Читаем Шантаж онлайн бесплатно

— Ты должен что-то сделать! Ты же мужчина?! — после такого резкого аргумента я словно пришел в себя. Красотка продолжала нервно карить себя за недоразумение в виде меня. Мда, мы влипли, оба.

Яна, новая преподша, окончившая аспирантуру, со своими выдающимися знаниями четвёртого размера свела меня с ума с первой нашей встречи. Наши отношения были запретными, я всего лишь ее студент, и от этого адреналин еще больше повредил мой малость безбашенный мозг.

Я не привык получать отказы и поэтому весь третий семестр преследовал преподшу, заваливал доставками подарков, устранял конкурентов в клубе(а туда оказывается молоденькие учителя тоже ходят).

И вот зимой красавица Яна сдалась. У нас все случилось.

Мне показалось этого мало и я захотел воплотить свои фантазии на кафедре экономического факультета.

Но какой-то черт нас заснял. Когда мы почти закончили, этот упырь выполз из-подо парты, выбежал с противоположной стороны ряда, и пока я прятал достоинство, а Яна растерянно хлопала глазами, выскочил наружу.

А сегодня мне в тачку подкинули фотки с нашей встречи, с требованием получить выкуп. Иначе видео и фото сольют в сеть на весьма популярный сайт, и на сайт вуза в том числе.

Можно было бы забить, со всеми случаются промахи. Все мы люди со своими потребностями. Но Яна...

— Меня с таким позором уволят. Я потом нигде нормально работать не смогу, — она запустила пальцы в волосы, постанывая от безвыходности ситуации.

— Может я матери скажу. У нее подходящие люди есть, чтоб проблемы решать, — я приобнял ее, намекая забыть о проблеме и заняться чем-то более приятным.

— Дэн, ты дурак? — подняла она заплаканное, очень смешное лицо.

— А чего? Я тему предлагаю.

— Как ты себе это представляешь? Мам, привет. Я тут с преподшей переспал и нас засняли, а теперь грозятся в инет выложить. У тебя мама судья. Ты представляешь масштаб трагедии?

— По-моему, это ты делаешь трагедию.

— На кону моя репутация. И твоей семьи, между прочим. А если у нас все серьезно завяжется с тобой. Как я в глаза матери твоей смотреть буду? — она выжидательно посмотрела на меня. — Или я для тебя просто развлечение?

— Я не заглядывал так далеко, — честно, но с иронией ответил я.

— Ясно. Иди Жаров, два тебе.

— Смысле?

— Не прошел тест на мужчину, — Яна встала и начала демонстративно складывать свои вещи в сумку. — Лучше сейчас уволюсь по собственному. И в деревню уеду. Продавщицей устроюсь.

— Да хватит тебе психовать, — остановил ее, схватив за руки. — Что ты предлагаешь?

— Заплати им. Это не такая уж большая сумма для тебя. Но в письме же написано, что все файлы передадут тебе.

— Ты наивная такая, — я не был жмотом, но прекрасно понимал, что таким может оказаться наш папарацци. Заплатим один раз, где гарантии, что он не потребует больше.

— Если что-то пойдет не так, воспользуемся твоим планом, — Яну внезапно прорвало на нежности и она буквально накинулась на меня, так что пришлось притормозить.

— Лучше переместимся ко мне, — предложил я.

Алиса

Вернувшись с больницы, я прошла мимо двери собственной квартиры, к соседке. Воспоминания о той ужасной ночи не давали мне спокойно спать у себя. Кухня, прихожка, гостиная буквально провоняли запахом спиртным. А комната маленького Егора напивалась энергетикой ужаса, детского страха, криков...

Мольбы и просьбы одуматься никак не подействовали на пьяного рассерженного человека, который по нелепой случайности судьбы был моим отцом, и отчимом Егорки. В ту злосчастную ночь отец, подначенный тупыми пьяными собутыльниками, решил избавиться от лишнего рта. Наглядного свидетельства измены нашей мамы. Вот только ребенок в чем виноват? Большей жестокости я прежде не видела.

И не хочу.

Матери не стало два года назад. Все покатилось по наклонной, потому что единственного кормильца больше не было и с тех пор отец запил больше прежнего, огрызаясь на трехлетнего ребенка, которого он когда-то принял. Все заботы о семье легли на мои плечи.

