Читаем С привкусом апельсина (СИ) онлайн бесплатно

Короткий любовный роман

Женский роман

В тексте есть: апельсины, эмоционально, начальник и подчиненная

Ограничение: 18+

Я приёмная. Моя жизнь — сплошная ложь. Кто я? Девушка, которая едва не искалечила себя плохой компанией? Я так надеялась создать свою настоящую семью без лжи. Вот только каждый раз между мной и любимым человеком встаёт посторонняя женщина. Ой, а кто тот брутальный мужчина?

Не поняла. Как это он уже женат?!

#без_подробных_сцен_секса

#эмоционально

#счастливый конец

О том, что мои родители мне вовсе не родители, я узнала в тринадцать. Именно тогда случился первый переломный момент в моей насыщенной событиями жизни. Училась до этого прилежно, радовала маму с папой хорошими оценками, гуляла по вечерам с такими же обыкновенными девчонками — Златой и Леной — и уплетала бабушкины голубцы за обе щёки. В школе участвовала в некоторых конкурсах по математике и даже получала грамоты в красной рамке. Моя учительница хотела отправить меня на олимпиаду.

Вот только это оказалась не моя бабушка, не мой дом и не моя школа. Я не поехала ни на какую олимпиаду. На месте, которое я заняла практически с самого рождения, должна была быть настоящая дочь Вики и Дениса, а не девочка-подкидыш. Но ребенок Вики — первый ребёнок! — родился мёртвым, и врачи не советовали тридцатичетырехлетней женщине беременеть снова по состоянию её здоровья. Конечно, тридцатилетнему Денису ничего не стоило развестись и создать новую семью с женщиной, которая смогла бы подарить ему маленькое счастье и продолжить его род, но он так искренне любил свою жену, что мысль о жизни с другой женщиной ему ни разу не приходила в голову.

Меня же подбросили на порог дома малютки в грязной пелёнке, не оставив ни одной записки. По счастливому случаю именно в тот день туда пришли Вика и Денис. Нужные документы они оформили довольно быстро, и при первой возможности забрали к себе в дом, где уже давным-давно была готова детская комната для девочки.

Родители мне достались замечательные, и я действительно их любила. Они не ругали по мелочам, и умели быть одновременно ласковыми и строгими. Но я, глупая такая, этого не ценила и вела себя отвратительно, расшатывая Вике нервы. И более того я не отдавала отчёта в своих действиях. Могла задержаться у подруги и вернуться поздно ночью, не предупредив. Могла неделями не наводить порядок в комнате, чем чистоплотная Вика была вечно недовольна. И многое другое. Как-то раз я намеренно поцарапала гвоздём дверь нового автомобиля Дениса. Кому и что я пыталась этим доказать, ответить сложно. Сейчас и не вспомню, но тогда мне казалось это крайне важным.

Однако Вика с Денисом пресекали все мои странные, с их точки зрения, поступки. Лишь от одного они не смогли уберечь — связи с плохой компанией. Впрочем, не было в том их вины. Они не знали.

Когда я поделилась с одноклассниками своей сокровенной тайной, поскольку не могла держать это в себе, стала девочкой для битья. До ужаса обидно. Разозлившись на весь мир, разругалась со всеми одноклассниками. И в тот же день познакомилась с необычным мальчиком.

Он шел по тротуару, пиная скомканную жестяную банку от газировки и яростно плевал на асфальт. У меня было не лучшее настроение, я сильно торопилась и, проходя мимо, задела его плечом. Мальчишка вспылил, кинулся на меня с криками:

— Остановись, смертная!

Я в обратную бросилась на него с кулаками, и через пять минут мы оба катались в пыли и мутузили друг друга. В конце я применила хитрый приём и укусила его за руку. Вот так мы и познакомились.

— Косой, — представился мальчишка.

— Света.

Он угрюмо покачал головой.

— Так нельзя. Имена ничто. Какое у тебя погоняло?

Я пожала плечами.

— Будешь Кусакой, — мгновенно решил Косой.

Вот так я стала частью уличной банды.

Как только меня признали «своей» (для этого нужно было пройти обряд — разбить окно с заднего двора на старом здании музыкальной школы), и я познакомилась с Чумазым, Горьким и Цаплей, свободное время напрочь исчезло. Появились новые дела, потребности и планы. Учёба окончательно осточертела, и я стала пропускать неинтересные уроки… Неинтересными были все. Месяц не появлялась в школе и многому научилась. В число приобретенных навыков вошли меткость, точность взгляда. Также я досконально изучила карточное дело и наловчилась подрезать кошельки. Дел-то.

