Читаем Сделка с собой онлайн бесплатно

— Какая встреча, детектив Джулия! Ты все-таки решила принять моё предложение?

От Дина Коула пахло опасностью. Предложение, которое он сделал мне пару недель назад, выходя из зала суда, где ему вынесли оправдательный приговор, заключалось в следующем: мы забываем о взаимной неприязни, едем к нему, и там он трахает меня до тех пор, пока я не начну просить пощады.

Упоминание этого инцидента именно здесь и сейчас было продуманным и нужным лишь для того, чтобы выбить почву из-под моих ног.

Облачённый в дорогой костюм Коул сидел, раскинувшись в удобном кожаном кресле, а я стояла перед ним, и оба мы понимали, что выгляжу я вызывающе.

Двери закрытого клуба «Мираж» открывались только для избранных.

Ну или для тех, у кого был полицейский жетон, определенная репутация и нужные связи.

Только здесь Коула можно было застать без охраны и в окружении хотя бы относительно приличных людей, а не таких же головорезов, как он сам, и сегодня я решила этой возможностью воспользоваться.

— Мне нужна информация.

Он вскинул бровь, демонстрируя удивление. Насквозь фальшивое, конечно же.

— И ты решила, что я поделюсь ею? Изумительная наивность для твоей профессии, Джулия.

— Детектив Спирс.

— В постели тебя тоже так называют?

Улыбнувшись широко, красиво и с пониманием, он поднес к губам стакан с отличным виски, и я почувствовала, что начинаю закипать.

— Заткнись. Дело серьезное.

С тех пор, как Дин Коул поселился в этом городе, он стал моей личной проблемой.

Тюремный срок за спиной по юности, редкая харизма и фантастическая наглость позволили ему всего за год подмять под себя половину преступного мира и навести порядок, который он считал правильным. Понимая, каким влиянием пользуется этот человек и на что в действительности он способен, я разбилась в лепешку, чтобы отправить его за решетку. Два года изнурительной работы, бессонных ночей, слежки и сбора фактов позволили мне в конце концов надеть на него наручники, но судья счел предоставленные мною доказательства недостаточными. Дина Коула освободили в зале суда, и теперь мне приходилось бороться с искушением просто напросто его пристрелить.

— Я не сомневаюсь, детектив. В противном случае, ты бы не удостоила меня своим вниманием. Садись, — он кивнул мне на кресло, стоящее напротив, и я, поколебавшись, села.

Ни к чему было привлекать к себе внимание еще и сомнительным положением в пространстве.

Приходилось признать, что вдобавок ко всему прочему Коул был чертовски хорош собой, — светлые волосы, голубые глаза, порочная, но очень располагающая улыбка.

Он нравился безоговорочно, и, как правило, одного его выразительного взгляда женщинам хватало, чтобы согласиться на что угодно.

Было бы странно, если бы он не попытался провернуть этот номер и со мной.

Удивляло только то, что, получив прямой отказ, он продолжал пытаться играть на этом.

— Я хочу, чтобы ты сдал мне Тощего Тони, — я немного наклонилась к нему через стол понижая голос, хотя необходимости в этом не было.

В «Мираже» умели ценить приватность своих гостей, нас просто некому было подслушивать.

Даже то, что я откровенно нарушила дресс-код, придя сюда в джинсах и куртке, не смутило охрану у входа после демонстрации им VIP-приглашения.

Коул немного склонил голову, обдумывая мои слова.

— Потерпев фиаско со мной, ты решила взяться за него? Уверяю тебя, детектив, это плохой выбор. Тони мало что из себя представляет.

— Тони торгует синтетикой, от которой уже начали умирать, — я с трудом сдержалась от того ударить ладонью по столу. — У тебя есть что-то на всех в этом городе. Это не про тебя и не про меня, а про беспредел, которому нужно положить конец. Помоги мне, черт возьми!

Просить о помощи, конечно, стоило иначе.

По-хорошему, просить о ней Коула не следовало вообще, но, опираясь на те данные, которыми располагала, я понимала другое: он был единственной силой, на которую я по-настоящему могла рассчитывать.