Я ночую у подруги, моей соседки, которой квартира в нашем скворечнике досталась от бабушки. Раньше Ляля часто навещала ее, приносила мне свои вещи, которые я, как ребенок не избалованный, с благодарностью принимала. У меня впервые за все время появилась возможность пощеголять перед одноклассницами в новых шмотках. Хотя я очень быстро поняла что лишнее внимание не для меня. Мальчики набивались проводить меня, но увидев где я живу, теряли интерес, пускали слухи, что за нарядным фасадом только пошарпанная коммуналка, куда ни гостей пригласить, ни развлечься.

Все могло бы измениться в универе. Но я так и осталась никому не интересной мышью, все потому что самой не хотелось разочаровываться. Я продолжала жить дома, а не в общаге, из-за маленького Егора, которого нужно было водить в садик, а возвращаться с другого конца города для этого, потом бежать на пары, было не целесообразно.

По ночам я ходила в соседний дом, мыла подъезды, а летом поступлением умудрись поработать официанткой на набережной.

Когда все это случилось, Ляля приехала на квартиру к бабушке, которая давно уже простаивала после последних жильцов. Подруга собиралась сделать небольшой ремонт, придать вид.

— И продать ее к чертям собачьим, — Ляля оптимистично улыбнулась. Я же, уложив Егорку спать и закончив с конспектами, с удовольствием заглянула к ней на чашку чая.

— Короче, я тут кое-что собрала, — она указала на коробку доверху набитой вещами.

— Ты же знаешь, я не могу это надеть в универ.

Не потому что самоуважение не позволяло, а как раз наоборот. Ляля, она же Яна, преподавала у нас эконометрику. Лялей я звала ее потому что в первую нашу встречу она была похожа на фарфоровую куколку, с длинными блестящими волосами, блестящими губками, нарядная, и невероятно красивая.

— Зря. Давно бы подцепила какого-нибудь паренька при деньгах, и свалила отсюда вместе с Егором. Да ладно, мало ли вещей. Скажешь паль, — подруга вытащила маленькую сумочку, украшенную стразами и бусинами и впихнула мне. — Загонишь на худой конец. Тут даже с бирками есть. А мне этот ваш Жаров опять колечко подарил.

Яна вытянула ручку с изящными пальчиками, демонстрируя подарок мажорского баловня. Я месяца три в курсе их отношений, потому что Яна сама расспрашивала про него. А на новогодних праздниках они летали на отдых, соблюдая полную конфиденциальность.

Потом мы услышали шум за стеной.

Вбежав в квартиру поняли, что уже поздно. Вызвали полицию и скорую.

Егору нужна была срочная операция. Яна не могла мне на тот момент занять такую сумму, и предложила то, из-за чего я стала преступницей.

Не задумываясь. Ради брата я пойду на все!

— Я ведь просто могу обратиться к нему, по-человечески...

— Конечно можешь. Вот только в самом Жарове человечность и понимание не предусмотрены заводскими настройками. Ты забыла какион тебя в начале года опозорил?

А ведь действительно. В первую неделю, кто-то из ребят разлил йогурт в аудитории. Когда я зашла в кабинет, Жаров крикнул.

— А вот и уборщица, все нормально, — все заржали, глядя как я прохожу мимо розовой лужи и сажусь за парту. — Эй, а где твой инвентарь?

— Я вообще-то здесь учусь, как и все! — Жаров нахмурился, и когда его дружок подтвердил мои слова, тот хмыкнул.

— Просто помнится, ты тряпкой в кафе махала, вот и подумал... Что у тебя нюх на грязь и беспорядок.

— Раз помнишь, значит Альцгеймером не болеешь, поздравляю, — озлобилась я. Мою шутку оценили все, кроме самого Жарова, который стал меня игнорировать и не замечать, смотря как бы сквозь. Один раз даже сел на меня. Придурок чертов.

— Может, ты возьмешь у него в долг? — постепенно я начала приходить в себя, и здравый смысл предупреждал, что ничем хорошим такое закончиться не может.

Яна взяла меня за руки, заглядывая мне в лицо кукольными глазками.

