Читаем Шамад (СИ) онлайн бесплатно

========== Возвращение ==========

Перед глазами стояла Темная метка. Все остальное было в тумане. Гермиона пыталась отвести глаза, но куда бы ни упал ее взгляд, перед ним вспыхивала метка. Безглазая змея таращилась на нее, в то время как Гермиона не могла ни бежать, ни пошевелиться. Она вдохнула. Грудь с трудом поднялась, и Гермиона поняла, что ее чем-то придавливает к стене. Ее взгляд все еще был сфокусирован на змее, но она уже видела мужскую руку, на которой стояла метка. Взгляд от предплечья скользнул к плечу, на шею и выше, пока не столкнулся с холодными серыми глазами.

Она нащупала руку Малфоя на своем бедре. Провела по ней пальцами, наслаждаясь ощущением его кожи. Он прижал ее руку к стене ладонью. Наклонился. И если ей было мало его близости, его запах заставил ноги подкоситься. Он провел языком по ее нижней губе, и когда она облизнула губы, не отдавая себе в этом отчета, он ухмыльнулся. Но, возможно, ей это только показалось, потому что он сразу же ее поцеловал.

На секунду она взяла себя в руки и откинула голову. Кажется, ударилась затылком о стену, но не обратила внимания на боль.

Она смотрела в его невероятного цвета глаза. Он не был Гарри. Он не был Роном. Он очень хорошо знал, что хотел. Запах на ней был запахом Малфоя. И когда он толкнулся к ней бедрами, она сама приоткрыла рот, чтобы он мог войти в него языком.

Затем он отстранился и посмотрел на нее высокомерным взглядом.

Туман рассеивался, но она все еще не могла пошевелиться. Она снова увидела Темную метку. По спине прошел холод, когда Гермиона осознала, что смотрит на свое собственное предплечье.

Гермиона все еще чувствовала его тело, но его уже охватывал наползающий со всех сторон черный туман. Сначала туман сплелся с черной рубашкой, разъедая ее клочьями. Затем растрепал белые волосы, окрашивая их в черный цвет, и наконец Малфой исчез, и она осталась стоять у стены одна.

Гермиона думала, что когда война закончится, он перестанет ей сниться. Но война закончилась, а он снился каждую ночь. Каждую ночь.

Она ненавидела Драко Малфоя! Не-на-ви-де-ла!

Во-первых, за Исчезательный шкаф, который он чинил на шестом курсе. Тогда она ещё не знала, что это такое.

Во-вторых, за то, что Выручай-комната сгорела в огне.

В-третьих… А не было никакого “в-третьих”. Она ненавидела его просто так.

Гермиона взглянула на свое отражение в витрине кафе, где сидела. Нет, “в-третьих” все-таки существовало — он опаздывал.

Война только закончилась — наверное, она поэтому его до сих пор ненавидит. Может, когда пройдет время, ее сердце успокоится. Но пока — так.

На днях от него пришла сова с предложением встретиться. Он сказал, что хотел бы помочь вернуть память ее родителям. У нее дрожали руки, когда она читала его письмо.

Из-за него у них ничего не получилось с Роном. Она не могла целовать Рона, а перед глазами видеть лицо Драко.

И теперь он хочет встретиться, и он опаздывает.

Если бы он не сказал, что хочет помочь ей, она бы встала и ушла. Хотя нет… Не ушла бы…

— Грейнджер, — прозвучал его голос.

— Ты опоздал на двадцать минут.

— Проверял заклинание, — ответил он. — Для твоих родителей.

Как он быстро перешел к теме.

— Я тебе должен. — Малфой положил на стол пергамент с надписью рунами.

— Что это?

— Древние руны, Гермиона.

И ей показалось, что все это уже было.

Судебные заседания завершились. Он был оправдан. Но оправдает ли она его? Поэтому Драко смотрел на нее издалека, прежде чем вошел в кафе. Он всегда был трусом. Но не в этот раз.

Гермиона взяла пергамент с заклинанием.

— Ничего не понимаю, — она пробежалась по листу глазами.

— Я прочту тебе, — сказал он.

— Ты знаешь, что я пережила? — она встала перед ним. Щеки раскраснелись, губы болезненно сжаты.

