Читаем Самый веселый день онлайн бесплатно

Кролик Ванни – некогда любимица у деток в пиццерии. Но все изменилось, когда психика носителя костюма дала сбой, и голоса в голове Ванни приказали ей убить одного из детей. С этого дня Ванни прозвали проклятой, заперли в подвале, а носителя костюма повязали в психиатрическую больницу, где та и умерла. Но душа Ванни навсегда в ее костюме…

Посвящение:

Вам, дорогим читателям! Только вам я и благодарен за то, что мои труды не уходят в пустую!

Видел я длинный мрачный коридор, в конце которого мигали каких-то два огонька, очень похожие на глаза. Глаза эти сияли красным светом так, что напоминали больше две небольшие капельки крови, зависшие в воздухе. Но на этом странности не собирались заканчиваться: вдали также был слышен шум, скрежет металла, и какой-то непонятный стук.

Мне удалось разглядеть в темноте силуэт человека. Да, это был именно человек. Кролик… Кажется, это был человек в костюме одного из животных, что давали выступления у нас в пиццерии.

В пиццерии сегодня выходной. Все костюмы в прачечной, а актеры (носители) явно сидят дома и смотрят телевизор. Так кто же это?

Я заметил, что силуэт медленно приближается ко мне, а я же не могу ничего с этим поделать – будто застыл, замер, как камень. Благо, мог только кричать, и выкрикнул:

– Что вы со мной сделали? Кто вы? Что вам нужно? Зачем вы здесь? Пиццерия закрыта! Сегодня выходной день!

– Не шуми… Я знаю, что сегодня закрыто, и никого, кроме нас с тобой, здесь нет. – послышалось мне в ответ. Это была Ванни.

Ванни… Та самая актриса, что неделю назад на сцене убила одного из детей, жестоко перерезав ему горло канцелярским ножиком. Но что она здесь делала? Носителя костюма этого кролика давно уже повязали в психиатрическую больницу. Но тогда кто же в костюме сейчас? И почему я слышу ее голос? Она ведь не может быть здесь!

– Прости, Майк, -продолжает жутким голосом говорить со мной Ванни. – но твое время вышло. Пора уже прилечь спать. И ведь сам виноват – ходить в подвал нашей пиццерии тебе никто не разрешал. Что же ты тут забыл? – Ванни подходила все ближе и ближе. И да, даже по форме ее тела стало ясно, что это была именно она. Сбежала из психиатрической больницы и засела здесь, в подвале пиццерии? Возможно. Она все продолжала говорить: – Искал для дочери плакат? Да, я знаю о ней. Она давно выпрашивает у тебя плакат. А плакаты со стен пиццерии срывать нельзя, вот ты и полез сюда, своровать парочку ненужных. Верно? Тут в подвале много плакатов… Пыльных, потрепанных, никому не нужных…

Она говорила правду. Я действительно искал плакат для дочери.

– Отойди, психопатка! – кричал я. – Отойди немедленно! С психиатрической больницы сбежала, и… Да и зачем ты сюда пришла снова? Так не терпится убивать детишек? Ну, что ж, пока тут у тебя только я. Дети сюда никогда не зайдут.

– Зря, зря ты так говоришь, Майки. Я ведь добра хочу. – сумасшедшим голоском визжала Ванни. – Ведь сам посуди, зачем тебе эта жизнь?

– Отойди, сумасшедшая!

Но Ванни все подходила. Когда она была уже совсем рядом, то сказала:

– Ванни умерла вчера. Лекарства в психиатрической больницы действуют очень плохо на организм человека. Благо, сейчас я дух, пусть и запертый навеки в этом сраном костюме кролика. Теперь ты знаешь все, Майки. Пора баиньки… – Ванни достала окровавленный канцелярский ножик (я у нее явно не первая жертва, да и не последняя точно) и начала потихоньку резать мою руку. Я кричал, и ей это очень нравилось. В конце концов она добила меня, перерезав горло…

