Читаем Семейные ценности онлайн бесплатно

– Глава 1 -

Мне повезло, что у моей мамы была сестра на пять лет старше ее, у которой в жизни было достаточно много увлечений, но однажды она по уши влюбилась и вышла замуж за хорошего джентльмена, которого звали дядя Петър. Ну и имя, вы, наверное, подумаете?! Да, он из Болгарии – заботливый, темноволосый, слегка смуглый, но зато говорит по-русски замечательно: правильно, без ошибок, и только по приятному акценту можно понять, что он иностранец из какого-то недалекого зарубежья. Но речь сейчас будет идти не о нем, а обо мне и о моих проблемах после рождения ребенка. Слово „проблемы” я могла бы взять в кавычки, но решила не делать этого, так как иногда наши женские недомогания могут казаться окружающим приукрашенными, но мы, современные девушки, всегда убеждены, что правильно поступаем, и продолжаем настаивать на трудностях взрослой жизни.

–Тася, отчего ты такая кислая? – спросила меня моя двоюродная сестра Анжелика.

Я ничего не ответила, только опустила глаза, но все же затем попробовала улыбнуться ей.

–Ну, так намного лучше! У тебя красивое лицо, не стоит его портить недовольством.

Итак, благодаря моей тете Лидии и моему дядю Петру появилась на свет моя двоюродная сестра, невероятно одаренная личность, которая одновременно занимается несколькими делами. Она одна из менеджеров по продажам в крупной французской фирме, но одновременно с этим рисует акварелью и даже ездит по европейским выставкам, чтобы показать свое творчество миру, и найти меценатов для своих картин. Вот какая незаурядная личность моя двоюродная сестра Анжелика! Меня всегда удивляло, как она успевает совмещать такие, казалось бы, несовместимые виды деятельности. А особенно сейчас, когда у меня самой появился ребенок, любопытство стало разбирать меня еще больше. И дело было не только в наличии разных интересов и занятий (в каждом человеке заложено множество способностей), а в ее муже, одарившем ее сразу двумя мальчиками-погодками.

Недавно мой собственный семимесячный ребенок начал издавать громкие, меняющиеся в тональности крики, звучащие на весь подъезд, и я бы не удивилась, если бы какая-нибудь сердобольная соседка остановилась у двери, жалуясь на вопли моего младенца. Чтобы заглушить этот плач, я решила обратить внимание ребенка на вероятные шаги за дверью и таким способом его утихомирить.

– Не надо так реветь! – сказала я укоризненно своему малышу. – Ты всем соседям мешаешь! Вот, старая бабушка уже за дверью!

Услышав это, младенец на несколько минут перестал плакать, и я довольно улыбнулась ему.

Наконец, минута спокойствия. Но как долго она продлится – абсолютно непонятно…

– Когда ты улыбаешься, выглядишь на все сто! – и голос Анжелики возвратил меня в реальность.

– Разве? Спасибо тебе, кузина! Как здорово иметь такую подругу, как ты! – я только собралась еще раз поблагодарить двоюродную сестру, как неслыханный до тех пор крик раздался по всей квартире и наверняка за ее пределами. К огромному сожалению, мое спокойствие длилось только несколько мгновений. Ни с того ни сего ребенок заревел во все горло, и я была уверена, что все бабушки в окрестности уже выстраиваются у нашей двери, чтобы пожаловаться на моего неугомонного сынка.

– Что ж ты так кричишь-то? А ну, замолчи!

Но, не желая слышать мои указы, ребенок завопил еще громче.

– Тася, успокойся! Лучше посмотри, что у него в штанах! – предложила моя кузина.

– Ясно, что у него в штанах. Это же мальчик! – быстро произнесла я, не понимая, что имеет в виду моя кузина.

– Тася, ты действительно сошла с ума! – моя двоюродная сестра быстро распахнула укутывающий ребенка памперс.

– Замолчи, я сказала! Это говорю я, твоя мать! – я ни в какую не хотела успокаиваться.

