Читаем Ромашка (СИ) онлайн бесплатно

Глава 1

Скри-и-и-ип. Скри-и-ип. Скрип. Шлеп. Скрип. Шлеп. Тихий вздох. Скрип. Шлеп. Вздох. Стон.

Завернув голову в подушку так, что из складки торчал только нос, Нила уставилась в стенку, затейливо раскрашенную желто-белыми цветочками на зеленом фоне. Белые лепестки и желтые серединки кое-где уже практически стерлись, как и зеленая краска на стене, выставляя на всеобщее обозрение сероватые внутренности дешевой побелки.

Скри-и-ип. «Ох!». Шлеп.

Подушка совершенно не приглушала доносящиеся из-за ширмы звуки и Нила раздраженно засопела, пытаясь сосредоточиться на внутреннем равновесии и пригласить в гости сон. Завтра основной учебный день хоть и радовал расписанием, но дополнительная практика и подработка, увы, нет.

«Спать, надо спать, спать…»

Скри-и-и-и-ип. «Ох! Да!»

— Тише, милая, тише… — Шепот перемежался влажным звуком поцелуев, тонким, но от этого еще более раздражающим, скрипом металлических деталей кровати и лениво-пошлыми шлепками.

— Думаешь проснется? Она пол ночи на Стражей работала, дрыхнет, небось, как гном после пьянки. Только что не храпит.

С тихим смешком действие возобновилось, а с ним вернулись и недвусмысленные звуки.

Скри-и-и-ип. Шлеп.

Да сколько можно! Подскочив с кровати, Нила, как была в короткой, затейливо украшенной рюшами ночнушке и босиком, так и прошла через всю комнату к кровати у противоположной стены.

Самого предмета мебели видно не было: длинный, до пола, плотный балдахин скрывал и кровать, и ее хозяйку, и кого-то еще.

Резко отдернув занавесь, девушка невольно сглотнула слюну и залюбовалась зрелищем. Белеющие в неверном лунном свете крепкие мужские ягодицы равномерно сжимались и расслаблялись, согласно ритму, задаваемому скрипом кровати. Стройные, даже можно сказать с уверенностью, точеные, женские ножки, обвивающие бедра мужчины, двигались в такт. Любовники увлеченно целовались и не замечали, что у их игр появился свидетель.

«Оборзела вконец. Хоть бы прикрывались тщательнее. А если бы Горина не осталась в городе у родственников?»

Можно только представить, как бы свирепая гномка отходила очередного любовника Дельфины чем под руку попадется и прям по голому заду. Совершенно не стесняясь ни их наготы, ни того, что вмешалась в процесс.

Нила захихикала, сняла со стула плащ, взяла в руки ботинки и прокралась на выход. Медленно-медленно закрыла и запечатала от незваных визитеров дверь. Темный коридор освещала только луна, светильники уже давно сами-собой погасли. После двух ночи никто не бродил по зданию общежития, а возвращавшиеся иногда и под утро с практики некроманты видели в темноте не хуже оборотней и гномов.

Хоть некромант из Нилы был откровенно слабенький, белесого света луны ей вполне хватило, чтобы обуться, накинуть и завязать плащ, выйти из общежития, а затем уверенным шагом направиться в сторону основного корпуса академии.

К пяти утра повара и поварята уже вовсю суетились на кухне столовой, готовя завтрак для студентов и преподавателей. По двору от кухни, сносимые небольшим ветром в сторону теплиц, гуляли ароматы свежесваренного компота, каши на молоке и выпечки.

Нила сглотнула вязкую слюну и шумно потянула воздух носом, чуть раздувая ноздри. После некромантской практики, с ее ночными прогулками и постоянным стрессом, есть хотелось неимоверно. Тем более в сочетании еще и с индивидуальной целительской практикой-работой, которая забирала массу энергии и сил. Подрабатывать ночами в целительском корпусе при Страже — это не покойников по кладбищу гонять. К сожалению, из-за особенности дара, Нила не понаслышке знала про обе магические профессии.

Ноги, как зачарованные, сами несли к теплому проему полуоткрытой двери, источавшему умопомрачительные запахи.

