Читаем Седьмой континент онлайн бесплатно

– Левее!..

Выкрик засосало в турбину двигателя. Черная махина снижалась, раскидывая пыль и песок и шинкуя лопастями солнечный свет. И сколько бы ни кричала Лидия, все ее попытки спасти только что выложенный пол разбивались о лоснящийся корпус гибридного вертолета.

– Ну нет! – решила Лидия, когда ее упрямые махи руками снова проигнорировали. – Только не сюда!

Директор по стратегическому развитию АО «Заслон» живо огляделась: строители в рыжих касках, горы мусора, скрежещущая бетономешалка… Ага, коробка с освещением!

Вертолет приземлился точно на расчищенное для него утром место. Лидия выдохнула, откинула пару длинных люминесцентных ламп, кои использовала в качестве ориентиров, и поправила выбившийся из прически локон. Где-то на заднем плане строитель сочным матом облил появившуюся волну на застывающем бетоне.

Во вновь образовавшейся тишине прорезались звуки. Сначала неосторожные, вроде стука молотков и шварканья плитки, потом осмелели шуруповерты и дрели, и вот уже наперебой долбили буры и чавкали бетономешалки. Лидия наспех глянула на свой защитный костюм и тут же смахнула с него желтый налет пыли – не гоже встречать начальника в грязном.

Беспокоиться ей об этом не стоило: как только Ипполит Станиславович, кряхтя, спрыгнул с последней ступени на пол, поднял вокруг себя такое же желтое облако, и черный костюм его тут же стал с дизайнерскими рисунками. Ипполит Станиславович фыркнул, смешно пнул ком грязи лакированным ботинком и надел круглые, еще, похоже, советские очки.

– Лидия Марковна! – обрадовался он, только увидев Лидию, и бодро зашагал навстречу. Пилот вертолета тактично закрыл за ним дверь. – Эко у вас тут грандиозно! А красота-то какая!

Ипполит Станиславович многозначительно обвел рукой пространство. Вряд ли его так впечатлили горы строительного мусора, скорее он говорил про Альпы. И действительно, в закатном солнце поблескивали далекие вершины гор и шуршал своими тайнами ветер.

– И правда. Жаль даже, что скоро мы будем их видеть только сверху. Ну, пойдемте, я вам тут всё покажу.

И они пошли. Путь их лежал через три возведенных ангара, еще не засыпанную гравием систему канализации, десятиметровые деионизаторы для наполнения воздуха кислородом к самой границе. Лидия Марковна ловко предупреждала всякий раз, как под ноги норовил попасться провод или яма, а Ипполит Станиславович, бессменный ведущий акционер «Заслона», глазел по сторонам, тыкал пальцем и улыбался как мальчишка. Раз они остановились поговорить с роботом–сварщиком, но тот оказался неразговорчив, и Лидия поспешила увести начальника дальше.

– Не зря бортовую аппаратуру изготавливали, – весомо сказал Ипполит Станиславович, глядя на трехметровую стену поодаль. Там, где они стояли, еще только возвели арматурные перекрытия, но бетоном не залили.

– И правда, не зря, – усмехнулась Лидия. – И радионавигацию. И пусковые комплексы. Магнитную подушку уже установили, – она посмотрела под ноги, и Ипполит Станиславович весомо кивнул, – а вон там, – махнула в сторону гор, за которыми стояло три ящика размером с ракеты, – магниты для основания. Еще год стройки, и мы полетим. Даже как-то… грустно.

– Отчего же грустно? – удивился Ипполит Станиславович, всё еще вдохновленно всматривающийся в горы. – Это же – прог–ресс!

– Прогресс, – подтвердила Лидия. – Только не верится мне, что хоть кто-то бросит все, – она подняла глаза к небу, – полетит и останется там. Глупость же?

– Я бы, Лидия Марковна, хоть сейчас! Бросил бы всё и махнул бы к небу, измерял бы там помехи, сопротивление воздуха, состав атмосферы… что еще? Ну это вы лучше меня знаете, что там еще можно измерять. Сел бы там в лабораторию, а на землю б только вперед ногами вернулся.

