Читаем Сервер и дракон онлайн бесплатно
Она смотрела на меня из-за очков в роговой оправе, и зрачки у нее были как железные гвозди. Между лопатками у нее можно было поставить яблоко. Морщинистая кожа казалась измятой, как бумага, которую много раз мяли и расправляли. Губы были синеватые, а десны такие же бледные, как кожа, и они едва касались кофейно-желтых зубов, когда она открывала рот в гримасе, не похожей на улыбку. Письменный стол из красного дерева представлял собой чинную выставку документов и канцтоваров. Тонкие, как веточки, пальцы, замерли на клавишах машинки, черного полированного «Ундервуда». Чем-то она напоминала трон, престол незримого царя.
– Меня прислали сверху, – сообщил я. Воздух внизу был влажным и жарким, и капля пота стекала по позвоночнику, как будто по нему вел пальцем какой-то грязный старик.
– А, вы из этих.
– Менеджер сказал, что вы напечатаете контракт. – Я ожидал, что стальной взгляд немного смягчится. Этого не случилось.
– Это моя работа, – сказала она.
– И…
Тук-тук-тук…
– Вам нужна какая-то дополнительная информация или вам все передали?
Каретка пишущей машинки сдвинулась, хотя ее глаза все еще были устремлены на меня. На лице появилось болезненное выражение.
– Все хорошо, – тук-тук-тук, – присядьте, пожалуйста, это займет всего минуту.
Пока я ждал, она яростно набросилась на пишущую машинку. Стук клавиш превратился в пулеметное крещендо, которое перемежалось тихими песнями возврата каретки. Капли пота выступили у нее на лбу. Непослушная прядь волос вырвалась из тугого пучка, но она не остановилась, чтобы убрать ее.
Закончив, она откинулась на спинку стула и вздохнула. Затем встала, вытащила листок из пасти машинки и протянула мне. Когда она склонилась над столом, мы на мгновение оказались совсем близко. От нее пахло увлажняющим кремом, горьковатым потом и еще чем-то гнилостным. Сухие как бумага губы коснулись моего уха.
– Пожалуйста, – прошептала она, – убей меня.
К моей руке прижалось что-то холодное. Это был канцелярский нож, невероятно острый. Ее глаза умоляли.
Я посмотрел на нее. Руки лежали на столе. Кончики пальцев были красные и мокрые, их покрывали пятна засохшей крови и многие тысячи шрамов от крошечных острых зубов.
Только посмотрев на документ, который собирался подписать, и увидев мокрые багровые слова, медленно просачивающиеся в белоснежную бумагу, я все понял.
Тук-тук-тук, говорила пишущая машинка.
Двенадцать часов до дождя кораблей.
Мне четыре года, на мне мое лучшее платье. По телеку показывают последнего человека на Луне. Он движется медленными, неторопливыми скачками, а рядом с ним копошится длинноногий паукообразный аппарат, завернутый в фольгу.
Бабушка сидит на краю дивана, в глазах у нее смешинки, в тусклом свете экрана видны впалые щеки. Она понимает, что я смотрю на нее, и подмигивает, как будто у нас есть общая тайна – например, что она там была…
Я просыпаюсь в ужасе.
– Кейт? Ты в порядке?
– Хм?
К виску прижимается холодное и твердое стекло машины, я медленно открываю глаза. От бессонной ночи их жжет. Гомес смотрит на меня, и неловкая улыбка расцветает на круглом лице.
– Будем на месте через пять минут. Вдруг тебе надо подготовиться.
– Спасибо, но мне надо было поспать. Это же свидание.
Я смотрю на сонный пригород Вашингтона, по которому нас везет суровый агент. Пять утра субботы. Все спокойно и безмятежно. Вдоль дороги растут вишневые деревья в полном цвету, и при других обстоятельствах я бы любовалась видом. Но сейчас его здорово портят два едущих впереди черных фургона полевой команды, и я знаю, что над нами летят еще вертолеты, смотрят с неба жучиными глазами.
– Ему девяносто семь, – замечает Гомес.
Я достаю из кармана маленькое зеркальце и смотрю на руины собственного лица. Обвисшие пшеничные кудри, очки, которые постоянно сползают на нос, темные мешки под глазами.
– А я выгляжу на девяносто семь. Идеальное сочетание. – Я достаю ноутбук и кусаю ноготь большого пальца, пока он загружается. – Меня здесь быть не должно, – говорю я ему. – Мы получаем от Объекта все больше и больше данных. У
– Ты ведь читала файл?
– Доктор Марк К. Дюпре. Получил степень доктора прикладной химии в Корнелльском университете в 1926 году, когда по Земле бродили динозавры. Работал в лаборатории редкоземельных металлов на крупную машиностроительную компанию, которая не пережила крах 1928 года. Между 1930 и 1938-м ничего толком не делал. В пятидесятых много работал на
– Показуха, – говорит Гомес.