***

Ванни бродила по подвалу, тихонько дожидаясь утра и любуясь еще незастывшей и мягкой кровью у нее на канцелярском ножике. Кровь Майка была не совсем тем, что она хотела бы, но тоже ничего. Вскоре люди забудут о том инциденте с ребенком, и Ванни снова сможет спокойно выступать в пиццерии…

На сцене было тихо, на нем красовался лишь силуэт какого-то кролика. А хотя виднелись и другие аниматроники. Дети потихоньку собираются и усаживаются вокруг сцены. Странно, как дети могли так долго находиться в полной тишине. Родители были рады – значит, детям интересно. Когда собрались все гости, тревожный скрип со сцены прервал тишину.

Началось представление. Заиграла веселая музыка, а люди в костюмах медведя, курицы, и кролика плясали и пели на сцене. Комнату охватил восторженный детский визг и смех. Родители начали понемногу уходить – дети рады, значит, беспокоиться не о чем, можно и позволить себе пару часиков отдыха.

Когда представление закончилось, родители стали приходить и уводить своих детей. Но Ванни знала – одного точно забудут. Она уже проходила это. Являясь духом в поганом костюме кролика, она стала выжидать со сцены и высматривать жертву.

И да, одного ребенка из всех действительно забыли. Девочка уселась на стул и начала ждать маму с папой. Но те не приходили.

Это тот самый момент. Медведь и курица ушли со сцены в раздевалку, переодеваться в свою одежду. В комнате остались только Ванни и та девочка. Ванни спустилась со сцены и подошла к ребенку.

– Девочка! Тебя забыли? Какой ужас! Но я уверена, что смогу тебе помочь.

Девочка заинтересованными глазами уставилась на Ванни. Она явно поверила ей – а это именно то, что нужно любому маньяку.

– Да… – тихонько сказала девочка.

Ванни взяла ребенка за руку и повела в подвал, постоянно осматриваясь, чтобы удостовериться в том, что их никто не видит.

Заведя девочку в подвал, Ванни усадила ее на кресло, и продолжила играть свою роль:

– Ну так, как же тебя зовут, милая ты моя?

– Нина…

– Нина? Какое красивое имя! Да и для такой красивой девочки! – Ванни, отойдя к столику, взяла оттуда канцелярский ножик и спрятала его в кармашек костюма. Девочка ничего не заподозрила.

Ванни начала медленно подходить к девочке, а как только подошла – весь подвал залился истошным детским криком…

Я проходил рядом с какой-то пиццерией. Хм, странно, но в ней почему-то ночью по прежнему горел свет так же, как и днем. Может, она работает даже по ночам? Не знаю, но стоит проверить.

Аниматроников на сцене не было, как и гостей. Возможно, ночью никого попросту нет. Не было, пока не нарушил эту гробовую тишину я, Гриша. Я ну очень люблю эту пиццерию, и ну не мог отказать себе в удовольствии сюда зайти в очередной раз, пускай даже ночью.

Я все еще помню все те лозунги: "Лучшая пиццерия, лучшая пицца" и "Идеальное место для отдыха. Тут отдыхает даже пицца!"

Тут я начал вспоминать истории, произошедшие здесь. Вот тут, например, мой знакомый Ваня упал и разбил коленку. А там я впервые потрогал Фредди, аниматроника-медведя, руками. Да, многое же у меня связано с этим местом.

Я бродил по пиццерии. Свет был везде включен, но никого не было. Кромешная, жутко давящая пустота сильно напрягала меня. Иногда откуда-то был слышен скрежет и прочий металлический шум, но, как я думаю, это либо трубы, либо моя психика уже дала сбой.

Да, возможно я уже схожу с ума, так как порой слышал еще и чей-то странный шепот, якобы позади меня:

– Гриша.... Гриша…

Но я-то точно знал, что это были всего лишь голоса в моей голове.

Что ж, я не собирался так долго бродить здесь, и, в надежде сыскать людей, направился в раздевалку. Место, где актеры обычно переодеваются в свои костюмы.

