Читаем Секрет пропавшей дамы онлайн бесплатно

Florian Beckerhoff, Barbara Scholz (ill.)

NICKEL UND HORN. SONDEREINSATZ F"UR FRAU PERLE

Серия «Детективное бюро Никель и Хорна»

С иллюстрациями Барбары Шольц

Разработка серийного дизайна Лианы Каримулиной

– Эй, Хорн! – пропищала Никель из своего ящичка.

– Чего тебе? – отозвался Хорн с жёрдочки.

– Неужели тебе совсем не скучно?

– Почему мне должно быть скучно? – возразил Хорн. – Когда-то у берегов Мадагаскара, когда я был корабельным попугаем у капитана Трюфеля, мне было ужасно скучно. Потому что тогда мы…

– …Болтались шесть недель при полном штиле, и матросы отказывались сесть на весла, – перебила его Никель. – Всё это ты мне рассказывал уже сорок семь раз.

– И что такого? – возмутился Хорн. – Всё же было на самом деле! Тогда ты расскажи мне что-нибудь интересное из жизни морской свинки.

Зелёный попугай обиженно отвернулся от своей подружки и выглянул в окно. Уже сгущались сумерки, и сквозь густой снегопад еле виднелся дом на другой стороне улицы. К счастью, в квартире господина Локона было тепло, как в джунглях у реки Амазонки.

Знаменитый в былые годы детектив сидел в кресле возле печки и дремал. Экономка фрау Перламутр подложила в неё дров и ушла гулять с Вислоухом, старым псом господина Локона.

Но они уже возвращались: в дверном замке повернулся ключ, и Вислоух тут же вбежал в квартиру.

– Не так быстро, мой зайчонок! – пропела фрау Перламутр и придержала пса за ошейник. – Ты мокрый, можешь простудиться или испачкать ковёр!

Вислоух тут же остановился.

– Да, молодец! Какой умный пёсик! – похвалила его экономка. Она повесила своё пальто в гардеробную и поспешила в ванную. Вскоре фрау Перламутр вышла, держа в одной руке полотенце, а в другой фен господина Локона и щётку.

– Эй, Хорн, гляди-ка! – прошептала Никель. – Кажется, она решила помучить собаку!

– Ну и что? – мрачно буркнул Хорн, но всё же повернулся, услышав шум фена.

Фрау Перламутр присела на корточки рядом с Вислоухом и сушила его с головы до хвоста. Но псу это не очень-то нравилось.

– Как сирокко у берегов Алжира, – сказал Хорн. – Такой там был ветер из пустыни, ужасно жаркий, даже паруса вспыхивали огнём!

– Тихо! Стой тихо, мой зайчоночек! – уговаривала фрау Перламутр пса, которому уже надоело терпеть. – Нет-нет, нельзя бегать по квартире с мокрой шерстью!

Никель хихикнула. Рассмеялся и Хорн: так комично выглядел Вислоух, когда вдобавок к сушке экономка стала расчёсывать его шерсть щёткой. Наконец она закончила и отпустила приведённого в приличный вид пса к господину Локону.

– Успокойтесь, домоседы! – проворчал Вислоух морской свинке и попугаю и улёгся на коврик.

Чуть позже фрау Перламутр ушла. А господину Локону захотелось ещё немного посидеть у печки. В квартире стало совсем тихо, лишь потрескивали горящие дрова, тикали старые часы да храпел Вислоух. Вскоре задремали и господин Локон с Хорном. Фрау Перламутр всегда расстраивалась, когда старый сыщик спал ночью в своём кресле.

– Не спите! – громко крикнула Никель и, выскочив из своего ящичка, подбежала к господину Локону. – Вы должны ещё прочитать нам детективную историю.

Вислоух заворчал во сне, но господин Локон тут же почесал его за ухом. Поскольку Никель и Хорн больше не помогали старому сыщику расследовать дела, он читал им каждый вечер детективные рассказы. Конечно, это не сравнить с настоящим следствием, но читать детективные истории тоже увлекательно. Господин Локон зевнул и протянул руку за толстой книгой в кожаном переплёте. Она лежала на столике возле его кресла. На книге золотыми буквами было написано:

Господин Локон положил книгу на колени, укрытые шерстяным пледом, и раскрыл её. Старые страницы зашелестели, Хорн тут же встрепенулся. Он торопливо перелетел с жёрдочки на подлокотник кресла.

