Читаем Русские имена онлайн бесплатно

Имя дается человеку один раз, при рождении, и сопутствует ему всю жизнь. Записанное в официальные документы, оно становится его личным названием. Мы привыкаем считать свое имя самым близким нам словом родного языка и своеобразным синонимом нашей собственной личности.　

Однако многие не знают смысла имен и даже не задумываются над ним. Каждый из нас скажет свое имя, но редкий сможет объяснить его значение.　

В самом деле, есть ли какой смысл в словах, которые являются нашими именами? Как могло случиться, что мы не знаем сути и даже удивляемся зачастую самой мысли о том, что человеческое имя может еще что-то значить, кроме того, что оно называет какого-либо конкретного человека?　

Личные имена имеют не только смысл, но и свою историю. Они, как и другие слова, рождаются человеческой фантазией, расцветают, стареют и умирают, исчезая из языка народа, который был их творцом.

В книжке «Русские имена» сделана попытка коротко и по возможности просто рассказать историю русских личных имен, отчеств и фамилий, расшифровать смысл наиболее популярных из них, обратить внимание современников на их внешнюю и внутреннюю красоту. Сделаны также попытки осмыслить их морфологию и орфографию. Одним словом, эта книжка излагает некоторые вопросы русской исторической ономастики.　

Слово «ономастика» не должно пугать читателя своей «ученостью». Оно является названием того раздела языкознания, который изучает человеческие личные наименования, и ведет свое происхождение от древнегреческого слова onomastiké, что в переводе на русский язык означает «умение выбирать имена».

В одном из романов современного киргизского писателя Тугельбая Сыдыкбекова «Люди наших дней» есть такой эпизод. В дни Великой Отечественной войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков, в 1941 году, по бескрайним просторам Украины нескончаемым потоком двигались беженцы, не желавшие жить в фашистской неволе. Уходила от врага и молодая украинка Люба с крохотным ребенком на руках, родившимся у нее в дороге.　

После долгих скитаний Люба очутилась в далеком киргизском кыштаке[1]. Там ее очень тепло приняли, окружили заботой и вниманием. Вскоре после приезда Любы в далекое селение женщины-киргизки, пришедшие проведать эвакуированную к ним молодую мать, спросили у нее через переводчицу, как зовут ее маленького сына.　

— Микола, — почему-то застеснявшись, ответила Люба. — Это я по-своему, без загса… так просто. Отец всегда говорил: «Если будет сын, назовем его Миколой».　

— Микола? — переспросила ее старуха Камка. — Значит, так наказывал отец? А что значит это имя?　

И обратившись к девушке, переводившей ее вопросы Любе, она добавила:　

— Ты объясни ей, Макиш, что наши имена даются со значением, со смыслом.　

Макиш о чем-то поговорила с приезжей женщиной и перевела ее ответ:　

— Нет никакого значения. Может быть, оно и есть, только она не знает. Для нее это просто ласковое имя.　

— Простое и ласковое? — задумчиво проговорила старуха. — Ты объясни ей, Макиш, что у нас так не принято. Пусть не дает ребенку простого имени, без всякого значения. Ведь ей до конца войны придется среди нас жить. Как же мы будем называть ее сына просто так? Пусть она уважает наши обычаи. А потом такое время… Сынок ее родился под этими самыми… бомбами. Его приняли воины Красной Армии… Он долго не видел колыбели и столько путешествовал, прежде чем добраться сюда… Нет, имя такого ребенка не может быть простым! По-моему, его надо назвать Аскер, что значит — воин.　

Когда Макиш переводила слова Камки, Люба внимательно слушала. Она поняла, чего от нее хотят и внутренне согласилась с доводами старухи. Конечно, Аскер звучит для ее слуха непонятно, но смысл этого слова, как объясняют, большой.　

— Аскер, Аскер, — несколько раз повторила она про себя. Потом взволнованно сказала:　

— Родненькие мои, пусть будет по-вашему… Но как же? Ведь отец просил…　

Люди задумались: «Она правду говорит! С желанием отца надо считаться!» Выручил из затруднительного положения находчивый Акман:

— Я помирю обе стороны. Давайте назовем ребенка Микола-Аскер! Пусть будет Микола-воин.　

— Вот это верно! — одобрительно зашумели люди. — Хорошо придумано! Пусть растет на радость своему народу крепким, сильным, работящим!　

