Читаем Родительское ничто онлайн бесплатно

Она сидела в мятом халате, с нечесаной который день головой, замерев с давно остывшей чашкой кофе в руке и не в силах оторваться от потешного кошачьего спектакля.

Котята резвились как мартышки: раскачивались на занавесях как на лианах, бросались друг на друга и шипели, изображая взрослые разборки, взбирались по полам ее махрового халата и трепали волосы хозяйки, как на игровом манекене.

Но когда в комнату вошла мама кошка, все резко изменилась: с жалобными писками, как будто не они минуту назад разносили в пух и прах кухню, они устремились к кормилице и, немного повозившись, припали к соскам.

И это после изрядной порции манной кашки, съеденной с полчаса назад! Было понятно: не за молоком припадали – за любовью. Все семейство замерло в блаженном урчании.

Глядя на них, она вспомнила своих детей, и в желудке все противно сжалось в холодный ком.

Если детеныши животного так нуждались в матери, то каково же человеческим детям без ее любви и внимания?

Она вспомнила, как жутчайшая усталость первых месяцев понемногу поглотила любовь к старшему сыну, превратив ее в постоянное раздражение. Как изводил он ее своим плачем днем и ночью, голодный и сытый, мокрый и сухой, на руках и в кроватке – он всегда или плакал, или хныкал. Категорически отказавшись спать ночью один, он спал исключительно у нее на руках. Кормление грудью было сущим адом – каждые полтора-два часа он припадал к соску и начинал терзать его, злиться, реветь, да так и засыпал на несколько минут практически голодный.

Уже через три месяца она пожалела, что взяла такой длительный декретный отпуск. Она любила своего ребенка, да, однозначно любила. Но каждый раз, когда его личико сморщивалось в крике, она понимала, что не готова, не хотела и сделала глупость, поддавшись на уговоры мужа родить в первый год после свадьбы.

«Это традиция в моем роду! » – безапелляционно заявил он. Идти против традиции их многочисленного и такого гордящегося собой рода, она не рискнула.

«Дура, надо было прекратить работу дней на 20-30, как это делают умные мамы!» – ругала она себя практически каждый день.

Всю сознательную жизнь она активно занималась бизнесом, и потому так тяжела для нее была перемена: встречи с разными людьми, громкие и удачные сделки, красивый деловой вид сменились на бессонные ночи, пижаму в детской отрыжке и абсолютно не удающиеся попытки хоть как то управлять процессом.

Сославшись на так надоевшие ей родовые традиции, муж категорически отказался брать няню раньше, чем малышу исполнился год.

Она запомнила этот год как самый чудовищный год своей жизни. Спасал телевизор и то, что ребенок с удовольствием смотрел любимые ею передачи и сериалы.

К моменту рождения второго сына, она уже смогла убедить мужа в застарелости традиций его рода.

Из роддома сына приняла на руки профессиональная няня, она же пробыла дома две недели, но только для того, чтобы максимально восстановить себя: понежить уставшее тело массажами, придать лицу сияние косметическими процедурами, обрести душевный покой с йогой.

Когда через две недели она появилась на работе – все просто аплодировали! Долго она считала это время идеалом счастья и умением совместить несовместимое.

Вечером она кормила с бутылочки уже выкупанного няней и практически засыпающего младенца, утром свежая и отдохнувшая (поскольку с ребеночком проводила ночь вторая няня) она чмокала спящих детей и убегала на работу.

Воскресенье было идеальным семейным днем – они проводили его вместе, посвящая развлечениям, которые заранее планировала для них секретарша мужа.

В водовороте бурной жизни дети росли быстро и практически беспроблемно для родителей – для решения всех возникающих вопросов был взят специальный воспитатель. Он координировал работу нянь, психологов, тренеров, репетиторов, посещал родительские собрания и организовывал медицинскую помощь в случае необходимости.

Бизнес развивался стремительно и вскоре они уже переехали в загородный дом, построенный по проекту архитектора, привезенного из Англии.

Он то и посоветовал им отделить детские спальни и игровую в отдельную жилую зону, практически не пересекающуюся с родительской.

Им с мужем эта идея понравилась, ведь в их доме часто были гости и устраивались приемы, с которых гости расползались, как правило, под утро.

У детей были отдельные спальни, своя кухня и игровой зал, свои ванные комнаты и даже отдельный вход с улицы.

Таким образом, дети не пересекались со взрослой жизнью родителей, некоторые картинки из которой могли быть непосильны для их психики. Например, пьяный в стельку, голый (но очень важный дядя), писающий в рояль. Или папа, оплетенный голыми тонкими и длинными ногами чужой тети.

Никакой рутины, никакой усталости, никакого раздражения у родителей, и все самое лучшее у детей.

Абсолютно гармонично влилась в налаженный процесс и новорожденная дочка.

Просто взяли еще одну няню, и через 10 дней мама уже была в своем кабинете.