Дин это понимал. Он не добился бы того, что имел, если бы не был превосходным психологом и отличным манипулятором, и теперь он смотрел на меня так, словно оценивал.

— Это прискорбно. Но это ваше дело, детектив. Я не работаю на полицию.

— Но тебе мешает Джон Уэбер, — я привела свой последний довод тихо, глядя ему в глаза.

Уэбер был отбитой мразью и главным, — а, по сути, единственным, — конкурентом Дина. Тем, кто мешал ему строить свою империю. Тем, кому очень сильно мешал Дин Коул.

Я готова была руку дать на отсечение, что половина оказавшихся в моем распоряжении материалов на последнего поступила именно от Уэбера.

Услышав имя своего врага, Коул немного прищурился.

— Тебе не удалось меня посадить, и ты решила подставить меня иначе?

Он отпил еще виски, давая мне время для ответа.

Я качнула головой:

— В данном случае мне плевать на тебя. Мне нужны факты, чтобы надеть браслеты на Тони. Этот гаденыш сам торчит, к тому же, он трус. Он потянет Уэбера за собой. Так что помочь мне в твоих интересах. Дай мне информацию.

Мимо нашего столика прошли две девушки. Обе красивые, юные, в элегантных вечерних платьях.

Я явно вызывала у них недоумение, а мой собеседник интересовал во вполне определенном смысле, но Дин, как ни странно, не обратил на них ни малейшего внимания.

Поставив свой стакан, он немного подвинул его ко мне:

— Тебе нужно успокоиться, детектив. Мы же не хотим, чтобы тебя вывела охрана? Получится довольно пикантно.

— Ты поможешь или нет? — мне снова пришлось сделать над собой усилие, чтобы подавить злость.

В «Мираже» мы могли говорить беспрепятственно — люди нередко решали здесь вопросы, которые не хотели выносить в публичное поле.

К тому же я прекрасно знала: Дин Коул уже все решил.

Я не собиралась ни пить с ним виски из одного стакана, ни любезничать, но он в самом деле был мне нужен.

Поняв и это тоже, он устроился в кресле удобнее, прислонился затылком к высокой спинке, разглядывая меня:

— Значит, ты хочешь, чтобы я дал тебе чувствительную информацию на Тони, а следовательно, и на Уэбера. И знаешь, что мне есть, чем поделиться с тобой. Но вот в чем вопрос, детектив Джулия: зачем мне это делать? Ты так уверена, что сумеешь их посадить? — он коротко развел руками, недвусмысленно намекая на моя провал.

Я была уверена, что его осудят лет на двадцать. На деле же он сидел не в тюрьме, а здесь, передо мной, здоровый, довольный жизнью, свободный и богатый. Все такой же опасный.

Если не опаснее, чем прежде, — когда все видели, что он сумел свернуть в бараний рог саму систему.

Говоря все это, он как будто думал вслух, и я не стала перебивать, давая ему озвучить все, что он хотел.

— Ты пытаешься купить меня возможностью избавиться от старины Джонни, но я могу сделать это и сам. Без твоей помощи. Так зачем мне помогать тебе, детектив? За чувствительную информацию нужно платить. Если я помогу тебе, что буду иметь за это?

Вот теперь виски пришелся бы очень кстати.

До определенной степени я была готова к такому повороту событий — мерзавцы вроде Дина Коула ничего и никогда не делают просто так.

— И чего ты хочешь? Чтобы я забыла о твоем существовании?

Это была высокая плата, но единственная, которую я могла предположить.

Когда я говорила это, голос мой, к счастью, не дрогнул, но Коул над чем-то засмеялся:

— Ты, должно быть, шутишь! Не хочешь повторить это моему адвокату?

Представлявший его интересы адвокат был лучшим в стране, с огромными связями и огромными ресурсами самого Коула. Против него у прокурора не было шансов.

Я промолчала, а Дин сделал еще один глоток.

— Кажется, между нами возникло некоторое недопонимание, детектив. Но я знаю, как его разрешить.

Последовала очередная пауза, подаренная мне, чтобы подобрать слова.

