Читаем Семейные Ценности (СИ) онлайн бесплатно

Это было не моё решение.

За меня всё давно уже решили другие.

Единственное, что оставалось, — это просто принять свою участь и действовать так, как они велят, а именно: ехать в Японию для того, чтобы вернуть наследника. И только после этого «они»… возможно… признают моё существование.

Возможно…

Если быть до конца честной, то я не хотела ехать в Японию. Да что там… Ведь я даже японского языка не знаю. Да и вообще, каких-либо особых отличительных навыков у меня нет. В моей власти только мой родной язык — итальянский. Ну, и английский немного, но его уровень также оставляет желать лучшего. Единственная причина, по которой я согласилась поехать в небольшой город под названием Намимори, — это то, что у меня появится возможность встретиться со своей сестрой. Сестрой, которой я восхищаюсь ещё с малых лет.

Да… Ради этого стоит рискнуть всем и смело шагнуть в неизвестность. Сколько же лет мы не виделись? Интересно… Она узнает меня? А я её? Уверена, что она и сейчас всё так же прекрасна и напоминает цветок. Ведь я запомнила её именно такой. Сияющей и неповторимой.

Добравшись до Намимори, я первым делом отвезла свои вещи в гостиницу, а после поехала по указанному адресу, где сейчас должна проживать моя сестра. Руки потели от нервоза. Столько всего хотелось сказать, но даже не знаешь, с чего следует начать. Намимори далеко не Италия. Тут всё такое странное, но всё же, благодаря телефону и встроенной карте, я смогла отыскать нужный дом.

Сердце колотилось в груди от предвкушения. Радостно вошла во двор перед небольшим двухэтажным зданием, минутку собиралась с мыслями и… нажала на кнопку дверного звонка. Через секунду послышались бегущие шаги, небольшой стук и вскрик, — видно, кто-то упал, пока бежал к двери, — а после щелчок открывающегося замка.

Передо мной появился молодой парень, приблизительно моего возраста. Невысокий и худощавый. Растрёпанные каштановые волосы и светло-карие глаза, излучающие неуверенность. В сознании всплыли фотографии, которые я видела до прилёта в Намимори. Это был Савада Тсунаёши, Десятый Босс Вонголы. Надо же… А я думала, он крупнее будет. А так, едва-едва выше меня…

Парень что-то произнёс на японском языке с вопросительной интонацией, обращаясь ко мне. Точно сказать не могу, но учитывая обстоятельства, предполагаю, что он спрашивает, зачем я здесь. А знает ли этот Босс мафии итальянский? Предполагается, что должен. Но… уверенности нет.

— Бьянки, — только и произнесла я, смотря на парня. Это-то он должен понять.

— А… — протянул Савада, догадываясь, кого я зову. После чего вновь что-то пролепетал и убежал в дом, напоследок мягко улыбнувшись. И что он сказал? Она дома или нет?

Но через ещё одну минуту дверь вновь открылась, и на пороге появилась та, кого я так хотела увидеть. Моя сестра — Бьянки. Высокая молодая девушка со светлыми волосами, которые имели розовый отлив, с бархатной белоснежной кожей и ярко-зелёными глазами.

Она так повзрослела… И стала ещё женственнее и красивее. Даже спустя столько лет, я не прекращаю ей восхищаться.

Девушка что-то произнесла на японском языке, обращаясь ко мне, тем самым вернув с небес на землю. В глазах Бьянки отчётливо читалось непонимание и недоверие. Она… Она меня не узнала… Хах… Ну, с другой стороны, ведь не один год прошёл.

— Здравствуй, Бьянки, — улыбнулась я. — Я так рада тебя вновь видеть. Ты, наверное, не узнаёшь меня, но это я — Вел.

— Кто? — тут же перешла девушка на итальянский язык, так и не вспомнив меня.

— Вел, — повторила я, — твоя сестра.

— Ты, похоже, обозналась, — отстранёно произнесла Бьянки, закрыв устало глаза. — У меня нет и не было никакой сестры. Только младший брат — Хаято. И ты уж точно не он. Если это шутка, то лучше тебе уходить, пока не накликала проблем.

