Читаем Секретарь парткома онлайн бесплатно

Над растянувшимися вдоль шоссе деревенскими домами, поднимался рассвет. Где-то за деревней мычали коровы и слышались удары пастушьего кнута. Они, словно выстрелы, эхом разносились по округе. Деревня Кленовики просыпалась. Кроме старых крестьянских изб, на краю деревни стояли четыре современных, трёхэтажных, многоквартирных дома, построенных из белого кирпича. В одном из этих зданий, на третьем этаже, жила семья Мальковых. В их двухкомнатной квартире, на раздвинутом диване спал молодой мужчина. Его звали Мальков Вадим Николаевич. Он мирно похрапывал, а его жена в этот момент выгоняла из сарая свою тёлку, чтобы передать её в стадо пастуху. Сегодня была её очередь вставать раньше мужа.

Прозвенел будильник. Вадим резко поднялся с раздвинутого дивана и обнаружил, что жены рядом нет. Он вспомнил, что она занимается домашним хозяйством. Они с женой держали поросёнка, телёнка и кроликов. Дети ещё спали. Он взглянул на часы и понял, что пора будить детей, скоро прибудет автобус, чтобы везти их из деревни Кленовики в крупный посёлок Молотово, в школу и в детский сад.

– Вова, Надя, вставайте, пора собираться на автобус, – громко сказал он.

Ему тоже надо было сегодня ехать в город, но не на работу, как обычно, а в райком партии. Ещё вчера позвонила ему инструктор Иванова и сообщила, что его вызывает заведующий орготделом Мытников.

Девятилетний Вова встал первый и пошёл в туалет, а потом в ванную умываться. Надя была младше его на три года и не хотела вставать.

– Надя, вставай скорей, а то опоздаешь на автобус. Он тебя одну ждать не будет, – продолжал её будить отец.

Она стала хныкать, сказала, что не хочет идти в садик.

– С кем же ты останешься дома, мы с мамой уйдём на работу, а Вова уедет в школу. Давай вставай, – продолжал уговаривать дочку отец, и его нервы не выдержали. Он с раздражением откинул с дочки одеяло и снял её с кровати. Она ещё сильней заревела, и он нашлёпал её рукой по заднице.

– Совсем тебя мама избаловала, меня даже не слушаешься!

В этот момент вошла в квартиру жена и воскликнула: «Что тут происходит, почему ревим?» Вадим объяснил Веронике ситуацию, и она приласкала Надю.

– Не плачь моя, хорошая, мы сейчас твоего папку налупим.

Вероника два раза стукнула мужа, приговаривая: «Нельзя бить ребёнка».

– А ты поступаешь не педагогично, – с обидой произнёс муж. – Ты, таким образом, настраиваешь детей против меня и балуешь их. Если я детей наказываю, то ты должна меня поддерживать. Он не стал завтракать и, выходя из квартиры, хлопнул дверями.

Деревня Кленовики находилась на территории совхоза «Молотово». Эти кирпичные дома строила для совхоза передвижная механизированная колонна, в которой работал Вадим инспектором отдела кадров. В первоначальном проекте эти здания должны быть в два этажа, но для своих работников руководители ПМК решили достроить третьи этажи. Двухкомнатную квартиру на третьем этаже Вадим получил от передвижной механизированной колонны. По совместительству он там выполнял обязанности юриста, окончив недавно заочно юридический институт. Кроме того, он ещё являлся секретарём партийной организации. Но за эту общественную должность он зарплату не получал. За обязанности кадровика ему платили сто десять рублей в месяц, плюс за должность юриста ему доплачивали двадцать рублей.

Его жена Вероника работала заведующей деревенским клубом, и её зарплата составляла восемьдесят рублей в месяц. Денег Мальковым не хватало и им приходилось держать поросёнка, телёнка, кроликов и выращивать в своём огороде овощи. В соседнем совхозе в селе Климово жили родители Вероники. Отец там работал в совхозе шофёром, а мать бухгалтером. Родители часто помогали Мальковым деньгами и продуктами.

Вадим пришёл на автобусную остановку раньше времени, так как по расписанию автобус должен проезжать и останавливаться здесь через двадцать минут. Он мог бы успеть позавтракать, но Вероника обидела его, и он из принципа ушёл раньше. «Перекушу в столовой», – решил он.

Выглядел он, обычным парнем в возрасте тридцати трёх лет, среднего роста, летом носил фетровую шляпу и костюм с галстуком. Так, одевалось большинство советских служащих. Работал Мальков в районном городе Ромске, расположенном за тридцать километров от его деревни. Ему не нравилось каждый день ездить на работу на автобусе, который часто опаздывал и нарушал расписание. Но другой работы не было, и директор ПМК спокойно относился к его опозданиям, понимая, что виноват транспорт. Иногда удавалось доехать до Ромска на попутной машине.

