Читаем Ритм и настроение онлайн бесплатно
Ритм и настроение
«Таким образом, открытие нижней чакры может серьезно сказаться на желании продолжать
практики, как это ни парадоксально». Стив вздохнул, поворачивая документ в нормальное
положение. У брата была привычка записывать сумбурные мысли на полях, наискось через лист, на другой стороне – и нередко эти мысли никак не соотносились с содержанием самого
документа.
На подоконник, заскрежетав когтями, приземлился голубь, заклекотал, то ли жалуясь, то ли
насмехаясь. Туча, с утра нависшая над городом, медленно разрасталась. Стив включил лампу, отложив бумаги, задернул штору, прошелся по комнате.
На стенах висели мандалы и портреты каких-то очередных Учителей, увитых гирляндами цветов.
Их глаза следили за ним, взгляды липли к спине и плечам.
Стив знал эту комнату, хоть и не был в ней вот уже почти шесть лет. Росс был его сводным братом, первым сыном отца. Они росли вместе до колледжа, да и потом поддерживали контакт по
переписке, иногда вместе проводили Рождество и некоторые другие праздники. Головной офис
«маленькой, но гордой» компании Стива располагался в другом штате, хотя авиасообщение
налажено, можно было бы видеться и чаще, но….
Он остановился напротив очередного снимка, бездумно всмотрелся в лучащиеся сытой благостью
глаза какого-то там наставника. Если бы видеться чаще... Возможно, он узнал бы о проблемах с
сердцем у сводного брата раньше, чем постфактум.
Похороны послезавтра. До этого Стиву предстоит уладить дела Росса и понять, как лучше
распорядиться его имуществом. По завещанию брат оставлял ему квартиру и кое-какие
сбережения в ценных бумагах, а также ряд сумм другим лицам – кажется, тем самым Учителям и
Наставникам. Еще имелись «духовные реликвии» - привезенные с разных сторон света вещи,
ценность которых на неискушенный взгляд определению не поддавалась. Здесь были барабаны,
бубны, диджериду, поющие чаши и прочие музыкальные инструменты, хотя слуха у Росса не было
от слова «совсем», возможно, для экстатических пений его и не требуется. Были старые книги, вещающие об ангелах, демонах, дэвах и ракшасах, множество спутанных амулетов, фигурок,
статуэток и прочего весьма сомнительного добра.
Вернувшись к столу и бумагам, Стив отбарабанил пальцами дробь по деревянной поверхности.
Росс увлекся эзотерикой давно, еще в институте, но это не мешало ему нормально жить и
зарабатывать. Когда в автокатастрофе погибла его жена, брат потратил практически все
сбережения на пожертвования в фонды «духовно просветительского» направления и зажил
одним днем. Тем не менее, учителя и наставники помогли, убиваться и горевать Росс перестал, только впал в какую-то бесконечную прострацию. Потеряв работу за время депрессии, он
устроился на новую – помощником музейного реставратора, регулярно посещал мероприятия
эзотерической направленности, и, как показалось Стиву, вроде вполне примирился с
реальностью.
Теперь Стива грызло чувство вины. Болезни сердца не лечатся родственным участием, но почему
Росс никому о них не сказал? Он умер, по словам врачей, быстро и едва ли не незаметно для себя
самого, прямо на очередном мероприятии. Должно быть, у общества «Осененных» был плохой
день – кроме Росса, на этом же вечере скончались еще двое сердечников.
Именно это насторожило Стива. Вся эта история странно выглядела.
Потянувшись к ноутбуку, он вновь развернул файл со своими заметками. Эзотериков было больше
ста человек, праздновалась ночь Дивали – индийский фестиваль огней, символизирующий победу
Добра над Злом (с больших букв, конечно же). Праздник проходил в саду особняка Джо Мируи –
местного почти-миллионера, сына отца, некогда очень удачно вложившего деньги в акции
ведущих строительных компаний. Сам Джо тоже подсуетился в свое время, за несколько лет
сколотив неплохое состояние, и, видимо решив, что с него достаточно работать, увлекся
эзотерикой и юными манекенщицами. На вкладке гугла Стив еще раз пролистал фото особняка и
сада, где проводилось мероприятие, - в общем-то, на такой территории вполне можно было еще и
выкопать пруд, для пары-тройки резиновых утят и личной яхты.