Звонко процокав по камням двора в направлении кухни подбитыми металлом каблуками, девушка просунула голову в приоткрытую дверь и улыбнулась.

— Светлого вам! — Вслед за головой и приветствием целительница проскользнула целиком в святая-святых студенческого общепита.

— Нилочка, девочка, ты совсем не ложилась?! — Необъятная по формам и широте души старшая повариха всплеснула руками и грозно, но с теплотой в глазах, нахмурилась в сторону вошедшей девушки.

— Почему же, Ложилась, наира Соня, да только встала уже. Обстоятельства. — Нила лукаво улыбнулась и попыталась все-таки обнять кухарку насколько позволяла длина рук. Поднявшись на пальчики, чмокнула криво усмехающуюся зеленокожую великаншу почти в щеку. Куда достала.

— Знаю я твои обстоятельства, — повариха махнула в сторону стола и стоявшего возле него табурета. — Садись, сейчас накормлю. Опять кошка ваша загуляла?

Девушка присела на табурет и пожала плечами.

— Оборотень, что с нее возьмешь. Они и так блудливы сверх меры, а как гон начинается, так вообще. Горина еще на нее управу пытается найти, чтобы хоть спать давали. Но она сегодня в городе осталась, у родни. А у меня утром только лекции, да, наконец, распределение на трехмесячную практику. Так что я и днем поспать смогу.

— Давно уже ректору пора для оборотней отдельный этаж выделить, а еще лучше — отдельный корпус. Им, бесстыдникам, все равно, а остальным мешают. Да и воспитание у всех разное.

На эту речь наиры Сони девушка весело расхохоталась.

— Вот Вы тоже скажете. Они ж тогда учиться совсем не будут! Да и все равно никто не селит рядом оборотней, даже из элиты и наринов. Только люди да гномы с ними управиться могут или хотя бы подстроиться под их потребности. И только наиры. А если нарины не жалуются, то, значит, и смысла нет менять сложившуюся ситуацию.

Поварята и подмастерья, помогавшие в тяжелых работах на кухне, хихикали и перешептывались. Тема для юных ушей велась хоть и не совсем запретная, но стыдная и интересная.

— А ну, цыц, мелочь! Нечего вам о таких вещах рассуждать, не доросли еще. — Свирепо оборвала их разговоры повариха.

Нила оглядела знакомые уже не первый год лица и хмыкнула. Если учесть, что половина из поварят — волки, вот-вот готовые вступить в возраст полового созревания, то эта тема для них что ни на есть актуальная.

Между разговорами один из поварят-рабов, судя по татуировке, человек, из рабочих, поставил перед Нилой тарелку с мясным рагу. Сопроводив мальчишку задумчивым взглядом, девушка принялась за еду.

«Да, это то, что надо! И пусть нарины и прочие неженки лопают утром тосты и кашки, а я буду есть мясо!»

Почти урча над тарелкой, девушка быстро расправилась с предложенной порцией и потянулась к чаше с травяным отваром и за пирожком с ягодным вареньем.

— Так ты еще не знаешь, куда направить могут? — Наира Соня ловко вымешивала тесто для пирога, сосредоточенно нахмурив кустистые брови.

— Нет, не знаю. Я хоть не в ведущей пятерке на витке, но из-за двойного дара, скорей всего, куда поближе, ценный маг, и все такое. Не на пограничье же, там целителям четвертого витка делать нечего. Да и сами знаете, куда Судьба направит…

— Судьба! — Орчиха недобро усмехнулась. — Судьба уже несколько сотен лет ни в чью жизнь не вмешивалась. А вот на приграничье и правда только выпуск отправить могут, но никак не четвертый виток. Неспокойно там, вчера один из отрядов на восстановление вернулся. Ох, какие страсти рассказывают! Говорят, эльфы в Исчезающий Лес послов направили, союз заключить хотят, да против нас. Жарко на границе сейчас может быть.

— Столько лет худо-бедно, но сосуществовали, испытывали друг друга на прочность набегами, но до войны никогда не доводили. Да и какая война с нами, за нами и орки, и гномы, и оборотни, со всеми союзы, да торговля. А сильфы с эльфами… — Нила скривилась, при этих словах, как буд-то учуяла очень неприятный запах. — Им даже с их магией далеко не продвинуться, где кусок откусят, гады высокомерные, там и подавятся.

