Читаем Семь лучей онлайн бесплатно

Как есть семь Дхату (основных субстанций в человеческом теле), так и в человеке и во всей природе есть семь сил. Истинная субстанция Сокрытого (Солнца) есть ядро Матери-субстанции. Это Сердце и Утроба всех живущих и существующих сил в нашей Солнечной Вселенной. Это ядро, из которого исходят, чтобы распространяться в своем циклическом странствовании, все силы, которые, исполняя свой основополагающий долг, запускают в действие атомы, и это Фокус, в котором они вновь встречаются в своей Седьмой Сущности каждый одиннадцатый год. Посмейся над тем, кто скажет тебе, что видел Солнце, как если бы он сказал, что Солнце действительно ежедневно движется [вокруг Земли]…

Именно в силу этой семеричной природы древние говорили о Солнце, как о влекомом семью конями, числом равным размерам стихов в Ведах; или, что хотя в светиле своём оно и тождественно семи ганам (классам существ), оно воистину отлично от них; а также, что у него есть Семь Лучей, ибо оно действительно имеет их.

Семь Существ в Солнце — это Семь Святых, саморожденных из силы, присущей утробе Матери-Субстанции. Это они посылают семь основных сил, называемых лучами, которые, при начале пралайи, сосредоточатся в семь новых солнц для следующей манвантары. Энергия, из которой они входят в сознательное существование в каждом солнце, есть то, что некоторые люди называют Вишну, что есть Дыхание Абсолютности.

Из оккультных афоризмов, процитированных в "Тайной доктрине".

При изложении в этой книге идей о лучах, которое, надеюсь, будет ясным, я не вижу способа избежать вещей довольно абстрактных, первейшей из которых будет утверждение об универсальности Бога, или Брахмана, которого некоторые считают находящимся далеко на возвышенном плане где-то за пределами нашего зрения. В действительности же Саччидананда Брахман[1] — здесь и сейчас, перед нами и с нами каждый день. Проанализируйте весь мир своего опыта, и вы обнаружите, что он состоит из трёх частей: во-первых, в нём есть масса предметов всех видов, которые материальны на любом плане, каким бы высоким он ни был; во вторых, в нём есть множество живых существ, у которых в разной степени развито сознание; и в третьих — вы сами. Первый из этих трёх — мир сата, бытия; второй — мир чита, сознания, а третий — это ананда, счастье, истинное "Я".

Это будет понятно лучше, если мы вспомним историю о великом столпе света. Великий Нараяна — Вишну, душа и жизнь вселенной, тысячеглазый и всеведущий, покоился на своём ложе, теле великого змея Шеши, или Ананты, бесконечного времени, свернувшегося в водах пространства, потому что была ночь бытия. Затем Брахма, великий творец бытийного мира, именуемого сат, пришёл к нему, коснулся его рукой и сказал: "кто ты?". И между ними возник спор о том, кто из них более велик. Когда он уже угрожал стать яростным, между ними появился великий столп огня и света, несравненный и неописуемый, поразивший спорщиков настолько, что они забыли о своей ссоре и согласились поискать конец столь удивительной вещи. Вишну тысячу лет погружался вниз, но не мог найти его основания, а Брахма тысячу лет возносился вверх, но не мог найти его вершины. Оба вернулись обескураженные. Тогда им явился Шива, чья природа — ананда, и объяснил им, что они едины в нём, своём высшем владыке, столпе света, который триедин, и что наступающий век Брахмы должен быть рождён из Вишну, который должен будет заботиться о нём, пока в конце его они оба снова не увидят своего высшего господа.

Люди иногда думают, что возносясь вверх, они могут найти Бога, но истина в том, что если даже тысячу лет они будут падать вниз от своего нынешнего состояния, они не найдут Богу конца. Это не значит, что когда он здесь, он невидим нам и неизвестен. Он здесь, видимый и знакомый, ибо мир, который мы видим своими глазами — его сат, сознание, которое нам известно — его чит, а "я", которое мы не можем не утверждать — его ананда. Каждый из нас — тот столп света, как бы мы ни двигались в пространстве бытия или во времени сознания. И ни одному человеку никогда не убежать от этих трёх реальностей — он не может сказать "меня нет"; он не может сказать "я бессознателен", и наконец, не может поступить иначе, кроме как основывать своё знание на внешнем мире бытия. Хотя могут быть миллионы миров внутри миров и существ внутри существ, сат, чит и ананда присутствуют везде, и везде они в единстве. Вещи, которые мы видим, трогаем, слышим, нюхаем и пробуем на вкус — это сат, истинное существование, и в этом мире бытия никакому человеку не убежать от того, на что мы все полагаемся — от свидетельства чувств, даже если его ясновидение будет простираться через все возможные планы вверх по столпу света.