Стив потер пальцами переносицу. Сто двадцать шесть человек, экстатические состояния,
возможно, наркотики, три сердечных приступа, все летальные. Статистически вероятно?
Не очень.
И что же? Квалификация врача сомнению не подлежала – его характеристики были однозначны.
Видимо, «так звезды сошлись», и это именно тот случай, когда пасует статистика. Сегодня он
потерял половину дня, сначала выясняя, какие наркотики могут спровоцировать сердечный
приступ, а потом тряся судмедэкспертов на наличие следов в крови Росса.
Кровь брата была чиста. Но Стив чувствовал, что сделал не все. В этой смерти была тайна, ехидно
скалящаяся из-за невозмутимых букв казенных бюрократических оборотов. Он видел ее, но не
понимал, за какой хвост надо тянуть ее на свет.
Суммы взяток полицейским в этом штате мало изменились, и Стив быстро получил контактные
данные двадцати участников мероприятия. Люди, задерганные полицией и журналистами, не
слишком желали общаться. Но на очередном собеседнике ему наконец повезло – тот согласился
на встречу за «умеренное пожертвование на храм».
Стив провел рукой по коротко остриженным светлым волосам. Мысль, что именно этот человек
вполне может оказаться «лицом для разрешения вопросов» - так деликатно именовались стресс-
менеджеры подобных организаций, свербела в затылке. Тогда он потратит время на говорливого
менеджера в рясе, или в чем там они ходят в миру.
Что ж, он узнает это уже через два с половиной часа – приехать раньше Стив никак не успевал, назначив встречи с двумя людьми, которым брат не успел вернуть долги (должники уже самого
Росса ждали своей очереди на следующий день), и передача пожертвования должна состояться в
кафе «Под парусом» в трех кварталах отсюда. Не забыть узнать, на какой конкретно храм пойдут
его деньги, хотя это далеко не самый важный вопрос.
Время пролетело быстро, за встречами, переговорами с нотариальной конторой и изучением
ноутбука брата, вернее, такой попыткой. Росс не имел привычки систематизировать файлы, и на
папку с фото Стив наткнулся уже практически перед выходом. Отложив просмотр, он накинул
пиджак, взглянул в зеркало – подтянутый блондин где-то на пути к определению «средних лет», серые глаза, аккуратный дорогой костюм, ничего, чрезмерно бросавшегося в глаза.
Как водится, из-за спешки все пошло не так. Такси застряло на первом же перекрестке, и Стив
пожалел, что не спустился в метро.
«Под парусом» оказалось довольно уютным и аккуратным кафе, сюрприз – с тремя залами. Играть
в интуицию настроения не было, так что Стив сразу остановил официанта в моряцкой форме.
- …Стив Кейнелл? Да, вас ожидают, я провожу.
Предполагаемый кризис-менеджер Осененных выбрал столик в одном из полутемных углов, что
было вполне ожидаемо. Хорошо хоть не рядом с кухней, над головой не будут проплывать
подносы. Спиной к стене, лицом к залу, в окружении кадок с папоротником и чем-то еще
кудрявым и зеленым, Стива ждал неожиданно молодой человек. Он поднялся ему навстречу.
- Рад знакомству с вами, мистер Кейнелл.
- Можно просто Стив.
- Тогда я просто Грегори.
Грегори Райс, человек со странно короткой фамилией, видимо, с северными корнями, улыбнулся
очень по-менеджерски. И рукопожатие соответствующее – твердое, сухая теплая ладонь, только
вот продолжалось оно секунды на две больше, чем следовало. Когда Грегори отпустил его руку, Стив с трудом сдержался, чтобы не потереть ладонь о брюки – он физически почувствовал, словно
его новый знакомый держал тугой пульсирующий шар, и после этой пульсации кожу покалывало.
