Читаем Рука Хардейла (СИ) онлайн бесплатно

  Рука Хардейла

  Продолжение романа 'Кровь Хранителя'. Странные дела творятся в ордене Древнего Завета с прибытием посольства магов из Лексора, да настолько, что недруги вынуждены забыть застарелые распри и стать союзниками перед лицом более серьезной угрозы, в возникновении которой ясно виден след адептов Пятого божества. Омену и Даре предстоит новое путешествие. А Хранитель продолжает вести свою игру...

  Глава 1

  Ворон

  О том, что стоит ждать скорого визита хозяев якобы заброшенной дозорной башни, Ворон узнал сразу же, как только оказался внутри древнего строения, машинально исследовав сеть из наложенных на нее сигнально-охранных заклятий. С одного касания маг понял, что чары не так давно обновлялись, да и силы неведомый маг в заклятия влил по маковку, не пожалел, а, раз так, кому-то очень нужно, чтобы система работала, стало быть, оповещение уже ушло, куда надо, и хозяева башни уж точно не преминут явиться с проверкой. Маг лишь надеялся, что буря задержит патруль снежных эльфов - а кому еще сдалась эта башня? - до тех пор, пока он, прихватив ученицу и ее незадачливого возлюбленного, не уберется отсюда.

  Увы, все вышло иначе, и громкий хлопок закрывшейся двери на первом ярусе маг услышал, едва вой ветра за стенами башни начал стихать. Видно, сильно остроухим приперло узнать, кому хватило смелости заночевать в их башне, раз уж они в такую непогоду жизнью и здоровьем рискнули и акранов своих драгоценных не пожалели. Раз так, решил маг, стоит проявить уважение и встретить дозорных, как подобает, то есть, сначала поговорить, а потом уже бить на поражение.

  Оставив молодых людей отсыпаться на верхнем ярусе башни, Ворон медленно спустился вниз, заставил стоявший у стены стол передвинуться на середину яруса, и устроился на единственном целом стуле, откинувшись на спинку. Все бы ничего, но, несмотря на выпитые перед отправкой в эту башню зелья, раненное бедро ныло так, будто все мышцы жгутами закручивались, так что держаться прямо и не хромать ему удавалось лишь на голой силе воли. Надо ли говорить, что ни миролюбию, ни вежливости, ни приветливости такой настрой отнюдь не способствовал?! Демоны бы побрали ту девчонку, Гельви, вместе с ее кинжалом!

  Ворон едва успел напустить на себя мрачный и загадочный вид, который, по мнению большинства обывателей, и должен иметь архимаг опального ордена, как на второй ярус башни поднялись трое эльфов. Двое простых дозорных в одинаковой броне, с одинаковым оружием и даже лица их казались почти одинаковыми, что характерно для близких родственников, встали по обе стороны от третьего, всем своим видом показывая, что скорее умрут, чем позволят причинить ему вред. А третий, судя по выражению лица, привык к безоговорочному подчинению. Броня и оружие его были почти такими же, как у подчиненных, но с теми, едва заметными глазу отличиями, что позволяют выявить командира... Нет, не обычного командира дозорного подразделения, а большую шишку, стремящуюся казаться... не столь большой, что ли. Хм, высокопоставленный эльф пожаловал, хоть и маскируется под обычного офицера. Самолично, с крайне скромным сопровождением, да в такую непогоду! И все это ради двух, ладно, трех людишек, волей судьбы заночевавших в их бывшей дозорной башне, ныне якобы заброшенной! Тогда он либо предпочитает держать ситуацию под личным контролем, либо отчаянный смельчак, либо... либо тихие и незаметные снежные эльфы прекрасно знали, кто мог нарушить границы их владений, пусть и бывших (формально бывших, демон побери!), и имеют представление о перспективах ситуации, когда в их руках окажется наследник императорской династии. Конечно, и не в такую бурю сорвешься, чтобы лично доставить парня пред светлы очи князя. И будешь очень, мягко говоря, недоволен наличием внезапно нарисовавшегося препятствия в виде архимага ордена Древнего Завета. Впрочем, сигнально-охранные чары в башне не имели направленности на выявление наличия или отсутствия магического дара у непрошеных гостей, а, скорее, их расовую и половую принадлежность, так что Ворон был уверен, что эльфы летели сюда, понятия не имея, с кем именно им предстоит столкнутся, так что переговоры, определенно, начнутся без уже привычного ему пиетета (когда успел, иор архимаг?!) и отнюдь не со светских расшаркиваний. Тем лучше.

  Ворон искренне надеялся, что у эльфийского начальника в голове, помимо княжьих приказов и устава летной дозорной службы, еще и мозги имеются, иначе здесь прольется кровь. А лишней крови Ворон не хотел, поэтому, как не сильны были боль, усталость и злость, для начала он решил попытаться вызволить ученицу и дитя тьмы из цепких лап остроухих дипломатическими методами, а уж потом, если не останется иного пути, действовать силой. Но тут действительно все зависит не от его воли, а от самих эльфов.

