Читаем Сети онлайн бесплатно

ТТ: «Ты здесь?»

Ангел: «Теперь да. Только вышла из душа».

ТТ: «Я соскучился».

Ангел: «Я тоже. Весь день о тебе думала».

ТТ: «То, чем вчера занимались, из головы не идет. Хочу продолжения».

Ангел: «Что у нас сегодня по плану? Только наша квартира? Или хочешь придумать что-то новенькое?»

ТТ: «Например?»

Ангел: «Вас двое. Нас двое. Мы — в средневековом замке. Или в другом мире».

ТТ: «Что угодно?»

Ангел: «Что захочешь. Сегодня я сделаю все, что попросишь».

ТТ: «Все, что прикажу»

Ангел: «Идет. На мне сейчас совсем нет белья»

ТТ: «Как ты будешь выглядеть сегодня?»

Ангел: «Я хочу быть брюнеткой. С зелеными глазами. Где ты будешь меня трахать?»

ТТ: «Сегодня — в нашей квартире. Я предсказуем»

Ангел: «Ничуть. Мне здесь нравится. Я сяду на постель и разведу ноги в стороны. Что ты увидишь?»

ТТ: «Увижу, какая ты влажная. Ты хочешь меня?»

Ангел: «Да. Только тебя.»

ТТ: «Я опущусь перед тобой на колени и буду долго смотреть. Ты очень красивая. А когда течешь для меня, хочется тебя вылизать».

Ангел: «Сделай это. Я лягу, разведу ноги как можно шире. Закрою глаза. Представлю, что ты видишь, насколько я для тебя открыта, и почувствую…»

ТТ: «Как мой язык проходится у тебя между ног. Снизу вверх. Медленно»

Ангел: «Я прикушу губу, чтобы не застонать. Твой язык очень горячий. Хочу почувствовать его внутри»

ТТ: «Я войду в тебя языком и начну трахать. Тебе это понравится?»

Ангел: «Безумно. Хочу тебя. Ты меня заводишь с полуслова»

ТТ: «И я тебя хочу. После того, как ты кончишь в первый раз, оставляя свой вкус у меня на языке, я отстранюсь и буду просто смотреть на тебя. Когда ты только кончила, ты особенно красива».

Ангел: «Опиши меня»

ТТ: «Живот подрагивает, а киска влажная. Мне кажется, когда ты получаешь оргазм, ты сжимаешь простыню, комкая ее в пальцах. Они тонкие. Безо всяких колец и прочей лабуды. Глаза закрыты, ты все еще чувствуешь удовольствие. Губы прикусываешь. А до этого кричала мое имя».

Ангел: «Мне это нравится. Ты войдешь в меня сегодня членом?»

ТТ: «Хочешь получить его в себя?»

Ангел: «Да. Очень».

ТТ: «Тогда попроси»

Ангел: «Умоляю, отымей меня»

ТТ: «Еще раз»

Ангел: «Пожалуйста, трахни меня. Я хочу чувствовать в себе твой член»

ТТ: «Уже лучше. Я обопрусь на руки по обеим сторонам от тебя. Член упрется в твою киску. Она готова его принять?»

Ангел: «Мне может быть больно. Но я попробую принять тебя целиком»

ТТ: «Не хочешь, чтобы я тебя немного растянул?»

Ангел: «Не сегодня. Сегодня хочу, чтобы было больно»

ТТ: «И я хочу. Чтобы тебе было немного больно»

Ангел: «Тогда начни. Пожалуйста»

ТТ: «Ты идеальна для меня… Просто идеальна…»

Просто ник. Пять букв. Angel. Ни имени, ни возраста, ни внешности. Но зацепило так, что сводит с ума. Окажись на месте этого ангелочка какая-нибудь нимфоманка пятидесяти лет, даже тогда не отпустит. Потому что в сети все не так. Можно придумать что-то безумное. Сводящее с ума. Срывающее тормоза.

Вчера они трахались в ресторане, сегодня — в «их» квартире. Завтра он мог сказать, что их будет двое, а она одна, и Ангел все равно согласилась бы. И он будет заводиться от нескольких слов на экране сотового. Чувствовать боль от распирающего джинсы стояка и заводиться еще сильнее.

— Вик? Привет. Свободна сейчас? Угу. Да. Подлетай. Утром такси оплачу. Хорошо. Нет, выпить есть. Жду.

