Читаем Red hands (ЛП) онлайн бесплатно

========== red hands ==========

«Лишь в любви и убийстве мы остаёмся искренними…»

Фридрих Дюрренматт

При слабом мерцании единственной свечи Драко неуклюже налил в стакан огневиски, заполнив его до краев. Он опрокинул стакан с жидкостью, пролив на подбородок и грудь, но сейчас это его мало взволновало. Тепло растеклось во рту, спустилось по горлу и достигло желудка. Ему никогда особо не нравился вкус огневиски, но привлекало ощущение жара, распространяющееся по телу и лёгкость в голове.

Драко нравилось то, что это позволяло ему забыться.

Нравилось, что звон в ушах отвлекал.

А отвлечься было необходимо.

Как долго он здесь пробыл? Он полагал — около четырёх месяцев, возможно и больше. Он не доверял часам и календарю в этом месте также, как и людям.

Драко все ещё пытался смириться с изменениями.

Все ещё приспосабливался.

Официально он сражался за Орден Феникса семь лет, со дня своего восемнадцатилетия, но на самом деле все было гораздо сложнее.

Волан-де-Морт искалечил Поттера во время битвы за Хогвартс, сломав ему обе руки, позвоночник и оставив с серьёзной травмой головы, на излечение которой ушли месяцы. Но этого было достаточно, чтобы гарантировать ему победу. Поттер очнулся после комы и выяснил, что армия Волан-де-Морта увеличилась почти в четыре раза. Великобритания была разорена войной, и все основные города маглов находились либо под властью Темного лорда, либо вовсе уничтожены. Лондон, Манчестер, Ливерпуль, Бирмингем, Эдинбург, Кардифф, Дублин — менее, чем за шесть месяцев все они оказались разрушены.

Орден понял, что ему придётся разделиться, чтобы его членов не обнаружили, поэтому было создано и защищено более двадцати убежищ. Они много контактировали друг с другом, планируя различные битвы и миссии, но едва ли сталкивались лицом к лицу, за исключением мимолетных встреч на поле битвы.

Когда Теодор Нотт, Блейз Забини и Драко Малфой попытались присоединиться к Ордену через несколько месяцев после битвы за Хогвартс, им пришлось пройти всевозможные тесты, включая сыворотку правды и легилименцию. Затем троица со Слизерина была отправлена в убежище Аластора Грюма, где также проживали Оливер Вуд, Джейсон Сэмюэлс, Кэти Белл, Джимми Пикс и Чжоу Чанг. Убежище находилось в Камбрии среди холмов в окружении леса, а сам дом был старым и заброшенным. Он прожил там семь лет.

Ему и его друзьям потребовалось некоторое время, чтобы их приняли, возможно, год. Но Малфой всё также оставался одиночкой, выполняя задания Грюма и беспрекословно сражаясь в каждой битве. Остальные члены убежища через какое-то время оставили его в покое, даже стали уважать после того, как Драко спас жизнь Оливеру Вуду пять лет назад.

Драко заметил, что добился значительных успехов на поле боя. Удивительно, насколько стойкими и целеустремленными становятся люди, которые сражаются за дело, в которое верят, и, хотя поначалу он не проявлял рвения, вскоре окружающая обстановка вынудила его придти в себя.

С таким количеством игроков в квиддич в составе их убежища, они стали известны в Ордене, как «Парящие истребители», обычно атакующие Пожирателей Смерти сверху на мётлах, когда подобная тактика была необходима.

Другие убежища также имели свои названия, например, убежище Помфри: «Полезные целители»; убежище Слизнорта: «Партия зелий»; убежище МакГонагалл: «Мудрые воины» и так далее.

У каждой группы была своя специализация — ему было комфортно с «воздушной» командой. Очень комфортно. Это стало его отдушиной после семи лет жизни в одном и том же доме и с одними и теми же лицами вокруг.

И когда это отняли у него, он был задет больше, чем мог бы признать.