Стив намеренно замешкался, быстро пересматривая план действий на эту встречу. Можно было
догадаться, что на переговоры будет делегирован не просто шарлатан, но что-то действительно
понимающий человек. Впрочем, делегирован ли? Вся эта возня с попытками найти что-то за
смертью от сердечной недостаточности со стороны наверняка выглядела жалко.
Грегори не спешил начинать разговор, что тоже о многом говорило. Он был среднего
телосложения, одет в джинсы, рубашку и пиджак, все не самое дорогое и не самое дешевое. В
вырезе рубашки виднелись резные бусины четок, кажется, деревянные. А еще от него исходило
спокойствие. Стив вдруг обмяк на стуле, почувствовал себя отделенным некой пеленой от
последних дней и эмоций. Сейчас ему было очевидно, что он мечется в тумане, без особых
шансов на успех, что вся эта суета продиктована всколыхнувшимся чувством вины… и что ситуация
со смертью его брата продолжает выглядеть странно и пахнуть дурно.
Почему я не подумал, что мой визави может оказаться, например, гипнотизером? – с досадой
спросил у себя Стив. Нужно быть внимательнее.
- Красное вино. Восстанавливает нервные клетки, - Грегори мягко улыбнулся. Когда им принесли
вино, Стив не заметил, и это было недопустимо. Он заставил себя собраться, поднять голову, посмотреть на собеседника. Тот сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула.
- Сочувствую вашей потере.
- Благодарю. – Стив не знал, что ему говорить и что делать дальше. Как общаться с эзотериками?
Наверное, это было плохой идеей. Все это, с самого начала, было плохой идеей.
Но Росс…
- Я понимаю ваши сомнения, и мотивы тоже, - Грегори, видимо, понял, что, не начав разговор, рискует просидеть в тишине. – Действительно, многие из посещающих фестивали употребляют
наркотики, но это в основном молодежь, у них много здоровья и мало страха.
- Страха? – Стив наконец ожил, мучительно вынырнув из болота тоскливой усталости. – Если я
правильно понимаю, празднование направлено на получение божественной милости…
- А значит, должно приносить только радость и уверенность в завтрашнем дне, - снова
улыбнувшись, кивнул Грегори. – Только, знаете, когда человек играет в поклонение богам, это
одно. Вся эта… - он покрутил рукой, и менеджерская улыбка стала слегка насмешливой, -
атрибутика, она привлекает к себе все внимание, и вот представьте, кто-то, скажем, Джон, после
скучной работы, домашних дел, под грузом понимания, что ему никогда не выбиться из серости
своих будней – попадает буквально в другую реальность. Повсюду цветы, огни, яркие одежды, красивые люди и лики красивых богов. И песни, и чудн
тебя любят братья по вере, мудрые Учителя и всемогущие Боги, и жизнь твоя теперь полна
красками и светом. И это так радостно и весело, правда?
Стив молчал, рассматривая собеседника. Возможно, более пристально, чем диктовал этикет, но
какое-то явное несоответствие в его внешности мучило почти физически.
- Но здесь есть проблема. Пока вера – просто костюмированная игра, вроде, знаете, как молодежь
играет в эльфов, все идет хорошо. Но однажды, рано или поздно, люди вдруг чувствуют… По-
настоящему чувствуют внимание Богов. И в один момент карточные домики их реальности
рушатся, потому что принять наличие высших сил на словах и почувствовать Их дыхание на своем
лице – очень разные вещи. Тогда приходит страх.
- Вы хотите сказать, что Росс умер от страха перед богами? – Стив начинал злиться. Этого монаха
что, давно не били?...
- О, конечно же нет. Простите меня, я неверно сформулировал мысль. Росс принимал Богов как
данность, и уже довольно давно. Я хотел сказать, что вы приняли всех нас за сборище паяцев на
костюмированной вечеринке, и в отношении трети присутствующих вы безусловно правы.
- А в отношении остальных? – Стив понимал, что от него ждут этого вопроса, но почему бы и нет.