Игорь постучал сотовым по подбородку, раздумывая, отложить ли его или набрать Ангелу что-нибудь в аське. За последний месяц он вообще не расставался с мобильником. С ним засыпал, с ним — просыпался. Будто в сеть попал, в прямом смысле этого слова. И ему, двадцатипятилетнему мужику, это нравилось. От одного зеленого значка контакта «Ангел» настроение прыгало на несколько отметок выше. Даже в самый поганый день.

ТТ: «Сейчас буду тебе изменять».

Ангел: «Снова?) Она пятая за последний месяц. Или с этой уже было?»

ТТ: «Ты ревнуешь?»

Ангел: «Неа. Правда, нет. В нашей квартире ты только мой. Остальное меня не волнует».

ТТ: «Хорошо».

Ангел: «Бука!)»

ТТ: «Да нет. Просто все странно»

Ангел: «Почему?»

ТТ: «Как будто суррогат. Реальное».

Ангел: «У меня так же»

ТТ: «Будем и дальше сходить с ума»

Ангел: «Если это вопрос — то будем»

ТТ: «А если не вопрос — все равно будем»

Ангел: «Ты еще со мной? Или пошел трахать другую?»

ТТ: «Ты не ревнуешь же?»

Ангел: «Не ревную. Будешь думать обо мне, когда будешь в ней?»

ТТ: «Ты этого хочешь?»

Ангел: «Хочу. Знаю, это эгоистично. И я вообще так далеко в твою жизнь простираться не собиралась…»

ТТ: «Но у тебя получилось это сделать»

Ангел: «Я не хотела»

ТТ: «Жалеешь?»

Ангел: «Нет. А ты?»

ТТ: «И я. Нисколько. Что-то мне уже расхотелось ее иметь»

Ангел: «Она красивая?»

ТТ: «Симпатичная»

Ангел: «Иди к ней. Потом расскажешь, как у вас было»

ТТ: «Я не хочу»

ТТ: «Ангел, ты тут?»

ТТ: «Ангел, мать твою, я надеюсь, ты сейчас несерьезно…»

Игорь со злостью отшвырнул сотовый на диван и сел за стол, наливая в бокал щедрую порцию виски. Она делала это намеренно. Заводила, злила, делала вид, что ревнует. А может, и вправду ревновала. А он, как идиот, велся. Шел на поводу у той, которую ни разу не видел и вряд ли когда-нибудь увидит. Они нашлись в каком-то чате, куда Макаров зашел просто ради интереса. Никогда не испытывал недостатка в бабах, и не понимал, зачем в такие места, как этот чат, заходят остальные.

Пропал сразу. С первого вечера. С первых двух слов: «Привет, котятки». Ангел. Кто прятался за ником — не знал. Даже когда ушли в приватное общение. Договорились сразу, что это неважно. Все неважно, кроме того, что у них есть. И Игорю этого хватало.

До этого вечера. Сегодня вдруг почувствовал кое-что дерьмовое: все, что в реальности, казалось искусственным, и наоборот. Их с Ангелом выдуманная квартира — настолько осязаемой, что в ней он только и жил. К психологу, что ли, сходить? Или сразу к психиатру?

Ведь это ненормально — строчить как ненормальному до трех утра в сотовом, представляя, как где-то на этой проклятой планете есть его Ангел, которого он хочет так, что сводит зубы.

Ангел: «Не удержалась. Да, черт побери. Я ревную!»

ТТ: «Так-то лучше. Мне отправить ее домой?»

Ангел: «Да нет. Это глупо. Все равно у нас будет только это. А сколько? Не знаю»

ТТ: «Не говори таких вещей. Мне кажется, я на тебе помешан».

Ангел: «Это взаимно. Но так быть не должно»

ТТ: «Тебе это не нравится?»

Ангел: «Нравится. Это и пугает»

ТТ: «А меня — нет»

Ангел: «Хорошо. Она еще не приехала?»

ТТ: «Пока нет. А что?»

Ангел: «Просто хочу, чтобы рассказал, что с ней будешь делать»

ТТ: «Собирался просто отыметь во все места»

Ангел: «Теперь не собираешься?»

ТТ: «Ты хочешь, чтобы я отправил ее домой?»

Ангел: «Хочу. Но ты не должен»

ТТ: «Понял. Завтра ты будешь?»

Ангел: «Конечно. Правда, ближе к вечеру»

ТТ: «Я буду скучать»

Ангел: «И я. Уже скучаю. А сейчас мне надо бежать. До завтра»

Ангел: «Ты будешь обо мне думать?»

ТТ: «Только о тебе»

Ангел: «И я — только о тебе. До встречи»

ТТ: «До встречи, Ангел».

