Читаем Шахматист (СИ) онлайн бесплатно

Глава 1. Знакомство

Всё большое всегда начинается с малого:

Огромная ложь — с небольшого обмана,

Смерть на дороге — с простого тумана,

наркозависимость — с крапала плана,

Боль — с ожидания, с самообмана,

Развод — с пережитой душевной раны,

Любовь начинается с флирта, романа,

Который ведёт к небольшому обману…

Мекс Бугатти

Меня зовут Михаил Пассковский. Я работаю следователем уже 17 лет. Моя работа не самая приятная, если быть откровенным, но тем не менее я ощущаю себя здесь на своём месте. Буду честен, я не умён. У меня есть аналитические данные, но до Шерлока Холмса мне далеко. Я бы сказал, нет в мире такого расстояния, насколько далеко. Порой я жалею об этом. Зачастую именно серийные убийцы вызывают во мне такой спектр эмоций. Они всегда врезаются в мою память и оставляют на и без того уставшем сознании продолговатые шрамы суровой жизни. Не думайте, что я сентиментальный человек. Нет. За столько лет усердной работы чувства постепенно превращаются в сухарь, а трупы уже не волнуют душу так, как в первый раз. Поэтому считайте это записками для сопоставления фактов, а не дневником для душеизлияний. Хотя — кто знает?

Глава 2. Начало

Был в моей практике один случай. Я хорошо помню тот день. Это был вторник 25 февраля. Я проснулся как всегда рано и направился умываться. Из зеркала на меня глядели мои уставшие зеленые глаза, спрятанные под густыми бровями и легкая шетина. На голове был полный бардак и мои каштановые волосы торчали во все стороны. Собравшись и выпив кофе, я поехал на работу. Погода оставляла желать лучшего: туман и мелкий дождь пронизывали насквозь. А моя кожаная куртка, которую я надел по какому-то глупому решению выглядеть пафосно, совсем не грела. На улице тогда было холодно, даже очень. Уже ехав в машине, я проклинал своё начальство и нетерпеливо крутил руль. Зайдя в отдел меня сразу поразил тот факт, что людей было полно, хотя на часах только 6 утра. Обычно здесь только я нахожусь в это время. Сняв мокрую куртку и наклонившись к маленькому окошку, за которым сидел наш охранник, я поздоровался:

— Доброе утро, Степан. Что это за утренний парад?

— Доброе. Вам не повезло, Михаил Алексеевич. Сегодня труп нашли, — произнёс он.

— Разве это не классическая ситуация, учитывая мою работу? — съязвил я.

— Я так не думаю. Максим Андреевич даже дело не позволил оставить в архиве. Да и Дмитрий Владимирович весь на нервах. Не думаю, что это — обычный случай, — пояснил Степан, передавая в мои продрогшие руки ключ от кабинета.

Честно сказать, я не проявил никакого интереса к вышесказанному и просто развернулся в коридор.

— Михаил Алексеевич! Они вызвали Сергеича. Причем ещё ночью, — добавил он.

Это заставило меня вздрогнуть, но невозмутимость, выработанная за годы службы, взяла своё. Я открыл кабинет и небрежно бросил промокшую куртку на стул. Не успев даже присесть, я увидел, как дверь открылась.

— Ура, Пассковский! А долго ты собирался ехать? — поинтересоваля начальник.

— Добрался как смог, Дмитрий Владимирович, — неохотно ответил я.

— Знаю я твоё «как смог». Бегом к Валерии. Макса прихвати! — выходя из кабинета, сурово приказал он.

Дверь громко хлопнула, а я тяжело вздохнул.

— Понял, — пробубнил себе под нос.

Начальник наш был человеком суровым. Грубым и резким. Его отвратительная натура зачастую перекрывала положительные качества. Да, соглашусь, человек он ответственный и часто мне помогал, но, к моему большому сожалению, преследует лишь одну цель — деньги. Или, в крайнем случае, повышение, чтобы заработать деньги. Всегда старается замять дело — его мало интересует справедливость. А внешность соответствует статусу: бледноватое лицо с огромными мешками под глазами от вечного недосыпа, карикатурные усы и черная борода, глаза пусть и голубые, но давно потерявшие блеск. Голос вечно действует мне на нервы и, если честно, сам он вызывает скорее отвращение, нежели уважение. Но сегодня утром он был ещё нервознее, чем обычно.