На этот раз автобус прибыл вовремя и Мальков, купив билет у водителя, остался стоять в проходе, так как свободных мест не было. По утрам автобус всегда был переполнен.

Пока он ехал, всё думал о причине его вызова в райком партии: «Наверное, Мытников будет меня ругать за задержку в проведении партийного собрания. И протокол предыдущего собрания я ещё в райком не сдал». Но в действительности его вызвали в райком по другой причине. К десяти часам он успел прибыть на место и уже стоял возле кабинета заведующего организационным отделом. Постучав робко в полированную дверь, он услышал мужской голос: «Заходите!» В кабинете, кроме Мытникова никого не было.

– Проходи, Вадим, присаживайся, – спокойным голосом сказал хозяин кабинета, и ему кто-то позвонил по телефону, стоявшему на столе. Пока тот разговаривал по телефону, Вадим обратил внимание на холёный вид этого молодого партийного чиновника. Мытников был крупным человеком, лет тридцати пяти, с интеллигентным видом. Он недолго разговаривал по телефону и, обращаясь к Малькову, с загадочной улыбкой произнёс:

– Ты, у нас теперь номенклатурный человек, и мы должны продвигать тебя по партийной и служебной лестнице. Ты знал об этом?

– Нет, не знал.

– Номенклатура – это люди, предназначенные для руководящих должностей, – стал объяснять заведующий орготделом. – Тебя внесли в этот список, после того, как ты отработал в райкоме комсомола три года инструктором. Я тоже отработал в комсомоле пять лет и меня перевели сразу сюда, в это кресло. Первый секретарь райкома партии хочет предложить тебе должность секретаря парткома совхоза «Молотово», на территории которого ты живёшь. Зарплата там у тебя будет двести рублей в месяц. И ездить тебе в город придётся не часто. Ну, что? Согласен?

Вадим сидел в полном недоумении. Он думал, что его будут ругать, а получилось наоборот. И зарплату предлагают почти, как у начальника ПМК Фроловского. У того лишь на двадцать рублей зарплата больше. После минуты размышления он ответил:

– Да, я согласен. Но я не знаю, какие там будут у меня обязанности?

– Сейчас всё узнаешь.

Геннадий Андреевич по другому телефонному аппарату, для внутренней связи, позвонил и сказал, что у него сидит Вадим Николаевич Мальков и он согласен. После этого, обращаясь к Вадиму, Мытников сообщил:

– Поднимайся наверх в кабинет первого секретаря, и он тебе всё объяснит.

В двухэтажном здании райкома партии на первом этаже в двух кабинетах находились работники райкома комсомола. Они трудились под крылом старших товарищей коммунистов. Вадим здесь раньше тоже работал инструктором, и это здание ему было давно знакомо.

Выходя из кабинета Мытникова, он в коридоре столкнулся с Людмилой Ермоловой – вторым секретарём райкома комсомола. Она ещё продолжала здесь работать. Они радостно поздоровались.

– Какими судьбами здесь? – спросила она.

Вадим кратко сообщил ей о своём назначении секретарём парткома совхоза «Молотово».

– Я поздравляю тебя с этим почётным назначением и желаю удачи, – с улыбкой на её симпатичном лице, сказала Людмила.

Возле кабинета первого секретаря райкома партии сидела за письменным столом секретарша. Увидев Вадима, она приветливо улыбнулась и предложила заходить в кабинет.

Первым секретарём Ромского райкома КПСС был Фёдоров Николай Степанович, не молодой мужчина, с суровым выражением лица, на котором отражалась забота за судьбы района. Когда Мальков зашёл в кабинет, Фёдоров на миг взглянул на него и указал рукой на стул, а сам продолжал разбирать на столе бумаги. Минут через пять он поднял свой взгляд и сказал:

– Мытников тебе, значит, всё объяснил и ты согласен. Завтра я буду в конторе совхоза и представлю тебя директору. Буду там часам к одиннадцати. А сейчас поезжай на работу в ПМК и оформляй своё увольнение. Постарайся сегодня же отдать трудовую книжку в сектор учёта райкома.

– Николай Степанович, а какие обязанности у меня будут в совхозе? – спросил Вадим.

– Ты должен будешь проводить в совхозе линию партии, отвечать за воспитательную работу среди рабочих. Директор по партийной линии тебе должен подчиняться. Будь с ним построже. Остальные подробности партийной работы тебе расскажет инструктор райкома партии Иванова. Всё, поезжай в ПМК.

––

В этой строительной организации, Вадим отработал около трёх лет. К работникам давно привык и чувствовал себя здесь комфортно. Подойдя к зданию конторы, он на миг остановился, как бы прощаясь, и поднялся на второй этаж. Его кабинет отдела кадров находился в конце коридора, надо было пройти мимо бухгалтерии. Дверь в бухгалтерию часто находилась открытой, и он поздоровался со всеми. Пока он не стал сообщать о своём переходе на другую работу.