Однажды Пожиратели Смерти напали ночью, подожгли их убежище и заблокировали каждый выход, кидая Смертельные заклятия в каждого, кто добирался до двери или окна. Только он, Тео и Кэти смогли сбежать после того, как сумели найти один из аварийных порт-ключей, который доставил их на неофициальную базу Ордена в Кенте — убежище Поттера и Кингсли Бруствера, также известное как «Штаб-квартира».

Только когда пришло подтверждение, что другие члены убежища Грюма мертвы, Драко понял, что за это время он стал рассматривать Аластора, как своего наставника, а остальных чем-то большим, нежели просто союзниками. Их смерть вызвала у него еще больше гнева и ненависти к Волан-Де-Морту и его приспешникам, хоть он и не предполагал, что такое возможно. Потерю Блейза и Оливера оказалось особенно тяжело принять, и за одну ночь его и без того хаотичный мир, превратился в полную задницу.

Каждый день он задавался вопросом о том, стоило ли ему попытаться найти больше членов своей группы, прежде чем схватить портключ.

Каждый. Чёртов. День.

Он пробыл в Кенте неделю, прежде чем ему сообщили, что его переводят в убежище МакГонагалл недалеко от Кентербери, всего в двадцати минутах полета на метле. После недавнего поражения Терри Бута в бою там появилась свободная комната. Кэти отправили в убежище Спраут в Девоне, а Тео – в убежище Флитвика в Вустере. С тех пор Драко их не видел.

Итак, он здесь.

Теперь он был членом «Мудрых воинов» МакГонагалл, где проживали Гермиона Грейнджер, Полумна Лавгуд, Майкл Корнер, близнецы Патил, Маркус Белби и другие. Само убежище представляло собой заброшенную библиотеку, возможно, чуть меньше, чем сгоревшее убежище Грюма, но довольно похожее, чего Драко не ожидал. Больше всего его беспокоило то, что люди в этом убежище ему не доверяли.

Совсем.

Репутация подобна тени — темные пятна будут преследовать тебя, куда бы ты ни пошёл.

Его не заботило их мнение или настороженные взгляды, направленные в его сторону, но эти люди не уважали его настолько, чтобы дать ему уединение или проявить хоть толику уважения, и это его беспокоило. Он позволял себе расслабиться только тогда, когда остальные засыпали. Последние четыре месяца он каждую ночь уединялся на кухне, заставляя себя впадать в бессонницу и полоская горло виски, до тех пор, пока не начинал чувствовать себя плохо.

Единственной проблемой в его рутине была Гермиона Грейнджер.

Гермиона-черт-возьми-Грейнджер.

В то время как остальные в убежище МакГонагалл смотрели на него с подозрением и некоторой осторожностью, она просто казалась любопытной, возможно, даже заинтригованной его прибытием, и это нервировало его. Она наблюдала за ним, будто он был экспериментальным зельем, а она отмечала результаты, или будто он был книгой на языке, который она пыталась расшифровать. В течение первого месяца его пребывания она не сказала ему ни слова, просто наблюдала, но затем постепенно начала разговаривать, задавая ему простые вопросы то тут, то там. К примеру, хотел ли он чаю или знал ли, где находится кто-либо из ее друзей. Несмотря на его тонкие намеки, что он хочет побыть один, она продолжала докучать ему, и это Малфоя до чертиков раздражало.

Это была первая проблема.

Вторая проблема заключалась в том, что Грейнджер, по всей видимости, тоже страдала бессонницей, и они несколько раз пересекались ночью, обычно в коридоре или на кухне. Мерлин, она не давала ему покоя. Атмосфера становилась неловкой — она пыталась вовлечь его в пустую болтовню, а он вставал и уходил, когда для него становилось слишком много её присутствия. Обычно для этого хватало двух минут. Ее вопросы со временем становились более смелыми и иногда ему хотелось задержаться, чтобы посмотреть, как далеко она зайдёт, но желание уединиться всегда пересиливало его любопытство.

По крайней мере, она не беспокоила его каждую ночь.

По крайней мере, у него было немного уединения.

