Читаем Севастополь онлайн бесплатно

«Не может быть, чтобы при мысли, что и вы в Севастополе, не проникло в душу вашу чувство какого-то мужества, гордости, и чтоб кровь не стала быстрее обращаться в ваших жилах...» — так писал участник первой севастопольской эпопеи поручик артиллерии Лев Николаевич Толстой более ста лет назад. Тем более властно охватывает каждого это чувство на священной севастопольской земле сегодня, в наши дни, когда потомки участников первой обороны приумножили ее славу в революционные дни и в годы Великой Отечественной войны.

Севастополь — символ мужества и стойкости, изумительной отваги нашего народа. Земля Ушакова и Лазарева, Корнилова и Нахимова, Петра Кошки и Даши Севастопольской, Матюшенко и Шмидта, Фильченкова и Ониловой, Голубца и Чикаренко... Земля десятков, сотен тысяч отважных сынов и дочерей нашей Родины, тех, чьи имена известны ныне всей стране, и тех, о подвигах которых мы еще не знаем.

Немногим городам история уготовила такое суровое испытание, как Севастополю. Городу дважды пришлось держать экзамен на мужество. И он с честью выдержал его, поразив мир силой духа своих защитников, их беспримерной стойкостью и храбростью.

Слава Севастополя родилась еще в первую оборону, когда защитники города почти год отражали удары английских, французских и турецких войск, намного превосходивших их по численности и по техническому оснащению.

В 1941—1942 годах, отрезанный от Большой земли, окруженный врагом с суши и блокированный с моря, Севастополь 250 дней героически сражался с превосходящими силами немецко-фашистских войск, оттянув на себя в самый трудный для нашей Родины период войны двухсоттысячную армию врага.

250 дней мужества! Мужества и тех, кто ходил в контратаки, и тех, кто трудился в городе — здесь не было тыла, здесь всюду был фронт.

Сражающийся Севастополь ощущал каждодневное внимание и помощь Центрального Комитета Коммунистической партии и Советского правительства, всего нашего народа. Это придавало силы защитникам, воодушевляло их на боевые подвиги. И Севастополь стоял. Гитлеровцы, сбрасывавшие на город тысячи тонн бомб и выпускавшие сотни снарядов, не раз заявляли о его гибели. Но Севастополь жил, работал, боролся. До последних дней обороны машины увозили на передовую минометы, гранаты, противотанковые ежи, одежду, обувь, сработанные руками севастопольцев. Севастопольцы возвращали в строй израненные в боях танки, орудия и автомашины.

Восемь месяцев длилась легендарная оборона города. Но и после того, как она оборвалась, Севастополь не покорился врагу. Мужественные подпольщики продолжали бороться с фашистскими захватчиками.

В мае 1944 года советские войска разгромили у стен Севастополя 17-ю немецкую армию и, пленив остатки ее, завершили освобождение Крыма.

Золотая Звезда Героя, орден Ленина, орден Красного Знамени и медаль «За оборону Севастополя» украшают знамя города. Так достойно отметила Родина его великий подвиг.

И еще один подвиг — трудовой — совершили севастопольцы, возродив свой город. Словно сказочная птица феникс, поднялся он из руин и пепла, чтобы стать, чудесным памятником тем, кто отдал здесь свою жизнь за Родину, памятником боевой славы севастопольцев, славы советского народа.

Его необыкновенную историю несут в века улицы и площади, городские холмы и бирюзовые бухты, многочисленные памятники и музеи.

Город у моря, он дышит воздухом, настоенным на солоноватых запахах морских просторов и терпких травах лесистых гор.

Город моряков, в нем чувствуется морская душа. Она и в строгости и подтянутости улиц, и в удивительной чистоте, напоминающей чистоту палубы боевого корабля, и в синеве матросских воротников, переливающихся синевой бухт.

В нем нет праздной беззаботности, присущей южным приморским городам. Даже экскурсанты, обычно суетливые и говорливые, соприкоснувшись с его мужеством и героизмом, ходят по улицам и площадям притихшие и сосредоточенные...

Побывайте в Севастополе, городе-герое, городе-музее, наполненном особой торжественностью. Вы почувствуете дыхание тех героических лет, познакомитесь с именами героев, посетите места, давно известные вам по книгам и газетам, по рассказам тех, кому довелось в годы войны быть участником развернувшейся здесь беспримерной битвы.

Вы можете встретиться и с живыми героями, с теми, о чьих подвигах ходили легенды еще в годы войны, кто создавал славу гордому Севастополю.

«Увидеть Севастополь, ступить на его землю, взять горсть ее в ладони, припасть к ней губами, — писали тернопольские школьники в своем письме после посещения города-героя, — это, если хотите, такая школа патриотизма!

