Читаем Сборник-3 онлайн бесплатно

Андрей Дмитриев

* * *

- Есть у вас больные люди?

- Есть у нас больные люди.

- Что вы будете им делать?

- Мы им будем удалять!

- Как?

- Наши умные науки

в наши мускульные руки

штуки разные вложили,

мы любые сухожилья

можем резать, можем рвать.

- Ну а кости?

- Кости будем мы ломать!

Мы при помощи специальных

пил-зубил универсальных

будем кости им ломать!

- А самих их?

- Зарывать!

Зарывать в сырую землю

и водою поливать.

- А когда больных не будет?

- Мы лечить здоровых будем!

- Что вы будете им делать?

- Мы им будем удалять!

- 2

- Александр Левин

КОНСТРУКТОР N 2

(для продолжающих)

Запоюкали поюны:

надоело нам поюкать!

Мы хотим, как гамаюны,

гукать!

1. МОДЕЛЬ КОСМИЧЕСКОГО КОРАБЛЯ

"ВОСТОРГ-1"

Шумелка-мышь вскарабкалась на ящик,

держа за нитку пламенную речь

к трудящим,

каковые, прудящиеся прудом там и сям,

стояли и вминательно глядели

по сторонам,

по каковым виднелась темнота,

заставленная ящиками склада

спущенки, колбасыра и монада.

Кричала мыша: "Там такой отпад!

Там нету ни препонов, ни преград!"

И мыши с ожиданьем нетерпенья

галдели вверх в пустые небеса

(на благо всем ухала колбаса);

усами восхищенно шелестя,

они махали, дружные, хвостом,

- 3

- когда взлетела пламенная речь,

держимая за ниточку.

Потом

они вскричали:" Слава! Наш летучный!

Наш небывалый мышка-пустонавт!

Прощай, наш фрэнд! Алас на нас! Гуд навт!"

И мышка улетела в потолок,

помахивая цыпочками ног.

И я там был, и кушал кюль-басу,

и ковырял задумчиво в носу,

и думал, как печальна и горька

судьбина улетелого зверька!

2.МОДЕЛЬ МЫСЛИТЕЛЯ У ОКНА

Шумелка-мышь шуршавая в полу.

Бубнитофон немножечко в углу.

Сижу, задумчив, как земельный таг,

гляжу закат - практически за так.

Затакт.

В окно вжужжался пирожук,

горящий и хрустящий, как сухарь,

- упал. А я вминательно сижу

и не упал. Я мирозданью царь.

О я, который так всего постиг!

- как некий небывалый пустонавт,

одетый в целлофаст и хрипдашип,

взираю с неба на земельный шафт.

- 4

- Я не упал!!

Где в небе тухнет свет,

толпы скитайцев тянутся на юг,

- там я парю, как парадоксов друг,

и жду, когда ты мне наконец подашь обед!!!

3.МОДЕЛЬ ШИЗОГО ПОД ОБЛАКЫ

Он отвкусил горячий пирожук,

и он упал, жужжа сердитым басом,

а он летал весёлым карабасом

сюда-туда, как Парадоксов-друг.

Ему казался Самолёт-летит,

и он ему покачивался торсом,

а он ему не запокачивал: упёрся

руками в атмосфэру и летит!

А он не так! - он так свободн и юнн,

как мориц одноглазый и суровый,

он не всхотел стать гений длиннововый,

он стал один, как истинный поюн!

И он парил, и зорким обводил,

и воздевал, и гордо устремлялся,

и ел вортушку (ею он питался),

угрозен и волнист, как крокодил,

и быстролётен, как суперцемент

и клеймомент, мгновенно вместевзятый,

- 5

- а мимо лился воздух полосатый,

и шли скитайцы из Уфы в Дербент.

КОНЦЕПТУАЛЬНОЕ ДЕЙСТВО

Дежурная вода - всегда

Грязную посуду бульдозером

в мойку

Вантуз приготовился

Пошел!