— Ох, и вольна ты языком трепать, — кухарка неодобрительно покачала головой. — Оборотням только дай в драку влезть, а гномы и орки далеко, да в своих норах, да степях сидят. Не пойдут они сюда, за чужое воевать. А торговать можно и с ушастыми.

— Как Ятор? — Девушка решила не поддерживать дальше скользкую тему, ссориться с наирой Соней не хотелось.

В печах уютно трещал магический огонь, с видом гурмана пожирая поленья и прессованный торф с Призрачных болот. Впереди ожидали лекции, распределение и наконец-то спокойный сон в тишине. Зачем портить настроение себе и окружающим разговорами о возможной войне с ушастыми и с их не менее ушастыми, да еще и хвостатыми родичами?

Ятор — внук Сони, которого спасла два года назад Нила, проходившая, по счастливой случайности, мимо кухни. Мальчуган, трехлетний карапуз, стащил в кладовке винные ягоды, на которые у него оказалась сложная аллергия. Пока звали целителя, пока он прибыл… Нила видела, что времени у мальца все меньше и взялась за дело сама. Но столько сил по неопытности и отсутствию определенных знаний вложила, что чуть не выгорела. Еще две недели в целительском корпусе ее саму в качестве пациента принимали.

С тех пор и стала желанным гостем на кухне, в любое время дня и практически любое ночи голодной не оставляли.

— Да что ему будет, — вопреки ворчливым словам, на лице наиры светилась добрая улыбка. — Носится проказник. В школу при городской администрации через год пойдет. Говорят, и дар в нем магический есть, хоть и слабый, да считает ловко.

— Обнимите его за меня обязательно, — за низкими, практически у земли, окнами кухни уже во всю загорался новый день. — Пора мне, а то в одном плаще гулять среди нашей элиты — загрызут, хоть и не оборотни.

— Храни тебя Мать и Отец, — наира Соня нарисовала в воздухе что-то похожее на овал с хвостиком.

Мать и Отец — главные из дюжины орочьих божеств. Те, кто, по преданию, дали жизнь зеленокожему и желтоглазому народу. Нила поежилась, этими двумя именами орки благословляли только в крайних случаях, когда ожидали какой-то подлянки от богини Судьбы. А в интуиции орочьему племени не откажешь.

Глава 2

Прошмыгнув мышкой через задний двор учебного здания к студенческим жилым корпусам, Нила быстро взбежала по ступенькам в холл и поднялась по лестнице на второй этаж. Из-за закрытых дверей доносились утренние звуки просыпающегося общежития: громкие голоса, характерные шуршания снимаемых оберегающих и сторожевых заклятий, шум воды, почему-то проклятия, музыкальное сопровождение магических будильников.

Подходя все ближе к двери комнаты, которую она на протяжении почти четырех лет делила с оборотнем и три года с гномкой, Нила поняла, что Горина вернулась. Такой шум два уставших за ночь любовника точно издавать не смогли бы. Да еще и с характерным окающим говорком подгорного народа.

— Оборзели совсем! — Судя по ярости, гноме уже дали распалиться. — Неужели в другом месте торхаться нельзя! Что ты тут своей тощей задницей виляешь?! А ну оделся и вышел! И чтоб не возвращался! — Послышался хлесткий удар и громкое рычание.

Ой, что сейчас будет! Это тебе не людей по коридору гонять! Оборотень и укусить может, а если в ярости, то одним укусом не обойдется…

Охранка, которую Нила поставила, выходя из комнаты ранним утром, с двери снята. Точно Горина.

Не задерживаясь ни на секунду, девушка влетела в комнату и застала забавную картину. Возле кровати стояла разъяренная Дельфина, растрепанная и в одной ночнушке на обнаженное тело. Полупрозрачная ткань не столько скрывала, сколько подчеркивала идеальную фигурку оборотня.