— Неужели это и правда что-то новенькое? — размышлял я, подготавливаясь к работе.

— Здорово, Миш, — произнес кто-то за спиной.

Это был мой друг и коллега Макс Брюллов. Мы с ним давно знакомы. Если быть честным, то он единственный, кто каким-то поразительным образом ещё и правда остается человеком. Не понимаю, как у него это выходит. Ему важна справедливость. Он работает исключительно ради неё. Макс единственный, кто может потянуть время, чтобы найти настоящего убийцу, а не какого-то бомжа Валеру, который не может оправдаться.

— Здорово. Что случилось? Я не успел ещё в кабинет зайти, как меня уже пнули под зад, — произнес я, крепко пожимая руку.

Я закрыл кабинет, а Макс ухмыльнулся. Оказавшись в коридоре, мы продолжили диалог:

— Неудивительно. К нам новый труп привезли. Лера сказала, что вскрытие было не самым простым. Сейчас всё расспросим у неё, — сказал Макс, ускоряя шаг.

— Что произошло? — недоумевая повторил я.

Максим открыл папку, покорно находившуюся у него под мышкой.

— Тело нашли сегодня часиков в пять. Мужчина ехал на работу и заметил, что на дороге лежит человек, — произнес он, передавая мне фотографию.

— Сбили? — спросил я, пытаясь разобрать, что на снимке.

Фото было слегка размытым, скорее всего, из-за плохой погоды. На нём была запечатлена девушка в белом платье, в некоторых местах испачканном кровью. Я стал перелистывать фотографии с места преступления, а Макс продолжил:

— В том то и дело, что нет. Куча ножевых. Ни документов, ни визуальных следов преступления. Посмотрим, что из лаборатории пришлют, но не думаю, что они что-то найдут.

— А камеры? Отпечатки, потожировые? — включился в работу я.

— Запрос сделали, но ты и вправду веришь, что там что-то будет?

Я закончил просматривать фотографии и вернул их Максу, который аккуратно сложил их назад в папку.

— А почему не должно? — недоумевал мой уставший мозг.

— Туман и дождь сделали своё дело. Камеры не отличаются высоким качеством, так что даже если там и будет виден силуэт автомобиля, то ни марку, ни уж тем более водителя мы не узнаем.

— И правда. Ладно. Придумаем что-нибудь. Не кисни, — подходя к двери, сказал я.

Мы открыли двери морга. Яркий, точечный свет ослепил глаза. В нем, как всегда, было прохладно и тихо. А Лера суетливо дописывала что-то в заключении вскрытия.

— Привет, ребят. Я так понимаю, вы за информацией? — сказала она, положив ручку на стол.

— Мысли читаешь, — произнес Макс, смотря в её сонные, но по-прежнему красивые глаза.

Лера Харитонова была прекрасным судмедэкспертом, да и девушкой весьма симпотичной. Светлые, короткие волосы, зелёно-голубые глаза и невысокий рост подтверждали это. Работала она так же усердно, как и мы с Максом, хотя порой и получала за нас от начальства. За всё это время мы стали считать её не просто подругой, а сестрой.

— Девушке лет 25, не более, — начала она, стягивая тугие латексные перчатки с рук. — Смерть наступила примерно в 2 ночи.

— Ты хочешь сказать, что она пролежала на дороге свыше трёх часов? Она была на главной улице. Неужели никто не заметил? — перебил я.

— Туман, время позднее, — перечислял товарищ, — хотя, может быть, кто-нибудь и слышал что-то подозрительное. Сгоняем к месту преступления и там поспрашиваем. Нам бы личность убитой установить, — рассуждал Макс.

— Вот именно. Но вернёмся к результатам вскрытия. Тридцать два ножевых, довольно глубоких. Глубина входного отверстия 14,5 сантиметров. Раны колото-резанные, 15 из них в области живота, все остальные — в грудной клетке. Не думаю, что есть необходимость перечислять все повреждённые органы, но причиной смерти стало обширное кровоизлияние в миокарде, — озвучила Лера.