Если неясно, куда идти в выяснении обстоятельств смерти брата, не все ли равно, где и как искать
зацепки.
- А в отношении остальных – нет. – Грегори подался вперед. – Но вы, конечно же, мне не
поверите. Поэтому я покажу, и заранее прошу прощения за доставленные неудобства.
Дальнейшее произошло быстро. Собеседник Стива выудил из-за ворота четки, на нижнем конце
которых помимо бусин висело что-то еще, темное, каплевидное, возможно, камень, легший в
центр ладони менеджера-монаха. Плавный жест – раскрытой ладонью Грегори чуть толкнул
воздух перед собой. Амулет держался, не соскальзывая с его руки. Наверное, это авантюрин, потому что в его центре вдруг вспыхнула искра, и еще одна, и еще – и одновременно с пляской
искр в камне на Стива надвинулся воздух. Он стал плотным, как вода, и ощутимо давил на грудь.
Заложило уши, закружилась голова, и Стив, зависнув на границе чужого и чуждого пространства, просвечивающего сейчас сквозь привычную реальность, с неопровержимой ясностью
почувствовал там кого-то другого. Действительно Другого, - теперь он остро осознал правильность
явно слышимых заглавных букв в словах Грегори о Богах.
Из живота поднялся иррациональный ужас, страх перед неведомым. И все схлынуло – Грегори так
же плавно сделал возвратное движение кистью, потянув на себя воздух, и стряхнул амулет назад
за ворот рубашки.
Стив сидел в уютном кафе в центре большого города, и как никогда ясно чувствовал огромность
вселенной вокруг себя.
- Простите меня за это, мистер Кейнелл, - голос Грегори был учтив, но глаза смотрели холодно и
жестко. – Мне было необходимо донести до вас мысль, что Осененные – не шайка балаганных
клоунов, а наши Боги – не коллективная наркотическая галлюцинация. Хотя вы, наверное,
скажете, что это был гипноз?
Стив проигнорировал едкую насмешку его последних слов. Возможно, мнение, что этого монаха
давно не били, было ошибочным. А вот кто тогда победил – тот еще вопрос. Мистер Кейнелл
достал из кармана платок – привычка с колледжа, вот и пригодилась, и отер пот со лба и висков.
Руки слегка дрожали. После этого он открыл бумажник и вынул обещанные банкноты –
пожертвование на храм.
- Послушайте, Грегори. Я понимаю вашу обиду. Но ваши силы и боги, и даже Боги – это все ваше.
Пусть будет так. Меня это все не касается. Что меня действительно интересует – так это смерть
моего брата.
Грегори кивнул. Не спеша взял деньги, положенные на стол, и убрал в портмоне.
- Нас тоже опечалил этот случай. Видите ли, такого происходить не должно. Это привлекает к нам
ненужное негативное внимание. Но, мистер Кейнелл, кровь вашего брата была исследована, в
ней не найден допинг. И вам, безусловно, это известно.
В голове зашевелилась глухая боль, пока что деликатно постукивая в виски.
- Жест отчаяния, – он устало пожал плечами. – У Росса никогда не было проблем с сердцем.
- Насколько мне известно, - Грегори по-прежнему не улыбался, смотрел прямо в глаза
неприятным, буравящим взглядом, - вы не виделись с братом много лет. Вполне логично, что при
редком общении он не стремился говорить об этом. Людям свойственно недооценивать
серьезность проблем со здоровьем и надеяться, что все как-то решится само собой.
Выйдя из кафе, Стив бодрым шагом прошел квартал, не особо понимая, куда именно он идет. Это
не имело значения. Наконец, завернув в узкий проулок, он остановился у дверей какого-то
магазинчика и обессиленно прислонился к стене, не заботясь о чистоте пиджака. В небе бурлили
темные тучи, угрожающе ворчал гром. Голова просто раскалывалась.
Грегори, кризис-менеджер Осененных, оказался крепким орешком. Не стоило с ним связываться.
Стив давно был большим мальчиком, переросшим как веру в мистику, так и излишний скепсис. От
