Читаем Семь (СИ) онлайн бесплатно

ПЕРЕД ПРОЧТЕНИЕМ ОЗНАКОМЬТЕСЬ С ПРОИЗВЕДЕНИЯМИ «АЛЬДА ХРАНИТЕЛЬНИЦА» И «ЗЛОДЕЙКА»

Гулкий звук от каблуков Енины эхом разносился по коридору. Рыжеволосая колдунья торопливо шагала в сторону Зала Советов. С тех пор, как она стала верховной чародейкой и избавилась от прислуживания королю-самодуру, стены замка стали казаться теплее и приветливее. Ей предстояла важная миссия — уговорить королеву снять завесу с их родного измерения, чтобы пропустить сюда ее давнего друга Пётку, который в своем мире стал могущественным магом. Он обещал помочь в борьбе с Царицей Ночи, которая уничтожила почти весь человеческий род.

— Енина, ты опоздала, — довольно жёстко поприветствовала ее Альда. — Мы тебя уже давно ждём.

— Каюсь, — неискренне виновато склонилась ведьма.

В зале собрались уже все приближенные королевы: ее красавец-муж Котт — кон-гир Армии Людей; Тонис — приёмный сын погибшего короля; эльф Сторкрем, оказавший неоценимую помощь в последнем сражении; дракон Амэс, возлюбленный Енины; и Дрюк — старый друг королевской семьи.

— Мы как раз обсуждали, что будем делать дальше, — приветливо отозвался чернявый Тонис.

— И что придумали? — ехидно вздернула бровь верховная чародейка.

— Укрыться под щитом, — ответил эльф. — Мои сородичи помогут. Нам все равно не одолеть богиню.

Альда глядела в сторону, ей явно не нравился такой расклад событий: прятаться и скрываться. Она с надеждой кинула скользкий взгляд на Енину, ведь именно она ей раскрыла тайну Семерых, которые свергнут негодяйку. Одно её только не устраивало, что в компаниювходит её маленькая дочка Мариса.

— Чушь какая, — Енина заставила глаза Альды загореться огнём надежды. — Я думаю, пора всем присутствующий рассказать о семерых, связанных одной нитью.

Котт заинтересованно свесился с трона, ему жена еще не рассказывала об этом.

Ена продолжила:

— Существует пророчество о семерых великих, что смогут развеять тьму и победить Царицу Ночи.

— И ты знаешь, кто это? — Тонис выпучил свои глаза-смородины от изумления.

— Да. Старик, — женщина посмотрела на дракона, который отсчитал уже тридцать веков. — Хранительница, — все оглянулись на королеву. — Солдат, — Котт сглотнул. — Воин Света, — Сторкрем горделиво выпятил узкую грудь. — Чародейка, — Енина поклонилась и замолчала.

— Ты назвала пятерых. Кто еще двое? — ошарашенно спросил Котт.

— Седьмой сын седьмого сына и дитя, — грустно закончила вместо Енины Альда и виновато посмотрела на мужа.

— А ребенок это… Мариса? Наш дочь, Альда?

— Да.

— Ты знала и ничего не сказала?

— Что же, я должна была…?

— Конечно, — взъярился Котт на супругу. — Ты моя жена. Ладно я, но тебе и Марисе не позволю рисковать собой! Я слишком много раз терял вас обеих и снова не собираюсь!

— У нас не очень много вариантов, — пожала плечами Енина.

Котт взглядом велел той замолчать. Его глаза так сверкнули, словно нечто демоническое все еще осталось в нем.

— Ты могла хотя бы сказать мне!

— Да, могла, но мы пытались найти решение, как оградить Марису.

— Нашли?

— Нет, но…

— Другое меня не интересует, — махнул рукой Котт.

— А ты послушай, — оскалился дракон на давнего друга. — Я уверен, у Енины есть идея.

— Не подлизывайся, — плюнула ядом чародейка. С недавнего времени они с Амэсом осерчали друг на друга.

— Прекратите, — спокойный голос Тониса заставил прислушаться. — Сколько раз ты, Котт, пытался противиться пророчествам? Почему ты до сих пор не узрел истину? В предсказании не говорится, что твоя жена и дочь умрут, вы сможете остановить Царицу, твое дело защитить их.