Я окинул взглядом тело, лежащее на столе. Только тогда я понял, что все имели в виду. Невероятная жестокость… Всего единожды я видел нечто подобное и, если честно, хотел бы это забыть.

— Тридцать два ножевых… — пробубнил я. — Что можешь сказать про лезвие? — спросил я, пытаясь отогнать дурные мысли и остаться невозмутимым.

— Думаю, это изогнутый клинок. Размер явно не для переноса в кармане, так как оружие довольно массивное.

— Нож что, втыкали до конца? — спросил я.

— Да. До самой рукоятки, что требует немалых усилий. Причём удары (большинство из них) были нанесены лёжа. Следов изнасилования нет, но и следов драки не наблюдается, — произнесла Лера.

— Она что, смиренно терпела 30 ножевых? — спросил Макс.

— Думаю, что вот этот небольшой след от укола говорит об обратном. Да и химический анализ крови показывает не большую, но дозу миорелаксантов. Думаю, она просто физически не смогла сопротивляться, — продолжила Лера с издевательской улыбкой.

— Продуманно. Что-то еще? — уточнил я.

— Да. Девушку переодели, — ответила она, посерьезнев в лице.

— Зачем? — не понял я.

— Убийца любил «Дочки-матери», — подхватил Макс.

— Ха-ха-ха, очень смешно. Крови на девушке немного, это видно и по фотографиям, а у убитой все внутренние органы и уж тем более мышечная ткань изрезаны. Повреждены крупные сосуды, следовательно, крови должно было быть много, а там какая-то жалкая лужица.

— Но зачем? Это же требует времени, — спросил Макс, открывая книгу на столе Леры.

— Это уже не ко мне, — произнесла девушка, захлопнув книгу и вернув на место, — это вам нужно будет понять. А, и ещё. На ладони выцарапано E2E4.

Мы переглянулись. Все всё поняли, но никто не хотел признаваться в этом. Первой заговорила Лера:

— Я не хочу нагнетать, но …

— Это серия? — продолжил за неё мой товарищ.

— Будет серией. Не похоже на мстительного преступника. — закончила девушка.

— До встречи. — сказал я, мигом вылетев из морга.

Конечно, я никуда не ушёл, а остался возле двери морга, продолжая слушать их разговор. Когда-нибудь я переборю эту дурацкую привычку.

— Он не хочет это признавать, да? — услышал я голос Макса, обращающегося к Лере.

— Никто не хочет. Идите к Сергеичу, он расскажет больше, — ответила девушка. — А, да, забыла! Примерный рост убийцы 175 см, размер обуви, скорее всего, между 42 и 45, если судить по высоте и углу наклона нанесенных ранений. Скорее всего, он имеет хорошую мышечную массу, так как столь глубокие раны требуют большой физической нагрузки. Наш убийца либо очень сильная девушка, либо среднестатистический мужчина.

— Думаю, всё же второе, — ответил ей Максим.

— Скорее всего. В желудке жертвы найдены следы алкоголя и остатки пищи, так что девушка могла ужинать с убийцей до преступления.

— Понял, спасибо. — закончил он и вышел вслед за мной.

Именно тогда я осознал, что этот случай надолго останется в моей памяти.

Глава 3. Густой туман

Мы шли с Максом молча. Он, по-видимому, боялся начать расспрос, но всё же собрался с духом и заговорил:

— Кофейку?

— Давай, — ответил я, указывая на столовую в конце коридора.

— Главное, не забыть потанцевать, — попытался разрядить обстановку Макс.

Я недоумевающе взглянул на него.

— Ну, типо, чай, кофе, потанцуем, — пояснил он, смущённо улыбаясь.

Я ухмыльнулся глупой шутке. Мы сели в столовой, взяв себе по стаканчику кофе. Макс взял капучино. Не понимаю, как это можно назвать кофе. Я пью кофеёк покрепче.

— Так. Значит, сначала к Сергеичу, потом на допрос жителей дома, — перечислял Макс, попивая горячий напиток из стакана, — И-и-и-и… можно прочесать проспект, — протяжно рассуждал он.

