Читаем Салют динозаврам! онлайн бесплатно

Действующие лица:

ВАСЯ

АННА АНДРЕЕВНА

Хорошо обставленная комната в московской квартире. Особое внимание привлекают две электрогитары, электроорган и установка ударных инструментов.

ВАСЯ(по телефону).

Ах, так? Ладно, Евсикова. Тогда кино побоку.

(Достает билеты из кармана, читает.)

Бельэтаж, первый ряд, середина. Рву на клочки.

(Кладет билеты обратно в карман и на несколько частей возле трубки разрывает газету.)

Вот, вот и вот. В Москве 148 кинотеатров. Мало ему? Чего он ходит за нами, будто прикованный? Евсикова, это печально, а не смешно. Коню понятно: влюблен. Из-за меня? Из-за меня может не ходить. В группу его не возьму. Как председатель совета дружины устраивает. Как гитара-бас – нет. Чего несешь-то, Евсикова, сообрази! У нас не президиум, причем тут общественный резонанс. Твой Славик не ощущает. С ним на первом же туре хана. Вынесут ногами вперед. Не уговаривай… не уго… Я не ссорюсь. Недоумеваю.

Как только Славика обидят – у тебя слезы текут. А на истинных моих друзей тебе наплевать. На кого наплевать? На Коржикова, например. Он гитарист-гений, а ты хочешь, чтобы я его на Славку сменял… Погоди, звонят в дверь.

(Кладет трубку рядом с телефоном, выходит в прихожую.)

Слышны голоса:

– Это квартира Воскресенских?

– Да, проходите.

Вслед за Васей в комнату входит АННА АНДРЕЕВНА. В одной руке чемодан, в другой спортивная сумка. Плащ, под которым строгий черный костюм. Нелепый, почти сиреневого цвета, парик.

АННА АНДРЕЕВНА(радостно). Должна признаться, шестой этаж – это для меня уже высоко.

(Опускается на стул.)

ВАСЯ(удивленно разглядывает Анну Андреевну). У нас лифт.

АННА АНДРЕЕВНА. Когда-то, когда я еще жила в Москве, у лифтов были тяжелые, железные, зарешеченные двери – как в тюрьме. А у вас они сами то сдвигаются, то раздвигаются, то сдвигаются, то раздвигаются! Будто челюсти аллигатора. Я испугалась: а вдруг они вознамерились меня перекусить.

(Смеется, затем с неожиданной серьезностью.)

Ты красивый и вполне взрослый мальчик. Почти юноша. Высокий лоб. Крупные уши, форма ушей – признак музыкальности. Во всяком случае, у Рахманинова были именно такие уши.

(Не замечая, что Вася смотрит на нее со все более возрастающим удивлением.)

Знаешь, о чем я твердила себе всю дорогу? "Не забудь о подарке, не забудь о подарке". У вас есть холодильник?

ВАСЯ(вежливо и отчужденно). У нас есть холодильник. У нас есть телевизор, стиральная машина и пылесос. К тому же мы не принимаем дорогие подарки.

АННА АНДРЕЕВНА(смеется, вдруг обрывает смех). Прости, я не поняла.

ВАСЯ. Не надо дарить холодильник. У нас уже есть. Вы ошиблись квартирой. Профессор-невропатолог на восьмом этаже.

АННА АНДРЕЕВНА. Позволь, причем здесь профессор? И причем холодильник? Разве я собираюсь его подарить?

ВАСЯ. У меня создалось именно такое впечатление.

(Делает шаг в сторону, как бы предлагая гостье подняться и покинуть квартиру.)

АННА АНДРЕЕВНА. У тебя странная манера шутить. Но я привыкну и научусь понимать. Соседский мальчишка вчера поймал тайменя и подарил его мне. (Показывает на сумку, торжественно.) Он здесь. Вечером у нас будет пир на весь мир. Ты не догадался, кто я? Но ведь это же очень просто. Очень. Ты Воскресенский-младший, так?

ВАСЯ. Так.

АННА АНДРЕЕВНА. Твою бабушку зовут Соней. Софьей Андреевной. А меня Аней. Анной Андреевной. Я сестра твоей бабушки. Из этого вовсе не следует, что нам непременно надо кидаться в объятья. Суть человеческой близости не в генеалогическом родстве, а в духовном. Но руки друг другу нам следует пожать.

Рукопожатие.

А теперь – немедленно сумку в холодильник. Для нежной рыбы нет ничего губительнее жары.

Вася, забрав сумку, выходит.

Судя по тишине, в доме никого, да?

ВАСЯ(возвращается, сухо). Да, я в доме один. (Помолчав.) Почему вы не сообщили о приезде?

АННА АНДРЕЕВНА. О, это нелепая история. (Осматривая комнату.) Полгода назад, после огромного перерыва, я написала Соне. В ответной открытке она пригласила меня пожить у вас. Три дня назад, когда у меня уже был билет на самолет, я дала телеграмму. Об остальном ты, конечно, догадываешься.

ВАСЯ. Вы дали телеграмму на наш старый адрес.

