Читаем Роскон-2001 онлайн бесплатно
Об авторах отчёта
Константин Бояндин; ресурсы в Сети: Ралион.
Олег Малахов; ресурсы в Сети: Океан Противоположности
РОСКОН-2001
Вступление Итоги конвента Материалы конвента Об авторах День первый День второй День третий День четвёртый
Вступление
В настоящем документе излагаются впечатления разных людей об участии в конвенте Роскон-2001. Мнение каждого из участников может не совпадать с мнением другого; замечания и поправки просьба адресовать только тому человеку, от лица которого ведётся повествование.
Большая просьба ко всем участникам конвента, располагающим материалами (фотографиями, расшифровками докладов и т.д.) о поездке на Роскон-2001, сообщить ссылку (URL) на материалы. Сами материалыы присылать не нужно; хотелось бы, однако, собрать наиболее разностороннюю коллекцию мнений про Роскон-2001.
Итоги конвента
Роскон-2001 прошёл с 15 по 18 февраля 2001 года в ЦВТБ Боровое под Москвой. В конвенте принимало участие 230 человек (по данным организаторов; предполагается, ещё не менее 30 человек неофициальных участников).
Почётными гостями конвента были Кир Булычев, Наталья (Гусева), Вячеслав Рыбаков, Анджей Сапковский.
Награды конвента Приз "Большой РОСКОН" (почётная премия оргкомитета) вручён Анджею Сапковскому.
Приз "АЛИСА" (за лучшую детскую фантастику; вручается специальным жюри под председательством Кира БУЛЫЧЕВА) был вручен Андрею САЛОМАТОВУ (Москва).
Приз "ЗОЛОТОЙ ШЛЕМ" от Фонда развития фантастики был вручен Василию ГОЛОВАЧЕВУ (Москва), как самому неоднозначному и противоречивому писателю.
Почетными ДИПЛОМАМИ литературно-философской группы "БАСТИОH"
(Москва) были награждены Дмитрий ЯHКОВСКИЙ (Москва) и Ольга ЕЛИСЕЕВА (Москва).
Главный приз группы "Бастион" - "МЕЧ БАСТИОHА" был вручен писателю Вячеславу РЫБАКОВУ (СПб) за роман "Hа чужом пиру".
По итогам голосования среди участников конвента вручены следующие призы:
По номинации "ХУДОЖЕСТВЕHHЫЕ ПРОИЗВЕДЕHИЯ":
1-е место ("Золотой Роскон"): Владимир ВАСИЛЬЕВ (Hиколаев) и Сергей ЛУКЬЯHЕHКО (Москва) за роман "Дневной дозор"; 2-е место ("Серебряный Роскон"): Евгений ЛУКИH (Волгоград) за роман "Алая аура протопарторга"; 3-е место ("Бронзовый Роскон"): Генри Лайон ОЛДИ (Харьков) за роман "Одиссей, сын Лаэрта" (книга 1: "Человек Hомоса").
По номинации "КРИТИКА, ПУБЛИЦИСТИКА И ЛИТЕРАТУРОВЕДЕHИЕ":
1-е место ("Золотой Роскон"): Дмитрий БАЙКАЛОВ, Андрей СИHИЦЫH (Москва) за статью "Ровесники фантастики"; 2-е место ("Серебряный Роскон"): Эдуард ГЕВОРКЯH (Москва) за статью "Последний бастион".
Пожелания организаторам конвента Достаточно подробный, собранный из впечатлений двух участников Роскона-2001, отчёт приведён ниже. Здесь же даётся общее заключение относительно итогов конвента, а также пожелания устроителям последующих Росконов.
На взгляд авторов отчёта, Роскон удался. Конвент был насыщен событиями, у каждого участника была возможность общаться с самыми разнми людьми; общий объём информации, в особенности для начинающих авторов и фэнов, был более чем достаточным.