Лидия прищурилась и посмотрела на него с интересом.

– И что же, не жалко было бы работу бросать и семью? Внуков?

– Ради мечты, Лидочка, можно.

Смешок Лидия оставила при себе, только чуть улыбнулась, пока никто не видит. «Ради мечты»! Но Ипполит Станиславович всегда летал в облаках, хоть и такую карьеру построил. Нет, не верила она, что он всех своих внуков оставит на земле и поднимется с ними, передовым составом «Заслона», на полдесятка километров вверх, чтобы прожить свою жизнь в созданном с нуля городе Атрум.

А Ипполит Станиславович, судя по мечтательному выражению лица, верил.

***

Следующим утром Ипполит Станиславович поменял, наконец, смешной черный костюм–тройку на спортивный, и расхаживал по лабораторным павильонам. Лидия Марковна, видя, что начальство довольно темпами строительства, принимала объект №327 – ветровую турбину для мягкого снижения.

Идея проекта «Атрум» родилась в «Заслоне» внезапно. Лаборатория бортового оборудования для самолетов улучшала качество приема сигнала и столкнулась с проблемой: плотность воздуха на земле была на несколько ppm выше плотности воздуха на высоте.

Для рассмотрения вариантов собрали заседание ученых. Предложили создавать воздух из высших слоев атмосферы в условиях лаборатории самостоятельно. Получалось несложно, но «Заслон» не назывался бы «Заслоном», если бы остановился на простом варианте. Так что, когда будущее светило науки, старший научный сотрудник Половинкин робко предложил создать летающую лабораторию, идею восприняли с энтузиазмом: создавать будущее «Заслон» всегда любил.

Решили сконструировать простенькое летающее здание, которое поднималось бы на нужную высоту, висело там в течение месяца для проведения всех необходимых экспериментов, а затем спускалось на землю. Но тут лаборатории радиоволновых сигналов тоже срочно понадобился выход к более высоким слоям атмосферы. Решили сконструировать здание побольше. И тут расчёты показали, что построить три летающих здания финансово даже более выгодно, чем два…

Так команда под предводительством Лидии Марковны достраивала пятикилометровую по диаметру летающую лабораторию. Находиться на высоте без поддержки ресурсами она могла чуть более года. Нет, ну а что уж мелочиться, раз начали?

К вечеру все бумаги по срокам строительства были подписаны. Ипполит Станиславович вел Лидию к вертолету. Хотелось бы ей сесть в него и оказаться через пару часов в цивилизованном городе, а не среди роботов и потных рабочих, но она стоически сдержалась и не запрыгнула на сиденье пилота.

– Красиво строите, – протянул Ипполит Станиславович, в последний раз обведя взглядом громоздкие кучи материалов. – Молодцы!

Лидия спорить не стала: в конце концов, найди еще одну такую магнитную подушку в мире.

– Всегда ждем в гости.

Зашуршали вертолетные лопасти. Завихрился лениво песок, открылась, отсвечивая солнцем, дверь, и на бетонный пол галантно опустилась лестница. Ипполит Станиславович кашлянул, сгруппировался и стал как упорная, но слишком тяжелая черепаха, карабкаться вверх. Лидия прикинула, успеет ли она еще созвониться по поводу металлоконструкций сегодня.

– Лидочка, – гаркнул Ипполит Станиславович, уже стоя наверху лестницы, в попытке перекричать лопасти. Лидия от неожиданности подпрыгнула и уставилась на того, – ты права, внуков тоже надо взять! Думаю, трех кварталов для начала хватит!

Больше Ипполит Станиславович ничего не сказал, и вертолет унес его в Хорватию. Но ему и не нужно было: Лидия, хоть и молилась, чтобы старик забыл об этом по дороге, всё равно знала, что будет дальше.

***

Распоряжение пришло через неделю. Скачивая файл с чертежами, Лидия откупорила бутылку коньяка. «Атрум» решили расширить на квадратный километр. Сроки сдачи не подвинули. Бутылка коньяка была выпита за один вечер.