Король насупился.

— Что с седьмым сыном? — хмурился эльф.

— Это Пётка, — ответила Енина.

— Кто это? — пытался смириться с ситуацией Котт.

— Мой товарищ из другого измерения.

— При чем здесь он? — спросил Сторкрем.

— Долго рассказывать. Но он мой старый друг, я однажды спасла его. В его измерении он стал великим колдуном и поможет нам сразиться с Царицей. Только…

Енина замолчала, напуская важности.

— Не томи, — исполнил ее безмолвное желание Тонис.

— Я не обладаю полномочиями, чтобы пригласить его сюда.

— Я сделала тебя верховной чародейкой, — возмутилась Альда. — Этого недостаточно?

— Нет. Нужно разрешение архимага или правителя людей, чтобы снять завесу с нашего измерения. Тогда Пётка сможет попасть сюда.

Глаза чародейки загорелись азартным огоньком.

— В письменном виде? — пожала плечами Альда.

— Я бы не стал так торопиться, — прервал ее Сторк. — Завеса стоит не так просто. Выкладывай, ведьма. Какие нас ждут последствия?

Енина неохотно сказала:

— Без щита помимо Пётки к нам могут проникнуть и другие существа: вполне возможно, что с добрыми намерениями, а, может, и злыми. Но я еще раз повторю: вариантов у нас немного. Он вообще один.

— Проголосуем, — предложил эльф. — Я против снятия завесы.

— За, — вызывающе бросила чародейка.

— Согласен с эльфом, — недовольно буркнул Котт.

— Хуже не станет, — вставил свое слово Амэс. — Снимаем щит. Его всегда можно вернуть обратно.

— Но последствия могут быть необратимыми, — принял свое решение Тонис. — Я против.

— Если этот Пётка обладает силой, способной помочь нам, то я дам добро на снятие завесы. Дрюша, — обратилась Альда к другу, который до сего момента молчал. — Все зависит от твоего решения.

Под гнетом шести пар глаз молодой Дрюк сжался. Он всегда считал, что участвует во всех беседах лишь формально. Его друзья Котт и Альда сейчас стояли по разную сторону баррикад. А ему предстоит принять судьбоносное решение. И вовсе он не думал о последствиях, его волновала лишь реакция друзей на его ответ. Он понадеялся, что не ошибся, приняв сторону Альды.

Енина победно взвизгнула. Казалось, будто она заранее знала ответ.

— Решено. Альда, мне понадобится твоя кровь для ритуала и твоё Слово. Приступим ночью. Котт, будь готов выдвинуться в путь вместе с войском. Неизвестно, что появится в мире с исчезновением щита.

— Как ты можешь подвергать нас такой опасности? Вдруг там нечто худшее, чем Царица?

— Перестань, Котт, — Альда коснулась плеча любимого. — Пророчества не лгали нам еще ни разу. Не соврут и сейчас.

— Я… Ааррх. Я переживаю за тебя и Марису!

— Пока мы не победим Царицу, так будет всегда, — утешил Амэс. — Нужно принять помощь.

— Ладно, мне нужно поспать. Тонис, собирай своих тоже. Выступим на рассвете.

— Ена, — шептала Альда, держа кинжал над пламенем свечи, — я боюсь. Вдруг мы приняли неверное решение.

— Акторит сказал мы на верном пути. У меня нет оснований не доверять ему.

— А это еще кто?

— Это второе имя Пётки, — отмахнулась Енина.

Настал час полуночи. Острым лезвием Альда провела по ладони. Бордовая кровь змеей скатилась по ее запястью, заставив искриться желтое пламя свечи, а затем и вовсе потухнуть.

— А теперь дай мне Слово.

— Енина, я не знаю, как это делать, — говорит с укоризной королева.

— Ах, я и не подумала. Просто молви за мной. Я, истинная и законная Королева Людей…

Альда повторила.

— … позволяю верховной чародейке снять завесу, установленную шестью магами под покровом Одноликой Луны.

