Читаем Шалости в городе Лерон (СИ) онлайн бесплатно

Громкий сигнал грузовика проревел среди ночи. Звук удара и бьющегося стекла раскатился по глуши, тем самым пугая здешних животных. Треск ломающихся молодых деревьев, растущих по обе стороны дороги, дополнил ужасную картину. На мгновение все притихло, только капли дождя играли свою симфонию. А затем… Крики, стоны и громкий плач пронзили округу, разрывая мелодию плачущих небес.

[Настало время? Да?]

— М-м-мамааа! М-м-мама! — кричала маленькая девочка со слезами на глазах.

[Это же…]

Девочка попыталась встать на свои дрожащие ноги, но ступив шажок, рухнула на мокрый асфальт. Большими красными от плача глазами она нервно шарила по месту аварии в поисках своей мамы. От испуга и шока к девочке не сразу пришло осознание того что произошло, она даже не заметила что вся исцарапана. Кровь понемногу просачивалась через раны, но ее жизни ни что не угрожало! От удара ее выбросило через разбитое окно, вместе с осколками.

— Бегите! Отбегайте как можно дальше! — прокричал кто-то, пытаясь пересилить крики агонии.

Люди ломанулись на голос. Спотыкаясь, падая, толкая друг друга словно дикари, ведь каждый хотел жить. Они проносились мимо сидящей девочки, не обращая на нее внимания

[Хех! Вот истинная сущность людей.]

Взгляд девочки остановился. Она смотрела прямо на меня как прикованная. Кристальные, наполненные слезами и ужасом глаза. В них отражалось ярко красное пламя.

[Вот блин…]

Акт I. «Тайна происхождения»

Последние лучи заходящего солнца опускались на землю, уступая место в борьбе за господство, медленно накрывающей темной рукой ночи. За этим не легким противостоянием наблюдал молодой парень, сидя у окна движущегося автобуса. Он ехал домой, в небольшую деревеньку. В ней прошло его детство, поэтому он возвращался туда время от времени, но не для того что бы понастольгировать. Парню нужно было навестить больную маму. Обычно это пятница — конец рабочей недели.

— Скучно…

[Я хочу умереть] — продолжил я мысленно. Я частенько так думал, это даже вошло в привычку. За стеклом шел дождь, и мелькали пейзажи, сменяясь лугами и лесами. Капли дождя стекали по стеклу под углом, и за ними было интересно наблюдать.

[Люблю дождь] — мысленно проговорил сам себе. Многие сказали бы, что это странно, ведь в основном людям нравится солнечная погода, но мне плевать. В такую погоду мне становится спокойно на душе, но не сегодня.

[То место… Те люди…]

Тяжело вздохнув, я достал из кармана мобильный телефон и посмотрел на время. Цифры показывали 21:13. Оставалось чуть больше часа до приезда.

— Ая, сядь и посиди спокойно! — послышался упрек незнакомой женщины.

— Но мама мне интересно смотреть на проезжающие мимо машины! — ответил звонкий голосок.

— На них можно смотреть и сидя, а не стоя прилипнув к стеклу!

[Шумно!] — я достал наушники и вставил в уши, увеличив громкость на максимум. Настроение было плохое. Мне опять придется смотреть им в лицо, этим жалким людишкам.

[Но я должен навестить маму, так что придется потерпеть.]

Я не люблю людей, их поступки, их притворство. Я ненавижу эту проклятую деревню. Я ненавижу свою жалкую жизнь.

[Я хочу умереть]

Когда же я стал таким?

Смотря на мелькающие деревья, тихонько промямлив

— Нет, я знаю когда….

Все началось с того дня, когда мне было 11 лет. В тот день мой отец покончил жизнь самоубийством. Он не ночевал дома, и это не было странным, так как отец частенько выпивал с друзьями. Наутро мама нашла его внутри сарая висящим на веревке напротив дверей. Маму хватил ужас, и она впоследствии сильно заболела. С тех пор ей становилось только хуже с каждым годом. От нас отвернулись все родственники, упрекая и тайно ненавидя маму. Они шептались за спинами, утверждая, что это мама довела отца до края. В школе насмехались и издевались надо мной, и время от времени избивали. Приходя домой, я нацеплял улыбку на свое лицо, рассказывал маме, какой веселый был сегодня день.

[Она видела меня насквозь]

Я долго не осознавал этого. Я не понимал, почему она плачет каждый раз после очередной моей притворной болтовни.

[Я делал ей только больнее]

Только спустя некоторое время я осознал ошибочность моих действий. Я должен был быть искренним с ней, а вместо этого терзал ее, и без того израненную душу. В момент осознания я возненавидел самого себя, а ненависть к окружающим людям перевалила за все мыслимые пределы. Я стал такой же, как и все родственники, скрывающим правду, притворщиком. У меня не было друзей, о которых я врал маме, у меня не было веселых деньков, о которых я рассказывал ей. Я стал тем же отбросом, которых презирал всей душой. И тогда впервые у меня проскочила ужасная мысль…

[Я хочу умереть]

Но ради матери я продолжал улыбаться, окончил школу, поступил в университет, нашел работу. Я вырвался в общество, не смотря на все издевки и презрение исходящих от окружающих меня людей. Но мою душу разрывала пустота. Словно черная дыра она поглощала все мои чувства и эмоции, оставляя только одно желание. Желание, присосавшееся ко мне, как пиявка, еще в детстве — желание умереть.

