Читаем Шехерезада и дракон (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1 ==========

В сказках похищенных драконами принцесс всегда спасали могучие рыцари. Люси любила эти истории, в детстве она представляла себя то нежной принцессой, то бравым воином, сражающим сияющим мечом крылатого монстра. Став старше, Люси начала сочинять свои сказки, мечтая когда-нибудь стать известным писателем.

Но всем ее мечтам суждено было разбиться вдребезги.

Настала очередь деревни Магнолия принести особую жертву, которую раз в месяц королевство Фиор отдавало дракону.

Не коров, свиней и коз, которых дракон забирал обычно.

Человеческую жертву.

Юношу или девушку с нежным мясом, которое дракон сможет с наслаждением рвать зубами.

Жребий выпал на Люси, но ее отец, староста деревни, пытался схитрить. Он воспользовался законом о единственном наследнике, который не позволял отдавать в жертву дракону юношу, являющегося единственным ребенком мужского пола в семье. Отца не смущало, что Люси — девочка. Он призвал на помощь все свои связи среди чиновников главного города провинции, Рододендрона, открыл сундуки с деньгами… Ему наверняка удалось бы организовать новую жеребьевку, в которой Люси бы точно не участвовала. Но она сама воспротивилась, не желая покупать свою жизнь ценой чьей-то другой. На смерти и горе не построишь счастье. А что, если жребий падет на ее лучшую подругу книгочея-Леви? Или на смешную, романтичную Джувию, с детства бегающую за своим возлюбленным Греем? Да и сам серьезный Грей может оказаться жертвой. Или на корм дракону пойдет строгая, но добрая охотница Эрза. А ведь она собиралась замуж за своего любимого Джерара. Вот только они оба были столь застенчивы, что никак не могли сделать последний шаг. И ведь брак был бы для них спасением. В жеребьевке участвовали только неженатые юноши и незамужние девушки.

Нет, Люси не могла позволить, чтобы вместо нее погиб кто-то другой. Жребий вытянула она — значит это судьба.

Напрасно отец кричал на Люси и грозил страшными карами. Она оставалась непреклонной. Возможно, если бы отец просто сказал, что ее смерть принесет ему боль, она бы сдалась. Но отец говорил лишь о том, что она рушит все его надежды. О да, ведь у него были такие планы на красавицу-дочь! Выдать ее повыгоднее замуж и подняться с жалкой должности деревенского старосты чуть выше по социальной лестнице.

Быстрая смерть в зубах дракона была, пожалуй, даже лучше судьбы жены одного из мерзких и заносчивых дворянских сынков.

Отец все же попытался запереть Люси дома, но тут уж взбунтовались жители деревни. Рано утром в день, когда должен был прилететь дракон, сельчане собрались с вилами да топорами у дома старосты и потребовали выдать дочь. Люси вышла сама. С трудом выдавила дрожащую улыбку и сказала, что ее не нужно связывать. К ней со слезами бросилась Леви, зарыдала Джувия и вскоре уже все женщины огласили воздух погребальным плачем. Люси самой хотелось рыдать, но она до крови закусила губу. Казалось, что если она позволит прорваться хоть одной слезинке, то потеряет всю решимость, сбежит назад в дом, запрется на сотни замков и ни за что не пойдет на площадку для жертвы.

— Да как вы можете!

Через толпу к Люси протолкался Джерар, встал рядом. Огонь факелов отразился в его глазах пламенем ярости.

— Вот так запросто отдадите девушку на растерзание монстру? Трусы!

— Верно! — присоединилась к нему Эрза, вскидывая топор. — Давайте соорудим метательные орудия и зададим дракону жару!

— А потом он нам задаст! — взвизгнул кто-то из толпы.

— Всю деревню спалит! — вторили ему.

— Не отдадим одну девку сейчас, дракон всех сожрет!

— А вы и рады кем-то пожертвовать, лишь бы ваши дома да скотина целой остались! — крикнул Грей, вставая рядом с Джераром.