АННА АНДРЕЕВНА. Естественно. Откуда мне было знать, что дом снесли. Я приехала на развалины. Пришлось разыскивать вас через справочное бюро. В газетах пишут о реконструкции города в связи с надвигающейся олимпиадой. Но, мне казалось, то был такой крепкий дом. Дом на века. Возможно, это впечатление детства. Я не была в Москве почти шестьдесят лет. Шестьдесят лет! А? Целая жизнь. Как тебя зовут?

ВАСЯ. Вася.

АННА АНДРЕЕВНА. Вася. Прекрасное имя. Простое и замечательное. Так звали легендарного Чапаева. А меня вся знакомая детвора называет тетей Аней. Я привыкла. Прошу и тебя: никакого отчества. Тетя Аня – и все. (Возле окна.) Тихая улица. Прекрасная квартира. Солнечная сторона. Сонина комната не там?

ВАСЯ. Там родительская комната. Бабушкина комната из прихожей направо.

АННА АНДРЕЕВНА(вдруг). Позволь, разве ты не знал, что бабушка пригласила меня в гости?

ВАСЯ. Нет.

АННА АНДРЕЕВНА. Странно. Я думала, вы это обсуждали на семейном совете. Какое необыкновенное скопление музыкальных инструментов. Зачем?

ВАСЯ. Мы здесь репетируем.

АННА АНДРЕЕВНА. О, это сюрприз. Я запойный музыкальный пьяница. Алкаш. И, как видишь, сразу заметила, что у тебя музыкальные уши. На каком инструменте ты играешь?

ВАСЯ. На этом.

АННА АНДРЕЕВНА(опешила). На барабане? (Рассмеялась.) А почему нет? Я полагаю, талантливый человек может добиться успеха, даже играя на барабане.

ВАСЯ(хмуро). Я бездарен.

АННА АНДРЕЕВНА. Тогда обзаведись честолюбием. Я знавала людей, которым оно вполне заменяло талант.

(Осматривает себя, воспользовавшись вместо зеркала открытой оконной рамой.)

Сегодня я выгляжу великолепно. А? Нет? На мне парик. Мне одолжила его знакомая кассирша.

ВАСЯ(наклонившись к телефонной трубке). Евсикова, жди, я сейчас.

АННА АНДРЕЕВНА(обернувшись). Что?

ВАСЯ. Это не вам.

АННА АНДРЕЕВНА(увидела трубку, лежавшую на столе, огорчена).

Я тебе помешала. Извини. Твой абонент заждался. Это нехорошо.

ВАСЯ. Ничего, Евсикова переживет.

АННА АНДРЕЕВНА(словно оценивая). Ты строгий юноша. Юноша с характером. Все же тебе следует закончить разговор. А я пойду и помою руки. Не обращай на меня внимания. Я спущусь во двор. Уверена, что найду Соню где-нибудь на скамеечке в тени. Предстоит забавнейший аттракцион: встреча двух девочек, превратившихся в старушек.

Вася, который было направился к телефону, обернулся и внимательно посмотрел на Анну Андреевну.

(Задержавшись в дверях.) Когда возвращаются твои родители?

ВАСЯ. В ноябре. Они на Камчатке.

АННА АНДРЕЕВНА. Да, да. Соня писала – Павлик часто в разъездах. Что они делают на Камчатке?

ВАСЯ. Они вулканологи. Полгода на Камчатке, полгода в Москве. Я привык.

АННА АНДРЕЕВНА. Привык! Хорошенькая привычка! (Строго.) Не в укор твоим родителям должна заметить: я не одобряю моду доверять воспитание старушкам и старичкам. Старики благодушны. Их поучений и окриков никто не воспринимает всерьез. При твердом отцовском характере у ребенка гораздо меньше пробелов в воспитании.

ВАСЯ(продолжая внимательно смотреть на нее, думая о другом).

Вы обнаружили пробелы в моем воспитании?

АННА АНДРЕЕВНА(смутившись). «Пробелы» сказано слишком сильно. Я не собираюсь выговаривать тебе. Но… (с мягкой улыбкой) ты мог бы, например, предложить мне снять плащ. И – вот (кивнув на телефон) – твой абонент все еще ждет. Естественно, Соне я о своих зловредных наблюдениях не проболтаюсь.

ВАСЯ(медленно). Разве вы не знаете, что бабушка умерла?

АННА АНДРЕЕВНА(после паузы, очень серьезно и спокойно). Нет, я этого не знала. Когда?

ВАСЯ. Три месяца назад.

АННА АНДРЕЕВНА(бесстрастно). Нам с твоей бабушкой следовало поторопиться. В старости бежишь на свидание со смертью наперегонки. Я бы хотела посмотреть на ее комнату.

(Медлит. Взгляд ее падает на телефонную трубку.)

Кто эта Евсикова?

ВАСЯ. Людка. Обыкновенная одноклассница.

АННА АНДРЕЕВНА. Василий, не лги. Обыкновенные одноклассницы не ждут у телефона по десять минут.

(Выходит).

ВАСЯ(берет трубку).

Людка, ЧП. Старушка ввалилась, бабушкина сестра.