— Алиса, я не могу попросить в долг у своего студента. Это сделает меня обязанной перед ним. А у самой меня нет таких денег, я же машину в кредит взяла.

— Он может сообщить в полицию.

— Я сделаю так, что он заплатит, и никуда обращаться не станет. Не волнуйся. Знаешь, иногда таких зазнавшихся мальчишек стоит слегка встряхнуть, и проверить на вшивость, — заманчиво заверила та. И я поверила.

Дэн

Я заглянул в библиотеку. Вроде пусто.

И держа за руку хихикающую Настю, спрятался за тяжелой дверью.

— А если нас поймают? — бормотала та, пока я дразнил ее своими губами и расстегивал чертову кофту. Ну нафига так заморачиваться? Нельзя было в футболке прийти?

— Сюда никто лет сто не заходил. Видишь, даже пыль лежит, — я провел пальцем по полке позади нее и показал Насте. Та снова пустилась в хохот, потому что я прижался губами к ее шее, нашептывая всякую дичь про полезность спонтанного секса. Вроде и мысль умная, учеными доказана, и девчонкам со мной интересно.

Вот только стоило услышать шорох в дальнем углу, и меня триггернуло.

— Кто там? — спросил я, пока девчонка своими шаловливыми ручонками теребила мое сокровище в штанах.

— Да никого там нет, сам же сказал, — взяв меня за подбородок, Настя перетянула внимание на себя. Ну да. Не объяснишь же ей, что такой экстрим дорогого стоит.

Как вспомню ситуацию с Яной, аж в дрожь бросает.

— Ну и аппетиты у этого шантажиста. Знаешь, я наверное все таки пацанов с собой возьму. Покараулим, пока тот чмошник за деньгами придет, и встретим за углом.

— А если у него пособник? Ты хочешь чтобы мои сиськи по всему институту разлетелись? — вспыхнула девчонка, прижимая простынь к груди. Я как настоящий защитник, подошел к ней, и медленно потянул за край.

— Неа, куколка. Твоих близняшек могу лицезреть только я...

Мысленно перенесся в продолжение того самого разговора, позволив Настеньке поиграть с моим младшим другом.

Как вдруг, снова шорох. Потом послышался кашель, и теперь уже даже Настя переполошилась, белкой выглядывая меж стеллажей.

— Кто здесь? — в ответ тишина. — Сходи проверь, — кивнул я Насте.

— Сам иди, ты же мужчина! — любят девки козырить своей гендерной принадлежностью, аж бесит.

— Да какого, — упаковал ремень, я направился в противоположную сторону ряда.

Вдруг мне показалось кто-то пробежал мимо.

Я выглянул с другой стороны. Так и есть. Фигура в черной толстовке направлялась точно к выходу.

Я побежал наперерез, дернул извращенца за руку, стянул капюшон.

— Воробьёва, какого хрена? — одногруппница начала отбиваться, а потом посмотрев на меня, вытащила наушники-затычки из ушей.

— Жаров, ты больной? Уже на людей кидаешься?

— Знаешь, Воробьёва, в таком луке ты на человека меньше всего похожа, — девчонка что-то прошипела, отдернув руку, и мне пришлось ее отпустить. — Ты что тут делаешь?

— Я перед тобой отчитываться должна? — с нахальной миной поинтересовалась та, и я вдруг обратил внимание на ее веснушки. А Воробьёва то косметикой вообще не пользуется.

Мимо нас протопала Настя.

— Мне на пару пора, — жеманно попрощалась та, скользнув глазами по недотепе, испортившей нам приятные минуты.

— Понятно, — фыркнула Воробьёва. — Я спала. Пару то отменили. Сюда никто не ходит, я музыку включила и задремала. А потом таймер сработал. И собственно все, — развела та руками. — Короче, Жаров, отвали. Мне еще в столовку надо.

Девчонка ретировалась, оставив в пыльном саркофаге.

Я решил проверить, могла ли она видеть нас, и прошел к тому месту, откуда выбежала Воробьёва.

Повертевшись и так и сяк, понял, что она не лгала. Обзор тут хороший только на окно и стеллаж с мифами Греции.

Однако мое внимание привлекла толстая тетрадь на кольцах, с незабудками. Похоже, Воробьёва оставила.