К ней спиной, как бы прикрывая своим мощным торсом, стоял великолепный образчик мужчины. Хотя не удивительно, оборотни они все такие. Ух! Одним словом — звери.

Задницу и правое бедро мужчины пересекал след от мокрого полотенца, которое сжимала в руках рыжеватая, низкорослая крепышка — гнома. Осуждение развратной жизни оборотницы явно читалось на ее лице. Ничуть не смущаясь мужчины, она резко развернулась, кивнула Ниле, приветствуя, и скрылась в крохотном санузле, что полагался каждой жилой комнате общежития.

— Вот уже дочь Суйха! Бешеная троллиха! Самка степной крысы! — Оборотень ругался хриплым голосом, срывающимся на рычание и поспешно натягивал брюки, даже не заморачиваясь исподним.

— Виам, подожди меня, я с тобой, не хочу слышать ее брюзжание еще пол дня. Подожди, пожалуйста, я оденусь. — Дельфина шустро переодевалась в форму, ничуть не стесняясь целительницы и своего голозадого дружка.

— И вам Светлого! Не успела сбежать? — Нила прилегла на кровать и устало закрыла глаза, бессонная ночь давала о себе знать.

Дельфина зашипела рассерженной кошкой, так и не скажешь, что ласка.

— Могла бы и разбудить нас тоже пораньше, пока эта кикимора не пришла, тоже мне подруга.

— Я тебе, подруга, ночью мешать не стала. Цени. — Вяло отбрыкнулась Нила.

— Ты все слышала? — Дельфина немного смутилась. Но только немного, молодая еще. Оборотни обычно вообще не знают, что такое стыд. Во всяком случае за все то, что естественно.

— И слышала, и видела… — Перевернувшись на живот, девушка приоткрыла один глаз и, сощурившись, смотрела на парочку. Как там его… Виам, кажется, стоял уже полностью одетый у стола, скрестив руки на груди, сумрачно наблюдая за сборами своей женщины. Но при последней фразе выгнул бровь и перевел насмешливый взгляд на Нилу.

«И где таких красавчиков Дельфина берет? — мелькнула мысль. — Все, как на подбор: широкоплечие, мощные. Такими кулаками только гвозди забивать. Так были бы все оборотни, а то и среди других рас находит.» Правда, с гномом Нила соседку-оборотня еще ни разу не заставала.

— И как? — Хриплый голос мужчины пробежал мурашками по спине и рукам до самых кончиков пальцев.

— Хорошая задница. Очень хотелось сделать с ней то же самое, на что решилась Горина. Увы, мне смелости не хватило, в процессе как-то… Кхм… — Ответила девушка, опять закрывая глаза. Как же хотелось спать, еще и после сытного завтрака.

Оборотень внезапно расхохотался:

— Это было бы незабываемо.

— Де-е-ельфи-ина-а-а… — Нила уже почти художественно вызевывала имя подруги.

— Да?

— Оставляй этого. У него есть чувство юмора.

Сквозь дрему только и услышала, что пофыркивание обоих зверюк и хлопок закрывающейся двери.

— Нила. Нила. Ниаллина! — Трубным голосом заорало над ухом. Нила вздрогнула и открыла глаза.

— Нила, вставай. — Гномка еще и потрясла за плечо. — Вставай, ты все лекции проспала и скоро у ваших распределение…

— Да чтоб вас, да оборотням для забав! — Нила заметалась по комнате. Туалет, прическа, форма, сумка. — Горина, ты почему раньше не разбудила?

— Извини, сама на лекции вылетела, даже не посмотрела, что ты в кровати. Еще и после этих двух. Фу! Хотя такого я бы и сама… — Вдруг изменила тон на мечтательный Горина.

Не смотря на поджимающее во все места время, Нила потрясенно уставилась на картину «гнома в развратных фантазиях».

— Ты это серьезно?!

— Я что, не живая что ли?! Не люблю, когда личное на показ выставляют, мерзко. — Гнома передернула плечами. — А так… Да ты и сама знаешь, как у нас, чай не девочка уже. — Завершила совсем неожиданно.

Все еще пораженная последними словами Горины, Нила поспешно распрощалась до вечера и понеслась на общее собрание.