— Зачем? — не понял я.

— Документы жертвы мы не найдём. Думаю, это трофей. А вот одежду или следы… — предположил он.

— Да, скорее всего, преступник выкинул её по пути. Не думаю, что убийца так заморочился и забрал всё с собой.

— Ну, насчёт этого не уверен. Учитывая тщательно подобранную погоду и переодевания… Наш убийца не так прост, — сам же закопав свою теорию, произнёс друг.

— Мда… — огорчённо ответил я.

Позади я услышал громкий голос:

— Какого чёрта вы кофе распиваете?! — заорал Дмитрий Владимирович.

— Ну не спирт же, — улыбаясь, ответил товарищ.

Макс сразу отхватил подзатыльник. Потерев ушиб, он ещё больше рассмеялся.

— Брюллов, ты либо идиот, либо мазохист. Одно другого хуже, — строго сказал начальник. — Пассковский, хватит сидеть! Подняли задницы, и бегом выполнять свою работу, — вскинув руку, указал он в сторону выхода. — Если будет ещё одна жертва, я вас уволю, а потом прибью. Живо! — разделяя каждое слово, закончил начальник.

Мы с Максом поднялись и направились в кабинет, где нас уже давно ждал Сергеич. Кстати, о нём. Мужик он отменный, ещё ни разу не выполнил свою работу плохо, но он не будет сюсюкаться и стараться говорить помягче, такова его прямолинейная натура. Не скажу, что он многословен: обычно говорит по делу, и никаких душевностей. Но я заставал его и за душеизлиянием. Впрочем, как и он меня. Редкий случай. Неопытный человек счёл бы его грозным дядей. Внешний вид буквально кричит об этом: высокий, стройный, хорошо сложенный для своих 45, любит ходить в классической одежде. Аккуратная стрижка, тёмно-русый волос, карие глаза. В общем, «загадочная натура», — как говорит Макс.

Мы открыли дверь. Он сидел за столом и что-то писал.

— Привет, Сергеич. Ну, как дела? — спросил мой товарищ.

— Здравствуйте, ребята, — сказал он, отложив всё из рук.

Выглядел Сергей Сергеич, как всегда, строго: чёрная водолазка, пиджак, грозное кольцо на пальце и классические брюки.

— Что можешь сказать по поводу новой жертвы? — спросил я, усевшись в кресло, стоящее напротив.

— Ждите новую, — кратко ответил Сергеич.

— О! Лера была права: ты скажешь гораздо больше! — съязвил Макс.

Грозный взгляд метнулся в его сторону.

— Ну что? — ответил с недоумевающим лицом парень и притих.

— Точно серия? — решил удостовериться я.

— Миллион процентов. Он оставил подтекст, так не поступают бытовушники, — сказал психолог и стал расхаживать по кабинету.

— Какой? Что можешь сказать по прототипу? — не отставал я.

— Это точно мужчина, исходя из Лериного отчёта, причём с манией величия. О мании свидетельствует надпись на ладони. Жестокость, присущая преступнику, говорит о неустойчивом эмоциональном состоянии во время убийства и перед ним. Если бы он хотел просто её убить, то остановился на пяти — шести ударах, дабы исключить возможность спасения девушки. Использование миорелаксантов, скорее всего, связано с его медицинским образованием, ну или кто-то из его знакомых — хирург.

— Почему?

— Достать их трудно, только по рецепту. Это тебе не зелёнка. Да и дозировку надо рассчитать.

— О, он взвесил тело перед убийством! Сидит на правильном питании? — пошутил Максим.

Мы неловко рассмеялись. Даже серьёзный Сергеич не смог сдержать ухмылку. Глупая шутка, но с таких трудней не смеяться.

— Не думаю. Можно на глаз предположить вес. Да и взять погрешность +/- 1 кг, — улыбаясь, говорил психолог.

— Так получается, нам нужно искать медика? — задал вопрос Макс.

— Не опирайтесь на это. В конце концов, я только предположил. Кроме того, миорелаксанты говорят о желании доминировать над жертвой, полный, тотальный контроль и подчинение. Желание безоговорочно контролировать ситуацию.