Нервные отвернулись

ЧМОК!

Ура! Есть проток

Врубаю горячую:

ТРРРРРРР-пррррокладка попопопополетела

пррроклятье!

Разводной ключ

Пошел!

УХ УХ УХ УХ эх

и в обратную

Так

Свет на меня!

Атас!

Врубаю:

пошло, пошло, шварк, тчшшш:

шварк-тчшшш

Так дайте фонограмму:

я делаю чисто

"Просто просто просто АГА"

Голубь зараза сойди с карниза

- 6

- Прелюдия и ложка доминор

Я быстрее

Бельмо ль мажор

Оттаскивай!

Я ешё быстрее

Плюх-Плюх

Вот я какое молодец!

Аллерго модырато

Гоша! Иди спать!!

Эх пос-суда! Пыль да ту-у-ман

Что такое?!

Уберите муху из кадра!

Так

Вожки

Так

Уилки

Ещё уилки

Кончаю:

кончаю!:

Кончил!:

Снято

Тишина как в

где?

- 7

- ПОСЛАНИЕ ИЗ ГОРОДА ФЕДОСЕИ ПО ВОПРОСУ

О НЕКОТОРЫХ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ СИСТЕМАХ.

Широка страна родная,

Есть в ней город Федосея,

в нем есть угол заповедный,

где дорожное железо

разветвленное лежит.

Там идет веселый дизель,

маханический любовник,

он кричит предельным басом,

трандычит железным мясом,

он ужасен и прекрасен

и от мощности дрожит.

Он идет по переулкам,

отдаленным перегонам,

тупикам и закоулкам

собирать своих вагонов,

красных, черных и зеленых.

А печальные вагоны,

безголовые бараны,

а еще точнее овцы,

щиплют траву по газонам,

дуют воду из-под крана,

теплым пузовом дымятся,

обрамляет их природа,

окружает их среда.

- 8

- Их вытаскивает дизель,

механический любовник,

из бузинного прикрытья,

любит их с ужасной силой

и влечет по белу свету,

по родной стране Советской,

груз возить разнообразный

день туда, а день сюда.

И бегут они семейно,

под ногами рельсы гнутся,

и осмысленную пользу

производят между тем.

Так свершается в природе

и конкретно, в Федосее,

сочетание различных

механизмов и систем.

- 9

- Владимир Тучков

ЗВЕРИНЕЦ

О сад, сад!

Где железо подобно отцу, напоминающему братьям, что они

братья.

Где финны ездят пить водку.

А красотки покупать мясо.

Где жезл регулировщика, словно полосатый носок флюгера, попе ременно пускает ветер в разные улицы.

Где по главной площади ходят, как по панцырю черепахи.

Где съезд мелиораторов, вытекая из ГУМа шумным потоком в шам пунной пене, тащит огромные тяжести.

Где поблескивающие стайки интуристов, как шарики ртути, прока тываются по несмачивающейся толпе.

Где глаз швейцара, словно глаз лягушки, избирателен.

Сад.

Где райком - и рай, и коммунизм, пребывающие в добром согла сии.

Где взгляд у отпетого подземного торговца подернут амальгамой,

а речь и повадка подобны павлиньим раздвинутым козырям.

Где финны цветут здоровьем.

А проститутки краше бензиновых луж.

Где тщедушные моллюски носят то черные лакированные панцири,

то кабинеты.

Где периферийный хомяк переносит за щекой туда и обратно.

Где номенклатурный работник, ставящий подписи, подобен слону,

ступающему тщательно и надежно ногами-присосками, потому что вдруг

он полый внутри дирижабль.

- 10

- Где гриф "секретно" питается падалью.

А орёл величественно сидит на суку босиком.

Где отары инженеров кочуют между кульманами, колхозными поля ми, полигонами, избирательными участками и антивоенными митингами.