Пока Вика ехала, Игорь успел трижды передумать. Сначала хотел отзвониться ей и отказаться от встречи, потом — испытал желание до зуда в ладонях, чтобы она оказалась в его постели как можно скорее. Она была настоящей, реальной. Ее можно было прижать к себе, раздеть — медленно или быстро — почувствовать под собой и оттрахать. Ангел была не более, чем его выдумкой. Но отчего-то казалась реальнее всех его баб вместе взятых. То, что месяц назад начиналось как невинное приключение, которое Макаров воспринимал с долей здравого скептицизма и даже насмешки, теперь оказалось какой-то потребностью, и без нее Игорь уже не представлял своего дня. Или ночи.

Проснуться в четыре утра и выйти в сеть, чтобы удостовериться, что Ангел оффлайн — потребность.

Утром вместо глотка кофе написать ей «привет» и ждать, когда же она ответит — еще бо?льшая потребность.

Нет, тут уже не психиатр нужен, а лоботомия.

— Милый, а у тебя не заперто было, — промурлыкала ему на ухо грудастая блондинка, скользнув ладонями за ворот его рубашки. Макаров вздрогнул от неожиданности.

— Тебя ждал, открыл заранее, — без приветствия проговорил он, поднимаясь из-за стола. — Где спальня знаешь.

— Вот так сразу? — Вика притворно надула подкаченные губы. — А выпить даме?

— А без пойла уже никак?

— Какой ты сегодня злой. — На ее лице лишь на мгновение отразилась работа мысли, но она, очевидно, тут же решив, что споры ей ни к чему, подошла к Макарову ближе и выдохнула ему в губы: — Мне это нравится. Люблю плохих мальчиков. Жду тебя наверху.

Игорь лишь кивнул, покосился на сотовый и налил себе еще порцию вискаря перед тем, как отправиться следом за Викой.

Макаров крепко стиснул челюсти, чтобы не кончить раньше времени. Пока Вика профессионально работала ртом, он прикрыл глаза и представил на ее месте Ангела. Вышло паршиво. В своих фантазиях с ней он обучал ее брать член глубже или вообще лишал девственности, потому что Ангел не умела делать ничего из того, что он хотел от нее получить.

— Давай быстрее. — Рука легла на затылок блондинки и нажала, понуждая Вику почти насадиться на него ртом. — Быстрее.

Она ускорила движения, и Макаров зарычал от удовольствия, спуская прямо ей в горло. Удовольствие было острым, а вот удовлетворение — никаким. Он лениво оттолкнул от себя Вику и сел на постели, шаря на прикроватном столике в поисках пачки сигарет.

— Игореш, что с тобой сегодня такое? Может, помочь чем смогу?

Макаров усмехнулся и повернулся к блондинке. Психолог хренова. Сейчас он разбежался и все ей рассказал.

— Да нормально все. Напряг просто какой-то. Ночевать будешь?

— Если нужна еще, то буду.

Она кокетливо отпустила руку, которой прикрывала большую грудь. Чего вообще закрывалась? Видел все в подробностях во всех местах. Игорь снова усмехнулся. Дура набитая.

— Не нужна. На сегодня хватит. Но если переночевать хочешь, выгонять не буду.

— Я же говорила, что ты злюка.

Дальше Макаров слушать не стал. Просто поднялся с постели и как был, голый, отправился вниз выпить. Сраное ощущение, что он изменял Ангелу, не отпускало. И злило. Она не существует в реальном мире. По крайней мере, для него. Скорее всего, Ангел так же трахается с кем-нибудь, кричит под другим мужиком и в этот момент совершенно не думает о нем. А может, она вообще сорокалетняя тетка с двумя взрослыми детьми или, наоборот, только родившая мама, которая строчит ему послания, кормя ребенка грудью. И почему это его не отталкивает? Там, за экраном сотового, где стерты все границы, где она принадлежит только ему, нет ни детей, ни мужа. Никого. Только он, она и их фантазии. И он собирается воплотить в жизнь их все…

Лера распахнула заднюю дверцу машины и, чуть помедлив, будто сомневалась в том, что делает, вышла на улицу. Ноябрь. С неба лениво падают редкие хлопья снега. Вокруг пасмурно, стыло и хмуро. Тучи низкие, налитые свинцом. А на душе — тревога.

— Ну? Готова? — Ей дежурно улыбнулся Валентин Николаевич. Высокий широкоплечий. За таким можно спрятаться, как за каменной стеной. И служба у него такая же, как и он — фундаментальная. И опасная. Вон как смотрит, словно до сих пор изучает, хотя, вроде как уже допросил от и до.