Он зарычал, когда услышал приближающиеся к кухне шаги и понял, что эта ночь не будет одной из таких. Наполнив еще один стакан огневиски, он отодвинул его в тот момент, когда дверь отворилась. Она вошла, одарив его мимолётной улыбкой в знак приветствия. Конечно, её не удивило его присутствие здесь, но Драко ненавидел, как небрежно она смотрела на него, будто он был домашним зверьком или мебелью.

— Привет, Малфой, – сказала она, подходя к чайнику.

Он не ответил, изучая ее из-под опущенных век.

Было лето, и ночи, соответственно, стояли тёплые и влажные. Грейнджер была одета в синие мешковатые пижамные шорты и белую футболку на размер больше нужного, волосы она зачесала в хвост. Ее черты всегда казались более чёткими в темноте, а свет свечи играл с её лицом, заставляя глаза светиться скорее золотистым, чем карим.

— Ты в порядке? – спросила Гермиона.

— В порядке, – резко ответил он. — Во всяком случае был, пока кое-кто меня не прервал.

Если ее и обидел его грубый комментарий, она этого не показала. — Хочешь чего-нибудь?

— Нет.

— Может чашечку чая, Малфой?

— Я уже говорил тебе бесчисленное количество раз — я не пью чай.

— Нет, конечно же нет, — пробормотала она. — Ты просто будешь топить себя в алкоголе, пока окончательно не откинешься.

Он закашлялся. Она никогда не говорила с ним так прямо и это застало его врасплох.

— Прости, что, Грейнджер?

— Честно говоря, здесь воняет, — Она добавила сахар и размешала чай. — Ты пахнешь винокурней.

Ах, значит, она решила изменить свою тактику сегодня вечером — пропустить все скучные и бессмысленные вопросы — сразу приступить к тому, что она на самом деле хотела сказать. Это было что-то новое. Мерлин простит его, но он был заинтригован тем, к чему это может привести, поэтому он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Я не знал, что мои алкогольные предпочтения это твоё грёбанное дело, Грейнджер.

Она нахмурилась и села напротив него.

— Нет, не думаю, что это мое дело. Но ты действительно много пьешь, Малфой.

Он закатил глаза и налил себе еще огневиски, скорее из принципа, чем от жажды. Но, прежде, чем он успел поднести стакан к губам, она выхватила его из рук слишком быстро, чтобы он смог хоть как-то среагировать. Потом она схватила и бутылку.

— Какого хрена? — спросил он. — Отдай бутылку немедленно!

— Я думаю, с тебя достаточно.

— Не тебе это решать, — огрызнулся Драко. — Верни сейчас же, Грейнджер!

— Верну, если ты скажешь мне, почему так много пьёшь.

Драко усмехнулся.

— Ты действительно хочешь знать, почему я так много пью? Лучше поинтересуйся у остальных, почему они не пьют. Ты и вправду не обращаешь внимания на мир, в котором мы живём?

Она задумчиво пожевала губы. — Так ты пьёшь, чтобы пережить войну?

— Нет, я пью, чтобы посмеяться и потанцевать под безвкусную музыку, — саркастично бросил он. — Конечно, я пью, чтобы пережить войну.

— Это ведь не повод…

— Ты серьезно собираешься читать мне нотации сейчас? У каждого есть способ, который помогает ему справляться с войной. У всех нас есть средства, чтобы забыться, Грейнджер. Ты зарываешься в книги, чтобы спрятаться от этого дерьма, а я пью. Таков наш выбор.

— Ты понимаешь, что такое количество алкоголя вредит твоему здоровью?

Он снова усмехнулся.

— Я почти уверен, что борьба с этими грёбанными Пожирателями смерти убьёт меня быстрее, чем бутылка чёртового огневиски. И снова, Грейнджер, это не твоё…

— Ты столько же пил, когда жил в убежище Грюма? – перервала его Гермиона. — Потому что я так не думаю.

Он холодно нахмурился, пытаясь придумать ответ, но она заметила его колебания.

— Просто отдай мне чёртов виски, Грейнджер.

Она покусала нижнюю губу, будто нервничая из-за того, что собиралась сказать дальше.