– Что вы хотите послушать? – спросил господин Локон.

– Как я поймал бананового вора! – сказал Хорн. – Или как я спас заднеафриканскую пукалку!

– Мы ведь сделали это вместе! – возмутилась Никель.

– Тут нет таких историй, – улыбнулся старый сыщик.

– Но ведь это лучшие на свете детективные истории! – воскликнул попугай.

– Нет, – ответил господин Локон. – Это настоящие, подлинные преступления, раскрытые нами. А в книге лишь придуманные истории.

– О гнилые кокосы! Какая глупость! – возмутился Хорн. – Зачем что-то придумывать, ведь в жизни мы сталкиваемся с гораздо более интересными и увлекательными вещами? Когда я плавал на пиратском корабле с капитаном Трюфелем, мы всегда рассказывали только правдивые истории! А тех, кто врал или преувеличивал, тут же отправляли на корм акулам.

– Нет, погоди, – возразил господин Локон. – У сыщиков, главных героев этих историй, можно очень многому научиться. Я знаю это по своему опыту. Некоторые вещи сначала случаются в книгах и только потом в жизни. И часто бывают не менее увлекательными!

– Точно! – пискнула Никель. – И не надо спорить каждый вечер об одном и том же, Хорн! Ты лучше просто послушай!

– Не препирайтесь, – улыбнулся господин Локон. – А сегодня я расскажу вам про самого знаменитого на свете сыщика – Шерлока Холмса. Эта история будет о том, как он искал пропавшую невесту!

– Какую ещё невесту? – проскрипел попугай.

– Тише! – пропищала морская свинка. – А теперь подними меня, пожалуйста!

Хорн с неохотой спланировал вниз, схватил Никель коготками и посадил на плечо господина Локона, чтобы она смотрела в книгу вместе со старым сыщиком. А потом опять сел на подлокотник кресла.

Господин Локон поправил очки, сделал глоточек чая, кашлянул. И начал читать рассказ о знаменитом детективе и его помощнике докторе Ватсоне. Однажды к ним пришёл мужчина и сказал, что у него исчезла невеста.

– Ясное дело! – заявил попугай. – Она не хотела выходить за него замуж!

– Тише! – воскликнула морская свинка.

– Дорогой мой Хорн, как думаешь, стал бы он самым знаменитым сыщиком на свете, если бы всё было так просто?

– Я думаю, что Шерлок Холмс существует только в книгах. На самом деле это вы самый знаменитый на свете сыщик, да-да! Кто может сравниться с вами? Господин Локон, вы как самый высокий холм среди всех детективов, не то что этот Холм из Лондона!

– А теперь закрой, пожалуйста, свой клюв! – сказала Никель.

– Это ты закрой свой клюв! – огрызнулся Хорн.

– Какой ещё клюв? У меня нет клюва! – возразила морская свинка.

– Так читать мне дальше или нет? – устало спросил господин Локон и уже хотел захлопнуть книгу.

– Извините нас! Да-да, читайте, пожалуйста! – воскликнула Никель.

– Неужели это интереснее, чем настоящие истории? – буркнул попугай. – Что ж, послушаем.

Потом они замолчали и не сказали ни слова, пока господин Локон читал им рассказ. В конце преступление было раскрыто, и Шерлок Холмс сыграл возле камина на скрипке.

– Ну как? – спросил господин Локон. – Что скажете?

– Наплетено с три короба, – заявил Хорн. – Детектив играет на скрипке и заставляет своего помощника читать газету! Кто этому поверит?

– Почему же наплетено? – возразила Никель. – Я считаю, что Шерлок очень ловко раскрыл преступление. На мой взгляд, вы тоже могли бы играть на скрипке, а я бы почитала газету.

– Спасибо за комплимент, – сказал господин Локон. – Но у меня, к сожалению, абсолютно нет музыкального слуха!

