Читаем Сестры онлайн бесплатно

Courtney Summers

Sadie

Дэнни Гилкрист. В Нью-Йорке замечательная погода. Ярко светит солнце, на небе ни облачка. После прошлого эпизода многие слушатели советовали попробовать куриную шаурму в Центральном парке, так что сегодня я пообедал на славу. Спасибо, друзья. Пальчики оближешь. На ужин, пожалуй, съем еще одну. Итак, вы слушаете радио ВНРК, с вами Дэнни Гилкрист, и в эфире передача «В гуще событий».

Сегодня мы приготовили для вас нечто особенное. Нечто очень важное. Перед запланированным выпуском «В гуще событий» мы запустим первый эпизод нашего нового подкаста «Девочки». Если вам понравится, вы можете скачать все восемь серий «Девочек» на нашем сайте. Да, вы не ослышались: весь сезон целиком. И мы уверены, что вам понравится.

Создатель и ведущий нового подкаста – наш давний продюсер Уэст Маккрей. Он расскажет о незримой жизни маленького американского городка и о страшном преступлении, за которым скрывается зловещая тайна. Он поведает историю двух сестер. Это история о жертвах, на которые идут люди, чтобы защитить близких… и о высокой цене, которую приходится платить, если спасти дорогого человека невозможно.

Наш рассказ, как и многие другие, начинается со смерти одной девочки.

Уэст Маккрей. Добро пожаловать в Колд-Крик, Колорадо. Население – восемьсот человек.

Задайте в «Гугле» поиск по картинкам, и вы увидите фото главной улицы Колд-Крика. Центральная улица – едва бьющееся сердце этого маленького мирка. Остальные дома в городе пустуют или и вовсе заколочены. Самые удачливые жители Колд-Крика работают на заправке, в местном продуктовом магазине и в других заведениях около автострады. Остальным приходится искать счастья в соседних городах. Ближайшие школы расположены в сорока минутах езды отсюда, в Паркдейле. Там учатся дети из еще трех городов.

Вдоль улочек Колд-Крика стоят одинаковые домишки, будто бы из «Монополии», – правда, такие покосившиеся и облупленные, что им уже не место на игровом поле. А дальше – лишь запущенная сельская местность. По обеим сторонам шоссе виднеется паутина грязных дорог, которые ведут к обветшалым домам и древним трейлерным паркам. Летом сюда каждый день приезжает автобус с едой, и до наступления нового учебного года местных детишек кормят обедом. В школах же всем гарантировано хотя бы двухразовое питание.

Если вы, как и я, всю жизнь прожили в большом городе, вас поразит царящая в Колд-Крике тишина. Вокруг городка на многие мили простираются живописные земли, а небо над Колд-Криком и вовсе кажется бескрайним. От местных закатов дух захватывает: краски здесь насыщенно-желтые, ярко-оранжевые, розовые, багряные, и ни один небоскреб не мешает наслаждаться живой красотой природы. Ширина открытых пространств поражает воображение. Трудно поверить, что кому-то в Колд-Крике может быть тесно.

Но именно это и ощущают многие местные жители.

Жительница Колд-Крика. Если ты родился в Колд-Крике, то тут и останешься. Выбраться, скорее всего, не получится.

Уэст Маккрей. Это не совсем так. Кое-кто из местных добивался успеха: оканчивал колледж и получал хорошую работу на другом конце страны. Но таких мало. Это скорее исключение из правил.

Если у человека есть возможность выбора, он явно не будет стремиться жить так, как привыкли в Колд-Крике. Здесь все работают не покладая рук, чтобы прокормить семью. Бытует мнение, что обиды, скандалы и разборки – единственное развлечение в маленьком городке, но у местных жителей просто нет на это времени. Нет, конечно, тут тоже не обходятся без обид, скандалов и разборок, но обычно горожан волнуют более насущные вопросы.

Пока не происходит такое.

