Читаем Шальные рассказы онлайн бесплатно

Грибы.

Свежесть раннего сентябрьского утра заставила Митьку съежиться, нервно передёрнув плечами. Ночью опять шёл дождь. Прозрачные капли воды блестели в лучах восходящего солнца, на стеблях высокой, давно не кошеной травы. Митька вытащил из кармана мятую пачку «примы». В ней сиротливо лежал заботливо оставленный со вчерашнего вечера окурок. С наслаждением втягивая в лёгкие табачный дым, Митька начал оглядывать двор. Высокое деревянное крыльцо, местами прогнившими на полу досками, пристроенное к старой деревянной избе открывало ему отличный вид на покосившийся от старости сарай, заваленный непонятного происхождения хламом двор и неровные ряды грядок огорода, по которому, высоко выставив вверх толстый зад, обтянутый черной юбкой, передвигалась его жена.

– Помочь может? – спросил хриплым с похмелья голосом Митька, остановившись у края огорода.

Женщина продолжала копать, никак не отреагировав на предложение мужа.

– Доброе утро, Галя! – ещё громче сказал Митька, ничуть не обидевшись на такое невнимание.

Женщина разогнулась, грозно перехватив двумя руками лопату.

– Уйди подлюка, – гневно закричала она, высоко замахнувшись на Митьку лопатой – сгинь с глаз моих алкаш проклятый. И когда ты уже издохнешь от своей барматухи, падаль ты этакая.

– Да чего ты, чего? – вскрикнул Митька, отскакивая на всякий случай на безопасное расстояние от разъяренной супруги.

– Что? – сделав вопросительное лицо, спросила жена – трубы горят, похмелиться хочешь?

– Ну, действительно хреново, Галь! – с надеждой в голосе проговорил Митька.

– А вот тебе – жена с яростью ткнула ему в лицо крепко сжатую дулю, на которой как остриё копья торчал длинный черный от земли ноготь.

– Вот похмелись, попробуй! Всё и так в хате пропил, помощи никакой! Сволочь, да и только! – и не ожидая ответа, опять стала выкапывать картошку.

Митька вернулся на крыльцо, в задумчивости почёсывая взъерошенную голову. Организм отчаянно требовал алкоголя!

В свои сорок три года он успел окончить сельскую школу восьмилетку, отсидеть три года за кражу колхозных поросят, жениться, сделать двоих сыновей и семь раз побывать в ЛТП, куда, за беспробудные пьянки и скандалы, его систематически отправляла то жена, то местный участковый.

Сочно потягиваясь всеми четырьмя лапами, из старой опрокинутой на бок корзины, вышла рыжая, пушистая кошка. Усевшись на краю крыльца, она стала умываться, грациозно вытирая лапкой усатую мордочку.

«Пойду ка я за грибами!» – вдруг осенило Митьку – «а грибы на трассе продам! Сосед вчера два ведра боровиков принёс, вот и деньги на вино и курево будут!»

Он схватил корзину, нагретую кошкой, сунул босые ноги в старые, дырявые резиновые сапоги и вышел из хаты.

Деревня, где жил Митька, находилась не далеко от одной из главных трасс, по которой автомобили пересекают республику с юга на север. Сосновый лес, застланный пушистым мохом, каждую осень давал богатый урожай лисичек, маслят, подосиновиков и боровиков. Толпы приезжих горожан, начиная с конца августа, рыскали по лесу с корзинами, вырезая всё в радиусе нескольких километров от просёлочных дорог.

Как человек, который с детства вырос в этих лесах, Митька знал места, в которые простые грибники, боящиеся далеко отходить от своих машин, практически никогда не забирались. Заветные полянки, покрытые желтыми шляпками белых крепышей, влажные овраги с трухлявыми пнями, обросшими огромными колониями осенних опят, берёзовые рощи, где из-под начавшей опавшей листвы торчат коричневые подберёзовики.