– Вот именно! – проскрипел Хорн. – Иначе вы были бы скрипачом, а не таким проницательным сыщиком, как в те годы, когда мы с вами успешно расследовали самые запутанные случаи!

Потом они немного поговорили о прежних временах, когда господин Локон был моложе. Но особенно долго они вспоминали заднеафриканскую пукалку, которую Никель и Хорн спасли вместе с соседским мальчиком Паулем. К тому же почти без помощи господина Локона! Попугай и морская свинка давно ничего не слышали о Пауле и надеялись, что он когда-нибудь всё-таки заглянет к ним в гости. Тогда они вспомнят всё, что с ними случилось в те дни. Возможно, кто-нибудь даже напишет об этом увлекательном приключении рассказ, и он точно войдёт в число лучших на свете детективных историй. Никель и Хорн ничуть не сомневались в этом и, довольные, пошли спать. Фрау Перламутр разбудит их завтра ни свет ни заря! Господин Локон пожелал им доброй ночи и лёг на свою кровать, чтобы не огорчать фрау Перламутр.

– Эй, Хорн, – позвала Никель, когда удобно устроилась на своей подушечке.

– Чего тебе? – отозвался Хорн.

– Ах, ничего! – ответила морская свинка. – Доброй ночи!

– Доброй ночи!

Жизнь в квартире господина Локона текла каждый день одинаково. Новыми были только истории, которые старый сыщик читал вечерами, и еда, которую готовила днём фрау Перламутр. Вот и всё разнообразие. Хорн был доволен тем, что они вспоминали былые приключения. Единственное, что ему не нравилось, – это запах, наполнявший квартиру, когда фрау Перламутр жарила или варила мясо. Никель иногда скучала, но и она радовалась, что им не нужно покидать квартиру в такую ужасную погоду!

То декабрьское утро показалось морской свинке и попугаю ещё более скучным, чем остальные декабрьские утра. За окнами давно уже начался хмурый зимний день, но в квартире всё ещё было тихо и необычайно холодно. Не скрипнул ключ в замке, не вскочил радостно Вислоух, не послышался протяжный возглас: «Доброе утро, мой зайчоночек» – и не запахло едой. Конечно, Никель и Хорн могли бы проспать целый день, но их разбудило недовольное повизгивание и ворчание пса. Вислоух, кажется, срочно должен был выйти на прогулку!

– Ты что ругаешься? – проскрипел Хорн. – Ведь мы сидим тихо и не шумим.

– Да-да, мы никого не тревожим, – сонно поддержала его Никель.

Но Вислоух даже не слышал их! Он в панике бегал возле входной двери и скулил. Лаять пёс не смел, чтобы не разбудить спящего хозяина. Неожиданно Хорн засмеялся.

– Бедный зайчик хочет пи-пи, – пропел он голосом экономки. – Ой-ой-ой, какая проблема!

Попугай хрипло захихикал, но тут же замолчал, потому что Никель не поддержала его.

– Не будь таким злюкой, – пропищала она. – Вислоух не виноват, что он не кошка и у него нет лотка!

– Нельзя уж и пошутить немного, – буркнул Хорн и перепорхнул на кресло, чтобы посмотреть на часы. – Погнутая мачта корабля! Мне кажется, что солнце за тучами уже стоит в зените! Да уже полдень!

– Что такое? – спросила Никель. Она тоже подбежала к креслу и убедилась, что на часах уже почти полдень. – Почему Вислоух ничего не говорит хозяину?

– Да, почему ты ничего не говоришь? – обратился Хорн к старому псу.

– Потому что я не хочу будить господина Локона, – провыл Вислоух. – Но мне ужа-а-асно срочно надо выйти. У-у-у-у-у-у-у-у-у!

– Ты не должен будить его только ночью, – сказала морская свинка.

– Ты говоришь так только для того, чтобы меня потом наказали, – фыркнул Вислоух.

– Глупости! Мы, наоборот, должны его разбудить! Клянусь корабельной навигацией, этот пёс уже разучился думать своей головой! Ведь господин Локон должен выяснить, почему не пришла фрау Перламутр! – стал возмущаться попугай.