Дверь в раздевалку была открыта, так что я вошел. В раздевалке, к моему сожалению, никого не было… Все мое окружение там составляли лишь костюмы аниматроников, грязная посуда на столиках, какие-то книги и газеры, ну и прочий хлам да мусор.

Мне стало настолько нечего делать, что я решил почитать статьи в одной из газет. Она была как раз про "Пиццерию Фредди". Медведь Фредди был маскотом этого места, главным лицом. Его друзьями были курица Чика, лис Фокси, и кролик Ванни. К слову, с последним было связано нечто ужасное.

О чем и было написано в газете. Все газеты были написаны исключительно об инцидентах в этой пиццерии. Ого, их было так много. Все-таки опасное же это место. Пора явно убираться отсюда, тут что-то не так.

Я вышел из раздевалки, и тут же замер от ужаса – передо мною был кролик Ванни. Аниматроник помахал мне ручкой и спросил:

– Ну, как тебе тут? Уже достаточно осмотрелся?

Я впал в еще больший ступор. Аниматроникам нельзя говорить, только петь. А если и можно – на то нужно специальное разрешение от владельца, которое заполучить достаточно тяжело, и автоматически выдается лишь в экстренных случаях.

Я сразу понял, что тот был не аниматроником, и побежал в противоположную сторону по коридору. Интересно, там есть выход? Или оттуда хотя бы можно как-нибудь пройти к выходу? Этот вопрос волновал меня сейчас больше всего.

Вдруг я заметил лестницу в подвал. Надо ли туда бежать? Выхода здесь нет. да и от выхода я сейчас слишком далеко. Да и пройти к нему мне не удастся, тут нет больше хода. Мда, делать нечего – я побежал в подвал.

Пробежавши по лестнице, я схватился за дверь и прошел в подвал, и, закрыв за собой дверь, побежал дальше. Здесь было темно, сыро, страшно, но еще страшнее было бы, думаю, сейчас попасть в лапы к Ванни.

Я пробежал так пару метров. После чего, зайдя в первую попавшуюся дверь, я забежал в какую-то комнату. Заперев дверь на замок изнутри (благо, ключ был в замке), я спрятался и начал дожидаться утра…

***

Этот драный костюм Ванни меня совершенно не слушается! Я ему приказываю идти туда – но нет, он идет совершенно в другую сторону! И как мне ловить поганых людишек, когда меня не слушается мое же новоиспеченное тело?

Ладно уж. Я уверена, что Гриша побежал в подвал. Там я его и застану…

Но все же – что творится с моим телом?

В подвале было ну очень темно. Эта зловещая тьма так и навеивала ужаса и беспокойства. Отовсюду, из каждого угла мне мерещился жуткий силуэт кролика Ванни, что так и норовит подойти и…

Мне даже не хотелось думать о том, что произойдет со мной, если я попадусь к Ванни. Новости давали разные ответы, пожалуй, на этот вопрос, но все они были едины во всем – жертвы не выживали.

Подвал "Пиццерии Фредди" пах сыростью, тоской и некой жутью, которой были пропитаны все стены этого места. Если бы у стен были уши, то мне не описать то, какой ужас они здесь могли услышать. Этот Ванни – явно тот самый маньяк. А маньяк не может долго находиться в самой пиццерии – заметят. Я был уверен, этот подвал – ее логово.

Как минимум на это указывали кровавые надписи на стенах, да и лужицы засохшей, но все такой же ужасной крови. Надписи я разобрать не мог, да и не хотел, да и на это, впрочем, не было времени. Нужно было постоянно ходить из комнаты в комнату, чтобы запутать кролика. Она слышит мое дыхание, мои шаги, мое все. Она слышит меня постоянно, и я должен постоянно переходить от одного места к другому, от одной комнаты к другой.

Вдруг мне на глаза попалась странная комната. Она отличалась ото всех остальных. На двери была табличка, а на табличке надпись: "Комната охраны".