Идти пришлось долго. Громко ругаясь от мучавшего его похмелья, он со злостью сбивал палкой попадавшиеся на пути зонтики и сыроежки и аккуратно срезал все чаще встречающиеся боровики. Холодные капли ночного дождя щедро скатывались с мохнатых елей и высокой травы, окончательно промочив Митьку до нитки. Он замёрз. Но и корзина была практически полная. Жутко хотелось курить.

«И этого хватит» решил он и повернул обратно.

Обратная дорога оказалась намного труднее. Порядком устав, Митьке пришлось тащить через буреломы и болота, приличного веса корзину с грибами. Он несколько раз садился отдыхать, но требующая алкоголь утроба, заставляла снова подниматься и идти, сочно чавкая босыми ногами в промокших дырявых сапогах.

Когда до заветной трассы оставалось уже с километр, Митька снова обессилено свалился на пень. Измученный алкоголем организм отказывался выдерживать такие нагрузки. Немного отдышавшись, он отчетливо услышал приглушенную музыку, доносившуюся из зарослей орешника. В музыкальный ритм вплетались громкие женские стоны. Митька вытянул шею и прислушался. Звуки не прекращались. Он взял корзину и стал аккуратно, стараясь не шуметь, продираться сквозь густой орешник.

На небольшой поляне, со всех сторон заросшей кустами, стоял большой серебристого цвета внедорожник. На заднем сидении металась и стонала девушка, разбрасывая по салону копну светло рыжих волос. Из открытого окна отчетливо были слышны её страстные стоны, которые не могла заглушить даже громко включенная музыка. Она, то выбрасывала тонкие руки в стороны, то обнимала ими абсолютно лысую голову мужчины, которая была видна Митьке через заднее стекло автомобиля. Вытянув до предела шею, и от удивления открыв рот, Митька с интересом всматривался в происходящее, напряжённо ловя малейший звук, доносящийся из открытого окна.

Вот девушка остановилась, возбуждённым взглядом посмотрела на лысую голову, закинув тонкие руки, собрала в пучок растрепанные волосы и нырнула вниз, в глубину машины.

«Это куда она?» разочарованно сам у себя спросил Митька «Это что она там делает!?»

В стекле он видел только лысую голову, которая если не считать лёгкого покачивания, практически оставалась без движения.

«Ну, куда ж ты» вытягивая шею, Митька топтался скользкими сапогами в своём укрытии пытаясь заглянуть в салон автомобиля. Резиновые сапоги скользили по сырому валежнику, с хрустом ломая тонкие ветки.

Вдруг дверь машины резко открылась и из неё выскочила абсолютно голая рыжая девушка. Аккуратно ступая по траве босыми ногами, она добежала да края кустов где обалдев от неожиданности замер Митька, и повернувшись к нему спиной начала писать, придерживая через плечо свою огненную прическу.

Тело её было покрыто мягким южным загаром. Кожа на спине была мокрая от пота. Тонкие змейки прилипших к коже кучерявых волос сбегали на стройную талию. Над упругими ягодицами раскинулась витиеватым рисунком цветная татуировка.

Девушка была так близко, что Митьке захотелось дотронуться до неё. Безсознательным движением он протянул руку к разноцветному рисунку на спине у девушки. Хруст обломившейся под ногой ветки заставил девушку вскочить и резко обернуться.

– Ааа …– звонко закричала она, увидев перед собой барахтающегося в кустах Митьку.

– Тихо дочка, тихо – испуганно залепетал Митька, пытаясь в неконтролируемом порыве закрыть её рот.

– Ааа… – ещё громче заверещала девушка – Серёжа! И, пытаясь прикрыть наготу руками, юркнула в машину.

Вместо неё из машины выскочил небольшого роста мужчина с абсолютно лысой головой. Толстые накаченные руки, прикрепленные к мощному торсу, говорили о большой физической силе. Из одежды на нем был только большой золотой крест, лежащий на заросшей черными волосами груди.

– Ты кого тут пасёшь? – громко крикнул мужчина, злобно смотря на Митьку.