— Что? — удивилась я. — Это же я! Велия Риччи! Бьянки, я знаю, что прошли года, но…

— Вел?.. — спросила девушка, нахмурив брови, словно вспоминала что-то. И тут её глаза округлились. Она вспомнила. Наконец-то… — Что… Что ты делаешь в Японии? Что ты вообще здесь делаешь?

Ого… Не этого я ждала услышать при встрече. Но с другой стороны…

— Меня отправила мама… С заданием… Отказаться просто не было возможности.

— Не важно, — тут же отмахнулась Бьянки. — Меня это не интересует. В любом случае советую тебе побыстрее выполнить то, ради чего ты приехала и вернуться обратно в Италию.

После этих слов девушка попыталась вернуться обратно в здание и закрыть за собой дверь, но я помешала этому случиться, придержав дверь рукой.

— Бьянки, подожди! — повысила голос, — Неужели, спустя столько времени, ты не хочешь хотя бы немного поговорить?

— Мне не о чём с тобой разговаривать, — отрезала девушка, даже не посмотрев в мою сторону.

— Сестра…

— Повторяю, у меня нет никаких сестёр. Только один-единственный брат, — сказала она, бросив в мою сторону взгляд полный бездушия и безразличия. Хоть зелёный цвет глаз и излучал природное тепло, её глаза были ледянее айсберга. — Надеюсь, ты не настолько глупа и умеешь читать между строк. Если нет, то скажу прямо — возвращайся в Италию.

Дверь наконец-то захлопнулась, и я осталась на пороге совершенно одна. Честно сказать, я была в шоке. Почему-то отчасти верила в совершенно иной исход. Думала, что Бьянки будет также рада меня увидеть, как и я её. Но… Она даже как семью меня не воспринимает. Я для неё никто.

И если подумать, то да. Мы совсем не похожи. Совершенно разные. В отличие от прекрасной Бьянки, я невысокого роста, полноватая, с длинными кучерявыми тёмно-каштановыми волосами, что вечно скрепляю в хвост, загорелой бронзовой кожей и голубыми глазами, которые также практически не видно из-за круглых очков. Мы не похожи. Буквально полные противоположности. Со временем она стала элитным представителем мира мафии, а я… Хех… Об этом и говорить не хочется.

И на что же в таком случае надеялась? На счастливое воссоединение? Глупая… Какая же я глупая…

Но, хоть в это и трудно поверить, Бьянки действительно моя сестра. Единоутробная. Иными словами, у нас одна мать, но разные отцы. Это довольно трудно, но в своё время, около пятнадцати лет назад, родители Бьянки были на грани развода. Они расстались, и каждый жил своей жизнью, заводя новые любовные отношения. Отец Бьянки, будучи Боссом одной сильной мафиозной семьи, влюбился в пианистку, и со временем у них появился ребёнок, Гокудера Хаято. Но так как этот ребёнок был для начала отпрыском мафиози, то его отобрали у матери и растили в кругу семьи, как законнорожденного сына.

Что касается матери Бьянки… Моей матери… То она также не стояла в стороне и начала встречаться с одним молодым итальянским виноделом. В результате того бурного романа появилась я, вот только… меня ждал совершенно иной сюжет, нежели Хаято.

По законам мафии, если у мужчины, будучи женатого, рождается на стороне ребёнок, он забирает его в семью. Но если у женщины, будучи замужней, на стороне появляется дитя, это считается прямым оскорблением законному супругу. А её супруг был никем иным, как Боссом мафии. От таких детей обычно избавляются ещё в самом начале. Быстро и без лишнего шума. Либо происходит развод, и каждый идёт своим путём со своим ребёнком.

Вот только это не произошло.

Непонятно как, но мама вернулась в семью. Вернулась и помирилась со своим мужем, согласившись воспитывать чужого ребёнка, как своего. Тогда и вопросов ни у кого не возникло. Все видели её с животом. Все знали, что она беременна. Но то, что этот ребёнок принадлежит не ей, известно было только самым близким и слугам, что воочию видели родную мать Хаято.

