Читаем Сделка с профессором онлайн бесплатно

Часть 1. Поймать удачу за хвост. Глава 1

Умение плести интриги – обязательный навык любого, кто вращается в высшем обществе, и худо-бедно им владеет каждый, кто хоть немного приближен к правящему роду. Однако талант распутывать, а тем паче предугадывать, чужие козни доступен далеко не всякому обывателю императорского двора.

Вилмор Иксли, глава департамента внутренней безопасности Нодарской империи, виртуозно владел и тем и другим, что, собственно, и помогло ему занять эту во всех отношениях выгодную должность. Хотя злые языки до сих пор шептались у него за спиной о том, что выходец из обнищавшего рода максисов недостоин столь высокой милости правителя, но в лицо никто бы подобное высказать не осмелился. Боялись.

Боялись и лицемерили, даже если им нечего было скрывать. Пресмыкались и льстили, даже если не было для этого ни малейшего повода. Пытались задабривать и втираться в доверие, а в душе ненавидели. Ненавидели люто и беспощадно. Именно поэтому глава департамента так ценил своего старинного друга, Эдмана Джентеса – единственного, кто способен был высказать ему все в глаза, не задумываясь о последствиях.

Этот отставной полковник отличался прямолинейностью и честностью, которые ныне стали довольно редки в среде максисов. А может, глава департамента просто по роду своей деятельности подозревал каждого, кого встречал на пути. Кто знает?

− Как твои разгильдяи? – спросил Вилмор Иксли. Он сидел перед камином в доме закадычного друга и смаковал дорогой коньяк, который сам когда-то и подарил. – Сдали экзамены?

− Конечно! – с довольным видом заверил его Эдман. Коньяк он не пил. Но не оттого, что не любил этот благородный напиток, а вследствие чрезмерной тяги к нему в юности, что и навлекло когда-то на его буйную голову одну крайне скверную историю. – Я с них три шкуры спустил прежде, чем они вышли на финальные испытания. Да и заклятия из широкого перечня они у меня на всю жизнь запомнили.

Вилмор хмыкнул, и снисходительная усмешка искривила его тонкие губы.

− Никогда бы не подумал, что ты найдешь себя в преподавании.

Эдман помрачнел и инстинктивно потер правую ногу, раненную в бою пять лет назад.

– Иногда мне их придушить хочется, – поделился он, зная, что друг поймет его как никто другой. Вилмору тоже приходилось обучать новичков еще в бытность командиром отряда жандармов. – Но потом я вспоминаю, как мы учились в академии, и понимаю, что мне еще повезло. Среди моих адептов нет таких отъявленных повес и кутил, какими были члены нашей легендарной четверки. Одни только Зигрид и Альмонд чего стоили!

– Не будем упоминать императора и его кузена, – попросил Вилмор, хотя его черные глаза при этом лукаво блеснули, и старые приятели прекрасно поняли друг друга. – Что ты собираешься делать летом? Есть планы?

Эдман поднялся, слегка прихрамывая, дошел до камина и пошевелил угли. Его имение находилось в болотистой местности на отшибе империи, и даже поздней весной по вечерам в старом особняке было сыро и неуютно.

– Пока не думал об этом, – отозвался он, стараясь казаться беззаботным. Хотя от Вилмора не укрылась та горечь, что сквозила в словах товарища, до глубины души преданного Родине, но при этом крайне одинокого. – Никак не привыкну, что мне больше не нужно ждать приказа командования и отправляться с войсками по первому требованию. Может, съезжу куда-нибудь. У меня теперь масса времени. Оказывается, жизнь преподавателя боевой подготовки не в пример свободнее, чем полковника императорской гвардии. Хоть и скучнее.

Вилмор так и сидел, неспешно потягивая коньяк из бокала, но что-то в его позе неуловимо стало иным. Эдман скорее ощутил, чем заметил эту перемену. Он вернулся в свое кресло и взглянул на друга в упор.

– Выкладывай, зачем я тебе понадобился? Не просто же так ты притащился из столицы в эту глухомань.

–У тебя чутье первоклассного сыщика, – вздохнул Вилмор, отставляя бокал на низкий столик. – Иногда мне кажется, что ты читаешь мои мысли да и не только мои.

– Чушь, – фыркнул Эдман, сверля его пристальным взглядом. – Это никому не под силу, хвала богам. Но за годы военной службы я все же кое-чему научился. Так в чем дело?

Вилмор посмотрел перед собой, собираясь с мыслями и просчитывая в голове, как бы получше преподнести информацию другу, чтобы тот уж точно согласился на его предложение, но так и не решив, что будет самым подходящим, рассказал все как есть:

– На территории империи стали пропадать дайны. – Эдман вздрогнул и побледнел. Он был готов к чему угодно, но только не к разговору на эту давно запретную для него тему. – Не могу сказать, что часто или систематически, но случаи есть, и меня это тревожит.

– С чего вдруг? – спросил Эдман, откашлявшись, будто что-то помешало ему говорить свободно. – Уверен, кроме дайн, ежегодно пропадают сотни других людей, и ты вовсе не теряешь сон от осознания этого факта.

