Читаем Саранча онлайн бесплатно

Симич. Подумай, как бы я не заговорил. Кого и как. Собственными руками.

Игнятович. Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Игнятович лжет, просто он давно примирился с самим собой. Его ничто не мучит, его не грызет совесть. Ничего.

Симич. Как бы я тебе не напомнил, Павле! И не назвал точное число. А ты на это число можешь поставить в лотерее и посмотреть, что оно тебе принесет!

Игнятович. Давай, давай, ступай.

И Симич выходит. Из кухни, из дома, из жизни этого человека. Игнятович остается со своей внучкой, спокойный, потому что совести у него нет.

Алегра. Дедушка, а этот человек действительно коммунист?

Игнятович молчит. Не отвечает.

Алегра. Дедушка, а что такое коммунист?

Игнятович некоторое время думает. Потом формулирует.

Игнятович. Это никто, детка. Этот человек просто — никто.

Фредди. Осторожно, папа. Мы никуда не спешим. Осторожно.

Отец Фредди медленно садится на скамью. Опирается на свою палку, смотрит, как и обычно, куда-то вдаль. Фредди остается стоять. Он ставит рядом с отцом корзину с едой.

Фредди. Здесь у тебя все есть. Бутерброды, цыпленок в фольге, яблоки, молоко.

Отец никак не реагирует. Он не реагирует никогда, никогда не подает ни малейших признаков того, что понимает, что ему говорят, что он вообще слышит, что ему говорят. Он только своим обычным злым взглядом следит за какой-то точкой на горизонте, но неизвестно, видит ли он вообще что-нибудь. Фредди делает последнюю попытку.

Фредди. Там и сахар есть. Папа. У тебя здесь есть сахар.

А старик не реагирует. Даже на слова о том единственном, что он любит, что всегда крадет, тайком сует в рот, из-за чего ему ампутировали пальцы на правой ноге и при этом все равно не смогли остановить процесс, даже на него, на сахар, старик не реагирует. И это помогает Фредди решиться. Ему ясно, что его старый отец ничего больше не понимает, ни о себе, ни о том, где он находится, ни о том, что его окружает, ни о чем.

Фредди. Ладно, папа. Я пошел.