В трех милях от города стоит небольшая заброшенная школа, построенная на рубеже веков. Она сильно пострадала при пожаре: крыша рухнула, остались только обугленные стены. Рядом со школой потихоньку разрастается запущенный яблоневый сад: тут и там виднеются молодые деревца и полевые цветы.

Это место – оазис, маленькая идиллия; здесь можно передохнуть и подумать в одиночестве. По крайней мере, так было до недавних пор.

Сюда меня привела Мэй Бет Фостер – вы еще узнаете ее поближе, если продолжите нас слушать. Мэй Бет шестьдесят восемь лет, это полная седовласая белая женщина.

Она напоминает родную бабулю: в ее голосе чудятся знакомые заботливые нотки, от которых по всему телу разливается тепло. Мэй Бет всю жизнь прожила в Колд-Крике, сейчас она управляет трейлерным парком «Сверкающая река». Люди прислушиваются к мнению Мэй Бет, и обычно у них нет оснований ей не доверять.

Мэй Бет Фостер. Где-то… здесь.

Здесь и нашли тело.

Диспетчер службы 911 (по телефону). Служба девять-один-один. Что у вас случилось?

Уэст Маккрей. Третьего октября Карл Эрл, мужчина сорока семи лет, ехал на работу, на фабрику в Кофилде – это в часе езды от Колд-Крика. Карл не проехал и десяти минут, как увидел черное марево над горизонтом.

Карл Эрл. День начинался как обычно. Вроде бы. Скорее всего, я встал, позавтракал, поцеловал жену на прощание – в общем, я ничего особенного не запомнил, пока не увидел дым. А вот потом…

Лучше бы и не помнить.

Карл Эрл (по телефону). Да, меня зовут Карл Эрл, я бы хотел сообщить о пожаре. Горит заброшенная школа у Милнер-роуд, это где-то в трех милях от Колд-Крика. Я мимо проезжал и заметил, вот остановился позвонить. Пожар сильный.

Диспетчер службы 911 (по телефону). Хорошо, Карл, к вам сейчас приедет пожарная бригада.

Как вы думаете, там есть кто-нибудь? Видите людей, которым требуется помощь?

Карл Эрл (по телефону). Да вроде бы я один тут. Правда, я далеко, ничего особо не видно… Сейчас, может, подойду поближе…

Диспетчер службы 911 (по телефону). Сэр… Карл, пожалуйста, не приближайтесь к очагу возгорания, хорошо?

Карл Эрл (по телефону). Ой, конечно… Я и не собирался…

Карл Эрл. Ну вот, значит, я их послушался, хотя, признаться, хотелось геройствовать. До сих пор не знаю, почему я решил остаться: работу пропускать было не с руки. И все-таки я подождал копов и пожарных. Наблюдал, как они сражаются с пламенем, а потом… за школой… В общем, я первым ее увидел.

Уэст Маккрей. Тело Мэтти Сазерн нашли между горящей школой и яблоневым садом, в месте, укрытом от глаз. Три дня назад ее объявили пропавшей без вести. И вот наконец нашли.

Мертвой.

Я не стану рассказывать, что увидели полицейские в том саду. Понимаю, что изначальный интерес к нашему подкасту у вас вызвало именно преступление, но описывать жуткие подробности этого зверского убийства я не буду, даже не просите. Детали случившегося легко найти в интернете. Мне кажется, на самом деле вам нужно знать всего два факта.

Первый: причина ее смерти – черепно-мозговая травма от удара тупым предметом.

А второй…

Мэй Бет Фостер. Ей было всего тринадцать.

Карл Эрл. С тех пор я не могу нормально спать.

Уэст Маккрей. У Мэтти осталась девятнадцатилетняя сестра Сэди, приемная бабушка Мэй Бет и родная мать Клэр. Правда, Клэр к тому моменту уже давно с ними не жила.