– Успокойся, – назидательно настаивала Анжелика – Не видишь, у твоего ребенка понос!

Понос?! Это слово буквально врезалось мне в уши. Я, конечно, знала, что такое понос, но до сих пор у моего сына его не было. А может, и был, но пока я делала все возможное, чтобы вновь привыкнуть к нормальной жизни в течение нескольких месяцев после родов, моя мама взяла на себя заботу о моем сыне. Но счастье, когда мама мне помогала, быстро прошло, и я брезгливо сморщила нос:

– Да, как жаль, что никто мне не сможет так помогать, как мама! – произнесла я с грустью, и мой нос, наконец, втянул характерный и очень неприятный запах.

– Эй, Тася, что ты вертишься? То голову запрокидываешь, то нос морщишь. Я тебя очень люблю, но менять твоему ребенку памперс с жидким стулом я не буду!

– Жидким стулом?!– я выпучила глаза на двоюродную сестру.

– Представь себе, да! – произнесла она, и мне показалось, что это прозвучало даже несколько торжественно. – А что, по-твоему, означает слово „понос”?

„Мамочка, моя милая, зачем ты меня оставила одну?!” – подумала я с горьким сожалением. И когда Анжелика отлучилась, чтобы поговорить по телефону, я с огромным нежеланием поискала глазами влажные салфетки. Не обнаружив их, я невинно пожала плечами и осторожно сняла с сына ползунки.

„Что ж, обойдемся как-нибудь без салфеток”. Жидкая масса угрожающе стекала сквозь памперс и собиралась вылиться через край невысокого стула, который я использовала как пеленальный столик.

„Да, надо попробовать, наконец, навести порядок в доме. Иначе…” У меня в уме не укладывалось, как вообще я смогу одновременно успокоить кричащего ребенка, сучащего ножками, и не дать пролиться на пол просачивающейся сквозь памперс массе?! И при всем этом я понятия не имею, где у меня влажные салфетки!

А что будет, когда я разверну этот грязный памперс? Глядя на беспомощно кричащего ребенка, я поняла, что остались считанные секунды до того момента, когда эта жидкая масса из ползунков сына стечет на пол. Мое испуганное сознание уже рисовало мне жуткую картину, как неприятное содержимое памперса выливается на пол. Во-о-от, во-о-от уже выливается, и все!

– Что ты орешь, словно никогда не меняла ребенку памперс с жидким стулом?!

„Да, я никогда этого не делала, а может, все-таки делала, но это было в моем детстве, когда, к ужасу мамы, я придумывала неординарные игры со своими куклами. Но это было так давно…” Зато тревожный голос Анжелики помог мне вернуться в реальность.

– Влажные салфетки всегда должны находиться на тумбочке!

„Да, конечно, они должны, но…” – не осознавая этого, моя душа, видимо, кричала на весь мир, но никто ее не слышал.

– Я думала, что ты разговариваешь за дверью? – решила я хоть что-нибудь произнести.

– А разве можно с кем-то разговаривать, когда из соседней комнаты слышны крики твоего сына и твои собственные вопли?!

– Не стоило мне выходить замуж в 25 лет и заводить детей! – заскулила я жалостливо, как котенок.

Не дав меня закончить нытье, Анжелика оборвала меня:

– Ха-ха-ха. Ты говоришь так, будто вышла замуж в 16! Тася, успокойся. Такое со многими случается.

– Но… Иметь собственную семью так сложно!

Как будто не услышав меня, двоюродная сестра испугано закричала:

– Салфетки у тебя непонятно где находятся! Тогда унеси младенца в ванную! Или ты хочешь, чтобы все это вылилось из его штанов вот здесь, на вашем новом диване!?

При мысли, что это может произойти буквально через несколько секунд, я посмотрела на кузину со смертельным ужасом. Мое лицо, видимо, выражало состояние, как будто на меня вот-вот накинется стадо бешеных кабанов. Вероятно, мое лицо в этот момент было лицом человека, готового к суициду, потому что моя двоюродная сестра не вытерпела – словно стадо бешеных кабанов уже повалило ее на землю и стало задирать копытами. Она завопила:

– Мы потом поговорим о твоем состоянии! Я обещаю! – крикнула она громко, будто давая обет кабанам, что позаботится обо мне.