Фотографии детей на стенах кабинета вызывали гордость: мама трех детей не была эдакой квочкой: располневшей и истрепанной, с немытыми волосами и ввалившимися от усталости красными глазами.

Она не висела часами на форумах, выясняя ответ на вопрос: газоотводная трубка или слабительные свечи? Она понятия не имела о противоколиковых сосках и неврологических осложнениях после прививки.

Она гордилась тем, что смогла дать жизнь трем детям и при этом остаться успешной, интересной и полноценной личностью.

Примитивные вопросы ухода за детьми она передала специально обученным высококвалифицированным людям. Она верила, что это идеальная схема воспроизводства в цивилизованном мире.

Свой родительский долг они с мужем видели в обеспечении детей всем необходимым на высшем уровне. Они подолгу обсуждали и планировали будущее каждого из них, готовясь к этому задолго.

Когда старшие дети подросли, лучшие психологи выявили научными методами их предрасположенности, свойства характера, тип личности. Уже с младших классов дети знали, какие их будущие профессии и не просто учились, а следовали специально разработанной для них программе развития.

Старший сын, как «интроверт с преобладанием функций творческого полушария», занимался музыкой, хореографией, рисованием, шахматами. Младший сын был определен как «способный к точным наукам» и его, как приемника семейного бизнеса, перевели на домашнее образование с лучшими преподавателями точных наук.

Родители контролировали процесс образования очень дотошно, они считали, что это важная часть построения блестящей карьеры в будущем.

Немного расстраивала дочка. Ребенок поздний и неожиданный. Она росла своеобразной девочкой: медлительной и задумчивой, замкнутой и отчужденной. Она все делала в несколько раз медленнее, чем старшие дети, чем немного нервировала привыкшую к быстрому ритму мать.

Прежде чем ответить на вопрос, она долго молчала, продолжая заниматься своими делами, и когда спрашивающий уже забывал, вдруг начинала отвечать..

Она с самого детства любила две игрушки и не расставалась с ними. Дарить ей что-то еще не доставляло радости, так она оставалась абсолютно безучастной к новым игрушкам.

Она часами могла сидеть со своими мишкой и лягушкой и, шевеля губами, разыгрывать одной ей понятную сцену, медленно передвигая игрушки.

Она упорно называла мамой няню.

Это раздражало родителей и старших детей, и девочка, чувствуя это, не любила семейные воскресенья и вообще семейные встречи, под которые с таким трудом в расписании родителей и старших детей было найдено время в среду с 19.45 до 20.45. Именно в этот день у девочки все время случались приступы расстройства желудка, или головная боль или даже поднималась температура.

Она не принимала участия в общих развлечениях и предпочитала отсиживаться в своей комнате, чем нарушала картинку воскресной семейной идиллии.

Они последовали совету психолога, и девочка присутствовала на воскресных гуляньях с няней. Это восстановило картинку благоденствия в семье.

Успешно развиваемый семейный бизнес поглощал все больше родительского времени и сил.

Но 21 век сделал возможным встречу без встречи.

В расписании родителей было выделено время для общения с детьми по скайпу. Эти общения доставляли удовольствие родителям и не вызывали сопротивления у детей. Список обсуждаемых тем на каждый день заблаговременно составлялся воспитателем и рассылался родителям, что позволяло им быть всегда в курсе событий.

Родители были всегда благодушны и вежливы, дети радостны и уважительны. Никаких разборок, никаких нравоучений. Пара вопросов, пара шуток, пара идей или советов чаду.

Иногда сбой давало только общение с дочкой: уставясь непонимающим взглядом в экран, она могла неожиданно громко расплакаться на середине фразы родителя, а когда подросла – могла просто встать и уйти.

Когда дети достигли подросткового возраста, пришла пора определяться с местами их обучения.

Ни одна отечественная консалтинговая компания не удовлетворила их своими предложениями, пришлось летать неоднократно в Англию, Америку.

Наконец, все было решено: младший сын продолжит дело родителей и лучшего образования, чем юридическое, да еще и в одном из Английских университетов не могло и быть. Математические наклонности он должен был проявить позднее, обучаясь банковскому делу.

Старший сын будет обучаться изобразительному искусству и получит искусствоведческое образование для открытия в дальнейшем семейного фонда и формирования семейной коллекции произведений искусства.

Программа развития детей включала лучшие программы по профильным предметам, а количество тренингов личностного роста превышало родительский уровень.

Все спорные вопросы поведения и успеваемости решались своевременно и эффективно.

Механизм работал безупречно.

Жизнь была прекрасна и полна и иногда, слушая жалобы подруг или коллег на «выбрыки» их детей, или сложности переходного возраста, она удивлялась, как такое возможно.

Хотя, временами она позволяла себе расстроиться по поводу дочери.

Их дочь противилась любым установкам в семье. Она не бунтовала, не устраивала сцен, она просто очень естественно не воспринимала и не следовала установленному порядку.