Этот случай, рассказанный писателем, интересен прежде всего тем, что он показывает, как неодинаково подходят к выбору человеческих имен представители разных народов, населяющих нашу страну. Киргизы, оказывается, дают детям только «значащие» имена, а украинцы, например, подобно Любе, не знают их смысла и оценивают имя лишь как красивое или некрасивое.　

По-разному относятся к личным именам не только эти два народа. Туркмены, казахи, татары, узбеки выбирают тоже имена «со значением». Так же поступают и многие другие народы мира. Осетины, к примеру, могут сказать, что мужское имя Ахсар значит «отвага», а женское имя Дуне — «весь мир». Арабы объяснят, что Байя — по-русски может быть переведено словом «красотка», Джохор — «жемчужина», а Джамила — «красавица».　

В то же время русские, украинцы, белоруссы редко задумываются над смыслом имен. Многие русские, носящие, например, имя Николай, вовсе и не предполагают, что по-русски оно значит «победитель народов», «победитель воинов».　

Читатель, вероятно, удивленно спросит: «Как это «по-русски»? Разве слово Николай не русское? Ведь это же чисто русское имя!»　

Да, имя Николай — чисто русское, а вот слово Николай по своему происхождению не русское, греческое.　

Дело в том, что многие русские имена являются словами, заимствованными из других языков, в том числе и из греческого, и чтобы понять их смысл, надо перевести их с этих языков на русский.　

Николай — это «тезка» украинского имени Микола, и последнее имеет точно такой же смысл. Будь все это известно Любе, героине пересказанного эпизода, безусловно, не возникло бы недоразумения при разговоре ее с киргизскими женщинами по поводу имени сына. Жительниц горного селения вполне удовлетворило бы, вероятно, значение украинского имени, и они не предложили бы молодой матери называть малыша по-киргизски, Аскером.　

Каждое личное человеческое имя, взятое из любого языка, что-то значит, имеет внутренний смысл, хотя иногда носители имен и не знают этого смысла.

Имена, как и всё на свете, имеют свою историю. Они возникают, изменяются, исчезают. История русских имен своими корнями уходит в очень отдаленную эпоху и тесно связана с историей русского народа и его языка.　

Около четырех тысяч лет тому назад на равнинах, раскинувшихся между реками Одрой, Вислой и Днепром, жили племена славян. В течение последующих веков они заселили все соседние земли: на запад — до реки Лабы (Эльбы), на восток — до среднего Поволжья. Эти племена жили родовым строем и говорили на одном языке, который ученые называют общеславянским.　

Впоследствии, когда начался процесс объединения племен, славяне, жившие на востоке Европы, по Днепру, Волхову и верховьям Волги, положили начало русской народности. Их язык стал несколько отличаться от языков других славян, хотя и не потерял своих родственных связей с ними и с общеславянским языком, от которого он произошел.

Древнейшие памятники русской письменности относятся к X–XI вв. С этого времени и начинается достоверная, научно обоснованная история русских имен.　

Древние русские имена были своеобразными характеристиками людей. Имя давалось человеку как примета, по которой можно было выделить его из семьи или рода.　

В одних случаях человек характеризовался по какому-либо внешнему признаку, в других — по моральным качествам, по положению в племени или в семье, по отношению к нему его родителей и сородичей, а иногда — по роду его занятий. Последнее было возможно потому, что имена давались не только в раннем детстве, но и в зрелом возрасте. При этом «взрослое» имя иногда жило одновременно с «детским».　

Вот несколько древних русских имен-характеристик:　

по внешности человека: Мал, Бел, Косой, Рябой, Кудряш, Черныш;　

по черте человеческого характера: Добр, Храбр, Горд, Молчан, Баян, Умник, Дурак;　

по месту в семье: Первый, Второй, Друган, Третьяк, Ждан, Нечай, Меньшак, Старшой;　

по профессии: Кожемяка, Селянин.　

Впервые столкнувшись с такими именами, кое-кто может не поверить в их подлинность, скажет, что это клички, прозвища. Но это действительно имена наших предков, и каждое из них может быть документально подтверждено. А что касается того, что это — клички, прозвища, то с этим нельзя не согласиться, так как никакой разницы между прозвищем и именем в древней Руси не было.　

В древней рукописной книге «Начальная русская летопись» упоминается, например, вождь восточнославянского племени древлян по имени Мал.