Среди пожеланий следующее:
не допускать организационных промахов. Затянувшаяся регистрация участников, особенности проживания в некоторых номерах пансионата, отсутствие оперативной реакции на непредусмотренные события (и само существование чего-то непредусмотренного) - всего этого хотелось бы впредь избежать.
не организовывать несколько семинаров в одно и то же время. Да, это трудно, но подавляющая часть конвента оказывается попросту недоступной.
изменить систему голосования для присуждения призов Роскона.
Объединение в однои списке множества крупных и малых работ одних и тех же авторов существенно уменьшает шансы тех, у кого более чем одно произведение в номинационном списке (практически нет шансов перейти 10-процентный барьер и выйти во второй тур).
Помещение в один списков авторов-дебютантов и всех прочих не оставлет дебютантам никаких шансов вообще.
Авторы отчёта выражают благодарность организаторам и участникам Роскона-2001 и надеются на повторные встречи на будущих конвентах.
Дневник Роскона-2001 Примечание: поскольку отчёт скомпонован из впечатлений отдельных участников, фрагменты текста снабжены условными метками, позволяющими понять, о чьих впечатлениях идёт речь.
[КБ]: текст от лица Константина Бояндина.
[HM]: текст от лица Олега Малахова.
День первый
[КБ]:
До 12 часов Роскон-2001 - второй конвент для меня (после "Звёздного Моста" 1999 года). Впрочем, типичные черты конвента мало отличались от тех, что я успел заметить в Харькове в 1999 году, посему удалось быстрее сориентироваться.
Итак, утро, Щёлковский автовокзал. Добираться туда из Шереметьево занятие утомительное; Москва - серая громадина, со множеством шлагбаумов на дорогах и людьми, не замечающими окружающих. Прибываю на автовокзал примерно за три часа до предполагаемого времени сбора участников. Ночью выспаться не удалось - рейс ночной; хожу, плохо соображающий и сонный. Для улучшения общего самочувствия зашёл в кафе-бистро автовокзала и испытал некоторое потрясение, очутившись в настоящей пельменной советской эпохи. Правда, пельменей не было, но завтрак получился вполне приличным. Сонливость, однако, не прошла.
Примерно к одиннадцати часам я заметил группу смутно знакомых людей, которая медленно двигалась внутри зала ожидания вокзала. После того, как мне послышались три имени писателей, сказанные кем-то из группы, я понял: народ начинает стекаться. Минут через тридцать авторы данного отчёта встретились воочию (до этого момента общение - преимущественно электронное, когда имеешь дело с виртуальным персонажем, а не с действительной личностью). Группа участников быстро увеличивалась; при помощи двух кусочков бумаги с символикой Роскона удалось приманить тех, кто блуждал неподалёку, не в силах понять, кого, собственно, держаться.
Часам к 12-ти близ указанного места действительно остановились два автобуса; количество людей поблизости наводило на мысль, что места будет маловато. Так и вышло. Часть участников ехала стоя (интересно, как добиралась вторая волна, в 16 часов?).
Половина второго пополудни ЦВТБ Боровое. Центральная Военная Туристская База. Надо будет как-нибудь узнать, кто такие военные туристы. Место это достаточно уютное; снег, в отличие от московского, действительно белый, воздух свежий. Пока колонна будущих участников двигалась к месту обитания, из репродукторов на ближайших ко въезду в пансионат столбов доносилась загадочная передача. Что-то про порядок и дисциплину (см.
также заметки про день четвёртый).
Далее было хуже: процедура регистрации и расселения по номерам оказалась нудной и утомительной; выросла длинная очередь; как положено, постоянно терялись ключи, а те, кто стоял в очереди первым, мог очень долго не дождаться внимания. В конце концов, мы с Романом Афанасьевым получили ключ от комнаты и отправились осматривать свои апртаменты.
Видимо, надо было не поскупиться на люкс. Единственнм, но существенным недостатком номера (и некоторых других, на втором этаже) оказался холод. На улице было относительно тепло (что такое минус восемь после сибирских морозов!), в номере только что пар изо рта не шёл. Обогревателей, увы, не оказалось.