— Вы молодые еще, — веско произнес кузнец, перекрывая своим басом гомон толпы. — Не понимаете, что все наши мечи, копья и всякие метательные машины дракону, что комариные укусы.

— Как раз потому, что мы молоды, мы и видим возможность другого выхода, — холодно бросил Джерар. — С драконами никто не пытался сражаться, все покорно тащили им жертвы.

— Пока не попробуем, не узнаем можно ли их победить, — добавила Эрза.

— Твое «попробуем» обойдется кучей трупов, — бросили из толпы.

Разгорелся спор, кое-кто из мужчин уже потянулся к оружию. Ситуацию накалил призыва отца Люси:

— Не позволим драконам убивать наших дочерей!

— Да ты только о своей дочке и печешься! — тут же ответили ему из толпы.

— Мы не хотим подыхать за дочку старосты!

— Как сыр в масле каталась, вот теперь пускай дерьма пожрет!

— Это наказание свыше за жадность старосты! За то, что он нас обирал!

— Люди, да что вы несете, вы же девочку на смерть отдаете!

Сама Люси мраморной статуей замерла в объятиях плачущих подруг. Но видимое спокойствие скрывало ураган эмоций в душе. Тут был и страх, и возмущение теми, кто готов легко принести ее в жертву, и беспокойство о том, что может начаться драка.

«Ты не обязана умирать за этих людей», — вкрадчиво шептал внутренний голос.

«Но я не могу позволить, чтобы за меня умер кто-то другой», — спорила с ним Люси.

«Однако они могут это себе позволить…»

Больше всего Люси хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Пускай уже прилетит проклятый дракон, щелкнет челюстями и проглотит ее целиком.

Интересно, перевариваться в его желудке больно?

— Тихо! — вдруг перекрыл шум галдящей толпы сильный голос.

Люди расступились, пропуская вперед низенького старичка, опирающегося на сучковатый деревянный посох. Бывший староста Макаров, самый уважаемый житель деревни.

— Однажды я видел, как дракон уничтожил целое селение, — в наступившей гробовой тишине тихий голос Макарова звучал особенно жутко, и у Люси по спине побежали ледяные мурашки.

— Люди ни в чем не провинились, они жертвовали животных, как и заведено. Твари просто хотелось… позабавиться.

Макаров не смог говорить дальше, прокашлялся и через силу продолжил.

— Дракон прицельно поливал с неба огнем или чем-то похожим, метя в бегающих внизу людей. Как мы стреляем из лука по деревянным мишеням. В него пытались метать камни из катапульты, но что толку? Дракон или уворачивался или сбивал их на подлете… Тяжело это признавать, но люди ничего не могут сделать с драконами.

Макаров сжал кулаки, и стало видно, как побелели костяшки узловатых старческих пальцев.

— Мы… бессильны.

Он поднял на Люси взгляд, и она заметила блеснувшие в уголках его глаз слезы.

— Прости нас, деточка, но тебе придется пойти на площадку жертвоприношений. Видят боги, если бы дракону было все равно, кого жрать, я бы с радостью отправился туда вместо тебя. Но мое маленькое старое тело ему на один зуб, а разозлившись, он убьет нас всех…

Мягко отстранив утирающих слезы Леви и Джувию, Люси шагнула вперед.

— Я понимаю, дедушка Макаров. Я защищу деревню.

— Люси! — рявкнул отец.

— Джуд! — резко оборвал его Макаров. — Староста занимает свой пост не для того, чтобы использовать его в личных целях, а как раз наоборот.

— Папа, достаточно, — тихо попросила Люси. — Проводи меня… на место.

Она не хотела, чтобы ее сопровождала вся деревня, почему-то ей было душно в толпе, даже присутствие подруг тяготило. Казалось, что в их слезах есть что-то притворное. Наверняка каждая из них, как бы ни любила Люси, где-то глубоко в душе радуется, что жребий пал не на нее.