Сапун-гора... Малахов курган... Бастионы, памятники... Мы словно видим яростную атаку моряков в бескозырках, слышим их неистовый клич: «Полундра!». Мы будто заново родились на свет. Мы многое поняли. Здесь мы лучше осмыслили свою жизнь, по-настоящему задумались с своем будущем, о долге перед народом».

В Севастополе вы сможете познакомиться с выдающимися произведениями русской и советской батальной живописи — панорамой обороны Севастополя 1854—1855 гг., диорамой «Штурм Сапун-горы 7 мая 1944 года», с уникальными экспонатами музея Краснознаменного Черноморского флота, побывать в древнем городе Херсонесе, осмотреть многочисленные памятники истории, искусства и культуры.

Покидая этот удивительный город, вы непременно увезете с собой чувство великой гордости за свой народ, за свою прекрасную Родину. 

С какой бы стороны вы ни приближались к Севастополю, по какой бы дороге ни ехали, ваш путь непременно пройдет по земле, на которой не раз разыгрывались ожесточенные битвы за Севастополь.

Вы подъезжаете к городу-герою по Симферопольскому шоссе и уже на дальних подступах к нему словно начинаете листать страницы боевой летописи севастопольской эпопеи.

Когда, вырвавшись из Бахчисарая, дорога устремится вниз, впереди покажутся два холма-близнеца, возвышающиеся по обе стороны шоссе. На правом — небольшой памятник с надписью:

Моряки-курсанты первыми встретили передовые подразделения гитлеровских войск, двигавшихся вдоль Симферопольского шоссе на Севастополь.

Верхне-Садовое... Здесь проходил передовой рубеж обороны в 1941 году. У этого села (тогда оно называлось Дуванкоем) батальоны моряков, вышедшие навстречу врагу, преградили путь его танкам и мотопехоте, стремившимся с ходу ворваться в Севастополь, выйти к его бухтам.

Враг не прошел. Его атаки разбились о стойкость еще не обстрелянных в боях черноморцев.

Из села виден обелиск, белеющий на вершине высоты, что нависла над дорогой. Это памятник пяти героям-черноморцам: политруку Николаю Фильченкову и его боевым друзьям Ивану Красносельскому, Василию Цибулько, Юрию Паршину, Даниилу Одинцову.

...7 ноября 1941 года, в день 24-й годовщины Великого Октября, у проселочной дороги, круто сбегающей в долину, на пути колонны фашистских танков стали пять черноморцев. Против горстки моряков, вооруженных лишь пулеметом, винтовками, гранатами и бутылками с зажигательной жидкостью, двинулись семь бронированных машин. Они не прошли, отступили, оставив на месте короткого боя три пылающих танка.

Через несколько часов уже пятнадцать танков шли на храбрецов. Неравный бой разгорелся с новой силой. Запылало несколько танков. Упал смертельно раненный Цибулько, погиб комсомолец Красносельский, успев уничтожить еще один танк. Осталось трое — Фильченков, Одинцов, Паршин. У каждого лишь по нескольку гранат. А танки ползут, пытаясь обойти пылающие.

Памятник пяти героям черноморцам.

Пропустить их нельзя: позади — Севастополь! Политрук Фильченков собрал оставшиеся у него гранаты, поднялся. Его поняли без слов. Попрощались. Политрук пошел навстречу врагу. И вздрогнула от взрыва земля... Вслед за Фильченковым под фашистские танки бросились Даниил Одинцов и Юрий Паршин. Они уничтожили еще две вражеские машины. Остальные поспешно повернули обратно.

Такой же, как у села Верхне-Садового, обелиск возвышается по ту сторону Бельбекской долины, на склоне Камышловского оврага, перечеркнутого железнодорожным мостом. Он поставлен в честь героев 11-го дзота.

Во время второго наступления гитлеровцев на Севастополь в декабре 1941 года 11, 12, 13, 14 и 15-й дзоты, прикрывавшие долину, оказались на направлении главного удара врага. Накануне вражеского наступления комсомольцы пулеметной роты, а за ними и все бойцы дзотов приняли клятву: не отступать ни на шаг, драться с врагом по-черноморски, до последней капли крови. И моряки этих маленьких крепостей с честью сдержали клятву. Несколько дней они отбивали непрерывные атаки гитлеровцев. На них пикировали бомбардировщики, их обстреливали из орудий и минометов. После каждого огневого налета, когда казалось, что от дзотов ничего не осталось, вражеская пехота поднималась в атаку, и оставшиеся в живых, оглохшие, израненные моряки снова встречали гитлеровцев огнем.