Я, наконец, успокоено кивнула головой и потупила глаза.

– А сейчас быстро! Из его штанов все вы-ы-ы-текае-е-ет! Неси скорее ребенка в ванную!

Когда через некоторое время мы все-таки успели вымыть и переодеть постоянно пинающееся дитя, нам уже захотелось удрать подальше от этого дома. Будет здорово, если мы долетим до какого-нибудь райского побережья! Удобно расположившись на диване, мы вновь утонули в мечтах о райских греческих или других островах… Голубое море, спокойный прибой, белый мелкий песок… Наверное, как и мой ребенок, мы тоже собирались вздремнуть и насладиться грезами, когда вдруг Анжелика, мама со стажем, воскликнула:

–Ух, я чуть не уснула! Тася, ты что, быстро вставай! У нас на это нет времени!

Я уже ненавидела Анжелику! Она постоянно была готова куда-то идти и что-то делать, хотя мы успели поменять и постирать всю испачканную детскую одежду! Для меня, любящей чистоту, это была сущая победа.

Как будто прочитав мои тайные мысли, она вдруг скомандовала:

– Ты тратишь много времени на размышления! Невозможно быть хорошей мамой и постоянно думать о чем-то своем! – ее резкий голос не позволял мне сопротивляться. – Едем в поликлинику!

Быстро приобняв утихомиренного ребенка, я уже не думала ни о чем, делая все возможное, чтобы превратить себе в маму-робота.

”Сейчас самое главное – попасть в поликлинику, а на райских островах, если повезет, побываем в другой раз”. Мое сознание умышленно пыталось отвергнуть ужасающую неопределенность. „А когда все-таки в другой раз?” – словно настаивая на своем, потерянно спрашивала бедная моя душа.

– Я обещаю тебе, мы поговорим о твоем состоянии ну, скажем, в следующее воскресенье! – сказав это, кузина посмотрела мне прямо в глаза. И я с удовольствием поверила ей: „Наконец, она определила, когда именно мы сможем спокойно встретиться”. Непонятно, когда, наяву или во сне, я попаду на Родос или на Крит, но я хотя бы знала, что в следующее воскресенье я смогу честно поговорить о моей накопившейся нервозности после ухода мамы в Екатеринбурге.

– Глава 2 -

И мы встретились, но это случилось не через неделю, не через две и не даже через три, а через два месяца, причем во время этой встречи мы были не одни. Никто не жаждал принять наших детей, кроме нас самих.

Я разозлилась: видимо, в будущем в таком составе мы и будем встречаться.

– А где твой благоверный? Я думала, если у тебя мальчики-погодки, он должен крутиться возле тебя и делать все возможное, чтобы тебе помогать!

– Тася, Степа в командировке, ведь мне и нашим погодкам еще нужно кушать, одеваться, покупать игрушки, а для всего этого нужны деньги....

Я замолчала. Да, в принципе, Анжелика была права, но почему-то мне казалось, что сразу после рождения детей наша свобода растворилась, как звездная пыль. Как здорово, когда девушка наслаждается любовью избранника, он окутывает ее нежностью, пониманием, и она выглядит такой беспечной, наслаждаясь своей беззаботностью, своим воодушевлением от жизни. А затем она выходит замуж за любимого человека, к чему, собственно, стремилась всю свою сознательную жизнь.... Потом рождаются дети, и у молодых родителей не остается времени ни на что другое, кроме крох, и весь прекрасный мир, который они создали до свадьбы, мало-помалу начинает расщепляться. Некоторые женатые пары с детьми даже считают, что их счастье не просто просачивается, ускользает сквозь пальцев, оно бесповоротно теряется в паутине запутанных проблем и неоднозначных решений.