Меня же отдали родному отцу на воспитание, вычеркнув из жизни и забыв о существовании. Словно… сломанная игрушка. Я — ублюдок. Бастард. Таких в мире мафии вообще стараются долго не держать. И это только начало всей истории. Если подумать, вся наша семейная история настолько погрязла во лжи, что я не удивлена, почему в дальнейшем Гокудера Хаято сбежал.

Но у меня такой возможности не было.

Зазвонил сотовый телефон.

— Алло, — ответила на звонок, прекрасно зная, с кем говорю по ту сторону.

— Ты прилетела в Японию? — раздался женский голос.

— Да, — ответила я, бродя вдоль спокойных японских улочек. — Только что ехала к Бьянки, желая с ней увидеться. Она была удивлена моим прибытием. Я думала, что её предупредят…

— Если бы её предупредили, то ты вообще не встретилась бы с Бьянки, Вел, — строго отметила женщина. — И лучше тебе забыть о ней. Твоя основная задача заключается совершенно в другом.

— Да, — вздохнула, смотря на лазурное небо, по которому медленно проплывали пушистые белоснежные облака. — Я помню…

— Вот и хорошо, — женщина немного успокоилась. — Гостиница, где ты остановилась, зарезервирована на неделю. Деньги на все остальные расходы будут приходить на банковскую карту. Также учти, что я записала тебя в ту же школу, где он сейчас учится. Не упусти этот шанс.

— Школа?.. — обеспокоилась я. — Но я совершенно не владею японским языком.

— Значит, придётся импровизировать, Вел! — бросила женщина таким голосом, после которого понимаешь, спорить бесполезно. — Мне всё равно, как и что ты будешь делать, но ты обязана выполнить задание. Обязана вернуть Гокудеру Хаято в Италию. Если не справишься… Вини потом себя…

— Да, мама. Я поняла…

Не понимаю, зачем записывать меня в ту школу, в которой я и двух слов сказать не смогу. Для меня все окружающие люди словно с другой планеты. Что-то говорят, перешёптываются, когда я иду вдоль коридоров, но, о чём именно они говорят, не ясно.

Хотя прекрасно понимаю, что речь идёт обо мне. На фоне обычных японских школьников я выделяюсь. И довольно сильно. Во-первых, по сравнению со всеми у меня довольно загорелая кожа, хотя раньше, живя в Италии под вечным солнцем, я этого не замечала. Во-вторых, учитывая миниатюрность японских школьниц, я была… хм… даже очень крупной, хотя и это раньше как-то не сильно бросалось в глаза. В Италии, наоборот, такие формы считаются естественными и в чём-то привлекательными, но тут… Уже с самого начала чувствую себя скованно.

Но буду надеяться, что всё это ненадолго.

Что касалось директора школы, то он и в самом деле был в курсе моего перевода, и документы о поступлении у него были на руках. Более того, общались мы на английском. Хотя… «общались» это ещё сильно сказано. Что у меня, что у директора был сильный акцент, что мешало нам понимать друг друга. Но одно я поняла точно. Мужчина уверенно заявил, что если я не буду прогуливать и постараюсь больше общаться с остальными учениками, то в ближайшем будущем начну разговаривать на японском языке.

Ага… Конечно…

А ещё решать высшую математику, бегать со скоростью света и читать мысли на расстоянии… А почему нет? Этот директор явно не осознаёт, кого взял к себе в школу. Необходимо уточнить: я плохо учусь. Ни один предмет мне не даётся с самого детства. Даже рисование. Нет, на занятия я ходила, но… Не знаю почему… Учителя, которых приводила мне мать, заверяли, что я просто глупая и многого от меня ждать не следует. А в итоге и обучали спустя рукава. Возможно, они и правы.