Впервые в жизни поцеловалась. С Чумазым. Он был в меру упитанным брюнетом с косой челкой, носил безразмерные толстовки и рваные, запятнанные грязью джинсы. Как хмуро тогда смотрела на меня Цапля! Ей ведь тоже, как выяснилось, нравился Чумазый, и она долгое время пыталась занять место его подружки. Вот только я об этом узнала гораздо позже поцелуя, когда Цапля едва не повыдергивала мне все волосы на голове. Интересное было время.

В одном лишь не повезло — классная вызвала родителей в школу. Начались проблемы. Вика с Денисом решили, что у меня серьезная психологическая травма и стали водить к психологу. Да о каком психологе может идти речь, если мне срочно надо было бежать в подворотню к Косому и Чумазому?

Вика с Денисом меня не поняли. И я… сбежала к Чумазому. Было бы на улице лето, я бы долгое время не приходила. Но тогда уже наступила холодная промозглая и сырая осень, переходящая в зиму. И в подвале, где обитал Чумазый, не топили, а потому было до невозможного холодно, и на третий день побега я вернулась.

— В этом доме не место жестоким девочкам, которым он не нужен. Уходи, — сказал Денис, не открывая мне дверь.

Так должно было быть с самого начала. Всё очень закономерно. Это вообще не мой дом.

Не в силах обижаться на правоту Дениса, я развернулась и ушла, куда глаза глядят, но по щекам всё равно водопадом катились крупные слёзы. Последние монеты потратила на банку пива, которую приобрел для меня совершеннолетний старшеклассник. Сигареты, выданные Чумазым, закончились. Осталась только упаковка.

На автобусной остановке, где я назло всему миру срывала рекламные объявления, меня нашёл Денис. Отвернулась от него, но Денис проявил неожиданную для него настойчивость и развернул лицом к себе.

— Долго матери нервы мотать будешь? — грозно спросил он.

Я съежилась, как нашкодивший котенок и закусила губу, стараясь не расплакаться. Я не должна этого делать. Только не перед ним. Я должна показать, что я сильная и что мне никто не нужен.

— Денис…

Я не знала, что сказать и замолчала.

— Владимирович, — подсказал он.

От удивления округлила глаза. Не знала, что мы настолько чужие люди, чтобы я к нему по имени и отчеству обращалась, но раз так…

— Денис Владимирович, спасибо вам и Виктории Александровне за всё. Я больше не буду вам мешать. Простите.

Взрослый мужчина присел передо мной на корточки, схватил за руки. Обнаружив банку пива, рассердился, отобрал и выбросил полупустую банку в урну.

— Чтобы я больше не видел тебя рядом с этой дрянью, — со всей серьёзностью добавил мой лжеотец.

Потом задумался и сунул руку в карман моей куртки так быстро, что я не успела ничего понять.

— Света, — простонал Денис, доставая опустошённую упаковку от сигарет и зажигалку.

Я промолчала.

— Почему ты так себя ведёшь?

— Я никому не нужна, — серьёзно сказала я и попыталась отнять зажигалку, но Денис тут же оправил её следом за пивом.

Денис тяжело вздохнул.

— Глупости. Ты нам нужна.

Зачем? Кому нужен чужой проблемный ребенок, на которого каждый день приходится тратить деньги? И, видимо, этот вопрос отразился на моем лице, поскольку Денис принялся пояснять:

— Никто не берёт в свой дом чужого ребенка, если не хочет его воспитывать и любить. В том, что ты моя неродная дочь нет твоей вины.

— Меня бросили.

— Значит, бог хотел, чтобы ты попала именно в нашу семью. Света, не дури, пойдем домой.

Денис протянул мне мизинец дружбы. Глупая, детская присказка, которая всегда действовала на меня положительно:

— Мирись, мирись, мирись и больше не дерись!

Мы с Денисом проговорили её хором, и моё настроение значительно улучшилось. А после Денис обнял меня, не вставая, и я уткнулась хлюпающим носом ему в плечо.

— Больше никаких глупостей, — строго предупредили меня.

— Да, Денис.

— И никаких Денисов и Вик! — ещё более эмоционально выкрикнул Дени… папа.

— Хорошо, пап, — согласилась я. Что ещё я могла сказать?

И мой самый невероятный отец в мире, который широко улыбался, неизвестно чему радуясь, повел меня за руку домой, где нас встретила изрядно похудевшая Вика с мешками под глазами. То есть не Вика, а мама. Почувствовала себя ничтожеством, способным приносить одни неприятности. Некоторое время Вика — мама! — со мной не разговаривала даже, только без конца заглядывала в комнату, проверяя моё присутствие. Но вскорости наши отношения стабилизировались и вернулись в прежнее русло.