  Начинать разговор Ворон не спешил, сверля холодным оценивающим взглядом всех троих визитеров, так что эту сомнительную честь взял на себя предводитель отряда дозорных:

  - С кем имею честь говорить? - голос эльфа звучал ровно и мелодично. - И что привело тебя в эту башню, человек?

  Ворон мысленно поаплодировал остроухому. Какие бы эмоции не бушевали сейчас внутри эльфа, он тщательно прятал их за маской холодной вежливости, и ни взглядом, ни жестом не выразил охватившую его злость. А она есть, эта злость, и столь сильная, что вокруг эльфийской шишки просто-таки воздух сгустился, причем ощущает это не только маг, но и дозорные эльфы - вон, инстинктивно отодвинулись от командира. Видать, с магическими задатками шишка. Интересно, на что он способен?

  - Я Ворон, архимаг ордена Древнего Завета, - медленно, с расстановкой произнес маг. - А кто ты?

  - Называй меня Тардисом, ибо имя мое трудно выговариваемо для смертных.

  При слове 'смертный' Ворон позволил себе короткую, едва заметную усмешку, не говоря уж о том, что любую тарабарщину маг наловчился выговаривать на раз, едва услышав или прочитав, так что, пусть даже настоящее имя Тардиса звучало как зубодробительная ахинея на полстраницы рукописного текста, маг мог бы выговорить его без особого труда. Но нет, так нет.

  Эльф же сохранял невозмутимость, и в удержании каменного лица, похоже, вполне мог тягаться с Вороном.

  - Ты, несомненно, занимаешь важный пост в Альнегреисе, - констатировал маг. - Но вправе ли ты говорить от имени клана Снежных Вершин?

  Эльф хищно прищурился. Всего лишь на мгновение, но Ворон понял: пробрало. Похоже, остроухий слишком ревностно относится к признанию собственного авторитета, причем не только сородичами, но и остальными обладающими разумом существами.

  - Я страж воздуха Альнегреиса, - на этот раз в голосе эльфа слышались превосходство и неподдельная, но какая-то болезненная гордость.

  Ворон мысленно присвистнул. Насколько он знал устройства княжества Альнегреис, обители клана Снежных Вершин, Страж воздуха, в сферу ответственности которого входили безопасность поселения в горах, подразделение разведчиков и воинов, летающих на акранах - крылатых котах бело-серебристой окраски, похожих на тигров, но несколько крупнее, а также большая часть внешних контактов клана. Всего таких должностей в Альнегреисе три - помимо Стража воздуха есть еще страж земли и страж воды, и стоят они лишь на ступеньку ниже князя. Точно, большая шишка. И не поленился прилететь сюда из-за двух, ладно, трех смертных... Хм...

  - Рад знакомству, - светским тоном сообщил маг. - Я предложил бы вам присесть, но, сами видите, с мебелью здесь беда.

  - Взаимно, иор архимаг, - в тон ему ответствовал эльф, удивив Ворона познаниями в традициях магов-заветников. - Но с прискорбием сообщаю, что времени рассиживаться у нас нет. Этой ночью в эту башню, являющуюся граничным форпостом клана Снежных Вершин, самовольно проникли люди. Тем самым целостность границ земель клана, охраняемая имперским эдиктом двести второго года от объединения империи, была нарушена, и я имею полное право взять нарушителей под арест и доставить их на суд князя.

  Эльф окинул Ворона испытующим взглядом, потом продолжил:

  - Достопочтенный маг, являясь членом ордена Древнего Завета, формально не попадает под юрисдикцию империи, но может проследовать вместе с арестованными... по собственной воле. Либо покинуть башню немедленно, и я и мои люди не будут чинить тому препятствий.

  Ворон мысленно похлопал в ладоши. Страж воздуха оказался смельчаком, раз не только сорвался в бурю, оседлав крылатую кошку, но и рискует ставить условия ему, владыке ордена, которым матери во всем Лексоре до сих пор непослушных малышей пугают, и которого в деле защиты своей ученицы никакие ограничения не связывают. Интересно, идет ли в его случае смелость рука об руку с разумностью? Вот и проверим. По крайней мере, этому Тардису не чужды законы империи и юридическая сторона вопроса, что Ворону, надо сказать, только на руку. Идея о том, как быстро и бескровно вытащить из лап клана Дару и дитя тьмы, мирно спящих наверху и не подозревающих о том, какие разговоры ведутся ярусом ниже, созрела у мага мгновенно.

  - Ты и вправду не властен надо мной, Тардис, страж воздуха, - миролюбиво начал Ворон после недолгого молчания. - Так же, как не властен над теми, кто вторгся в формально никому не принадлежащую башню - исключительно в поисках ночлега и спасения от бури, а не из желания нарушить ваши границы или подгадить клану иным образом. Более того, никаких неприятных для вас последствий для клана их пребывание здесь не повлекло. Так что мы вполне можем уладить это небольшое недоразумение, не бросаясь в крайности.

  - Это почему же? - скептически усмехнулся Тардис. - Потому что иначе меня ждет магический удар, призванный размазать меня и моих подчиненных тонким слоем по стенам башни?

