки в боки, а потом добавила, спохватившись:

— Ох! Воздаяние-то не забудьте!

— Оно при мне! — взволнованно произнесла принцесса, судорожно прижав руку к груди.

Там, спрятанный за тканью платья, хранился маленький вышитый мешочек, в который Руаледа сложила все свои нехитрые драгоценности, в том числе дорогие кристаллы, которые срезала с парадного одеяния. Хватит ли этого, девушка не знала, но ничего другого у неё всё равно не было.

— Хорошо! Тогда пойдёмте! Надо поторапливаться! — деловито бормотала служанка.

Она на всякий случай подпёрла входную дверь изнутри специально заготовленной крепкой палкой, и они с принцессой вышли через потайной ход, созданный ещё во времена королевы-матери, и пока неизвестный Данису. Мороз и правда был знатный! Он щипал щёки и нос, и норовил, как отчаянный бабник, залезть под юбки и трогать лодыжки и бёдра цепкими холодными руками. Да еще и вьюга начинала кружить косматые вихри, похожие на рассыпающиеся снегом кнуты! Впрочем, беглянкам это было даже на руку. Позёмка заметёт следы, и возможной погоне будет сложно отыскать двух девушек, затерянных среди белой пустыни и обжигающего холода, но и подмога тоже никогда не найдёт их.

— Ничего-ничего! Справимся! — шептала себе под нос Нита, не имевшая привычки поддаваться унынию, на это у простого люда всегда не хватало времени.

То ли дело принцессы! Нита накинула капюшон и, увязая в сугробах по колено, побежала туда, где дожидались небольшие сани, запряжённые четвёркой ледяных зверей, управляемых несложной магией, которой обучали мало-мальски способных слуг. Ледяные звери могли иметь самые разные, иногда причудливые формы, не требовали еды и питья, а самое главное, не боялись холодов и беспрекословно выполняли приказы. У этой технологии был только один недостаток: каждую зиму приходилось создавать новые экземпляры взамен растаявших старых, вырубая их из специально замороженных глыб. Брат Ниты был умельцем по этой части. Он и создал зверей, втайне от короля. Кроме больших и могучих шестиногих бегунов, из оставшегося осколка льда у него получился еще один — мелкий круглобокий экземпляр. Его Нита решила использовать, как посланника, отправив с ним весть для Малеарна.

Она усадила принцессу в сани, укрыв её до плеч тяжёлым меховым покрывалом, и сама села рядом, произнеся заветное слово, заставившее бегунов нести сани вперёд, в белую даль. Путь предстоял неблизкий. Руаледе хотелось бежать прямо в Имеллин, где жил её возлюбленный — принц Малеарн, и не было таких суровых зим с колючими ветрами и вымораживающим душу холодом, но преодолеть огромное расстояние до заветного королевства на простых санях было невозможно, поэтому было решено искать помощи в Костяных Чертогах — пристанище всех страждущих, готовых принести что-то в жертву во исполнение своих надежд.

Они долго мчались по косматым пустошам, и Руаледа заснула от мерного бега саней и объятий мороза. Во сне ей виделся Малеарн и самый прекрасный миг их встречи, когда они первый и единственный раз остались наедине. После Турнира трёх королевств Малеарн, как бы случайно, отправился осматривать окраины Имеллина, от которых до летнего замка короля Тамерайна было рукой подать, а Руаледа тоже, как бы случайно, часто прогуливалась в лесу, стараясь как можно дальше отойти от сопровождавшей её свиты. Ей почему-то верилось, что принц придёт за ней.

Так и случилось! И когда они увидели друг друга, им обоим показалось, что зелень вокруг стала ярче, а цветы благоухают сильнее. Недаром же в священных текстах говорилось, что покровитель всего живого — Хозяин вод и травы, светлых лесов и туманных озёр — особенно благоволит влюблённым. Руаледа первая сорвалась с места и побежала вперёд, лёгкая, как светлое облачко, и Малеарн тоже бежал навстречу. Приблизившись, молодые люди внезапно остановились в шаге друг от друга и одновременно залились краской смущения, в то время как глаза их светились нереальным счастьем.

— Я люблю вас, принцесса! — сказал Малеарн, а Руаледе показалось, что её сердце сейчас взорвётся от нахлынувшей радости, которая пела у неё в крови.

Каким-то невероятным чутьём она ощущала, что вот именно этот юноша и есть её судьба, единственный избранник. Малеран подошёл ближе и сжал её маленькую тонкую ручку в своих сильных горячих ладонях. Ах! Если бы этот сон длился вечно!

В это время Данис, король Тамерайна, со всего размаху ударил посохом об стол, рыча на своих слуг, как дикий зверь:

— Я убью каждого третьего среди вас, тупые дармоеды, если моя дочь к утру не будет найдена!

Вся насмерть перепуганная челядь, стояла перед ним на коленях, не смея поднять глаза на своего короля.

— А ты, старая карга! — продолжал бушевать Его Величество, чей испепеляющий взгляд упал на няню принцессы. — Ты что не видела вот это?! Или видела и поощряла эту бабью дурь?!

Он грубо швырнул ей в лицо пяльцы, с которых отважно и гордо смотрел соперник Люциана.

— Я выколю тебе глаза, раз ты не используешь их так, как надо! — в исступлении воскликнул Данис. — А мозги велю приготовить мне на обед!

— Ваше Величество! — подал в этот миг голос придворный чародей, переключая внимание бушующего короля на себя, что позволило слугам быстро исчезнуть из покоев принцессы. — Есть способ возвратить вашу дражайшую дочь.

— Ну?! — прорычал король, которому было крайне сложно успокоиться.

— Вчера царь Отмана прислал нам несколько поисковых машин, чтобы …э-э-э… чтобы облегчить поимку преступников и беглых рабов, — быстро заговорил чародей. — Понимаете?