Что значит это имя? Да ничего иного, кроме того, что владелец его был невысок ростом. Имя князя было краткой, но весьма категоричной характеристикой его. По такому имени-примете князя легко было отыскать в толпе его рослых воинов. Имя Мал нам кажется смешным, но тысячу лет тому назад никому и в голову не приходило видеть в нем какое-нибудь умаление княжеского достоинства, так как такое имя-характеристика было обычным и воспринималось как нечто должное.　

Имена Храбр и Добр обнаружены тоже в древних летописях. Они говорят о высоких моральных качествах их носителей.　

Имя Добрыня (Добр; означающее «очень добрый», «очень хороший») широко известно по чудесным русским былинам. Богатырь Добрыня Никитыч — один из трех могучих русских воинов, изображенных знаменитым художником М. В. Васнецовым на его картине «Богатыри».　

Ждан, например, значит «тот, кого ждали». Такое имя получали те дети, рождение которых было долгожданной радостью. Теперь только фамилия Ждановы хранит в своей основе следы этого имени.　

Противоположным по смыслу было имя Нечай; оно было антонимом слова Ждан. Нечай — это «тот, кого не чаяли», не ждали. Оно образовано от древнего глагола «чаять» с отрицательной частицей «не».　

Имена типа Первый, Второй возникали в больших семьях, где число детей часто переваливало за десяток. В таких случаях трудно было подбирать имена-характеристики многочисленным наследникам, и родители шли по линии наименьшего сопротивления, нумеруя их в порядке появления на свет. Имя выбиралось просто: появился на свет первым — получай имя Первый или Первак; родился вторым — будешь Второй, или Друган, или Другаш. Третий по счету сын получал имя Третий или Третьяк, и так далее вплоть до Девятого.　

Такие имена-числительные встречались не только у русских, но и у славян вообще, а также и у других народов Европы. Довольно распространены они были у древних римлян: Квинт — «Пятый», Секст — «Шестой», Септимий — «Седьмой», Октавий — «Восьмой», Ионий— «Девятый», Децим — «Десятый». Между прочим, в русский язык в своей латинской форме пришло одно из них — женское имя Нонна, что значит «Девятая».　

От корней старинных русских имен-числительных позднее образовались фамилии Первовы, Первушины, Друговы, Вторые, Третьяковы, Девятовские, Десятовы и им подобные.　

Имя Меньшак (Меньшак, Меньшой) давалось младшему сыну, а первенец в такой семье получал название Старшого. Вероятно, эти имена давались взрослым, так как трудно заранее определить, кто из детей будет последним.　

Безусловно «взрослыми» были имена и с «профессиональной» окраской: Селянин, Кожемяка, Баян.　

Кожемяка — значил, «мастер по выделке кож, тот, кто кожи мякает».　

Древняя «Повесть временных лет» хранит в себе легенду о том, как Кожемяка, будучи воином киевского князя, вступил в единоборство с печенежским богатырем на поле боя и победил его, чем решил исход сражения. Под Киевом, как говорят, еще до недавних пор было урочище, носившее имя этого легендарного силача.　

Селянин означает крестьянин, пахарь. Селянин известен из народной былины «О Вольге и Микуле», хотя его и нет в числе героев этой поэмы. Князь Вольга, три дня скакавший на голос неизвестного пахаря, при встрече с ним спрашивает, как его звать-величать. Крестьянин отвечает ему:　

Из этого ответа Микулы явствует, что его отца звали именем Селянин: ведь от этого слова было образовано его отчество.　

Интересно также происхождение древнего имени Баян. Его носил поэт и музыкант-импровизатор XI века, певший свои песни на княжеских пирах и тризнах под звуки своих яровчатых гуслей. Судя по описаниям, что сохранились до наших дней, это был талантливый исполнитель. За высокую одаренность, за умение красиво «баять» и получил он свое необычное имя. Отзвуком данного имени в нашем современном языке является слово баян — название музыкального инструмента.　

Кроме имен, которые в прямом смысле могли быть названы характеристиками, наши предки использовали еще так называемые имена-метафоры, то есть прозвища, рисующие облик человека иносказательно, путем сравнения его с каким-то другим предметом.　

Причиной возникновения у древних славян имен-метафор был особый взгляд на слово вообще. Слово, по их мнению, могло обладать «чудесной силой», «все сделать»: поднять воинов на ратный подвиг, принести людям мир, остановить струящуюся из раны кровь, причинить зло. Слепая вера в некую сверхъестественную силу человеческого слова породила, между прочим, многочисленные «заговоры» и «нашептывания», с помощью которых древние «знахари» пытались бороться с болезнями, стихийными бедствиями и даже «кознями злых людей».