Подняла руку. Драко закрыл глаза, ожидая пощечину. Ее рука скользнула по его щеке. Нежно. Он притянул ее к себе. Обнял. Она положила голову ему на плечо и заплакала.

— Я люблю тебя, — сказал он.

Гермиона подняла на него заплаканное лицо и вместо ответа поцеловала.

========== Шоколадные лягушки ==========

Шестой курс

За пять лет в школе Драко успел возненавидеть красный и золотой цвета, но, признаться, заучке они шли. Она облокотилась о стол, что-то объясняя рыжему болвану. Видимо, Вислый выполнил задание правильно, потому что она улыбнулась. Прядь ее волос упала рыжему на шею, тот даже не заметил.

До чего же скучное занятие.

Перед каждым учеником стояла небольшая коробка, в которую следовало положить шоколадную лягушку, чтобы та, превратившись в настоящую, не поскакала по всему классу.

— Хорошо, что нам не надо превращать их в змей, — тихо сказал Гарри, сверкнув глазами в сторону Малфоя.

— Гарри, прекрати, — прошептала Гермиона. Не хватало еще, чтобы слизеринец обратил на них внимание и сказал что-нибудь ядовитое.

Она взглянула на Малфоя. Тот стоял, равнодушно глядя в свою коробку. Его палочка безвольно висела в руке.

— Мисс Грейнджер, — Макгонагалл заглянула к ним в коробки. — Как идут дела?

— Отлично! — гордо сказала Гермиона, показывая свою закрытую уже коробку, в которой сидела живая лягушка.

— Хорошо, — сказал Гарри, прикрывая свою коробку рукой. Его лягушка была наполовину съедена, и он собирался стрельнуть еще одну у Невилла, который всегда носил пару штук в карманах мантии.

— Кому могло прийти в голову такое глупое задание? — поморщился Рон. Он уже съел свою лягушку, а потом взял у Невилла вторую, но совесть не позволяла ему попросить еще.

— Мистер Малфой, у вас все хорошо? — произнесла Макгонагалл, подходя к столу слизеринцев.

— Все хорошо, — процедил тот сквозь зубы.

— Тогда возьмите вашу палочку как следует, — ответила профессор.

Малфой поднял палочку, но едва Макгонагалл повернулась к Невиллу, снова опустил ее.

Даже младшекурсник может превратить шоколадную лягушку в настоящую. Никто этого не делает, потому что смысла в этом никакого. А они уже на шестом курсе, чтобы заниматься такой ерундой. Какие у них у всех глупые лица. Вислый сейчас лопнет от того, что не может съесть свою лягушку. Грейнджер вся светится. Уже закрыла коробку, чтобы ее лягушка не выпрыгнула. Как всегда, самая первая. Шрамоголовый подсматривает, какое заклинание она использовала.

Драко отвернулся. Потер переносицу. Ночью он плохо спал. Ему снился чертов Исчезательный шкаф. Снилось, что дверцы открылись, и оттуда повалил черный липкий дым. Он пытался бежать, но дым окутывал, приставал к телу, засасывал. Казалось, он наглотался дыма и все еще чувствовал во рту вкус гнили.

Стойкое ощущение, что он летит вниз, не оставляло ни на миг с тех пор, как он приехал в школу. Вся его жизнь летела куда-то в холодную, как ветер на Астрономической башне, черную дыру. У него было гадкое царапающее чувство, что даже если он починит шкаф и убьет директора, ничего в его жизни не изменится к лучшему. А его одноклассники все чему-то радуются, идиоты. Беспокоятся за оценки. Ему бы их мелкие проблемы.

Невилл заорал и вскочил. Неужели этот идиот притащил в мантии шоколадных лягушек? Так и есть. Все они под действием заклинания стали выпрыгивать из его карманов. Класс зашелся смехом.

Драко отвернулся. Слишком тупое зрелище.

Он увидел Грейнджер. Заучка внимательно смотрела на него. Драко отвел взгляд.

Гермиона увидела, что случилось с Невиллом. Лягушки скакали вокруг него, а все смеялись. Она подумала, что сейчас что-нибудь язвительное скажет Малфой и унизит бедного Невилла еще больше. Она возмущенно обернулась к нему, но тот только с отвращением смотрел и ничего не говорил.