Психолог не мог ничего порекомендовать, поскольку ни с ним, ни с другими она не шла на контакт.

В выходные дни она предпочитала свой порядок времяпрепровождения.

Несмотря на то, что она подросла, любые попытки соединить ее планы с общими планами семьи заканчивался температурой или расстройством желудка.

Никакие дополнительные секции или занятия она не посещала – она просто не включалась в процесс, нервировала этим преподавателей и объясняла это тем, что ей это все не понятно и не интересно.

Походы с ней по магазинам были сущей пыткой, так как она абсолютно не различала стили и не интересовалась модой. Любой наряд она встречала с одинаково никаким выражением лица.

Мать, частенько глядя на дочь, недоумевала, как в их семье мог появиться такой «пресный» ребенок.

Посовещавшись с опытным психологом, родители решили не давить на дочь, в конце концов, они просто найдут ей хорошего мужа.

И вот сейчас, глядя на прильнувших к кошке котят, она в который раз задавала себе вопрос, как она не разглядела за идеально выстроенным механизмом возможности чудовищного сбоя…

Все началось с того злополучного воскресного дня, когда старший сын потерял сознание на конькобежной дорожке и отцу пришлось везти его в больницу.

Вернувшись, он заперся у себя в кабинете и долго беседовал с кем-то по телефону. На ее требования объяснится, он не реагировал, чем очень удивил ее.

Разозлившись, она сама поехала в больницу. Когда ее перенаправили в инфекционное отделение, она слегка заволновалась, но когда увидела вывеску «Кафедра венерических заболеваний» она остолбенела.

Пока ожидала врача, перебирала все возможные варианты заражения: бассейн, стоматолог, прививки.

Она мысленно уже составляла план действий по судебному преследованию виновных в этом чудовищном заражении.

Реальность превзошла все ее фантазии, и потрясла своей нелогичностью.

Окруженный произведениями искусства, сын рос в атмосфере богемной среды, в которой каждый считал своим долгом восхвалять красоту и достоинства отпрыска столь успешного семейства.

Мальчик с детства любил, когда его красотой восхищались, а восхищались все: воспитатели, друзья родителей, случайные люди.

К подростковому возрасту, он уже знал свои преимущества и научился пользоваться ими.

Девочки буквально забрасывали его восхищенными предложениями и клятвами в любви. Ему доставляло удовольствие мучить их обещаниями, намеками, многозначительными взглядами и совершенными по красоте преподнесения отказами. К старшим классам он уже прослыл школьным сердцеедом.

Однако на удивление, его маневры не удались с абсолютно неказистой девушкой, которая работала няней у сестры.

Серенькая мышка с двумя высшими образованиями и отличными рекомендациями. Как выяснилось позднее, отличные рекомендации сообразительная девица получала регулярно вдобавок к кругленькой сумме, как оплате за молчание. Практически каждая нанимательница радостно отделывалась от вездесущей няни и не скупилась на деньги и лестные слова за обещание держать в тайне ту или иную информацию: романчик с охранником мужа, пластическая операция, жесткое обращение с ребенком.

Нет, серенькая мышка не была профессиональной мошенницей, скорее это был ее ответ миру, который после 10 лет прилежной учебы, оплачиваемой тяжелым трудом родителей, выделил ей лишь роль прислуги. Ее злость на мир достигла таких размеров, что не устояла и перед 16 летним мальчиком.

Сын был серьезно болен. Организм, вымотанный жестким графиком, не был способен сопротивляться инфекции.

Как выяснилось позднее, сын уже не первый месяц страдал температурой и другими симптомами, от которых его лечила проворная няня теми же таблетками, которые ей выписал ее врач.

Это была первая трещина в их идеальной жизни.

Но они преодолели эту беду, как им казалось образцово: сына отправили лечиться в лучшую клинику, няню сдали властям, всю прислугу уволили и наняли других через серьезное агентство и дополнительные проверки, гарантирующие приличность персонала.

Забыть это происшествие им помогло прекрасное путешествие по скандинавским странам.

Но судьба, похоже, только начинала строить гримасы.

Через год, перед новогодними праздниками, когда украшенный знаменитым дизайнером дом сверкал и пах рождеством, пропал младший сын.

Мальчик был сверхталантлив, и в 14 лет уже слыл юным дарованием в математических кругах. Упорный и целеустремленный, он был гордостью родителей и их надеждой на достойное преемство семейного бизнеса.

Испуганный охранник, которого под утро разыскали родители, путался в показаниях и потому стал основным подозреваемым в похищении.

На ноги была поднята полиция, все друзья с серьезными связями, банк был предупрежден о необходимости собрать в короткий срок пока еще не озвученную, но явно не маленькую сумму. Весь день ждали звонка от похитителей.

Но все оказалось не таким масштабным, как в остросюжетных фильмах.