Вилмор покивал и продолжил:

– Так-то оно так. Но другие люди не обладают таким значительным резервуаром маны, как дайны, и не представляют ни ценности для короны, ни опасности.

– А дайны представляют? – с подозрением покосился на него Эдман.

– Кто-то может использовать их силу вовсе не в регламентированном порядке, – пояснил свое беспокойство Вилмор. – Особенно если найдет способ преодолеть их сопротивление.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Эдман выпучил глаза и спросил:

– И как это возможно? Что-то не припомню, чтобы ученые додумались до чего-нибудь в этом роде.

– Ученые находятся на службе у императора. Им и в голову не придет работать в этом направлении, а даже если придет, я первым об этом узнаю и приму надлежащие меры. Тут полный порядок. Но исчезнувшие девушки – совсем другое дело. Никто не знает, куда они делись. Никаких свидетелей, никаких подозреваемых, никаких следов.

– А как же их максисы? – поинтересовался Эдман, то сжимая, то разжимая в руках белоснежный носовой платок, извлеченный из нагрудного кармана камзола. – По контракту они в ответе за нанятых дайн.

Вилмор с удовольствием отметил, что друг проглотил наживку, и теперь уже не составит труда его убедить.

– В том-то и дело! – воскликнул он, хлопнув по подлокотникам кресла обеими руками. – Максисы как один твердят, что все было в порядке. Никаких странных или подозрительных происшествий перед исчезновением, а потом раз, и девушки нет. Мои сыщики с ног сбились, но доказать вину или хотя бы причастность хозяев дайн не смогли. У всех железное алиби.

– Ерунда какая-то, – пробормотал Эдман. – Не бывает так, чтобы ни одного свидетеля и ни одной улики.

– Бывает еще и не такое, – отозвался Вилмор, снова принимаясь за коньяк. – Но дело вовсе не в этом. Эти случаи очень похожи на то, что произошло тогда с Кэти. – При упоминании имени дайны, предавшей Эдмана, тот спал с лица, глаза его сверкнули яростью, а челюсти сжались, но Вилмор продолжал, словно и не заметил реакции друга: –Но тут иное. Нутром чую за этим стоит кто-то покрупнее горе-любовника иностранца, выкравшего шальную бабу.

– Довольно! – рявкнул Эдман, вскочив из кресла, но тут же рухнул обратно и схватился на раненую ногу, которая дала о себе знать в самый неподходящий момент. – Еще одно слово о том случае, и я не посмотрю на нашу многолетнюю дружбу и спущу тебя с лестницы.

Вилмор лишь отмахнулся и сказал:

– Зря бушуешь. Это все осталось в далеком прошлом. Сколько нам тогда было? По двадцать пять, кажется? Мог бы и забыть о ней за пятнадцать лет. Но если тебе неприятно, я больше не буду о ней упоминать.

– Сделай милость, – процедил Эдман, не в силах успокоиться.

– Так вот, – как ни в чем не бывало продолжил Вилмор, – здесь пахнет заговором.

– Да какой к демонам заговор! – перебил его Эдман. – Пропала пара шлюх богатеев, а ты уже заговор! Чем они могут грозить короне-то? Может, они на Южный материк подались хозяев гаремов ублажать, а ты уже покой потерял и даже ко мне заявился.

Вилмор стал серьезным, и черты его лица приобрели давно знакомую Эдману хищность, как у дикой птицы, узревшей жертву с высоты своего полета.

– Нет, – отрезал он. – Чувствую, что здесь нечисто, и это именно внутреннее дело Нодарской империи. А чутью я привык доверять. Так что у меня к тебе просьба. Ты не мог бы летом поработать в одной закрытой школе преподавателем манологии?

– Что?! – побагровел Эдман, задыхаясь от возмущения. – Ты просишь меня учить этих двуличных тварей?! Да ты хоть понимаешь, что несешь?!

– Тише, тише, – поморщился Вилмор, ни на секунду не усомнившийся в удачном исходе своей задумки. – Ты дослушай.

Эдман обиженно засопел, но все же не стал перебивать.

– Это не просто школа, а та, где училась последняя исчезнувшая девушка, Виктория Творф. Она буквально полгода назад выпустилась. А до этого еще одна дайна пропала, и тоже выпускница школы блаженной Камелии. Мне нужен свой человек там, чтобы разобраться в происходящем изнутри.

– Ну так пошли одного из своих гениальных сыщиков, – пожал плечами Эдман, понемногу приходя в себя. – Я-то тут при чем?

– В этом вся загвоздка, – горестно воздохнул Вилмор, – я уже пытался туда внедрить своего человека, но миссия провалилась. В школе царят довольно своеобразные порядки, мои ребята не могут работать в такой атмосфере.

– И что это значит?

– Сам посуди, толпа молоденьких аппетитных дайн, переполненных дармовой маной. Кто тут устоит?

Эдман поперхнулся и закашлялся.

– Вот-вот, и я о том же. Для любого мужчины это суровое испытание. В итоге никто ничего выяснить не смог, зато я получил целую кучу жалоб от директрисы. Не напрямую, конечно, но мне все передали.