Обычно он всегда хотел быть первым. Не упускал возможности выделиться среди учеников. И всегда был готов съязвить. Но в последнее время он был таким… тихим. Она снова заметила, что он так же, как и на травологии, ничего не делал, не слушал преподавателя… и не смеялся над Невиллом вместе со всеми. Он выглядел так, словно не спал всю ночь. Бледный, с кругами под глазами. Малфой переживает из-за отца? Или из-за того, что теперь перед ним не пресмыкаются одноклассники? А, может, есть что-то еще?

========== Птицы ==========

Драко очень хотелось одеться в джинсы и серую неприметную футболку. Хотелось слиться с толпой, спрятаться, но он не мог. Он не мог позволить себе быть слабым. Не сейчас. Не сейчас, когда от него зависит жизнь родителей. Не сейчас, когда он остался без отца, и люди больше не лебезят перед ним. Он не мог позволить им сломать себя. Драко взглянул на метку. Еще недавно, в начале учебного года, она означала, что он избранный, такой же, как Поттер. А теперь эта метка означает другое. То, в чем он не готов признаться себе. Нет, он не мог надеть футболку. Драко вынул черную рубашку. Надел брюки и строгий пиджак. Так он чувствовал себя сильнее. Не таким беспомощным.

Он не чувствовал в себе силы убить Дамблдора. Но он сделает это. Не ради безносого ублюдка. Ради мамы. Ради отца. Отец выйдет из Азкабана, если он, Драко, не облажается.

В этот раз он пришел в выручай-комнату один.

Крэбб и Гойл в этот раз отказались пить оборотное. Надо отдать им должное, они долго терпели это ради него. Один во всем этом дерьме. Ни Крэбб, ни Гойл, ни Забини, ни Тео, даже Панси не знала о его задании. Влюбленность Панси прошла за лето. Самолюбие немного кололо, но зато теперь он свободен от нее.

Все его прошлые попытки починить шкаф провалились. Драко захватил из гостиной два яблока. Одно себе на ужин, другое — чтобы проверить, удалось ли починить шкаф.

Изящная резьба. Изящное орудие убийства. Как же, на хрен, его починить?

Вчера Типпи, его домой эльф, тайно принес лунный камень, найденный среди артефактов отца. Драко поднял палочку, наделил шкаф энергией камня и произнес заклинание — очередное заклинание, которое должно было починить шкаф и связать его со вторым таким же.

Если он не выполнит задание, отец… и мать… Бедная мать. Он помнил ее глаза. Ее лицо казалось, как обычно, спокойным и хладнокровным. Но ее глаза… Он помнил, что не мог смотреть ей в глаза, и начал рассматривать шкаф там, в “Горбин и Бэркес”: все эти узоры, которые царапали пальцы, — лишь бы не видеть ее взгляд.

Одиночество рождает странные мысли. Вроде тех, что Грейнджер, которая вместе с Поттером следила за ним все эти дни, давно решила бы эту задачу. Как она смухлевала на отборочных! Использовала конфундус, чтобы бездарный Уизли попал в команду. Его-то самого, хоть он и показал хорошие результаты, в команду не взяли. Кому нужен сын заключенного? Его взяли запасным только потому, что настояла Макгонагалл.

— Блядь! — выругался он, открыв шкаф. — Блядь!

Он вынул яблоко — опять надкушенное яблоко — и швырнул его о стену.

— Ненавижу! Ненавижу! — Драко пинал шкаф, пока на черном носке ботинка не появились царапины. — Черт!

Он больше не мог нести в себе эти эмоции.

Шкаф и то адское ожерелье, что прокляло Кэти Белл. Драко не мог представить, как посмотрит ей в глаза, когда она вернется из Мунго. Глупая девчонка. Зачем она до него дотронулась?! Она же просто должна была отнести его директору! С другой стороны, разве он сам, сам в глубине души не надеялся, что такая глупая девочка, как Белл, просто потеряет чертово ожерелье по дороге?