  Глаза его, несмотря на тень иронии в голосе, были серьезны. Тардис, похоже, мысленно прикидывал свои шансы на успех в случае открытого противостояния архимагу, от которого неизвестно, чего ожидать, и Ворон решил немного склонить чашу весов в свою сторону: второй ярус башни в мгновение ока охватило яростно ревущее пламя, распространившись вдоль стен, преградив выходы к лестнице, но оставив центр яруса, где расположились эльфы и Ворон, нетронутым. Тонкая ледяная корка, покрытая морозными узорами, тут же воздвиглась заслоном между пламенем и переговорщиками. Очень хрупким заслоном, держащемся, по сути, только волей мага...

  - В подтверждение того, что я действительно являюсь архимагом, - невозмутимо пояснил Ворон в ответ на немой вопрос, застывший в глазах остроухих, а сам подумал, что у этих напыщенных типов, наверное, только что вся жизнь перед глазами пронеслась. - И серьезности моих намерений. Огонь не причинит никому вреда... пока что. Надеюсь, этого достаточно?

  Тардис скупо кивнул. Тяжело же ему было сохранить лицо. Подчиненные-то вон, не выдержали, мечи из ножен повыхватывали... А смысл? Прикажи он ледяной корке растаять, и от эльфов останется лишь горстка пепла, причем гораздо раньше, чем они со своими железом доберутся до мага. А если и доберутся... кто сказал, что смогут причинить ему вред?

  - Отправляться к владыке клана, как ты, почтенный Тардис, уже понял, я не собираюсь, - вновь заговорил Ворон. - И отдавать моих людей, по душу которых вы явились, я тоже не намерен. Одна из них моя ученица и волшебница ордена...

  - Можешь забрать ее, - милостиво согласился страж воздуха, которого близость и яростное гудение огня все же слегка нервировали. - Но постарайся сделать это как можно быстрее.

  - Я так и поступлю, - с самым серьезным видом кивнул архимаг. - Парня я тоже забираю с собой.

  Тардис вскинулся.

  - Это исключено! Парень подданный императора, на него распространяется действие эдикта...

  - Уже нет, - отрезал Ворон. - Этой ночью парень подвергся ритуалу, который маги-заветники называют изменением, а законодательство империи Лексор - богопротивным актом отречения от светлых богов, следствием которого является изгнание из страны. Об этом, кстати, тоже есть закон, причем гораздо менее лохматого года, чем тот, на который сослался ты, почтенный.

  Маг на мгновение замолчал, искренне наслаждаясь видом отвисших челюстей остроухих, потом продолжил:

  - Молодой человек прошел изменение и, хоть и не являясь магом, остался жив после этого, и, более того, помирать в ближайшем будущем не намерен.

  'Да и кто б ему позволил!' - мысленно закончил архимаг. Еще он умолчал о том, что парень, возможно, все же обладает зачатками магических способностей, раз уж ухитрился выжить после рискованного ритуала, и надо бы присмотреться к нему повнимательнее. Омен - дитя тьмы, а о способностях таких людей известно крайне мало. Кто знает, какие сюрпризы они могут преподнести? Надо бы пошерстить оба замковых книгохранилища на предмет сведений об этом - цена неосведомленности мага в этом вопросе может быть очень высокой, раз уж в данном случае речь идет о безопасности Дары. Заодно и адептке Хардейла дело найдется, и меньше времени для глупостей останется, а нолимги за ней присмотрят... причем, с удовольствием.

  Тардис, отнеся плотоядную ухмылку мага на свой счет, занервничал сильнее. Достаточно сильно, чтобы позволить Ворону не только почувствовать, но и увидеть внешние проявления этого. Голос его, однако ж, оставался тверд и спокоен.

  - Ты хочешь сказать, иор, что берешь человека под свое покровительство на том основании, что он выжил после изменения...

  - Именно, почтенный Тардис, - Ворон, желая хоть немного успокоить эльфов, просто-таки лучился дружелюбием. - Отныне Омен является членом ордена Древнего Завета.

  Последние, однако, успокаиваться не спешили, и, если сам Тардис еще пытался сохранить невозмутимость, то подчиненные его вот-вот готовы были сорваться с места и выскочить в узкие окна-бойницы - путь к лестнице отрезал огонь. Надо бы успокоить парней, лениво подумал Ворон, пока они окончательно не подмочили репутацию - и свою, и командира.

  - И орден Древнего Завета не опасается обострения отношений с кланом Снежных Вершин? - ледяным тоном осведомился Страж Воздуха.

  - Нельзя обострить то, чего нет, - пожал плечами Ворон.

  - Есть, - не согласился страж воздуха, в полномочия которого входила внешняя политика клана. - Называются 'нейтралитет'. Сиречь мы не трогаем вас, вы не трогаете нас. Но все может измениться...

  И многозначительное молчание повисло в воздухе. Ворон тяжело вздохнул, незаметно потирая больную ногу. Ох уж эти дипломатические игры...

  - Повторяю: молодой человек прошел изменение, стало быть, теперь он более не является подданным империи, а переходит в подчинение архимага заветников, в мое, то есть. И действие лексорских законов и соглашений, заключенных империей с иными государствами и расами, на него не распространяется.