Почти все защитники дзотов погибли, но не отступили. Дольше всех держался гарнизон дзота № 11, которым командовал старшина 2 статьи Сергей Раенко.

Когда наши воины, отбросив врага, подошли к развалинам дзота, в одной из противогазных сумок они нашли записку:

Перерезав долину, шоссе начинает взбираться вверх. Сразу за крутым поворотом на склоне горы — еще один памятник. Он поставлен на братской могиле воинов 315-й дивизии, погибших здесь при штурме позиций врага весной сорок четвертого. Рядом мемориальный камень. Здесь проходила граница между третьим и четвертым секторами обороны.

Далее дорога идет через Мекензиевы горы. Названы они по имени контр-адмирала Мекензи, первого начальника Севастопольской эскадры, получившего в этом месте в подарок от царя имение.

Прославил же горы не адмирал, имя которого, кстати, не находится в ряду известных русских флотоводцев, а бойцы Приморской армии и морской пехоты, насмерть стоявшие здесь в 1941—1942 годах.

Мекензиевы горы... Пожалуй, не было под Севастополем участка, где бои разгорались с таким ожесточением, как здесь.

Во второй обороне Мекензиевы горы, как Малахов курган в первой, были ключевой позицией, главным, решающим участком сражения за Севастополь.

Через Мекензиевы горы лежит путь к севастопольским бухтам, и немецко-фашистские войска наносили в этом направлении главные удары во время второго и третьего наступлений.

Особенно тяжелые бои разгорелись в июне 1942 года. Не считаясь с потерями, гитлеровское командование бросало в наступление все новые и новые полки и дивизии. Налеты авиации и артиллерийская подготовка сменялись атаками танков и пехоты, атаки — артиллерийскими и авиационными ударами...

Справа от дороги то прячутся за холмами, то вновь показываются здания. Это железнодорожная станция Мекензиевы горы., Во время декабрьских и июньских боев руины станции по нескольку раз в день переходили из рук в руки... А немного южнее ее находились позиции легендарной 365-й зенитной батареи. Артиллеристы батареи прославились не только при отражении налетов вражеской авиации, но и в борьбе с танками и пехотой противника. Батарея оказалась на переднем крае обороны, и зенитчики многие месяцы вместе с моряками и приморцами отражали яростные атаки врага. Последние три дня дрались в полном окружении. Когда в строю не осталось никого, раненый командир батареи старший лейтенант И. С. Пьянзин вызвал на себя огонь соседних батарей.

На тринадцатом километре Симферопольского шоссе — памятник погибшим воинам прославленной 79-й стрелковой бригады полковника А. С. Потапова. Она держала здесь оборону. Рядом в небольшом домике находился командный пункт командира бригады.

Дорога, извиваясь, спускается к Инкерману. Это один из районов Севастополя. Новый большой поселок вырос после войны на месте нескольких десятков домов, разрушенных в период обороны, За поселком — карьеры. Здесь добывают знаменитый инкерманский камень.

С дороги хорошо видны остатки древней крепости Каламиты. Археологические данные свидетельствуют, что возникла она в VI в., хотя письменных документов об этом нет. Первые упоминания о ней появляются в XIV—XV вв. на генуэзских морских картах. В начале XV в. мангупский князь Алексей перестроил ее. В 1433 году крепость была разрушена генуэзцами, но потом вновь отстроена. В 1475 году ее, как и весь Крым, захватили турки.

На противоположной стороне Инкерманской долины внимание каждого привлекает огромное нагромождение камней — обломков скалы. В штольнях инкерманских скал издавна добывали камень. Дворцы и здания, сложенные из него, украсили многие города. Во время обороны Севастополя в штольнях был склад боеприпасов, доставляемых с Большой земли, а рядом, в другой скале, размещался спецкомбинат № 2. В нем севастопольские женщины шили и ремонтировали защитникам города обмундирование, белье, обувь.

В ночь на 30 июня 1942 года, когда гитлеровцы, форсировав реку Черную, появились в Советской балке, начальник склада старый черноморский моряк Прокофий Павлович Саенко и капитан Зудин, отправив весь личный состав на Херсонес, подожгли небольшой, рассчитанный на 15 минут горения, бикфордов шнур.

Страшной силы взрыв прощальным салютом прокатился над севастопольскими холмами, заглушая звуки боя. Саенко и Зудин далеко уйти не успели. Их, контуженных и оглохших, подобрали товарищи.

А за пять дней до этого на Северной стороне, там, где белые скалы, обнажившись, спускаются в бухту, бессмертный подвиг совершил простой парень из крымского села Ново-Зуевки краснофлотец Александр Чикаренко.