Я услышал об убийстве Мэтти Сазерн на заправке в Абернати, в получасе езды от Колд-Крика. Мы с командой как раз брали интервью для сегмента «В гуще событий», посвященного жизни в маленьких американских городах, а если точнее, упадку. Мы хотели, чтобы люди рассказали о своих умирающих городках, – не с тем, чтобы вернуть им былую славу, а чтобы хоть кто-нибудь о них узнал. Мы хотели, чтобы об этих местах осталась память, прежде чем они исчезнут навсегда.

Джо Хэллоран. В любом случае это неплохая затея. Здорово, что хоть кому-то не наплевать.

Уэст Маккрей. Это был Джо Хэллоран, один из жителей Абернати, у которых мы брали интервью. Конечно, я не обдумывал его слова, когда стоял в очереди на заправке и слушал, как парень передо мной в красках описывает оператору убийство Мэтти Сазерн. У меня не возникло желания выяснять подробности. Мы с командой сделали свое дело и поехали домой. Разумеется, в Колд-Крике произошло жуткое событие, но в жизни и без того достаточно жутких событий. Просто невозможно успеть разобраться в каждом.

Год спустя я сидел в своем нью-йоркском офисе. Было третье октября – годовщина смерти Мэтти. Я никак не мог сосредоточиться, то и дело переводил взгляд с экрана компьютера на Эмпайр-стейт-билдинг за окном. Мне нравилось работать в ВНРК, я любил городскую жизнь, но импульсивность – из-за которой я в свое время не стал расследовать убийство Мэтти – не давала мне покоя. Хотелось встряски.

И тут как по волшебству раздался телефонный звонок.

Мэй Бет Фостер (по телефону). Это Уэст Маккрей?

Уэст Маккрей (по телефону). Да. Чем обязан?

Мэй Бет Фостер (по телефону). Меня зовут Мэй Бет Фостер. Джо Хэллоран сказал, что вы из тех, кому не наплевать.

Уэст Маккрей. В расследовании убийства Мэтти Сазерн не было никаких подвижек, у полиции не появилось подозреваемых. Расследование, по всей видимости, зашло в тупик. Но Мэй Бет позвонила мне не поэтому.

Мэй Бет Фостер (по телефону). Мне нужна ваша помощь.

Уэст Маккрей. Три месяца назад, в середине июля, ей позвонили из полицейского участка Фарфилда, штат Колорадо. Это далеко от Колд-Крика. Местные полицейские обнаружили брошенную на обочине машину – черный «шевроле» две тысячи седьмого года выпуска. В автомобиле лежал зеленый рюкзак с личными вещами старшей сестры Мэтти – Сэди Хантер. Девушка пропала еще в июне, но в ходе беглого расследования местные правоохранительные органы решили, что она просто сбежала из дома. Мэй Бет Фостер больше не к кому было обратиться, и она решила позвонить мне. Я был ее последней надеждой. Она верила, что я смогу вернуть Сэди домой в целости и сохранности, потому что…

Мэй Бет Фостер (по телефону). Я не перенесу смерть еще одной девочки.

Я нахожу машину по объявлению в интернете.

Не думаю, что марка имеет значение. Ну, если хотите знать, это угловатая машина неприметного черного цвета. У нее просторное заднее сиденье, на котором можно спать.

На том сайте было целое море наскоро написанных объявлений, но я выловила именно это. Из-за количества орфографических ошибок в нем угадывался особый градус отчаяния. Все решили слова «Назначьте цену, пажалста», которые я перевела как «Мне срочно нужны деньги». Значит, человек попал в переплет, или у него кончилась еда, или понадобились наркотики. Так или иначе, он сейчас в уязвимом положении. Как же этим не воспользоваться?

Я соглашаюсь встретиться с продавцом за городом и даже не задумываюсь, что это может быть опасно. Какая разница. После покупки машины мне предстоит нечто куда более опасное.