Мне казалось противоестественным желание не иметь детей, но, с другой стороны, становится очень сложно, когда тебя окружает весь этот беспрерывный галдеж. И еще маленькие неуклюжие ручки, шустрые ножки, подвижное тельце, за котором ты должна постоянно следить и объяснять: „Осторожно, ударишься!”, „Будь внимателен, голову разобьешь!” или „Ножку подвернешь!", „Ручку сломаешь!”. А детские болезни или жуткие вопли, когда ребенок безоговорочно жаждет заполучить очередную дорогую игрушку! Или когда бедное дитя в четыре года ни за что не хочет идти в музыкалку, а у всех твоих знакомых и подруг дети давно занимаются сольфеджио. Нам, конечно, справляться со всем этим очень сложно, иногда безвыходно, но самое трудное, мне кажется, выбрать, что ребенку действительно нужно, а не следовать какой-то придуманной мамочками модели! Куда делись наше прежнее упоение, наша невероятная жажда жизни! Разве она улетела навсегда с появлением на свет наших детей?!

Мы с мужем будто находимся в заколдованном круге… Но нам кажется, что мужу легче: сядет он в свою машину, уедет на работу и скроется из поля зрения своих домочадцев чуть ли не на целый день. А нам, мамам, остается только терпеть слезы детей по пустякам и, не дай бог, их рыдания от нежелания заниматься тем, что мама велела. Мы считаем, что отдали нашим чадам всю свою молодость, нам не терпится, чтобы они побыстрее подросли и уже в семь лет превратились в вундеркиндов! А муж приходит с работы, и единственное, что ему хочется – просто побыть с семьей, но мы начинаем ему жаловаться на наше дитя: то чадо разбило дорогую вазу, играя в футбол в гостиной, то постоянно отказывается заниматься спокойными играми, а вместо этого бегает по комнатам, как ужаленное, то оно сунуло руку непонятно куда, и все его горло стало черным – и нам с разрывающимся сердцем приходится возить его по всему городу, чтобы его обследовали врачи.

И когда до нашего падения в обморок доктор устанавливает, что наш шустрый ребенок просто решил продегустировать черную гуашь, мы не знаем, что делать – радоваться или отшлепать маленького непоседу…

– Анжелика, ты всегда выглядишь такой счастливой, я тебя завидую! – вдруг вырвалось у меня. Она даже не предполагала, какие нерадостные картины семейного будущего рисует мое испугавшееся до смертельного ужаса сознание. Я и правда жаждала быть такой беззаботной, имея двоих детей, постоянно занятого мужа и две работы!

– Ну, ты даешь! Зачем мне завидовать? – моя двоюродная сестра изумленно посмотрела на меня.

– Ты такая веселая, как будто у тебя нет детей! – поспешила я объяснить свои слова.

– Не забывай, дорогая, дети – это счастье! – она снова посмотрела на меня своим умиротворяющим взглядом, и я была почти готова согласиться с ней, когда вдруг (но ведь это рано или поздно случилось бы) громкие крики ужаснули нас. Оказывается, ее старший мальчик, которому было год и семь, без какой бы то ни было причины начал здорово молотить моего сына, а тот ревел, как резаный.

– Роман, как не стыдно, немедленно отпусти Сашу! Зачем дерешься?!

Но маленький хулиган почему-то продолжал молотить моего мальчика. Анжелика подошла к своему разбушевавшемуся сынуле и больше ни говоря ни слова, взяла его руку таким образом, что ребенку только оставалось подчиниться. В течение нескольких минут слышалось только легкое хныканье со стороны Романа, и были видны пронизывающие, укоряющие глаза Анжелики, а затем неожиданно все утихло, как будто ничего и не было.

А до меня вдруг дошло, что каким будет галдеж в семье – ужасный и нескончаемый или более-менее упорядоченный, зависит только от меня.

От меня самой зависит спокойствие в доме!

Но как все это было сложно создавать и организовывать!

– Ты справляешься со всем этим как.., – я не знала, что сказать, но вдруг из меня вырвалось: – Как волшебница! – не смогла я не воскликнуть после такого великолепного разрешения детской драки.