Ничем хорошего от этого не веяло, но я все равно кивнула снизу вверх, призывая его продолжить.

Если предложение окажется неуместным, я всегда могу просто встать и уйти. Забыть об альтернативных методах формирования доказательной базы и пойти сложным путем.

Дин улыбнулся мне, как удовлетворенная акула:

— Я предлагаю тебе сыграть. Покер. Одна партия. Выиграешь — получишь всю интересующую тебя информацию и даже больше.

Я моргнула от удивления, отчаянно стараясь найти подвох.

Дин Коул не был любителем азартных игр, и так просто поставить на кон свою репутацию и, возможно даже жизнь… Это было не в его стиле.

— А если проиграю?

Играла я неплохо, но слишком уж очевидно он обходил вниманием этот момент.

Коул пожал плечами, как будто речь шла о сущей безделице:

— Если проиграешь, я все равно дам тебе полный расклад с именами, адресами и видеозаписями. Ты в любом случае окажешься в выигрыше, детектив Спирс.

Мою фамилию он едва заметно выделил ударением, и у меня предательски похолодели пальцы.

Слишком хорошо звучало. Слишком гладко.

— Тогда в чем твоя выгода?

К счастью, искусством держаться невозмутимо я и правда овладела в совершенстве. Даже понимая, что прямо здесь и сейчас меня откровенно загоняют в ловушку — Дин вел этот диалог, он задавал тон нашей беседы и направление, в котором мы двигались. Наводил на вопросы, которые, по его замыслу, я должна была задавать.

Тонко улыбнувшись, он кивнул мне в ответ, как будто похвалил:

— Моя выгода… Перед тем мы поднимемся наверх. В один из этих прекрасных номеров, — не отводя от меня взгляда, он кивнул на широкую лестницу, ведущую на второй этаж. — Там я раздену тебя. Застегну на тебе те «браслеты», что лежат в твоем внутреннем кармане. И буду делать с тобой все, что захочу.

— Ты охренел?

Пол все-таки ушел у меня из-под ног, и это было единственным, что я смогла сказать в ответ.

Коул равнодушно пожал плечами и сел прямо.

— «Охренел» это про спонтанность, детектив. У меня же есть четкий план. Это благословенное заведение работает до десяти утра. И до этого часа я хочу видеть тебя голой, связанной, умирающей от стыда и очень-очень послушной. Небольшая цена за возможность отправить за решетку воротилу преступного мира и сделать блестящую карьеру, согласись, — не глядя больше на меня, он сделал знак официанту, прося того подойти. — Со своей стороны я обещаю, что для меня ты будешь кончать так, как ни для кого и никогда прежде.

Возникший рядом со столиком молодой человек в аккуратной черной рубашке кивнул, и Коул поднял голову, улыбаясь ему:

— Бутылку виски и четыре новые колоды. В номер, пожалуйста.

Парень кивнул и так же бесшумно удалился, а я поймала себя на том, что вцепилась в подлокотник своего кресла до побелевших костяшек пальцев.

Хотелось выплеснуть тот виски, что оставался в стакане, мерзавцу в лицо. Перевернуть стол. Пристрелить его прямо здесь, в конце концов.

— Катись к черту, — вместо всего этого я поднялась.

Дин хмыкнул, но взгляда не отвел, продолжил меня рассматривать:

— Настолько не веришь в свою победу?

Этим вопросом он бил наповал, хотя обычно в любом разговоре подобное было моей привилегией.

Сомневалась ли я?..

Проведя все детство среди копов, я умела не только хорошо стрелять. Карты не были моей страстью, но играть я умела.

Опасалась ли я, что Коул смухлюет?

Вероятность этого стремилась к нулю — он попросил сразу четыре новые колоды, и вряд ли кто-то в «Мираже» станет крапить карты ради одного, пусть и влиятельного гостя.

Той минуты, в течение которой я думала над ответом, Дин одним глотком допил остававшийся в его стакане виски и встал:

— Прошу, госпожа ищейка. Играть в номере нам будет удобнее.