С этими словами он полетел к двери спальни и закричал что есть силы:

– Господин Локон! Просыпайтесь! Человек за бортом! Трево-о-о-о-ога!

И всё-таки голос попугая был недостаточно громким, а без помощи Вислоуха он не мог нажать на дверную ручку.

– Ты должен это сделать! Разбуди господина Локона, – сказала Никель.

– Но мне нельзя, – проскулил Вислоух.

– Пожалуйста! Под нашу ответственность! – умоляла морская свинка.

Однако, как и всякая хорошо воспитанная собака, Вислоух не мог вести себя по-другому. Он так не привык! Хотя псу срочно требовалось выйти на улицу, Никель убеждала его целых двадцать семь минут, что он неправильно понимает свои обязанности. Конечно, в экстренной ситуации он должен разбудить хозяина, а сейчас у них возникла как раз такая ситуация!

– Гаф-гаф, – неуверенно и робко пролаял пёс.

– Даже я ничего не слышу, хотя стою рядом с тобой! – проскрежетал Хорн. – Ты собака или улитка?

Вислоух всё ещё побаивался громко лаять, но потом всё-таки собрался с духом и залаял, а после дико завыл, как голодный волк, – так у него болел живот! После нескольких попыток псу удалось подняться на задние лапы и надавить на ручку. Дверь распахнулась, и он ввалился в спальню господина Локона, а за ним по пятам и Никель с Хорном.

Старый сыщик сидел на кровати и озадаченно глядел на компанию зверят.

– Что случилось? – спросил он. – Почему я так долго проспал?

– Потому что этот вислоухий зайчик не хотел вас будить, – проскрежетал попугай и, волнуясь, пролетел по комнате.

Вислоух хоть и не понял, что сказал Хорн, но догадался, что это было что-то нехорошее. Пёс залаял, оправдываясь. Как и попугай, господин Локон понимал язык многих животных, хоть и не умел говорить на них. Но Вислоух лаял так взволнованно и бурно, что старый сыщик не мог его понять.

– Почему же Вислоух должен был меня разбудить? – сонно поинтересовался господин Локон.

– Потому что у нас чрезвычайная ситуация! – проскрипел Хорн. – Тревога! SOS! Человек за бортом, вернее, женщина! Женщина за бортом! Поэтому мы всё проспали, а псу срочно надо пойти гулять!

Наконец господин Локон окончательно проснулся и понял, что произошло. У этой странной ситуации было только одно объяснение.

– Фрау Перламутр не пришла! – сказал он. – В первый раз за тридцать два года!

– Так и есть, – подтвердила Никель. – Поэтому мы все проспали.

– Я же говорю: женщина за бортом! – воскликнул Хорн.

– Значит, я должен выйти с тобой на улицу, – сказал господин Локон Вислоуху.

Он с трудом встал, сунул ноги в красные шлёпанцы и надел клетчатый халат.

– Вы простудитесь на морозе! – запротестовала Никель.

– Вот именно! И всё потому, что он не может пользоваться туалетом! – воскликнул Хорн. – Пускай наконец попробует и не упрямится!

Господин Локон вздохнул, подошёл к гардеробу и надел кожаное пальто с меховым воротником. Фрау Перламутр подарила ему это пальто на Рождество пятнадцать лет назад. Никелю и Хорну тогда страшно не понравилось, что воротник оказался меховым! Теперь же они ничего не сказали, потому что не хотели, чтобы хозяин простудился. Господин Локон отпер дверь квартиры и только-только приоткрыл её, как Вислоух протиснулся мимо него на лестницу.

– Может, мы пойдём вместе с вами? – спросила Никель.

– Спасибо за предложение, – ответил господин Локон. – Но для вас на улице действительно слишком холодно.

Потом он, осторожно ступая, вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. Хорн немедленно взлетел и, схватив морскую свинку за шкирку, полетел с ней на подоконник.

– Гнилые кокосы! Я ничего не вижу! Кто испачкал мои очки? – выругался Хорн и стал напряжённо вглядываться в то, что происходило на улице.

– Опять пошёл снег, – сказала Никель. – Там почти ничего не видно.