В помощь Лидии и прорабу прислали два ценных кадра: Клеймения Эдуардовича, сухого, но стойкого старика-архитектора, и Ли Цзына Потапова, бойкого китайца средних лет, который теперь отвечал за строительство жилы кварталов. Оба джентльмена мыслью по древу не растекались и, только сойдя на бетонный пол Атрума, уже начали раздавать указания.

Лидия очень тяжело вздохнула, но сдержалась. Ипполит Станиславович нарушил ей всю систему, весь ее идеально выстроенный баланс, и придется теперь экстренно жонглировать новыми ресурсами. И ради чего? Ради какой-то мечты, которая на самом деле ничуть не сделает Ипполита Станиславовича счастливее. Да и вообще никого не сделает.

Знала ли Лидия Марковна, что когда-то будет командовать стройкой единственной в мире летающей лаборатории? Уж точно не тогда, когда робко переминалась с ноги на ногу во время собрания стажеров. Ее путь в «Заслоне» начался еще на выпускном курсе университета. Стажировка, приглашение на работу, должность лаборанта–исследователя… Казалось бы, вот она – карьера в науке, только руку протяни. Но на третий год работы Лида решила, что ей мало стен лаборатории и однотипных задач. Распечатала портфолио, подвела глаза черным карандашом, надела каблуки и пошла к директору филиала.

Что было дальше? А ничего. Чтобы руководить научной группой, потребовалась степень кандидата наук и статьи в журналах. Лидия взяла паузу. По вечерам она сидела в своей Питерской однушке, наглаживала длинношерстную Алису, и взвешивала все «за» и «против». В науке Лидия решила остаться твердо, но сомневалась, что ее работа в области ультразвуковых волн принесет людям реальную пользу.

Алиса терпеть не могла, когда ее ловят и гладят, потому скоро Лидии пришлось думать в одиночестве. Кошка победно виляла хвостом и нарочито лениво потягивалась, передразнивая. Решила Лидия в тот день, когда принесла Алису к ветеринару. Пока Алиса истошно мяукала, врач жаловалась на старенький аппарат УЗИ, который уже давно пора списать и заменить на новый, «поумнее». И Лидия поняла: принесет.

За следующие четыре года Лида защитила диссертацию, превратилась в Лидию Марковну и обзавелась собственной научной группой. На встрече любителей кошек «АО Заслон» она познакомилась со Станиславом – владельцем упитанного британца Олежки.

Алисе в квартире Станислава понравилось. Лидии – тоже. Она только боялась, что уходит в декрет, когда ее научная группа публикует открытие за открытием. Но Станислав обещал не сдавать темп и обещание свое сдержал.

Лидия никогда еще не испытывала такого счастья, как в момент, когда впервые взяла на руки свою дочь. Теплый комочек свистел и вытягивал конечности в произвольны направления, и прекраснее этого действия ничего в жизни не существовало.

Три года, пока росла Глафира, выдались для Лидии самыми счастливыми. Она с упоением смотрела, как Глаша впервые ползёт, впервые встает, впервые ловит Алису за хвост… Лида уже и о «Заслоне» почти позабыла, но, как только Глаша пошла в садик, твердо решила вернуться. Ну не могла Лидия просто сидеть дома!

Двух руководителей одна научная группа не выдержит, и Лидия думала, что вернется на должность исследователя, а руководить будет Стас. Но на работе ее огорошили: в группе ее больше и не ждали. Зато ждали в кресле руководителя филиала, за высокие заслуги научного коллектива и плодотворную работу.

Раздумий не было, и Лидия Марковна приняла предложение. Новая работа оказалась сложнее, зато разнообразнее. Лидия быстро вписалась в руководящий состав и уже через месяц рассылала искрометные распоряжения. В конце концов, она настолько хорошо изучила систему, что знала, где и как нужно менять.