Он не испытывал и тени сомнения в том, что я согласна и пойду за ним, и это злило еще сильнее, но…

Подавившись этой злостью, я молча проследовала за ним к лестнице.

Привлечь к ответственности такого ублюдка как Джон Уэбер было слишком большим искушением.

Я помнила и о неминуемом повышении, и о возможности получить долгожданный перевод, которая появится у меня в случае успеха, но ничто из этого не было главным.

С самим Коулом у меня не вышло. Но при удачном раскладе я могла использовать его, чтобы получить еще больше.

Галантно придержав дверь, Дин пропустил меня в комнату, а после сразу же сбросил пиджак.

Он несомненно умел носить костюмы, и они ему шли, но гораздо комфортнее он чувствовал себя в более демократичной одежде.

— Располагайся.

Как будто домой к себе привел…

Подумав немного, я все же скинула куртку и туфли, — пусть они и были без каблука, тело ныло от немыслимого напряжения.

Коул же тем временем немного сдвинул стол, — так, чтобы нам было расположиться, но не было возможности заглянуть в карты друг друга.

Он молчал, и я не нарушала тишину тоже.

Сюда не доносились ни звуки, ни музыка с первого этажа — звукоизоляция в клубе была идеальной. Как будто, поднявшись сюда, мы и правда отгородлись ото всего мира.

Подойдя к окну, я отвела тяжелую штору в сторону и выглянула наружу. Город вдалеке переливался огнями, а поблизости был лес и озеро.

Лучшего места для чужих тайн просто не придумаешь.

Тот же официант, что подходил к нам в зале, принес поднос с виски, стаканами и затянутыми в пленку картами.

— Благодарю, — Коул оставил весьма щедрые чаевые, но от того, чтобы парень распечатал для нас колоду, отказался.

— Ну что же, детектив? Риск — дело благородное?

Отодвинув для меня кресло, он ждал, и, подавив вздох, я села на предложенное место.

Еще можно было отказаться. Встать, одеться и уйти, чтобы на несколько месяцев погрузиться в грязь и вонь улиц, на которых торговали ребята Тощего Тони. Ввязаться в заведомо бесполезную борьбу, потому что адвокат у этого косоглазого подонка окажется едва ли не лучше того, кто защищал Коула — Уэбер никогда не позволит осудить настолько приближенного к себе человека.

— Выбирай.

Дин кивнул мне на лежащие ровным рядом колоды.

Он снова как будто читал мои мысли, и подчёркнуто не притрагивался к картам.

Мысленно призвав себя к спокойствию, я кивком указала на вторую справа.

— В качестве личного одолжения. Ты можешь объяснить, к чему весь этот фарс?

Он хмыкнул и налил нам виски, прежде чем снять с карт плёнку.

— Все просто. Ты красивая. Принципиальная. Отчаянная. Я тебя хочу. Но отправлять тебе букеты — плохая идея, не так ли?

Он начал сдавать, а я невольно усмехнулась, потому что это и в самом деле уже было. Стоило мне один раз ворваться в его офис с неприятными вопросами, вечером того же дня курьер доставил мне роскошный букет, сопровожденный карточкой с единственным пояснением: «Дин».

После были недвусмысленные намеки, откровенно запредельные, но брошенные будто невзначай замечания о том, что я наверняка невероятно хороша в постели, и, наконец, приглашение к нему — издевательски серьезным тоном озвученное в коридоре суда после того заседания.

Он вышел из нашей борьбы победителем, а происходящее сейчас чересчур походило на желание отыграться.

— Тебе мало женщин? Ни за что не поверю, что среди копов не найдется той, кто захочет с тобой спать.

Коул вскинул на меня взгляд, и глаза его нехорошо блеснули:

— Ну почему же, их достаточно. Но я хочу именно тебя. И только на своих условиях.

Он сдал мне две карты, и я взяла их, попутно думая о том, что все же следовало выпить.

Воздух в комнате был свежим, и до меня доносились легкие ароматы ночи, отличного алкоголя и чужого парфюма.

Точно так же, как я умела блефовать, Дин умел очаровывать всем собой — каждой интонацией, каждым жестом, мимикой, запахом.