Бог-Вселенная, Саччидананда Брахман, который не состоит из трёх реальностей, соединённых вместе, но есть То[2], распространяется во времени и пространстве, что мы называем проявлением, где качества сата и чита действуют среди таинственных циклических изменений, происходящих в жизни вечного сверхсущества.

И мы оказываемся в таком вот двойственном мире материи и сознания, двух великих начал — пассивного и активного. В VII главе Бхагавад-гиты Кришна говорит: "Земля, вода, огонь, воздух, эфир, манас, буддхи и ахамкара — таково восьмеричное подразделение моего проявления". Последнее слово здесь — "пракрити", переводимое иногда как "природа" или "материя", но слово "проявление" лучше передаёт его смысл, поскольку "слово пракрити" происходит от корня "кри" — "делать", с приставкой "пра" — что значит "вперёд". Некоторым изучающим может показаться странным, что эти восемь проявлений упоминаются вместе, как бы образуя один класс, и названы в следующем стихе "моим низшим проявлением". Но для этого есть веская причина, ибо они действительно принадлежат к одному классу, хотя и распадаются внутри него на два подразделения, состоящих из первых пяти и последних трёх соответственно. Первые пять обозначают пять планов человеческой эволюции: земля — это физический план, вода — астральный, огонь — ментальный, воздух — буддхический, а эфир — атмический, или нирванический. Санскритское слово, переведённое здесь как эфир — акаша, и она считается коренной материей вышеперечисленных планов. Для нашей нынешней цели их можно считать одним миром, имеющим пять степеней плотности материи, не обращая внимания на переходы между ними и рассматривая его как единый мир, в котором эти оттенки незаметно переходят друг в друга, от самой высшей точки до самой низшей.

Остальные три подразделения "моего проявления" — манас, буддхи и ахамкара. Это знакомая теософам триада атма-буддхи-манас. Они — три силы или способности сознания. Ахамкара буквально означает "я-делание" и совпадает с теософической идеей атмы. Манас — это способность, которой сознание познаёт материальный аспект мира; буддхи — это то, что узнаёт сознание внутри этого мира; а ахмакара или атма — это то, что индивидуализирует эти опыты, тем создавая для каждого из нас "мой мир" и "моё сознание". Эта последняя способность знает единое Я, но проявляет его в тысячах и миллионах кажущихся "я".

Помещая сознание и материю в один класс, Кришна не подразумевает, что сознание в каком-то отношении выше материи. Мы не должны думать, что сознание проявляется в пятеричном мире откуда-то свыше; материя и сознание — равные партнёры, два аспекта одного проявления. Дело обстоит не так, будто жизнь, или сознание, проявляется в материальном мире сверху вниз с разной степенью силы. Мир — в такой же степени есть мир жизни, как и мир материи; они перемешаны и в целом в равной мере.

Чтобы понять это, рассмотрим следующее. На физическом уровне мир кажется нам миром материи. Она столь очевидна, вездесуща, важна, и занимает такое доминирующее положение, что нам вообще с трудом удаётся распознать на этом плане хоть какую-нибудь жизнь, и даже тогда мы находим лишь точки или искры её в людях, животных и прочих существах. Он выглядит в значительной мере как великий мир материи, в котором воплощена лишь малая толика жизни. Вступая на астральный план, обнаруживаешь изменение — материя там преобладает несколько меньше, а жизнь чуть более видима — силы сознания более влиятельны, а материя не столь жестка и неподатлива, и ставит меньше препятствий. На следующем уровне, нижнем подразделении ментального плана, жизнь присутствует в ещё более заметной степени, а материя не так преобладает. Таким образом, эти три уровня — физический план, астральный и низшая часть ментального — составляют область, о которой можно сказать, что материи там больше, чем жизни.

Теперь рассмотрим высший из пяти планов. Здесь условия совершенно противоположны тем, что преобладают в физическом мире. Это великое, никогда не застывающее море сил сознания. Когда посвящённый четвёртой степени впервые вступает на этот план, то сразу он вообще не может обнаружить там материи или формы. Там так же трудно найти материю, как на физическом плане трудно найти сознание. Некоторое свидетельство этого можно увидеть в попытках описания нирванического плана, предпринятых Ч. Ледбитером в статье о нём во втором томе книги "Внутренняя жизнь"[3]. В том сравнении, которое мы приводим, условия буддхического плана будут противоположны условиям астрального, а условия условия высшего ментального — условиям низшего ментального.