Также у меня нет ни одного таланта. В мире мафии без навыков и способностей никуда. Даже у Бьянки есть способность изготавливать яды одним своим прикосновением. Она называет этот навык «Отравленная Кулинария». И передался он ей от нашей матери. Мне тоже досталась эта способность, но не так сильно выражено, как сестре. Я не могу изготавливать яды, но мне лучше не готовить без перчаток и к растениям не прикасаться. По какой-то причине они начинают заболевать и увядают. Именно так отец в своё время потерял целый ряд кустов спелого винограда. Казалось бы, всего лишь пустил дочурку погулять в саду…

В итоге я не готовлю.

Стараюсь не готовить.

А если выбора нет, то всегда надеваю на руки резиновые перчатки. Хотя… если я кому и готовлю, то только себе лично. Остальным лучше это не есть.

Наверное, многие подумают, раз она состоит в мафии, то владеет каким-нибудь боевым видом искусств, стреляет из пистолетов, дерётся с ножом или ещё что-то в этом роде… Нет. Вынуждена вновь разочаровать. Я не умею драться, не умею метать ножи, а пистолеты я вообще никогда в жизни не держала.

Единственное, что меня связывает с мафией, это то, что я о многих вещах знаю. Знаю людей, их умения и навыки. Не всё, но всё же достаточно, чтобы меня уже принимали в этом мире. Однако это счастливой не делает. Наоборот, прекрасно осознаю, что такие долго не живут. По сути, я идеальная мишень. Возможно, я уже знаю то, из-за чего меня убьют.

Но при всём при этом именно по этой причине меня и послали в Японию. Потому что я беспомощна и не представляю угрозы. Намимори — территория Вонголы. Если на эту землю вступит кто-то, не являющийся частью этой семьи, но при этом представляющий опасность, может разразиться небольшая война между мафиозными семьями. Я же больше подхожу под понятие «гражданский». Наверное…

В любом случае, выбора у меня особого не было.

Как я уже упоминала ранее, за меня всё давно решили.

— Мы, конечно, договаривались, что вы поступите в класс «А», но, к сожалению, там все места заняты, — продолжал директор. — Месяц вам придётся учиться в параллельном классе, а там учеников начнут пересаживать, и мы решим вопрос с классом.

— Хорошо, — кивнула.

Хм… Значит, учиться я буду пока в параллельном классе. Это немного затруднит задачу. Или нет? Всё равно не вижу смысла в посещении школы. Я не знаю японского языка. Как вообще мне общаться с одноклассниками или учителями? Но разве это кому-то объяснишь?

Директор передал мне моё школьное расписание, которое заблаговременно перевёл на английский, мою новую школьную форму и ещё кое-какие вещи по мелочи. Самое главное то, что теперь я ученица Средней школы Намимори второго «Б» класса.

Естественно, любопытство у учеников было сильным. Все смотрели на меня и пытались заговорить, но я лишь смотрела на них непонимающим взглядом и молчала. А толку? Некоторые пытались начать беседу на английском. Не всегда удачно, но так у нас возникало больше шансов для понимания друг друга. В основном школьников интересовало то, кто я, откуда, зачем приехала сюда и насколько. На что-то давала ответы, но что-то… Уж извините.

Но всё было отметено в сторону, когда я встретила свою цель — Гокудеру Хаято. По правде сказать, на перемене он был окружен такой большой толпой девушек, от которых пытался уйти и скрыться, что меня даже не заметил. Хаято я не видела намного дольше Бьянки. Наша первая и, пожалуй, единственная встреча произошла, когда нам было по пять лет. Тогда он даже не знал, кто я такая. Да и я мало что понимала о своём окружении, но уже тогда заметила, насколько этот светловолосый мальчик красив.

Как и сейчас…

Белоснежные прямые волосы едва касались плеч, ярко-бирюзовые глаза бросали на всех и вся презрительный, полный недовольства взгляд, а во рту красовалась незажженная сигарета, даруя парню брутальный вид. И даже учитывая то, что он носил школьную форму, Хаято всё равно умудрялся надевать её так, словно одним своим видом говорил, что правила для него не писаны и плевать он хотел на общественное мнение.