И Альда вторила. Енина разделась догола, чтобы провести обряд и сохранить одежду. Она разве что обратилась в черное пламя и испустила неимоверной толщины луч Магии в небеса, бубня немного зловещее заклинание.

Послышался жуткий грохот, по земле заплясали молнии, невидимые осколки щита валились на землю, сотрясая её. Альда прильнула к траве, чтобы не упасть. Мгновенье спустя все прекратилось.

— Ну как? — шепотом спросила королева.

— Получилось, — выдохнула истощенная чародейка. — У Пётки есть сутки, чтобы явиться сюда. Как и у всех остальных.

После смерти Павалета и Анциллы, Фертилией правил жадный дацис Шмок. Он с удовольствием купался в золоте и роскоши. А юная и неопытная королева Альда вовсе и думать о нем забыла. А чего ей, на носу война, маленькая дочка, молодой муж. Орки оставили эту землю, как только скончался их вождь Бесстериб, а Царица Ночи пропала.

Шмок не отказывал себе в приятностях, но и про граждан не забыл. Кто знает, может, и недалёк тот час, когда королева людей о них вспомнит, и вот тогда-то ныне наместника поддержит народ и он останется у сытной кормушки, пусть не королем, но при деньгах.

За год, что прошел с момента победы над орками, Шмок худо-бедно поднял с колен несколько поселений, а деревенщины сами разнесли слухи о том, какой замечательный наместник правит ныне Фертилией. Жить в крепости Арч толстяк не желал и перебрался в утонченный замок Павалета на берегу Океана, обустроился, дочерей замуж отдал, зятьям поместья королевские раздарил.

В один день Шмок волок свое брюхо по берегу Океана и наслаждался бризом до тех пор, покуда в воздухе прямо над водой не образовалась огромных размеров дыра. В небе-то? Как околдованный мужик наблюдал за чудом, да недолго. Волной его сбила с ног размером с замок струя студеной воды, что полилась из отверстия. Что же за напасть? Долго боролся Шмок за свою жизнь, но выплыть не смог, пучина забрала его жизнь, а тело потопила в океане.

Но не по его душу здесь полилась вода, не смывала она грешных людей со свету. То была жидкость, живущая в седьмом измерении. За каплю такой влаги чародеи перерезали бы глотки друг другу, покуда дарит она долгую и здоровую жизнь. В мире, где обитала вода, становилось совсем уж тесно, столько измерений закрылись за щитами, что она не могла больше делиться своею силой. А тут почуяла она брешь в одном мирке и тут же явилась. Не обрадовались ей, но и не прогнали, потому она текла и текла, снимая давление со своего мира, потопляя другой.

В маленьком городе Дива Кастела всю свою жизнь проживала маленькая хрупкая женщина по имени Новита. Она ни капли не гордилась своим происхождением. Отец пил, а мать молча терпела его нападки. Ей некуда было деваться с двумя детьми на руках. Новиту и ее маленькую сестру Анциллу часто бросали на произвол судьбы. Только Цилла со своими огромными медными глазами не давала Новите вздернуться. С каждым днем тоска только возрастала, жизнь не радовала и юная Нова решила сбежать. С горьким сердцем она оставляла своюсестренку в этом рассаднике пьянства и отчаяния. До сих пор Новита жалела о своем поступке. Ведь будь по-другому, всего этого бы не случилось.

Позже беглянка узнала, что родительский дом стух в огне, отец погиб, а мать с сестрой подались в нищие. Тогда Новита связалась с плохой компанией и прожигала жизнь, травясь алкоголем и дурманом. Даже после смерти матери, когда ее крошка Анцилла стала прелестницей, продавая тело мужчинам, Новита не решилась взглянуть в глаза кровинушке, сгорая со стыда.

В ту пору жизнь скатывалась в овраг. Новиту часто находили без одежды и без сознания во дворах и на дорогах, но тяга к алкоголю не ослабевала. Тогда под крыло ее взял местный сацерд, приручил, привил любовь к богу Небесному Солнцу, девушка оправилась, завязала с прошлой жизнью и по велению небес стала женой того самого сацерда. Он-то и надоумил ее найти сестру, пасть в ноги и молить о прощении, что и сделала Новита.