Здесь, кажется, должна находиться охрана в рабочие дни. В подвале? Но как же тогда Ванни, разве она бы их не убила бы? А может… Ванни и не плохая вовсе? Может, она просто охранник, что сейчас ищет меня и хочет вывести отсюда?

Но все мои сомнения рассеялись, как только я зашел в комнату. Посреди комнаты валялся уже гнилой труп охранника заведения. В комнате также были мониторы, что отображали вид с камер, все те же газеты, и какая-то касета. Газеты я уже читал, и перечитывать их мне точно не хотелось. Ну а касета меня заинтересовала.

Рядом, на после, лежал старый видеомагнитофон. В него можно было вставить касету и посмотреть, что же на ней записано. Я так и сделал. Как только вставил, то тут же камеры на мониторах сменила Ванни. Она с мониторов смотрела прямо на меня, и казалось, что вот-вот зайдет в душу. Вдруг, Ванни начала говорить:

– Посмотри на меня. Нравится? Видел меч в музее? Часто ли, глядя на меч, ты задаешься вопросом, сколько голов он порубил? – она истерически засмеялась. – Да, я знаю, но что бы ты обо мне не думал – я не перестану. Как-никак о тебе всегда будут говорить и думать плохо. Единственный человек, что всегда будет думать о тебе все самое хорошее – ты сам.

Из коридора тоже послышался голос Ванни:

– Гриша… Я знаю, что у тебя есть вопросы. Так выйди и задай их мне. – Ванни подходила все ближе.

Но в то же время касета не переставала играть, а Ванни на ней продолжала:

– Они принимают преданность, доброту и откровенность за глупость, трусость и флирт. Тебе все еще жалко этих людей? Людишек… – на этих словах касета обрывается.

А шаги, доносящиеся из коридора становились все громче и громче. Ванни уже знает, где я, и в любой момент могла войти в комнату и застукать меня. Мне не очень хотелось бы быть еще одним трупом на полу в этой комнате. Благо, я заметил вентиляцию. Я разбил калитку, закрывающую вентиляционный ход, и залез туда, начав ползти. Полз я так быстро, что и сам не понял, как уже летел вниз на сырой бетон…

– Где я? – первое, что произнесли мои уста, когда я очнулся. Осмотревшись, я понял, что это была канализация…

***

– Дрянной мальчишка! – я, Ванни, уже часами хожу по своему подвалу, надеясь уже наконец-таки зарезать этого сраного Гришу. – И где же ты.

В последний раз я слышала его в комнате охраны. Может он, увидев гнилой труп охранника на полу, которого я зарезала здесь месяц назад, упал в обморок? Это бы сильно облегчило мне задачу.

Но нет. Пройдя в комнату охраны, никакого Гришу я не нашла. Лишь открытый вентиляционный ход, и разбитую стальную калитку. Он настолько сильно испугался, что своим ударом аж умудрился выбить металлическую калитку… Мне нравится страх.

Он решил поиграть со мной в "кошки-мышки". Что ж, так даже лучше. Давно я так не веселилась. Все-равно, даже если он и сбежит, ему никто не поверит в ходячего по ночам аниматроника-маньяка. А мне так даже лучше – его страх меня возбудил.

Так где же он сейчас? Этот вентиляционный проход, в который залез Гриша, ведет только в один конец – в канализацию…

Я был рад, что наконец покинул то жуткое место, как "Пиццерия Фредди". Больше никогда туда не вернусь после этого. Да и плохой отзыв оставлю на сайте, будут знать… К слову, мне бы сначала домой придти. Это было моим единственным желанием сейчас. В канализации было менее сыро, но больше воняло отходами и гнилью. Странно, но даже здесь была видна рука аниматроника кролика Ванни. Тут всюду были кровавые надписи. Ну как… В том, что они именно кровавые, я уже начал сомневаться. Возможно, что они попросту были написаны какой-то красной краской, и, скорее всего, так оно и есть. Но меня пугало то, что краска была совсем свежей – эти надписи сделали недавно…

Позади послышался смех Ванни. Она была здесь… Она все еще ищет меня… И я все еще в опасности…