Отец цепко взял Люси под локоть и повел прочь по улице за околицу деревни. По пути он молчал, хотя Люси слабо надеялась, что, возможно, он проявит хоть какие-то чувства. Неужели она для него лишь ценный инструмент достижения власти, который он боится потерять? Словно подтверждая такие опасения, едва за пригорком исчез последний дом, отец сказал:

— Сейчас я отпущу тебя, ты ударишь меня камнем по голове, и я скажу в деревне, что ты сбежала. Отправляйся в Рододендрон, там сможешь остановиться в доме моего друга, я приеду к тебе, как только смогу…

Сердце Люси на миг пропустило удар, а затем отчаянно забилось, окрыленное надеждой. Да, еще есть возможность сбежать! Плевать на Магнолию, пускай за ее жителей умирает кто-то другой!

Но минута слабости тут же прошла. Разум подсказал, что потом всю жизнь придется прятаться и жить в страхе, что встретится кто-то из знакомых. Но самое худшее — на руках Люси навсегда останется невидимая, но несмываемая кровь жертвы.

— Прости, папа, но я так не могу, — прошептала Люси.

Отец выругался так грязно, что ей захотелось заткнуть уши.

— Ну и дура. Тоже мне, святая мученица. В тебе совсем нет ничего от моей крови, никакой практичности, никакой разумности. Вся в мать, такая же романтичная, благородная ду…

— Прекрати! — крик Люси эхом прокатился над зелеными холмами. — Мама была самой лучшей, самой доброй… она любила тебя, а ты…

Круто развернувшись, она подобрала подол платья и побежала прочь.

Место для принесения жертв располагалось на вершине холма и было отмечено потрепанным временем шестом с деревянной фигурой дракона. Обычно здесь держали привязанной корову, козу или еще какую-нибудь домашнюю скотину. Животных выбирали самых откормленных. Если дракон хотел, он мог залететь в жертвенное место у любой деревни или города на территории королевства Фиор и съесть приготовленное животное. Люси читала, что в других королевствах континента Ишгар порядки были схожими. О том, как живут люди за океаном, ходили только смутные слухи. Возможно, там и не было своих драконов, или наоборот дела обстояли еще хуже. А, может быть, за океаном вообще не было ничего, и соленые воды падали вниз в темную бездну навстречу звездам. Этого не знал никто.

Раз в месяц поселенье, чья очередь была приносить человеческую жертву, обязано было оставить у знака с деревянным драконом избранного юношу или девушку.

Все просто и четко.

Люси не успела добежать до места жертвоприношения. Отец догнал ее, схватил за руку. Люси уже решила, что тот попытается удержать ее силой. С него станется! Но отец внезапно порывисто обнял ее, крепко прижимая к груди.

От изумления у Люси перехватило дыхание. Когда же последний раз отец обнимал ее? Так давно, что и не вспомнить. Наверное, когда была жива мама.

Оказывается, от отца пахло чернилами и пергаментом, а еще немного — табаком. Люси спрятала лицо у него на груди, позволяя себе ни о чем не думать, просто забыть о том, что ее ждет.

Мгновения нежности продлились недолго. Отец, будто смутившись своей слабости, резко отстранил Люси и, ничего не говоря, быстро пошел прочь.

Пару минут Люси смотрела ему вслед, ожидая, что он вот-вот обернется.

Но отец не обернулся.

Тогда она тоже отвернулась и начала подниматься на холм.

Жертвенное место выглядело точно так, как помнила Люси. Старый покосившийся столб с грубо сделанной фигурой дракона на вершине. Колышек, куда привязывали скотину. Сейчас возле него валялась веревка. Люси с горькой иронией усмехнулась, подумав, что ей стоит привязать себя, ведь сегодня именно она играет роль жертвенной телки.

Но в итоге она просто присела на траву рядом с колышком и принялась ждать. Оказалась, что это гораздо сложнее, чем слышать плач подруг или прощаться с отцом. Теперь, когда Люси осталась одна и ей больше не нужно было сохранять напускное спокойствие, ей стало по-настоящему тяжело и страшно. Больше никто не отвлекал ее от размышлений, и Люси прокляла свою богатую фантазию, которой когда-то так гордилась, считая, что та поможет ей сочинять интересные книги. Теперь же воображение услужливо подкидывало одну за другой картины того, что дракон может сделать с Люси.