В кабинете отдела кадров было уютно и тихо. Вадим сел за свой письменный стол и задумался. На него нахлынули воспоминания о проделанной здесь работе. В его обязанности входило оформлять трудовые книжки работников. Обычно человек приходил устраиваться на работу в отдел кадров и предъявлял ему, как инспектору, свою трудовую книжку. Начальник ПМК Фроловский говорил ему, чтобы принимал всех без разбора, так как рабочих на стройке не хватало. А план надо выполнять любой ценой. И приходилось брать даже таких, у кого имелось по три статьи за прогулы. Через некоторое время таких работников приходилось тоже увольнять за пьянство и прогулы, а потом принимать назад.

Свою трудовую книжку Вадим вынул из общей стопки в ящике и сделал авторучкой запись: «Уволен из ПМК в порядке перевода». Теперь осталось дать трудовую книжку директору на подпись, но его, как обычно с утра в кабинете не было. Он ездил на уазике по строительным объектам, разбросанным по всему району. До обеденного перерыва оставалось ещё больше часа. Обедал Вадим в столовой при ПМК. Там было всё дешевле, чем в городских столовых, потому что организация доплачивала за своих работников.

Делать было нечего, да и не хотелось сегодня ничего делать в последний день. Он пошёл сначала в плановый отдел, чтобы передать Любови Васильевне свои партийные дела, так как она была его заместителем. Узнав о его переводе на должность штатного секретаря парткома, она радостно встретила эту новость и две других сотрудницы планового отдела тоже начали его поздравлять с повышением. Всё это выглядело искренне, и Вадим растрогался. Затем он пошёл в бухгалтерию и там тоже все радовались за него. А главный бухгалтер Крапивин Сергей Александрович сказал: «Если хотите, то я вам поставлю печать и без директора, если он не приедет сегодня».

Крапивин пользовался в коллективе большим уважением, он был уже пенсионером, с седой головой, ветеран войны. Он сообщил, что сегодня утром Малькова искал шофёр ПМК Соколов.

– Он хотел у вас, как у юриста, проконсультироваться, но о чём не сказал.

Затем они с Сергеем Александровичем решили, что дела в отделе кадров надо временно передать Николаю Васильевичу, диспетчеру ПМК. Раньше он уже кадрами занимался. К шестнадцати часам Мальков успел прийти в райком партии и отдал свою трудовую книжку в сектор учёта.

Домой в Кленовики Вадим вернулся на последнем автобусе. Жены дома не было, а Вова с Надей смотрели по телевизору мультфильмы. Вадим знал, что Вероника должна быть на работе в клубе, но спросил детей: «Где мама?» Они хором ответили, что она в клубе. С виноватой улыбкой он поцеловал Надю, и она продолжала смотреть телевизор, делая вид, что не обижается. Тогда он достал из своего дипломата две шоколадки и дал детям.

– Я дойду сейчас до клуба, мне надо маме сказать, что меня переводят на новую работу. Вы посидите одни? – спросил отец.

– Ладно, иди, мы подождём, – согласился Вова.

Клуб находился в самом конце деревни, на расстоянии от дома около восьмисот метров. Подходя к клубу, деревянному зданию, похожему на жилой сельский дом, Вадим услышал звуки музыки и голоса из динамиков. Значит, в клубе шёл какой-то фильм. Летний вечер был прохладным, но от быстрой ходьбы он вспотел.

Вероника обычно пропускала в зал по билетам, которые продавал киномеханик, и сидела возле дверей. Как он и ожидал, в затемнённом зале он сразу увидел жену, сидящую в заднем ряду с краю.

Она повернула голову в его сторону и тихо спросила: «Что случилось? Что с детьми?»

– Дети смотрят телевизор, скоро будет передача «Спокойной ночи малыши». А меня переводят сюда в совхоз, на должность секретаря парткома, – тихо сообщил Вадим. – Пойдём на улицу поговорим.

Они вышли на улицу. Солнце спряталось за крышами деревенских домов, но было ещё светло. Вероника жмурилась после темноты и Вадим её спросил:

– Что за фильм идёт?

– «Кингконг» – ответила она. – Новый американский фильм, очень интересный и страшный. Про гигантскую обезьяну.

Она посмотрела со стороны на мужа и сказала:

– Ты слишком молод для такой трудной должности. Вряд ли справишься. А твоего предшественника Кокорина куда переводят? – спросила она.

– Его переводят в другой совхоз на должность директора. Если всё будет нормально, то и меня поставят куда-нибудь директором.

– Это было бы замечательно, – согласилась она. – Пойдём домой. Я сейчас скажу киномеханику, чтобы он запер клуб после сеанса. Сегодня танцев не будет.

Вероника зашла в аппаратную пристройку и через минуту вышла оттуда. «Всё, я договорилась. Пошли».