О подворотне пришлось забыть. И в школе понадобилось многое наверстывать. Вот только подворотня не забыла обо мне. Грязные прокуренные мальчишки с нечесаными лохмами волос каждый день встречали меня после школы, требуя налички или хоть какой еды в качестве платы за возможность жить в семье. Не приходил из всей компании лишь Косой, который и привел меня в этот вечно голодный беспризорный мир. Поговаривают, с ним что-то случилось.

Так как еду я с собой никогда не брала, пришлось отдавать деньги. И с каждым разом Горький и Чумазый требовали всё больше и больше «бабла». Мне приходилось просить дополнительные деньги. Поначалу Денис давал мне немного наличных сверху привычной суммы, и тут же вытряхивал наизнанку все карманы и потайные отделения рюкзака в поисках сигаретных запасов. Не находил, протягивал некрупные купюры. Но так как запросы росли, папа скоро заподозрил неладное. Я шифровалась, как могла, всё-таки втягивать в мои разборки людей, которые и так сделали для меня многое и приняли как собственную дочь, не хотелось, а решить проблему самой никак не удавалось. Одноклассники смотрели косо в мою сторону. Ведь, мало того, что приёмная, так еще и болтаюсь непонятно с кем после уроков.

А теперь самое интересное. Мой куриный мозг на тот момент не был особо соображающим, и не проанализировал поступавшие в мою сторону вопросы от отца. Потому, когда в очередной раз я вышла со школьного двора, была поймана с поличным. Чумазый с Горьким, само собой, тоже. Повезло, что хоть Цапля в тот день не явилась. Но мой папа, столь удивленный кругом моего общения, не оставил это дело просто так. В итоге после его вмешательства Горький с Цаплей — до неё тоже очередь дошла — и Мохнатый, с которым я практически не общалась, вернулись в свои семьи. Кого-то забрали дядюшки или тётушки, я не вникала в эти подробности. Косого так и не нашли. По словам Чумазого, Косой вовремя «залёг на дно». А что же касается самого Чумазого… После того, как его родители погибли в автокатастрофе, он оказался круглым сиротой. Узнав новость, он в тот же день сбежал из съёмной квартиры, забрав свои деньги, кое-какие вещи и приставку. А чтобы ненароком не встретиться с друзьями или же учителями, Чумазый нашел такси и уехал в соседний город к «родственникам». Понятное дело, что этих родственников не было.

В общем Чумазого усыновили Вика и Денис.

Вот так в нашей семье появился нагловатый подросток, что был старше меня на два года.

— Будете братом и сестрой, — умилялась Вика, делая ремонт в свободной комнате, чтобы подготовить её для Чумазого.

Мы же с Чумазым смотрели друг на друга, вспоминали наши неловкие слюнявые поцелуи в отсырелом подвале и никак не хотели быть «братом» и «сестрой». Конечно, встречаться как пара мы не собирались — кому это нужно в тринадцать-то лет! — но чувство братской любви нам обоим представлялось иначе. Поэтому по большей части мы враждовали, находясь на одной территории.

Однако сейчас, спустя годы, я безмерно благодарна Вике и Денису за то, что они подарили мне такого брата, поскольку Чумазый сыграл не последнюю роль в моей жизни. Но об этом я расскажу вам потом, когда придёт время.

Моя жизнь — это поток бесконечных событий.

Я выпускница — строгая школьная форма, гелиевые шары, аттестат.

Школу закончила без троек, ради чего пришлось постараться. К тому моменту Чумазый уже два года как учился в Москве, жил в общежитии и даже где-то подрабатывал. Финансово зависеть от приёмных родителей ему не хотелось, и они поддерживали его в этом стремлении, но, не потому что было жаль денег, а потому что полагали, что мужчина должен сразу привыкать к ответственности и самостоятельности. Кстати, забыла сказать, Чумазого на самом деле звали Виталиком, но я к нему по имени практически никогда не обращалась. Он платил мне той же монетой, называя меня Кусакой.

Училась я средне — за отличными оценками не гналась и до троек не скатывалась, ведь при их наличии стипендию не платили. Конечно, она была небольшой, но прибавить ко всему ещё и социальную стипендию… На две с половиной недели этих денег хватало. Потом подрабатывала промоутером или брала деньги у родителей. Хотя, зачем я это рассказываю? Это не самое важное. А важно то — и именно об этом я и хотела поговорить, — что во время учёбы у меня случилось два бурных любовных романа. Первый отложился в моей памяти не так ярко, как второй, я даже лицо этого человека стала постепенно забывать. Расстались мы до зубного скрежета банально — он полюбил другую девушку. И сейчас, насколько я знаю, счастливо живет с ней в браке.