Заглотит ли он ее целиком? Разорвет когтями на мелкие кусочки? Будет медленно рвать зубами, наслаждаясь ее страданиями?

Сидеть и представлять собственную смерть было ужасно. От напряжения Люси начало трясти, зубы стучали, как на морозе, ломило виски. А проклятый дракон все не прилетал!

Взошло солнце, заливая холмы золотисто-оранжевым светом. По серебрящейся от росы траве будто растекалось сияющее море, поглощая участки тьмы. Подсвеченные всеми оттенками алого облачка неспешно плыли по небу, подгоняемые слабым ветерком.

Сперва у Люси щемило сердце от красоты ее последнего утра, но затем она перестала обращать внимание на окружающее, до рези в глазах вглядываясь в горизонт, чтобы увидеть дракона.

Тянулись минуты, дракон все не появлялся.

Ждать становилось совершенно невыносимо, хотелось орать, кататься в истерике по траве — хоть как-то избавиться от невыносимого напряжения. Ожидание опасности гораздо страшнее самой опасности. Люси бросало от надежды «А вдруг не прилетит?» до тоски «Прилетит, конечно, рано или поздно прилетит…».

Люси чувствовала себя, словно застывшая в смоле муха, обреченная на вечную неподвижность, пока не превратится в янтарь, болтающийся на чей-то шее…

Уже совсем рассвело, судя по положению солнца, было примерно десять часов.

«Может быть, дракон умер? — вдруг пришло в голову Люси. — Он вполне мог сдохнуть от старости или погибнуть в драке с другим драконом. Он никогда больше не прилетит, а мы тут трепещем от страха».

Люси уже окончательно решила, что вернется в деревню, когда на горизонте появилась темная точка. Она разрасталась, быстро приближаясь. Вскоре уже можно было различить крылья, длинный хвост…

«Хоть бы это была птица! Пожалуйста!» — Люси воззвала к равнодушным небесам в бесполезной молитве.

Конечно же, к ней летела никакая не птица.

Вскоре дракона уже удалось хорошо рассмотреть.

Жуткий зверь с вытянутой мордой, когтями на лапах и перепончатыми крыльями. Мощное тело покрывала кроваво-красная чешуя, отливавшая в солнечных лучах рубиновым блеском.

Люси захотелось вскочить и броситься наутек, разум затопил слепой страх, возникающий у добычи при появлении хищника. Тело двигалось само, Люси встала, сделала пару шагов. Но дракон уже был слишком близко. Молниеносно спикировав сверху, он схватил Люси одной лапой, точно ребенок, подбирающий оброненную в песочнице тряпичную куклу.

В лицо Люси ударил поток ледяного ветра, в глазах потемнело. А затем на нее снизошла благословенная чернота обморока.

Она пришла в себя от сильного удара, выбившего дыхание из груди.

Люси ошалело осматривалась, не понимая, что происходит. Она лежала на широкой каменной площадке, невдалеке вздымалась скала с темным зевом пещеры. Когда Люси попробовала сесть, голова закружилась. Однако она заставила себя принять вертикальное положение, чтобы лучше осмотреться… и тут же увидела в небе над собой дракона. В голове мгновенно всплыли воспоминания, и Люси пожалела, что не сломала себе шею, когда дракон швырнул ее на площадку своего логова.

Дракон стремительно бросился вниз, Люси не успела зажмуриться, и заметила, как его тело начинает дрожать и переливаться всеми оттенками алого. Затем от фигуры снижающегося дракона потянулись потоки практически мгновенно исчезающего пламени.

Люси моргнула и пропустила момент, когда дракон превратился в юношу, который легко приземлился на каменную площадку. Он выглядел как обычный человек: среднего роста, мускулистый и крепкий, облаченный в длинную набедренную повязку из пятнистой шкуры. Единственная странность в облике — короткие розовые волосы, торчащие во все стороны, точно колючки.