Яркий свет, ослепив мне глаза и последовавший за ним звук сигнала, прервали мои мысли. Удар. В мгновение ока все перевернулось. Былое спокойствие разорвали крики и стоны людей. Автобус слетел с дороги, перевернувшись несколько раз и прорыв не малую борозду остановился, упершись в толстое дерево.

Раскрылась ужасная картина. Повсюду кровь. Уцелевшие выкарабкивались через разбитые окна, не обращая внимания на людей, которым повезло меньше, наступая, и отталкивая друг друга. Я не двигался. Мою ногу зажало между сидениями, а ниже колена торчала кость. Дикая боль пульсировала в ноге, но я терпел. Откинув голову назад, лежа на спине, я просто безучастно всматривался в разбитое окно.

[Настало время? Да?]

[Время, что бы умереть.]

— Может в следующей жизни мне повезет больше. — тихо проговорив, я посмотрел на дорогу.

— М-м-мамааа! М-м-мама!

[Это же…]

Я увидел плачущую девочку. Кажется, ее звали Ая.

— Ну а где тогда..?

Пошарив взглядом по автобусу, я нашел ее. Молодая мама лежала без сознания.

— Бегите! Отбегайте как можно дальше!

Оглянувшись на крик, я увидел, как люди бегут от автобуса. И среди этой бегущей толпы сидела девочка. Пробегающие мимо люди не пытались помочь ей, никто не обращал на нее внимания, каждый спасал лишь собственную шкуру.

[Хех! Вот истинная сущность людей.]

Девочка перевела взгляд на меня. Большие, серебристые глаза, наполненные страхом, смотрели на меня, не моргая. Это странно, я никогда в жизни не видел людей с таким цветом глаз. Но это не все, я замер. По телу пробежала дрожь. Кто то смотрел на меня через эти глаза, и мне не почудилось. Я четко ощущал это всем телом, всем своим естеством. Время как будто замерло, мое тело покрылось холодным потом. Мои мысли остановились.

— Холодно, очень холодно.

Я дрожал. Холод распространялся. Он был только в моем сознании, плодом моего воображения, которое я не контролировал. Резкая боль пронзила голову, и вместе с этим послышался голос. Детский голос.

— Сест. рен. ка..! Прос…нись!

Затем боль пропала вместе с голосом. Холод отступил. Мои мысли снова понеслись. Мое сознание вернулось под мой контроль. А перед моим взором сидела все та же девочка, смотревшая на меня.

— Наверное я слишком сильно ударился. — попытался объяснить самому себе произошедшее.

Вспыхнуло пламя. Огонь стал потихоньку разгораться. Я знаю, что дальше произойдет. Да, взрыв.

[Вот блин…]

— Некогда прохлаждаться! Я должен сделать это! — приободрив себя, я начал действовать.

Протянув руки, я ухватился за женщину, лежавшую без сознания, и подтянул ее к себе. От возникшей нагрузки, острая боль пронзила сломанную ногу. Я стиснул зубы, не дав вырваться крику боли.

[Да, я решил поиграть в героя]

С хлопком раздавались звуки ударов по лицу. Я пытался привести ее в сознание, и мои попытки оправдали себя. Женщина приоткрыла глаза, и смотрела на меня с непонимающим выражением.

— Некогда глазеть, давай выбирайся через это окно.

Женщина проследила за направлением, которое я указал, но двигаться не собиралась. На ее лице отражалось беспокойство, и я понял, о чем она думает.

— Я сразу же за тобой. — как можно убедительнее соврал я, понимая что из-за зажатой ноги мне не выбраться. — Быстрее, твоя девочка ждет снаружи!

— Х-хорошо.

Услышав о дочке, женщина кивнула, и начала понемногу выползать из этого проклятого автобуса. Завидев свое дитя, она побежала к ней, переживая все ли с ней в порядке.

[Я ведь поступил правильно, да?]

Криво улыбнувшись, я наблюдал, как девочка крепко обнимает свою маму.

Огонь добрался до бензобака, из которого потихоньку вытекало топливо. Вспыхнула струя пламени и резкий взрыв освятил округу.

Люди пригнулись, что бы укрыться от летящих обломков. Жар пламени опалял лица. Казалось, дождь не мог противостоять ему. Это было адское пламя, устремляясь ввысь, выпускающее завихрения черного, как смоль, дыма.

— Он соврал… — слетело из уст женщины обнимающей свою дочку. Капелька слезы скатилась по ее щеке.