(Прикрывает трубку и отворачивается от двери.)

Вот так прямо и ввалилась. С тайменем. Ну, Евсикова! Таймень мне не родственник. Рыба он.

В дверях появляется Анна Андреевна. Услышав, что разговор о ней, хочет уйти, но, почувствовав слабость, опирается рукой на спинку стула, затем садится.

Полоумная какая-то. Да не рыба, старушка. Сиреневый парик. Лифта боится. Говорит, на крокодила похож.

Да я вообще о ее существовании не подозревал. Говорит, бабушка пригласила. Ну, Евсикова, ты даешь! Если я помру, смогу я тебя в гости позвать? Да в том-то и дело, не знала, думала, жива. Да ты что, Евсикова! У меня же к ней никаких родственных чувств. Все равно, что первому встречному сказать: поселяйся, живи. Ну да, ты бы оставила, это известно. Ты тоже чокнутая, вроде бабушки моей. Не случайно она превозносила тебя. Да не до нее мне, репетиция через двадцать минут.

Анна Андреевна с трудом поднимается, выходит.

Мы из гуманизма не можем старушку глушить. Играть потише? Мы – группа, нам без мощи нельзя… Ладно. Сам разберусь.

(Кладет трубку, некоторое время стоит, размышляя, что предпринять.)

АННА АНДРЕЕВНА(входит). У Сони хорошая комната. Очень. И прекрасный вид из окна. В старости очень важно – вид из окна. Она долго болела?

ВАСЯ. Она совсем не болела. Умерла во сне. Врачи сказали: оторвался тромб.

АННА АНДРЕЕВНА. Прекрасная смерть. Прекрасная. Самое страшное в смерти не умирание. Самое страшное – мысль, что близкие казнятся от бессилия облегчить твою участь. Печальный день. Очень. Уже ничего нельзя откладывать. Ничего. (Улыбнулась.) Надеюсь, Евсикова не обиделась на тебя?

ВАСЯ. На эмоции Евсиковой мне начихать. Хотите, я сделаю вам чай?

АННА АНДРЕЕВНА. Чай? Ах, чай? Ты добрый мальчик. Спасибо. Но сейчас мне надо идти.

ВАСЯ. Куда?

АННА АНДРЕЕВНА. Как, разве я не сказала? В гостиницу. Я заехала только на минутку. Убедиться, что мне дали правильный адрес. Я знаю, ты хочешь предложить мне остаться. Но я решительно не умею жить в незнакомой квартире. Я делаюсь больна и не сплю по ночам.

К тому же, Сонина смерть для меня такая неожиданность. Надо побродить по улицам, поразмыслить. Но мы с тобой будем видеться. Непременно. Я поживу в Москве. Похожу по музеям, побываю в консерватории, в театрах… У меня обширные планы. Очень. (У двери.) Пожалуй, я до вечера оставлю у тебя чемодан. Ты любил свою бабушку? Впрочем, прости, это глупый вопрос. Не провожай меня. Нет, нет. Тебе надо собраться перед репетицией. Искусство требует сосредоточенности. Разве не так? (Выходит.)

ВАСЯ(смотрит ей вслед. Хмурится. Почему-то ему не по себе. Наконец, словно решив отмахнуться от всего происшедшего, он под ходит к телефону, набирает номер). Евсикова, все нормально. Отделался легким испугом. Ушла. Куда, куда! В гостиницу. Не переживай. Бойкая старушка. Не пропадет. Насчет кино. Если согласна вместе с Коржиковым, можем пойти. На тот же, на шестичасовой. Билеты? Евсикова, я не мелочный. Одни порвал – другие куплю.

Воскресное утро. Еще в темноте раздается ритмический грохот. Когда сцена освещается, мы видим, что создает его Вася, пребывающий в состоянии музыкальной одержимости. Репетируя соло на ударных инструментах, он демонстрирует чудеса эквилибристики.Он играет и руками, и ногами. В воздухе мелькают то барабанные палочки, то металлические метелки. Меняются ритм, краски, звучность – от нежнейшего «пианиссимо» до оглушительного «форте».

Так продолжается две-три минуты.

Где-то в середине этой музыкальной эксцентриады в дверях появляется Анна Андреевна. Вася ее видит. Анна Андреевна без парика, у нее аккуратно подстриженная седая челка. Удивление на ее лице постепенно сменяется любопытством. На смену любопытству приходит заинтересованность. Прислонившись к косяку двери, Анна Андреевна внимательно слушает, улыбаясь легкому перезвону тарелок и вздрагивая от барабанных взрывов. Наконец, импровизация окончена.

АННА АНДРЕЕВНА(аплодирует). Браво. Ты виртуоз. В своем роде ты Паганини и Лист.

ВАСЯ(обернулся, не сразу). Я ждал вас до часу ночи.

АННА АНДРЕЕВНА. Доброе утро.

ВАСЯ. Оставил открытой дверь – вдруг вы позвоните, а я не проснусь.

АННА АНДРЕЕВНА. Спасибо, я, как видишь, вошла.

(Услышав стук в стены и потолок, с беспокойством оглядывается.)

Что это?