– Ты можешь погибнуть, – говорю я себе. Вдруг, если я произнесу это вслух, мне наконец станет страшно?

Не стало.

Да, я действительно могу погибнуть.

Я поднимаю с пола зеленый холщовый рюкзак и надеваю его на плечи. Провожу большим пальцем по нижней губе. Я позавтракала черникой, которой меня прошлым вечером угостила Мэй Бет. На всякий случай надо еще раз вытереть рот: я и без того редко произвожу хорошее первое впечатление.

Насквозь проржавевшая сетка на двери трейлера жалобным писком разрывает тишину над нашим убогим городишком. Я всю жизнь живу здесь, на отшибе, в скромном трейлере. Наш городок годится только на то, чтобы съехать отсюда куда подальше. Больше и добавить-то нечего. Так что я не собираюсь оглядываться назад. Неважно, хочется мне или нет. Лучше не надо.

Я сажусь на велик и еду за город. Ненадолго останавливаюсь на зеленом мостике над рекой, опускаю взгляд на стремительный водный поток и чувствую легкое головокружение. Начинаю рыться в сумке, шарю среди шмоток, бутылок воды и чипсов, отодвигаю кошелек и наконец нахожу в коме нижнего белья мобильный телефон – дешевый кнопочный кусок пластмассы. Бросаю его в воду, потом сажусь на велик и съезжаю с шоссе на Меддлерс-роуд. Там мы договорились встретиться с женщиной, которая дала объявление о продаже машины. Ее зовут Беки с одной «к». Она настойчиво напоминала об этом в каждом сообщении, будто я сама не видела подпись.

Она стоит у угловатой черной машины, одну руку положив на капот, а другой поглаживая округлившийся животик. Рядом припаркована еще одна машина, поновее. За рулем, выставив руку в окно, сидит мужчина. Он вроде слегка нервничает, но потом видит меня и тут же расслабляется. Даже обидно. Вообще-то я опасна.

Хочется крикнуть: «Нельзя недооценивать людей! У меня есть нож!»

Это правда. У меня в заднем кармане лежит складной нож, оставшийся от Кита, одного из хахалей моей матери. Они давно расстались. У Кита был мягкий, бархатный голос, куда более приятный, чем у остальных ее парней. Но хорошим человеком он не был.

– Лера? – окликает меня Беки.

Да, так я ей и представилась. Лера – это мое второе имя. Его легче произносить, чем первое.

Голос Беки меня удивляет. Скрипучий, как старушечье колено. Она наверняка заядлая курильщица.

Я киваю, вытаскиваю из кармана пухлый конверт с деньгами и протягиваю ей. Мы сошлись на восьми сотнях. Правда, сначала я предлагала пять. Беки не согласилась. Но это все равно хорошая сделка. Кузов несколько раз чинили, так что ремонт вроде как тоже входит в стоимость. По словам Беки, еще год машина точно протянет.

– По переписке казалось, что ты намного старше, – говорит Беки.

Я пожимаю плечами и настойчивее тяну руку с конвертом. «Бери уже деньги, Беки, – хочется сказать мне, – а не то я спрошу, на что ты их потратишь». Я понимаю, почему мужик, который ждет ее в машине, такой дерганый. Ясно, чего он хочет. Я узнаю этот взгляд из тысячи.

Беки поглаживает животик и подвигается поближе.

– А мама твоя знает, что ты здесь? – спрашивает она.

Я опять пожимаю плечами. Кажется, ее удовлетворяет такой ответ, но потом она вдруг хмурится и оглядывает меня с головы до ног.

– Нет, не знает. С чего бы она тебя отпустила одну невесть куда?

Тут уже не кивнешь, не покачаешь головой и не пожмешь плечами. Я облизываю губы и готовлюсь сражаться. Сейчас эта дрянь опять будет лапать мой голос своими грязными ручонками. Жаль, что ей нельзя пригрозить ножом.

– Моя м-мама ум-ум-ум…