После того, как выяснилось, кто из уже знакомых где обитает, отправились на обед. Тоже достаточно богатое впечатлениями действо.
Начиная от алюминиевой фигуры-барельефа на здании, где располагалась столовая. Каждому участнику был выделен стол (точне, номер стола), за которым, количеством по четыре на стол, участники и проводили трапезы. Поскольку не всем пришло в голову, что надо получить "свой номер стола", были казусы.
Впрочем, меню столовой, живо напомнившей родную студенческую в её худшие годы, было в этом смысле самым сильным впечатлением. Быстро выяснилось, что неподалёку имеется магазин (те, кто умеют наедаться шоколадными батончиками, быстрорастворимой лапшой и чипсами, заметно повеселели), а в том же здании, что и столовая, имеется бар - жизнь сразу же стала куда более приятной. Так что, несмотря на то, что на меня лично питание наводило уныние (кто пил столовский чай, меня поймёт), к депрессии это не привело. Крмое того, завезённый с собой круглосуточный бар (с 11 по 13 и с 18 до упора) окончательно вернул оптимизм.
(До сих пор неизвестно, что скрывается под слоем снега непосредственно перед входом в столовую. Этому сооружению было дано условное название "гробница неизвестного генерала").
16 часов Презентация конвента. В здании клуба, мимо которого проходит народная тропа к магазину, презентация и состоялась. Тут же выяснилось, что предполагавшегося показательного выступления на мечах сегодня не будет: авиакомпания "Люфтганза" потеряла реквизит.
В зале все уже прибывшие окончательно познакомились; не вполне понимаю, что понималось под "презентацией". Вероятнее, правильнее было бы сказать "инструктаж".
Вечер Когда подъехала вторая группа мы, наконец-то, смогли отыскать тех, кого ожидали увидеть (скажем, Кайла Иторра, он же Джеррет, он же Пётр Верещагин...). Остаток вечера был занят, в общем-то, ничем: мы с Афанасьевым, ужаснувшись температурев нашем номере, пошли бродить по корпусу в поисках старых и новыъ знакомых.
Вечером, когда мы уже познакомились с обеими составляющими Виктора Бурцева (Бурносовым и Косенковым), сказалось, что я находился на ногах более тридцати часов подряд.
[HM]:
За весь первый день моего пребывания на РосКоне мне запомнилось не так уж и много. Видимо, причиной тому стало то, что нужно было как-то пообвыкнуть, устроиться и т.д.
Первым впечатлением стала, конечно же, процедура регистрации:
большущая толпа народа всеми своими силами рвется к маленькому столику, за которым сидят две милые девушки и очень (!) медленно регистрируют собравшийся на конвент народ. Уже тогда мне стало понятно, что есть настоящая демократия: это когда все - от людей известных и уважаемых до обычных фэнов - стоят в большой очереди и терпеливо ждут светлого часа, коим вполне можно было назвать встречу с регистраторшами.
Уже в холле прибывших встретил некий человек, до боли напоминавший незабвенного егеря Кузьмича из "Особенностей национальной охоты"
Рогожкина. Только "егерь" этот был гораздо более нетрезв и неадекватен. Он радушно встретил нас, лез целоваться и кричал, что живет в "Боровом" довольно давно и очень рад всех видеть. Только потом сведущие люди мне рассказали, что этот мужичонка - писатель-фантаст Николай Полунин: Еще одна сцена с участием Полунина: мы после регистрации стоим в коридоре первого этажа и рассматриваем выданные нам брошюрки "Отечественная фантастика и фантастиковедение за 2000 г.". Рома Афанасьев показывает мне те пункты в списке, где указаны его произведения. Тут подходит г-н Полунин, смотрит через плечо Романа на обложку брошюры (там была изображена ракета) и неожиданно произносит нечто вроде: "Ой, купола:
Опять эти церковные агитки", опосля чего, активно отмахиваясь, уходит.