Драко вышел из Выручай-комнаты. Было темно, в пустом коридоре никого. Он заметил какое-то движение у стены. Как будто ветер всколыхнул воздух и принес аромат духов: что-то свежее, скошенная трава и мята. Он хорошо помнил это запах с того дня, как ему однажды пришлось стоять рядом с Грейнджер на уроке зельеварения. Она никогда не заговаривала с ним и старалась держаться от него подальше. Если в прошлом их отношения хоть и были натянутыми, но все-таки существовали, то сейчас этих отношений не стало совсем. Детское соперничество превратилось во взрослую ненависть. Он немного ей завидовал. Нет, не ее успехам в учебе, а тому, что она могла так искренне и глупо кого-то ненавидеть просто за обзывательства, тогда как у него были взрослые проблемы. И он не знал, как их решить.

Он прошел по коридору, ловя все тот же запах парфюма. Запах шел за ним до Астрономической башни.

Было холодно. Осенний ветер морозил открытые руки, а запах листвы и жухлой травы перебивал ее аромат.

— Не замерзла, Грейнджер? — Драко резко обернулся, схватил невидимое тело и пригвоздил ее к стене. Ему прилетело в голень, он в ответ больно сжал то, что держал в руке. Наверное, это было ее колено.

— Отпусти! — прорычала она.

Драко сорвал с нее мантию-невидимку.

— Это такой способ пообжиматься с чистокровным волшебником?

Она сделала страдальческую гримасу.

— Ты зря старалась. — Драко оттолкнулся от нее, оставляя ее у стены, злую и раскрасневшуюся. Он бросил мантию-невидимку на пол, демонстративно отер руки о пиджак и пошел прочь. Еще одна ночь прошла зря. Он все так же далек от починки шкафа.

Драко возвращался в гостиную Слизерина. Он уже не считал, сколько раз потерял самообладание за один вечер. Сначала шкаф, теперь Грейнджер. Он давно не чувствовал себя счастливым. Очередная ссора не могла заставить его чувствовать себя хуже. Ему и так было хреново. Хреново донельзя.

Гермиона спустилась по лестнице. Сердце бешено стучало. Малфой уже ушел, а вот неподалеку у стены стояла парочка. Лаванда и Рон. Гермиона подумала проклясть их, но это было слишком низко. Она уже запустила в них канареек в ту ночь, когда узнала, что они встречаются. Но облегчения это не принесло. Наоборот.

Гермиона надела мантию-невидимку и пошла в гриффиндорскую спальню.

========== Кровь на руках ==========

Сегодня она снова будет следить за Малфоем. Вчера он ее поймал. И по-хорошему ей следовало на время оставить его в покое, но у Рона свидание с Лавандой. Нет, они с Роном не были парой. Рон много раз ее критиковал и высмеивал. Даже Малфой не высмеивал ее так, как Рон. Разве друзья и любимые должны критиковать? Разве они не должны поддерживать и вдохновлять?

А Гарри даже спит с картой Мародеров, чтобы узнать, куда ходит Малфой со своими подружками, и чуть ли не стонет его имя во сне. Ничего, никто еще не умирал от недостатка Драко Малфоя. Сегодня за ним снова последит она, а Гарри пусть немного отвлечется. Ей и самой надо отвлечься.

Гермиона надела мантию-невидимку и, проскользнув мимо целующихся Рона с Лавандой, вышла из гриффиндорской гостиной, и взглянула на карту. Малфой шел один, без своих подружек. Он остановился у заброшенного женского туалета, где обитало привидение девочки Миртл.

Драко Малфой в заброшенном женском туалете? Холеный, заносчивый слизеринец в заброшенном туалете? Что он там забыл? Наверное, задумал какую-то пакость… “Боже, думаю, как Гарри”. Гермиона поспешила туда.

Драко не первый раз приходил в заброшенный туалет. Тут его встречало забавное привидение — девочка Миртл. Она была отличной собеседницей. Нет, она была самой лучшей собеседницей из всех, кого он знал. Драко был уверен, что она не разнесет его слова по всему замку. И она не осуждала его. Она, блядь, его не осуждала! Не называла идиотом, слабаком, тупицей, подонком, трусом — всем, чем его назвали бы другие. Она просто слушала его и, возможно, понимала. Он мог рассказать ей, каким гордым был вначале, и как ему хреново теперь, когда у него ничего не получается.