Где бухгалтер бегемотом настороженно выглядывает на поверх ность, словно слесарь из-под приподнятой крышки канализационного

колодца, словно сердце современного русского.

Где фабрика "Ява" на всякий случай продолжает выпускать папи росы "Казбек".

Где по ночам такси зажигают зеленые волчьи глаза.

Где в каждой квартире из каждой плиты вырывается сибирский

вечный огонь.

О сад, сад!

Где железо подобно отцу напоминающему.

Где немцы цветут здоровьем.

И финны тоже цветут здоровьем.

Где метрдотель - бархатный крот в рентгеновской полутьме наск возь видит ваше либидо, а сержант выкрикивает "падла!", "Падла!" И

сорит подсолнечной скорлупой.

Где красотки жадно хватают ушами галантерейные блёсны.

Где на вопрос о том, как пройти, из множества рук составляются

оленьи рога.

Где зебра - это пони с плохой строчной разверткой.

Где стайки программисток знойным летним днём, словно воробышки

в клетке павлина, весело поклёвывают в машинном зале прохладу кон диционеров.

Где обезьяны знают разгадку атеизма.

Где финны допивают последнюю водку.

Где жизнь, словно уж, переплывающий стремнину, равномерно дви жется налево и направо относительно прямой осевой линии.

- 11

- Где завысокие десантники пятнисты.

Где баллистическая траектория - шея лебедя, вся в инверсной

изморози с маленьким солнышком клюва на конце.

Сад.

Где изначальный хаос постепенно переходит в упорядоченное

блестяще-никелированное, зеркальное, отполированно-отражающее сос тояние.

Сад.

Где вскоре будут только лишь солнечные зайчики, солнечные миш ки, солнечные бегемотики и солнечные крокодильчики.

Сад.

Где разъятие поцелуя звучит, как отрываемая от асфальта крос совка "Пума".

Где подгулявшая сотрудница гастронома в майке "Elephant" в бе зудержном танце демонстрирует корчащиеся от подземных испытаний се мипалатинские горы.

Где бухгалтер настороженно выглядывает на поверхность периско пом.

Где от чрезмерно выпитого начинают юзить.

Где кооператор-ударник имеет сущность пороховых газов, разго няющих пулю и не забывающих при этом передернуть затвор.

Где впереди идущее зубчатое колесо рьяно спихвиает звенья гу сеницы в непроходимую грязь, а колесо, идущее позади, выволакивает

эти звенья из грязи и вновь передает их впереди идущему.

Где жизнь движется не по спирали, а по резьбе.

Где мысль ослепительным сгустком света всё быстрее и быстрее

мечется между стенками лазера.

Где спинно-мозговые электроны струятся в кабеле, чей перелом

чреват параличом.

Где испуг цветёт алгоритмическим деревом.

- 12

- Где бесплотные коротковолновые фантомы медленно кружат вокруг,

словно рыбы, обнюхивая и заглядывая в глаза.

Сад.

Где железо подобно отцу.

Юрий Арабов

ПРО БОЦМАНА

В рождество, когда у любой звезды

нету сил, чтоб родиться из млечной щели,

его находили у медсестры

за неимением пещеры.

Придя, волхвы не снимали бот

и не делали коньячных порций,

хоть знали твердо: такой убьет.

Не убивай же их, боцман!

Коль ты в офсайде, продай им зонт

своей мамаши, что красит космы.

Эмигрирует солнце за горизонт.

Не убивай его, боцман!

- 13

- Надень фуражку и не горюй,

что сапоги без носков не очень.

Рождество - это время

по календарю,

когда ноги будущим не промочишь.

Не тронь сестренку, а ну оставь,

зачем ее завернул ты в простынь?

Тебе б товарный грузить состав,

не убивай ее, боцман!

Вселенная - это такой масштаб,

что не пролезет в твою фрамугу,

и в нем кроме Бога фабком, генштаб...