— Готова, — тихо ответила Лера, запрокидывая лицо к небу и прикрывая глаза. И что ей так «везет» с Питером? Почему она уже дважды начинает в этом городе свою жизнь совсем не с радужных событий? Большой особняк из светлого кирпича выделялся на фоне умирающего дня ярким пятном. Будь вокруг хоть немного больше белых красок, было бы не так уныло. Лера передернула плечами, кутаясь в короткий пуховичок. Валентин Николаевич уже доставал ее чемодан из багажника. Теперь все. Несколько дней заточения, а позднее, как надеялась Лера, — свобода. Оставалось только свыкнуться с мыслью о том, что она будет вынуждена просидеть пару недель в плену этого места.

— Да! Игорь, еще… Прошу… — раздался крик из-за двери, и Лера приглушенно хихикнула. Вот это у нее сосед — с таким не соскучишься. Некоторое время постояла возле двери в комнату, расположенную рядом с ее спальней, слушая стоны и крики, после чего, пожав плечами, прошла по коридору и принялась спускаться по лестнице на первый этаж. Валентин Николаевич уже приготовил кофе и разливал его в две широкие чашки. Вскинул голову, находя взглядом Леру, улыбнулся, кивнул на стул. Мол, садись.

Валерия медленно подошла, заложив руки за спину и осматриваясь. Слишком роскошно — она к такому не привыкла. И привыкать не собиралась.

— Там наверху… соседи мои громкие такие. — Она снова не удержалась и улыбнулась. — Так кричат, стонут. Может, там убийство происходит?

Усевшись за стол, Лера склонила голову набок и обхватила тонкими пальцами горячую чашку. Нервничала так, что бил озноб, вот и выдавала шутки ниже пояса. Валентин Николаевич, правда, оставался серьезным. Бросил на Валерию взгляд, будто извиняясь, пожал плечами и отхлебнул из чашки.

— Сын мой. Вечно баб таскает. Скажу ему, чтобы пару недель встречался с ними где-нибудь в других местах.

— Да зачем? Не надо. У меня наушники хорошие есть.

Она спрятала улыбку за глотком кофе, но тут же посерьезнела, встречая взгляд мужчины напротив.

— Что?

— Ничего. Надеюсь, ты понимаешь, что к твоему заточению стоит относиться серьезно?

— Более чем. Речь же идет о моей жизни.

— Хорошо. — Он помолчал немного, внимательно глядя на Леру, и той захотелось поежиться под его взглядом, но она лишь выше подняла подбородок и прямо посмотрела в его глаза. — Ты больше ничего не вспомнила, точно?

— Точно. Если вспомню, обязательно скажу. Но я и так рассказала все, что было.

— Хорошо. — Он сделал глубокий вдох и побарабанил пальцами по столу. — Мне, к сожалению, уехать нужно будет. На какое время здесь Игорь задержится, я не знаю, но бывает он здесь часто. Если он тебе будет мешать, я попрошу его здесь не появляться.

— Нет, что вы? Это его дом. Я здесь ненадолго. Территорию поделить сможем.

— В этом я не сомневаюсь. Но если что — сразу звони.

— Идет.

— Особенно если будет шуметь. — Валентин поморщился, когда наверху раздался звук разбившегося стекла, а следом — женский хохот.

— Я же сказала. У меня отличные наушники.

Лера сделала еще глоток кофе, отставила чашку, поблагодарила Валентина Николаевича и отправилась наверх.

За окном — глубокая осень. Почти зима. В свете желтого уличного фонаря снежинки танцуют, мягко опускаясь на землю. Игорь хочет, чтобы то же самое видела Ангел. Хотя, даже не знает, откуда она. Может, живет, как и он, в Питере. А может — вообще с другого конца Земли.

Ангел: «Ты здесь? Я только освободилась»

ТТ: «Здесь. Думаю о тебе. Соскучился жутко»

Ангел: «И я по тебе. Тяжелый день. Как все прошло?»

ТТ: «Ты о чем?»

Ангел: «Я — о ком».

ТТ: «Ничего интересного»

Ангел: «Вот как? Она до сих пор у тебя?»

ТТ: «Да. И если ты сейчас скажешь, что не будешь нам мешать, наш следующий трах будет с придушением»

Ангел: «Дай угадаю… Моим?»

ТТ: «Умная девочка. Не вздумай отключаться. Я же по тебе с ума схожу»

Ангел: «Скажи мне это еще раз»

ТТ: «С ума по тебе схожу»