— Он соврал…

Лунный свет, проникающий через маленькое отверстие в стене, освещал холодный подвал здания. Этот луч, был светом, пришедшим со свободы. Свободы, которую больше не получат находящиеся в подвале люди. В клетках, распростирающихся по обе стороны прохода подвала, сидели девушки и мужчины различных рас. Зверолюди, людоящеры, эльфы и другие, обладающие интеллектом расы. Среди них была даже девушка из драконьей расы, с черными крыльями за спиной и одним рогом, торчащим изо лба, и очень красивой и соблазнительной фигурой. У всех виднелась черная полоса, не более пяти миллиметров в ширине, опоясывающая шею. Это был не ошейник, а отпечаток магии порабощения, выглядящий скорее как татуировка. Верно, в подвале находились рабы.

В конце коридора, в углу, сидели в клетке две девушки невообразимой красоты. Этими девушками были сестры неизвестной расы. Младшей было примерно лет семь, так как старшей где то в районе шестнадцати. То, что они были сестрами, можно понять сразу, взглянув на них лишь один раз. У обеих сестер были серебристые длинные волосы, маленькие заостренные звериные ушки, белоснежная кожа, и самое странное, по спине вдоль позвоночника проходила маленькая грива, плавно переходящая в хвост на талии девушек. Мех на хвосте имел серебристую окраску, как и волосы. Различались сестренки только окраской глаз. У младшей глаза были цвета спелой вишни, у старшей серебристые. Но в серебристом взгляде не было жизни.

Девушка сидела на холодном полу, прислонившись спиной к каменной стене, правой рукой поглаживая свою сестренку, спящую у нее на коленях. Прошло уже несколько часов, как уснула младшая сестра, но она даже не шелохнулась, не почесалась, ее взгляд все также устремлен в пустое пространство ведомое лишь ей самой. Вдруг раздался скрип тяжелой двери и в подвал вошли двое мужчин. В одном из них можно было узнать работорговца, а второй, скорее всего, был покупателем, так как он был одет в дорогие одеяния и шел ровной, как струна, походкой присущей только благородным людям с большим состоянием. На лице у покупателя играла широкая улыбка, отражающая нетерпимость и похоть.

— Не дождусь, когда увижу я ваши бриллианты! — воскликнул покупатель.

— Ох, господин Кадж, вы не будете разочарованы. Признаться честно мне пришлось вывалить разбойникам не малую сумму денег за них, но как только я их увидел, отдал деньги без раздумья. — проговорил работорговец, потирая руки. — Н… но господин Кадж, есть маленький нюанс касательно девушки постарше…

— Деньги для меня не проблема. Ты же знаешь, что мне нравятся молоденькие девушки, и я не впервые покупаю у тебя рабов. — перебил работорговца Кадж.

— Нюанс касается не денежной стороны, а немного…

Работорговец остановился на середине предложения, обдумывая как бы более корректно объяснить суть так называемого нюанса. А тем самым они уже подходили к угловой клетке с девушками.

— Оооо! — восхищенно протянул Кадж, смотря в сторону клетки с девушкой из драконьей расы. — Ты не говорил, что у тебя есть рабыня из расы Дроксов. Хе-хе, мелкий проказник. Знаешь как заинтересовать покупателя, небось хотел чтобы я сам ее заметил и начал слюни пускать.

Работорговец криво улыбнулся и жестом руки указал на противоположную клетку.

— Мы прибыли господин Кадж.

Затем достал ключи и двинулся открывать клетку.

Оторвав взгляд от девушки Дроксо, Кадж повернулся в сторону указанную работорговцем и замер. Он стоял как статуя некоторое время, не отрывая глаз. Сердце бешено забилось, пытаясь выпрыгнуть из груди, а слова застряли в горле, отчаянно сопротивляясь и отказываясь выходить наружу.

В лунном свете сидела невероятно красивая девушка, словно богиня, сошедшая с небес, а на ее коленях сладко спало маленькое чудо, не менее красивое.

— Я-я х-хочу прикоснуться к ней! — выдавил из себя Кадж и пошел в сторону открытой только что работорговцем двери.

На звук шагов и хлопнувшего замка двери, чудо, спавшее на коленях сестренки, проснулось и медленно начало протирать глазки.

Девушка увидела перед собой мужчину, лет тридцати, жадно тянувшегося к ее старшей сестренке. Не сообразив спросонья, что здесь творится, она допустила страшную ошибку.

— Г-господин Кадж, п-пожалуйста не нужно прикасаться к девушке! Нюанс, о котором я говорил ранее… — заикаясь, попытался предупредить работорговец, но не успел.

Кадж жадно впился своей рукой в грудь старшей девушки и начал массировать, тем временем проводя другой рукой по волосам девушки.

— Хе-хе, это богиня! Превосходно! Потрясающе!

— Я беру обеих! — восторженно прокричал Кадж, понимая, что и младшая сестра вырастет в такую же прелесть.

Девушка не сопротивлялась прикосновениям незнакомца, она не сдвинулась с места, а лицо все так же выражало безразличие. Ее глаза мутно смотрели в пустоту, а рука не переставала поглаживать младшую сестренку.

На лице работорговца замерло сложное выражение. В нем читалось ожидание, испуг и немного переживания за покупателя.

— Тебе лучше убрать от нее руки. — раздался женский голос из-за спины Каджа, прерывая его полет фантазии.