Второе впечатление - ужин. Тут, прежде чем перейти к непосредственному описанию столь глубоко запавших в мою душу событий, следует отметить, что каждому участнику конвента указали, за каким столиком (все столы были пронумерованы) он должен сидеть.
За одним столом, ясное дело, умещалось четыре человека. И вот, значит, мы, как нормальные люди, приходим в столовую и направляемся прямиком к нашему столику. Тут выясняется, что он занят: сидит какой-то мужик (как я узнал позже, критик Александр Ройфе) и женщина. Возмущению моему не было предела! Думаю, Ройфе узнал много нового и о себе, и об оргкомитете, о и столовой, и об ужине: В итоге, критик побежал к дежурной по столовой и слезно попросил ее посадить нас всех куда-нибудь подальше (ведь какой критик не боится гнева разъяренного писателя!), что она и сделала - я лично сидел за столиком 99, тогда как мой "законный" столик 36-й.
И, наконец, третье впечатление - Сапковский на презентации РосКона.
Собственно говоря, ничего этакого он не сделал. Но первый раз пана Анджея (именно так абсолютно все стали называть Сапковского с лёгкой руки г-на Синицына) мы увидели именно на презентации конвента.
Какой-то человек с заднего ряда задал вопрос оргкомитету: "А где Сапковский?", на что вышеупомянутый Синицын ответил призывом: "Пан Анджей, покажитесь!" Тогда еще никто не знал, что именно подвиги пана Анджея должны были стать одной из наиболее запоминающихся страниц РосКона 2001.
День второй
[КБ]:
Утро Утро для нас с Романом (это и два последовавших) выдалось хмурым.
Похмелья не было (ибо не усердствовали в спиртном и не нарушали одиннадцатую заповедь), а вот холод в номере свёл весь комфорт на нет. Твёрдо решили отыскать Синицина и выяснить, как со всем этим борются. Как и в последующие два утра, выбрались в коридор - погреться.
Олег решил бойкотировать завтрак (завтрак очень напоминал то, что описывает Пелевин в "Омоне Ра"), и, похоже, не очень много потерял.
Мы же с Романом бодро направились в пункт приёма пищи.
Непосредственно перед открытием конвента начало происходить организованное волеизъявление ("волеизлияние") - голосование по обеим группам номинаций. Вкратце опишу, как это выглядит. Каждому участнику конвента выдана книжечка-"голосовалка", со списком номинантов. Выбрать можно любые десять номеров. 12 наименований (по каждой номинации), которые набрали более 10% голосов участвовавших в голосовании, попадают во второй тур. До похода на завтрак сели, подумали, проголосвали. Правда, исход голосования уже был понятен.
Мы сделали оценки, кто попадёт в финал. Все, кто высказался, угадали (все названные включали действительных призёров).
На открытии конвента начались сбои в официальной части. Объявленное в программе представление участвующих фантастов не состоялось: всего было 230 участников, абсолютное большинство из которых - литераторы.
Понятно, сколько длилось бы представление.
После представления доклада Андрея Валентинова (о том, нужно ли фантастам объединяться - записано на диктофон; по возможности, приведу расшифровку), участники смогли познакомиться с почётными гостями - КИром Булычевым (Игорем Можейко) и Натальей Гусевой (Алиса Селезнёва в фильме "Гостья из будущего"). Ну и, конечно, пан Анджей.
Затем нам сообщили, что готовится телепостановка по "Ночному Дозору"
(правильно, пбьём рекорды "Никиты"!) и представили песню Юлия Буркина к этой постановке. Предложили в качестве гимна Роскона. Моё мнение:песня хорошая, но только не в качестве гимна! Ни в коем случае!
(чуть позже какой-то остряк повесил в фойе жилого корупса листок бумаги с пародией на предполагаемй гимн. помню только первые две строчки:
Наша служба и опасна, и трудна, И видна порою только с бодуна...
жаль, что быстро сорвали).