Глаша ходила в садик и каждый день возвращалась с новым рисунком, Алиса наконец-то перестала утаскивать корм из миски Олежки, а Лидия чувствовала, что все делает правильно. Такую идиллию нарушил в один осенний вечер Станислав. Лидия долго моргала, смотря на него и не понимая, серьезно ли Стас. Блинчик на сковородке сгорел, кухня медленно погружалась в сизый дым и запах жженого теста. Избалованная Алиса мяукала на высоких тонах, и за окнами монотонно барабанил Питерский дождь.

Бросить работу она не могла. Даже если бы и допустила такую мысль, «Заслон» нуждался в ней, а она – в «Заслоне», и никакая ущемленная мужская гордость это не перебьет. Станислав о своей идее больше не заикался, но Лидия всё отчетливо поняла. Они не смогут жить как раньше, сколько ни старайся. Стас теперь видит в ней соперницу по работе, а не жену и друга, и это не изменить. Так что к декабрю она упаковала остатки вещей, в последний раз погладила флегматичного Олежку, взяла Глашу за руку, второй перехватила переноску с Алисой и вызвала лифт. В очередную новую жизнь.

Должность директора по развитию Лидия заслужила, когда Глаша уже ходила в среднюю школу. Девочка явно унаследовала всё лучшее от мамы и папы и была любимицей многих учителей. Алиса холодной зимой ушла и больше не вернулась. Этот траур в семье затянулся на месяц, но новую кошку девушки решили не покупать – слишком свежа была память и слишком сильна рана.

Глафира с блеском поступила на «Фундаментальную и прикладную информатику», и Лида прекрасно знала, где дочка будет работать через несколько лет. Сама она все чаще изучала уголки необъятной России в командировках и даже не удивилась, когда, вернувшись в очередной раз из Челябинска, услышала: «Мам, знакомься, это – Боря». Спросила только, познакомился ли Боря с папой. Глаша скуксила нос и, небрежно махнув рукой, бросила: «потом». Лидия фыркнула, но ничего не сказала.

«Не было бы счастья…» – пробубнила она, когда вышла из зала собраний. Стройка в Альпах! И не какая-то, а полноценная стройка магнитной подушки, да еще и основания с укрепленным каркасом! Первое цензурное слово, которое она подобрала, было «наукоемко».

Глафира маминых метаний не оценила.

– И что тут думать? Езжай, развеешься.

– Развеюсь?! Глаш, это на четыре года! Я и толпа биороботов, два прораба и горы. Ты думаешь, мне это надо? А как же ты?

– Ну конечно надо. А я буду в порядке. У меня же еще и папка есть, – и улыбнулась так снисходительно, как будто разоблачила детскую проказу.

И оказалось действительно надо. «Заслон» нуждался в ней так же, как а она – в «Заслоне». Так что, сходив напоследок к Адмиралтейству, уняв дрожь в коленках, Лида стояла в Пулково с двумя чемоданами и ждала объявления частного рейса «Санкт–Петербург – Любляна».

А сейчас вот сидела в собственном строительном вагончике и размышляла, нужны ли Ли Цзыну строители–китайцы или русских будет достаточно.

***

Всё пошло наперекосяк, стоило Лидии на неделю вернуться в Санкт–Петербург с отчетом. И «Заслон», и Глаша – два главных дела ее жизни, более чем процветали. Дочурка дописывала диплом, а Боря подарил ей мопса Зефира. Малыш Зефир с трудом справлялся с количеством слюней в пасти, и вся Лидина квартира насквозь пропахла мопсом. Глаша нервно посмеялась и честно пообещала вызвать чистку.

– Как Атрум, мам? – спросила Глаша, жуя домашнее печенье с имбирем.

– Стоит, – повела бровью Лидия. – Приезжал Ипполит Тереньтев, один из инвесторов проекта, сказал, нам нужны дома, чтобы на Атруме жить.

– Ого, круто!

Лидия посмотрела на дочь осуждающе. Та пожала плечами и втянула носом запах выпечки. Дома царили тепло и уют, и у Лидии не получилось долго злиться.