– Я все еще не улавливаю связь между этой трогательной историей о тяготах сыскной службы и мной лично.

– Из тех, кому я могу доверять, только ты отличаешься такой ярой неприязнью к дайнам, что никакие смазливые мордашки тебе нипочем. В этой школе как раз освободилось место преподавателя манологии, не без моего участия, естественно. Мы тебе сварганим новую внешность, поработаешь там немного, присмотришься к обитателям, поговоришь с подружками девушки, в общем,разнюхаешь, что и как. Только и всего.

– Только и всего?! И чем тебе моя внешность не угодила?

– Пойми, там могут быть люди, связанные с похитителями дайн. А ты, между прочим, довольно известен в определенных кругах. Рисковать я не могу. Это последний шанс выяснить хоть что-то, пока еще одна девушка не исчезла.

Эдман прикрыл лицо ладонью и шумно втянул воздух.

– Ты ведь не отвяжешься, пока я не соглашусь? – с тоской спросил он.

– В точку, дружище, – широко улыбнулся Вилмор, обнажив крепкие белые зубы. Улыбка обозначила милые ямочки на его щеках, о наличии коих не подозревала ни одна дама высшего света, а то на вечно угрюмого главу департамента внутренней безопасности давно бы объявили охоту. – Отчеты будешь присылать по тайному каналу связи. Обещаю, Эд, ты не пожалеешь.

– Я уже жалею, – буркнул тот, и друзья принялись обсуждать детали предстоящего дела.

Глава 2

Эдман трясся в почтовом дилижансе уже больше недели, проклиная старого друга и все сильнее раздражаясь от назойливого внимания пассажиров, путешествующих вместе с ним. Дорожная пыль намертво въелась в дешевый сюртук, выданный Вилмором, сменных чистых рубашек не осталось, еда в придорожных трактирах пагубно сказалась на его пищеварении, а желание искупаться и выспаться на чистом постельном белье достигло апогея и почти переросло в манию.

Закрытая школа блаженной Камелии для дайн, или попросту Камелия, находилась почти у самой границы Нодарской империи, и добираться туда пришлось обычным для всех жителей страны способом. Ни о каком использовании портальных амулетов и речи быть не могло! Вилмор сразу дал понять, что Эдман теперь не отставной полковник императорской гвардии, премированный за боевые заслуги, а обычный преподаватель манологии из обедневшего рода максисов, Эдвард Привис, присланный в школу департаментом образования на замену предшественника, вышедшего на долгожданную пенсию. А денег у такого государственного служащего не так уж и много, и им явно найдется более достойное применение, нежели покупка дорогостоящего разового перемещения.

– И что же, любая лоунка может попасть в подобную школу? – интересовалась полная болтливая женщина в белоснежном чепце, коричневом шелковом платье и светлой вязаной шали на плечах.

Эта не в меру любопытная мединна села в дилижанс на предыдущей остановке и тут же заполнила собой все свободное пространство, что в прямом, что в переносном смысле. Эдман оказался изрядно потеснен ее внушительными габаритами и первым принял на себя удар необузданной словоохотливости. Женщина поведала ему о своей нелегкой доле супруги владельца артели ювелиров, матери большого семейства и по совместительству главы благотворительного кружка жен преуспевающих мединов ее городка. Он только диву давался, рассеянно слушая назойливую трескотню о бессчетном количестве забот, павших на ее хрупкие плечи. И откуда у представительницы среднего сословия с не таким уж и большим резервуаром маны так много энергии? Воистину прав был его старый преподаватель манологии, любивший повторять, что мана и жизненные силы человека – не суть одно и то же.

– Нет, не каждая, – без особого энтузиазма отозвался он. Рассказав о себе все, что могла, мединна принялась за расспросы других пассажиров, и Эдману опять не посчастливилось оказаться первым на очереди в претенденты для удовлетворения ее жажды знаний. – Только те, что были отобраны специальной комиссией. Если у лоунки, вступившей в пору взросления, окажется резервуар маны от двухсот до трехсот единиц, то ее отправляют в специальную школу. Там девушек готовят для будущей службы дайнами.

– Что за дикий закон?! – вмешалась в разговор дряхлая старуха, сидевшая у окна напротив и поминутно жаловавшаяся на сквозняк, хотя всем уже дышать было трудно от духоты – день выдался на редкость жарким. – Вот во времена моей молодости этих грязных лоунок никто ничему не учил. Зачем такие растраты для государства? Каждый уважавший себя максис брал в дом столько девок, сколько считал нужным, и тянул из них ману по необходимости. И мой покойный супруг, да осветят боги его посмертие, поступал так же. А он был всеми очень уважаем.

И старушенция задрала трясущийся подбородок, всем своим видом показывая, что только так и должно поступать и никак иначе.

Новый закон вступил в силу около ста лет назад, после окончания войны, во время которой самое крупное государство Центрального материка превратилось из Нодара в Нодарскую империю, захватив несколько соседних стран и получив вожделенный доступ к морю.