– Да я грибы вообще-то, того! – испуганно залепетал Митька и в оправдание даже неловко взмахнул корзиной.

– Ну и долго ты тут грибы того? – мужчина угрожающе приближался. Митька испуганно моргал глазами, прижимаясь спиной к кусту.

– Да не…а – Митька ещё плотнее вжался в куст.

– Какие нафиг грибы, ты здесь собираешь!?

– Да разные там грибы – залепетал Митька – маслята, там … ну и другие тоже.

Со страху он не смог вспомнить ни одного названия, кроме маслят.

Из машины вышла девушка. Тонкими, наманикюренными пальчиками она ловко застёгивала короткое, облегающее платье. На ногах у неё были одеты босоножки, которые утопали острыми шпильками в мягком лесном грунте. В пышной прическе радостно блестело полуденное сентябрьское солнце. Она весело улыбалась, смотря через плечо мужчины прямо в глаза Митьке. И взгляд был у неё был такой, что пропал у Митьки страх и плечи как то вдруг стали шире, и уже не вжимался он трусливо в кусты, а шагнул смело навстречу голому мужчине, твердо опираясь на палку.

– А ты чего тут – громко выкрикнул он – твой лес, что ли! Езжай вон в свой Гомель и там голый бегай!

И как бы в добавление своих слов показал рукой в сторону, где по его мнению должен находиться город. Палка, зацепившаяся за траву, неожиданно взлетела вверх, хлёстко ударив лысого по подбородку.

– Ой…– только и успел удивиться Митька своей смелости, как мощный удар в лицо швырнул его далеко в кусты.

Богатый жизненный опыт подсказывал Митьке, что пора прощаться. Ещё с трудом ориентируясь в пространстве, он, перевернулся на живот, и быстро работая локтями и коленками, пополз по орешнику, решив не продолжать дискуссию.

…………..

– Нажрался уже, падлюка – приветствовала его жена, лускавшая семечки на крыльце дома.

– И морду иже расквасили добрые люди.

– Не твоё дело – прошепелявил Митька разбитыми губами.

– Ах, не моё! – жена швырнула на землю недоеденные семечки и приняла боевую позу.

– Ты куда корзину снёс? Единственная корзина в доме нормальная была и ту пропил. И когда же ты уже напьёшься?

Поднявшись на крыльцо, Митька повернулся и с тоской посмотрел на жену. Женщина была обута в черные галоши, бывшие на несколько размеров больше ее ноги. Черная залатанная в некоторых местах юбка прикрывала до половины ноги, одетые в серые рваные колготки. Вытянутая вязанная кофта складками лежала на её давно потерявшей стройность фигуре. Немытые несколько дней черные волосы, были заколоты на затылке в бесформенную кучу.

– Дура ты! Не пил я сегодня, не пил! – и громко хлопнув дверью, зашёл в дом.

25.09.2009г.

Просто доктор.

Он лежал на диване, среди фотографий своей юности и морщился от боли. Остеохондроз! Проклятая болезнь острой болью сковала ему ноги.

– Здравствуйте! – прозвучал в комнате красивый женский голос.

Он осторожно повернул голову. Перед ним стояла красивая девушка в белом халатике с маленьким квадратным чемоданчиком.

– К уколу готовимся – с улыбкой пропела она, раскладывая на столике чемоданчик.

– Всегда готов! – по пионерски ответил он и заскрежетал зубами от боли, пытаясь перевернуться.

– Давайте помогу – подбежала она и мягко развернула обездвиженные ноги.

– У вас нежные руки – сказал он, после того как она выдернула иглу из его голой задницы – я вас раньше не видел.

– Я новенькая – сказала медсестра, пряча шприц в чемоданчик – могу сделать массаж, я думаю, что после него вам станет немного легче. Но это за отдельную плату.

– В деньгах проблем нет, делайте!