Не убивай же их, боцманюга!

Боюсь, что умер в тебе главбух

и Гуссерль умер с Платоном в паре,

пускай ты их наблюдал в гробу,

уймись, прошу тебя, карбонарий!

Уймись... Ведь сердце уже не бьется.

Приляг в канаву, тут нет Оруда...

Спокойно, товарищи, это - боцман.

Не зарывайте его покуда.

- 14

- Александр Башлачев.

ЗИМНЯЯ СКАЗКА

Однозвучно гремит колокольчик Спасской башни Кремля.

В тесной кузнице дня Лохи-блохи подковали Левшу.

Под рукою - снега. Протокольные листы февраля.

- Эх, бессонная ночь! Наливай чернила - все подпишу!

Как досрочник - ЗК два часа назд откинулся день.

Я опять на краю знаменитых вологданьских лесов.

Как эскадра в строю, проплывают корабли деревень.

И печные дымы - столбовые мачты без парусов.

И плывут до утра хутора, где три кола - два двора.

Но берут на таран всероссийскую столетнюю мель.

Им смола - дикий хмель. А еловая кора - им махра.

Снежок - сахарок. А сосульки им - добра карамель.

А не гуляй без ножа! А дальше носа не ходи без ружья!

Много злого зверья. Ошалело - аж хвосты себе жрет.

А в народе зимой - ша! - вплоть до марта боевая ничья.

Трудно ямы долбить. Мерзлозём коловорот не берет.

Ни церквушка, ни клуб. Поцелуйте постный шиш вам баян.

Ну а ты не будь глуп! Рафинада в первачок не жалей!

Не достал нас "Маяк". И концерты по заявкам сельчан

По ночам под окном исполняет сводный хор кобелей.

- 15

- По ночам под окном - то ли песня, то ли плач, то ли крик,

То ли спим, то ли нет! Не поймешь нас - ни живы, ни мертвы.

Лишь тропа в крайний дом над обрывом вьется, как змеевик.

Истоптали весь снег на крыльце у милицейской вдовы.

Я люблю посмотреть, как купается луна в молоке.

А вокруг столько звезд! Забирай хоть все - никто не берет.

Значит, крепче стал лед. Мерзни, мерзни, волчий хвост на реке.

Нынче славный мороз. Минус тридцать, если Боб нам не врет.

Я устал кочевать от Москвы до самых дальних окраин.

Брел по горло в снегу. Оглянулся - не осталось следа.

Потеснись - твою мать! - дядя Миша, косолапый хозяин!

Я всю ночь на бегу. Я не прочь подремать, но когда

Я спокойно усну, тихо стронется лед в этом мире

И прыщавый студент - месяц март - трахнет бедную старуху Зиму.

Все ручьи зазвенят, как высокие куранты Сибири.

Вся Нева будет петь. И по-прежнему впадать в Колыму.

МЕЛЬНИЦА

Черный дым по крыше стелется.

Свистит под окнами.

- В пятницу, да ближе к полночи

не проворонь, вези зерно на мельницу!

- 16

- Черных туч котлы чугунные кипят,

да в белых трещинах шипят

гадюки-молнии.

Дальний путь - канава торная.

Всё через пень-колоду-кочку кувырком да поперёк.

Топких мест ларцы янтарные

да жемчуга болотные в сырой траве.

- Здравствуй, Мельник-Ветер-Лютый Бес!

Ох, не иначе черти крутят твою карусель...

Цепкий глаз. Ладони скользкие.

- А ну-ка кыш! - вороньё,

заточки-розочки!

Что, крутят вас винты похмельные

- с утра пропитые кресты нательные?...

Жарко в комнатах натоплено.

Да мелко сыплется за ворот нехороший холодок.

- А принимай сто грамм разгонные!

У нас ковши бездонные

да все кресты - козырные!