Анцилла встретила ее холодно, другого ждать бессмысленно, ведь из прелестниц она выбилась в личную прислугу короля Южной Фертилии. Новита не просила материальных благ, лишь прощения. И получила. Сестры примирились и поддерживали связь.

Одним днем пришло Новите тревожное письмо. Писала Анцилла, и просила приютить у себя принцессу Альду — сестру ее жениха, не за просто так — за хорошее поместье у гор Правых Деф. Женщина со всей ответственностью села ждать. Проходили дни, недели, месяцы, а потом и годы. Альда не появлялась, а Новита сходила с ума. Она вбила себе в голову, что выполнив просьбу сестры, она наконец-то станет жить красиво. Даже после смерти Анциллы, женщина все ждала принцессу. А когда Альда взошла на престол, Новита вовсе потеряла разум. Она ежесекундно бубнила себе под нос строки из письма и безумно оглядывалась по сторонам в поиске принцессы.

Жители Дива Кастелы давно уже приняли болезнь Новы и не обращали на нее внимания. Не вредит, и ладно. Одной темной ночью женщина решила сходить на разведку: неясно, кого она пыталась искать, может, Анциллу, может, Альду. Но ни ту, ни другую не нашла. Зато встретила огромное войско демонического вида людей, ростом превышающую ее в два раза.

Темноволосый мужчина с дымящимся посохом грубо спросил что-то на своем наречии. Его красные глаза искрили опасностью, излучая багровый свет. Мускулистая грудь тяжело вздымалась, ноздри втягивали давно позабытый воздух. К нему медленно приблизился старик из свиты, его одеяние тоже было черным. Старший что-то прорычал своему более молодому и сильному вождю.

Воин, а по нему иначе и нельзя было сказать, задал свой последний вопрос:

Новита махнула в сторону севера. Темный удовлетворенно выдохнул. Тяжелый ночной воздух морозил его дыхание белым паром из носа.

Титан шагнул, маня за собой свое войско. Никто из них и не обратил внимания на Новиту, все еще беспечно толкающуюся у их ног. С тех пор о ней никто и не слыхал.

— Я уже бывала здесь, — драконица с серебристой чешуей недовольно пощурилась на луну. — Это моя сокровищница, — рассказывала она еще двум драконам помладше. — Этот идиот сделал ее своей. Даже не удосужился себе найти другую пещеру.

Вдруг драконица зарычала и обратилась в зрелую ухоженную женщину. Она ласково провела по изумрудной бочине самого маленького из драконов и похлопала по бедру.

— Превращайтесь.

И мгновение спустя, перед женщиной появились два симпатичных молодых человека: брат с сестрой. Оба белокурые, зеленоглазые, с растянутыми острыми носами и клыкастыми улыбками.

— Фрида, Паврус, мы сегодня переночуем здесь, а завтра отправимся на поиски этого несносного Амэса, из-за которого я вынудила себя скитаться по другим измерениям.Он пожалеет, если жив.

— Енина!

— Ты еще кто такой? — закричала чародейка, натягивая платье после обряда. Альда прикрыла собой подругу, направив лук на неизвестного белобрысого мужика. Правда одет довольно прилично, причесан, умыт.

— Ваше Величество, — мужчина низко поклонился и потянулся к королевской руке, чтобы та дозволила поцеловать ее.

Но Альда не собиралась подавать ладоней незнакомцам.

— На это я тоже рассчитывал, — задорно улыбнулся мужчина. Его возраст на первый взгляд сложно определить. Глаза старика, а тело взрослого человека. — Как же ты не признала меня, Енка?

— Пётка? — чародейка нервно и недоверчиво улыбнулась.

— А ты для кого-то еще снимала щит?

— Докажи, что это ты, — ощетинилась ведьма.

Мужчина довольно улыбнулся:

— С радостью. Задавай любой вопрос.

Чародейка долго пыхтела, придумывая самый сложный и личный вопрос, ответ на который знали только они двое.