Я открыл просто посмотреть, каким почерком она пишет и вообще, может эти конспекты мне самому пригодятся.

Вот только вместо записей там было нечто. Почти порнографический журнал. Без деталей конечно, но плечи, руки, венки, плавные изгибы.

Я прирос к месту.

Что за хрень.

Листал быстро, потом остановился на конкретном портрете. Да это же Ванька Смирнов, наш одногруппник, капитан университетского КВН, входит в состав студсовета и походу, краш Воробьёвой.

Не, ну серьезно. На картинках парень и девушка лапают друг друга.

Вот это Воробьева отжигает!

С таким трофеем я поспешил в группу. Просто не терпелось поделиться талантами.

Настроение просто на высоте, поэтому я соколом влетаю в аудиторию, держа над головой драгоценную тетрадь. Вон Смирнов, сидит на третьем ряду, в окружении симпатичных девчонок, не чета Воробьёвой. А вот сама Воробьева, что-то ищет в большом рюкзаке.

Она мелько поднимает глаза, проверить кто пришел. А когда видит мою злорадную улыбку и ее хентай-альбом, взгляд ее загорается и та пулей несется ко мне.

— Ты где это взял? — тараторит она, подпрыгивая чтобы выхватить погибель своего целомудрия.

— А что такое? — с наивным видом хлопаю глазами.

— Надеюсь ты не открывал?

— Если бы не открывал, я бы так сюда не спешил, — только я собрался окликнуть Ванька, Воробьёва повисла на моей руке.

— Это не твое, отдай немедленно, — рычала та, упираясь ногами в пол.

— Неужели твое?

— Жаров, пожалуйста! — с жалостью тихо взмолилась та.

— Воробьёва, у тебя талант. А ты его прячешь, — хмыкнул я. — Ванек, глянь что есть. Тут Воробьёва твой портрет нарисовала, во всей красе.

Все и так смотрели на нас, из-за странного поведения Воробьевой. Она в обычной жизни то ко мне не подходила, а тут... Явно что-то интересное, вот народ и любуется ее акробатикой.

Ванек спустился, а за ним медленно подтянулись и остальные. Я принялся бегло листать, не заостряя пока внимание на зарисовки, а искал конкретно его.

Но тут зловредная Воробьёва шандарахнула своей бесформенной авоськой меня по голове. Я выронил тетрадь. Рисунки разлетелись, но не так эффектно как хотелось бы, потому что девчонка быстро пособирала их.

— Ты придурок, Жаров! — злобно процедила та, резанув по мне взглядом, и выбежала прочь.

Однако пару листов все же остались. Их то и поднял Ванек.

— Ты прикинь что творит. Запала походу на тебя, — хохотнул я, заглянув ему под руку, надеясь увидеть что-то горячее. Но увы, всего парочка рисунков. Чья-то спина и сам Смирнов.

— Как не прискорбно, но она права, — шепнул Ванек мне на ухо и пошел вслед за Воробьёвой.

Чтобы выяснить о чем он, я побежал за ним.

Глава 3

— Я же тебе говорил, чтобы ты перестала за мной бегать?! — завернув за угол, я стал свидетелем странного разговора, поэтому решил не высовываться, и выяснить, что за дела связывают Ванька с Воробьёвой.

А тут такой поворот!

— Я тебя вообще не трогала. Это все Жаров, придурок. Прихватил из библиотеки мой блокнот с рисунками, — потом я услышал всхлипывание и выглянул. Ванек усадил девчонку на лавочку, озираясь по сторонам. Хм, мне бы тоже было стремно сидеть с такой бесформенной тенью, как Воробьёва.

— Перестань. Ты чего, из-за этого расстроилась? Ну пошутил Дэн...

— Я не из-за этого. Просто, навалилось...-снова тихий плач.

— Тогда почему в твоем блокноте мой портрет? Я же говорил, тот поцелуй был случайностью, и просил ничего не додумывать, Алис.

Да, наш Смирнов бессердечен.

— Это старый рисунок. Он мне просто нравится, — шмыгнула та носом.

— Алис, мне льстит твоя симпатия, но ты должна понимать, что мы не подходим друг другу. Ты не мой типаж, от слова совсем.