— Это не твоя вина, что они не выжили, Малфой.

У него пропал дар речи. Его рот приоткрылся от удивления. Кем, чёрт возьми, она себя возомнила?

— Да как ты, блять, посмела! — выплюнул он. — Ты нихера не знаешь о…

— Ты винишь себя. Это очевидно.

— Ты не знаешь меня, Грейнджер!

— Нет, — согласилась она. — Я действительно не знаю, кем ты стал. Все, что я знаю и помню, это идиота, которым ты был в Хогвартсе, но я думаю, что теперь ты изменился. Если бы ты не был так настроен избегать всех…

— Если ты не заметила, меня здесь не приняли с распростёртыми объятиями, — заметил он. — Несмотря на то, что я сражаюсь на стороне Ордена в течении семи лет, все здесь смотрят на меня, как на кусок дерьма на подошве их туфель.

— Я так не делаю. Я пытаюсь поговорить с тобой, но ты делаешь все возможное, чтобы избегать меня.

— Ничего личного, Грейнджер, но, возможно, мне просто не хочется с тобой разговаривать.

— Но я бы хотела этого, — мягко сказала Гермиона. — Хотела бы узнать тебя лучше.

Искренность ее ответа снова заставила его потерять дар речи, поэтому он просто покачал головой, глядя на пятно на стене за её спиной. Она вздохнула и медленно подтолкнула к нему стакан огневиски, выжидающе наблюдая за ним, делая при этом глоток чая. Он схватил стакан, глотнул виски и постарался не вздрогнуть, когда тот обжёг ему горло. Возможно его оцепенение сошло на нет, либо она начала приставать, когда он был ещё слишком трезв.

— Насколько я помню, — внезапно начала она, — ты неплохо разбирался в рунах, когда учился в Хогвартсе.

— Второй после тебя, — ответил он с горечью, которой от себя не ожидал.

Она задумчиво кивнула.

— Я не знаю, чем ты занимался в убежище Грюма, но здесь мы проводим много исследований…

— Я вижу.

— И у нас есть много текстов и старых рукописей по Темной Магии. Мы хотим быть готовыми к любым неизвестным и самым ужасным проклятиям, которые можем получить от Пожирателей Смерти. Также тут есть тексты о крестражах, большинство из которых зашифрованы.

Он приподнял бровь.

— Давай ближе к делу.

— Я собиралась спросить, не хочешь ли ты помочь мне завтра расшифровать одну книгу о крестражах. У меня проблемы с несколькими отрывками…

— То есть ты просишь моей помощи?

— Я прошу твоего участия, — сказала она, проницательно глядя на Драко. — Это лучше, чем сидеть без дела.

Он смотрел на нее настороженным взглядом, постукивая пальцем по стакану и надеясь, что этот звук немного её рассердит, но её лицо оставалось непроницаемым.

— Я бы предпочёл проводить время на тренировках, а не копаться в книгах.

— Ты же знаешь, что мы тренируемся здесь более, чем достаточно. По семь часов в день, если ты не считал…

— Что ж, тогда я бы предпочел делать это по десять часов в день, если альтернативой будет чтение бессмысленных древних книг.

Гермиона поджала губы и пожала плечами. Поднявшись со своего стула, она быстро наложила Экскуро на свою кружку и вернула её обратно в шкаф.

— Если это твое окончательное решение, то я не могу его изменить, – сказала она, выходя из комнаты, но замешкалась у двери. — Если вдруг ты передумаешь…

— И не собираюсь…

— Предложение все же остаётся в силе. Спокойной ночи, Малфой.

Он закатывает глаза, когда за ней закрывается дверь, осознавая, что на этот раз она — та, кто уходит. Драко хмурится, глядя на пустой стакан. Наливая еще, он ставит его обратно на стол. В этот раз виски не даёт ему приятного расслабления и спокойствия, к которому он так привык.

Он винит в этом Грейнджер.

•••

Что-то сбило его с ног. Взрывом Малфой был отброшен вперед, приземлившись в лужу на расстоянии нескольких ярдов от своего места.