Он начала массажировать ему поясницу, потом перешла на ягодицы и ноги. Той острой боли которую он ждал не было. Нежное, возбуждающее прикосновение рук вызывало лишь терпимое покалывание, которое заглушала волна возбуждения. Руки как бы забирали боль себе, оставляя ощущение ласки и покоя. Напряженные от боли мышцы расслабились. Ощущения обострились, и он почувствовал легкое возбуждение.

– Вы просто волшебница – сказал, пытаясь повернуть голову. – А что ещё есть у вас в прейскуранте?

– Всё – она усмехнулась и звонко шлёпнула его по ягодице.

– И… – он запнулся.

– И это тоже, только стоит очень дорого.

– С деньгами проблем нет!

– Хорошо – ответила она, снимая белый, накрахмаленный халатик – но не увлекайтесь, ведь это просто лекарство.

Острые боли нехотя уходили, вытесняемые волнами сексуального возбуждения. Эти волны как море, вымывало болезнь из суставов. Он попытался согнуть ноги, и у него это получилось. Он попробовал поменять позу и это получилось! Но все-таки полного выздоровления не было. Он устал.

– Ты просто волшебница! – сказал он, смотря, как она застегивает халат.

– Я просто доктор – улыбнулась она, пряча деньги в карман – каждый день за полчаса до сна, во время обострения, и два три раза в неделю для профилактики в обычные дни.

– Буду стараться! – пообещал он.

12.07.2008г.

Первый раз.

Большой черный внедорожник мягко затормозил перед бетонным каркасом остановки «Солнечная». Тихо жужжа, отъехало вниз стекло. Девчонки притихли, в напряжении повернув головы к машине. Темные осенние сумерки не давали разглядеть лица водителя.

– Куда едем, могу подвезти – раздался после небольшой паузы голос, принадлежащий не молодому мужчине.

Одна из трёх девушек сделала несколько шагов по направлению машине и, явно нервничая, коротко бросила в ответ – мы работаем!

Снова повисла неловкая пауза. Хозяин внедорожника пристально рассматривал стоящих под бетонным козырьком остановки девушек.

– Ну, поехали – коротко выбросил он из машины фразу.

Девушка взялась за ручку двери.

– Не ты, а вон та с красной сумкой.

Девушка с красной сумкой как то сразу съёжилась и отвернулась.

– Нет, я не поеду – упрямо мотнула она головой, тихо обращаясь к стоящей рядом подруге.

– Ты чё, Олька, дурра, иди тебя выбрали – девушка в короткой кожаной куртке толкнула её в бок и округлила от удивления глаза.

– Смотри, какой клиент жирный, на какой тачке, ты чё целку из себя строишь?

– Ну, ты идёшь или нет? – вторая девушка подошла, видя непредвиденную заминку.

– Не хочет она! – обращаясь к подруге, сказала обладательница черной куртки.

– Иди, работай, раз пришла, мы что тебя на халяву кормить будем – девушка взяла молчащую Ольку за руку и с силой толкнула по направлению к машине.

– Не бойся, первый раз всегда страшно, ты главное не кипишуй и всё будет класс! – прошептала она ей на ухо.

Олька резко дёрнула большую дверь внедорожника и сразу же утонула в мягком кожаном сидении. Стекло с лёгким жужжанием закрылось, отрезая её полностью от внешнего мира. Машина мягко тронулась, увозя девушку в наступающую ночь.

В салоне минут десять висела напряженная тишина. Машина мчалась по загородной автостраде в неизвестном направлении. Пытаясь унять, бешено стучащее от волнения сердце, Олька незаметно огляделась. Большой богато отделанный кожей салон наполнял запах дорогих сигарет. За рулём сидел мужчина лет пятидесяти с абсолютно лысой головой, плотного телосложения. Он молчал, от чего атмосфера в машине была мрачной.

– Можно музыку поставить – дрожащим от волнения голосом, наконец, решила прервать молчание Олька.

Мужчина нажал одну из светящихся кнопок на панели и в салон ворвался радостный голос диктора местного радио.

– Кури ! – мужчина протянул ей черную пачку ароматных сигарет.