На мешках - собаки сонные,

да бабы сытые,

да мухи жирные.

- 17

- А парни-то всё рослые, плечистые.

Мундиры чистые. Погоны спороты.

Черный дым ползет из трубочек.

Смеется, прячется в густые бороды.

Ближе лампы. Ближе лица белые.

Да по всему видать - пропала моя голова!

Ох, потянуло, понесло, свело меня

на камни жесткие да прямо в жернова!

Тесно, братцы. Ломит-давит грудь.

Да отпустили б вы меня... Уже потешилсь.

Тесно, братцы. Не могу терпеть!

Да неужели не умеем мы по-доброму?...

На щеках - роса рассветная.

Да черной гарью тянет по сырой земле.

Где зерно моё? Где мельница?

Сгорело к черту всё. И мыши греются в золе.

Пуст карман. Да за подкладкою

Найду я три своих последних зернышка.

Брошу в землю, брошу в борозду

- к полудню срежу три высоких колоса.

Разотру зерно ладонями,

- 18

- да разведу огонь,

да испеку хлеба.

Преломлю хлеба румяные

да накормлю я всех

тех, кто придет сюда

тех, кто придет сюда

тех, кто поможет мне

тех, кто поможет мне

рассеять черный дым

рассеять черный дым

рассеять черный дым...

Махмуд Исполкомов

ПЕСНЯ О ЛОДОЧНИКАХ

Посреди пустыни Гоби есть завод подводных лодок.

Старший лодочник, очкарик, никогда не видел моря. Средний ло дочник - красотка, председатель профсоюза. Младший лодочник

- романтик. И должно быть, из двуполых.

Посреди пустыни Гоби есть у них гострудсберкасса.

Там они лежат годами - сберегают нажитое. То-то им легко и

- 19

- ладно в глубине подводных лодок, посреди пустыни Гоби, за сте ной гострудсберкассы!

Раз в столетие с визитом к ним летает птица-боинг.

Хорошо следить за нею в слюдяные перископы! Но боятся богдыха на. Повелит, и як летает, красны буркалы распялит, бурно мо чится из шланга. Раз отлил, они решили, будто реки повернули.

В тот же час зарыли лодки, изнутри песком забили. Что не спря тали - взорвали. Остальное растащили, саксаулы порубили и ре шили партизанить. Тут пришел верблюд с посыльным. С ним письмо

от богдыхана: дескать, что за матерь вашу! Всё отрыть и жить,

как жили!

Старший лодочник, очкарик, что ешё не видел моря, средний

лодочник, красотка, председатель профсоюза, заседали молча,

тройкой. Посидели-переспали. Утром как врага народа расстреля ли двуменьшого...

Как всегда в конце столетья прилетала птица-боинг.

Говорили о погоде. Принимали прямо в лодке. Угощали гоби с

яком, по приказу богдыхана. Удивлялась птица-боинг, заедая го би яком: "Как вы можете, ребята, столько лет без капли влаги?"

Тут же вынесла красотка, председатель профсоюза, полведра

аэрозоли по приказу богдыхана.

Засадила птица-боинг, гоби с яком отрыгнула! Старший лодоч ник, очкарик, от конфуза обезумел! Средний лодочник, красотка,

председатель профсоюза, приоткрыла косметичку и приказом по

пустыне повелела гнать из тыквы сок армянского разлива и не медля изготовить три надежных апельсина из отходов бумбы-ямбы

труб и радиодеталей.

Дура, дура птица-боинг! Где ей ведать, мокроступой,

что у нас гагары тонут без ведра аэрозоли! Потому что гоби с

яком им, гагарам, недоступно...

- 20

- Средний лодочник, красотка, председатель профсоюза, постоя ля на закате, почесала где не надо и пошла своей дорогой. Хо роша дорога к дому!

Посреди пустыни Гоби есть завод подводных лодок.

Старший лодочник, очкарик, никогда не видел моря.