И если гость из какого-то иного состояния бытия посетит наше пятеричное поле проявления, то если ему случится войти туда на физическом уровне, он опишет его как мир материи, в которой есть точки жизни, центры сознания, но если он коснётся его на уровне атмическом (или нирваническом), он назовёт его миром сознания, в котором имеются некоторые точки материи.

Эти принципы показаны в следующей таблице:

В индусской и теософической литературе для указания на три существенных компонента сознания используются термины иччха, джняна и крия. Обычно их вполне верно переводят как воля, мудрость и деятельность, но значение этих слов в данном контексте не будет верно понято без ясного осознания того, что они относятся к состояниям сознания и ни к чему иному.

Эти три состояния сознания соединяют существо, обладающее ими, с тремя великими мирами — иччха, или воля, соединяет его с Я; джняна, или мудрость — с миром самого сознания; а крия, или деятельность — с миром вещей, или бытия. Потому джняна — это сама суть сознания.

Увидев огромный диапазон этих трёх состояний, мы можем осознать неадекватность их английских наименований, которые фактически привлекают внимание в основном к позитивному их аспекту, то есть касающемуся их внешнего действия. А ведь сознание всегда двояко — оно восприимчиво (может узнавать) и активно (может влиять), иначе говоря, оно обладает способностями и силами. Так и каждое из трёх состояний является и способностью, и силой.

Иччха — наше сознание себя, а также сила воли. Джняна — наше сознание других, а также сила любви. Крия — наше сознание вещей, а также сила мысли.

Ни на каком плане, никаким ясновидением нельзя увидеть сознание. Увидеть можно только существо, а сознание можно лишь переживать, и конечно, оно может быть пережито любым сознательным существом. Давайте осознаем, что каким бы великолепным в сравнении с другими вещами ни был тот аспект, в котором дживатма, или живое я, проявляется в виде существа на высших планах, всё же он принадлежит к миру вещей, сату. А сознание ни в какое время и ни на каком плане не подвержено ограничениям сата, или же, если выразить тот же факт иным способом, который впрочем не лишён опасности неверного понимания, оно может быть и есть сразу везде, и может переходить из одного места в другое без необходимости преодоления разделяющего их пространства. Оно проходит лишь через время. Если, например, я попрошу вас перейти из одного места в другое, а когда вы сделаете это, спрошу: "Что вы делали? Двигались ли вы?", я должен ожидать такого ответа: "Я думал; я воспринимал движение тела".

Человеческие существа могут узнавать о положении и движении своих тел лишь благодаря заключению, сделанному из наблюдения через чувства. Если вы легли спать на боковой полке плацкартного вагона, и поезд идёт ровно, вы не можете сказать, едете ли вы головой вперёд или назад; но подняв штору и посмотрев на проносящиеся огни и прочие предметы, вы делаете вывод об этом и передаёте телу предполагаемое ощущение о движении в определённом направлении.

Если понять эту свободу от пространственных ограничений, которой пользуется сознание, и памятовать о ней, то можно получить верное представление о природе его воли, мудрости и деятельности.

Когда люди говорят о Боге, то как правило они не думают о Вселенском Боге, о котором я говорил, но представляют того бога, который являет собой высшее сознание нашей Солнечной Системы. Он — единое сознание, которому причастны мы все — оно не поделено между нами, но вместе с ним мы участвуем в нём. Это великое сознание, называемое теософами нашим солнечным логосом, демонстрирует три способности — к воле, к мудрости и к деятельности. В сущности он Вишну, но его воля приводит его в соприкосновение с Шивой, а его деятельность — с Брахмой. Но по аналогии аспекты этого Вишну тоже называются Шива, Вишну и Брахма. Хотя эти персонификации могут ввести в заблуждение, я упоминаю их, поскольку хочу рассказать историю о том, как Вишну сотворил свой мир.

Самым первым, владеть творческой силой, или божественной деятельностью, был послан Брахма. Чтобы людям это было понятно, в книгах говорится, что он совершал свою работу сидя в медитации, и что при его медитации силой его мысли миры обретали форму. Такой была его деятельность. Тем, кто после него вступил в материальный мир и наполнил его жизнью, был Вишну, а затем там появился Шива со своей силой, которая есть "Я".

Истинный Брахма — вне сознания, но не этот Брахма, поскольку он — лишь олицетворение крийи нашего солнечного логоса. Я рассказал эту историю просто чтобы показать, что творение — это не действие, совершаемое в пространстве руками и ногами, а то, что мы называем мыслью. Материя пространства мира сата испытывает касание силы крийи и под её влиянием принимает форму.