Читаем Радость моя онлайн бесплатно

В последней из молитв, читаемых священником в начале вечерни, из так называемых светильничьих, Святая Церковь просит Бога даровать нам, чтобы мы "и на ложах наших умиляющеся, поминали и в нощи имя Его". Из этого, как видите, открывается для нас то, что мы должны не всю ночь предаваться сну, но часть ночи бодрствовать и молиться Богу.

      Но почему же это именно так? Почему и часть ночи должна быть нами посвящаема Богу? Почему и ночью молиться должны мы?

      Во-первых, потому что Господь возлюбил ночное время и Сам поучает нас ночной молитве. Ночью Он родился, в ночное время любил уединяться для молитвенных бесед с Богом Отцом Своим, когда было еще темно (Ин. 20,1), последовало и преславное Его Воскресение. И, наконец, Сам же Он говорит: Что вы спите? встаньте и молитесь, чтобы не впасть в искушение (Лк. 22,46).

      Во-вторых, часть ночи мы должны посвящать Богу потому, что так поступать учат нас святые отцы. Свт. Иоанн Златоуст говорит: "Не для того дана нам ночь, чтобы мы только спали... но должно разделить ее на две части: одну на дело, а другую на покой... И вы вставайте ночью и прежде всех дел сотворите Богу молитву, чтобы Он милость Свою подал вам" (из Пролога на 12 апреля).

      И прп. Ефрем Сирин учит: "Не почитай для себя приобретением сон и телесное упокоение; приобретение же и упокоение для человека – непрестанно принуждать себя к делу Господню. Итак, будем принуждать себя, возлюбленные, чтобы Господь, придя, нашел нас бодрствующими и сподобил блаженства Своего, ибо Сам Он сказал: Блаженны рабы те, которых господин, придя, найдет бодрствующими (Лк. 12,37).

      В-третьих, должны мы предаваться ночному бодрствованию и молитве потому, что они могут низвести на нас великие милости Божии. Так бодрствовал Самуил, неоднократно званный, ни однажды не обленился он встать, хотя был еще отроком, и за это удостоился беседы с Богом, соделался исполнителем воли Его и великим пророком.

      Утруждался Давид: Утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу (Пс. 6,7). И вследствие сего услышал Господь глас плача его, услышал моление его и молитву его приял (см: Пс. 6,9-10). Наконец, не спали в ночь Рождества Христова пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего... И сказал им Ангел: не бойтесь, я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь (Лк. 2,8-11).

      В заключение скажем, что бодрствовать и молиться в ночное время мы должны и в подражание святым, которые в этом случае представляют иногда примеры поразительные. Вот что, например, говорится о блаженном Серафиме Саровском. "Во всю жизнь свою он не переставал во всем покорять плоть свою духу и особенно подвизался против сна. Несмотря на преклонные лета и слабые силы, он спал иногда в сенях, а иногда в келии в таком положении: он сидел, прислонившись спиной к стене и протянувши ноги; иногда преклонял свою голову на камень или на деревянный обрубок, а то просто повергался на мешках с сухарями или кирпичах и поленьях, которые находились в его келий. Приближаясь же к последним минутам своего отшествия в вечность, он так усугубил подвиг свой против сна, что нельзя было без удивления и ужаса смотреть на подвижника: он становился на колени и спал ничком к полу, на локтях, поддерживая голову руками. Кровати же всю жизнь не имел. Время же, которое оставалось от занятий с приходящими, он проводил в молитве, и уже не столько за себя, а более за всех живых и умерших христиан".

      Итак, по примеру Самого Господа и по учению Его, а также по учению святых отцов и вследствие того, что ночные бодрствование и молитва низводят на человека великие милости Божии, и, наконец, по примеру угодников Божиих мы и сами должны поминать Господа на постели нашей (см.: Пс. 62,7) и на ночном ложе искать Его (см.: Песн. 3,1). Будем же поминать и будем искать Его. Пусть и в ночи сердце и ум наш бодрствуют и внимают тому, как сладкий глас Господа, зовущий к беседе с Ним, стучится в двери душ наших (см.: Песн. 5,2). Аминь.

      Как прежде апостолы говорили Господу: Научи нас молиться (Лк. 11,1), так и ныне многие из простецов вопрошают, как им молиться, какие молитвы читать. Они так говорят о себе: "Мы люди рабочие, больших церковных молитв читать не можем, потому что летом от зари до зари в поле, осенью – на гумне, а зимой – в извозе или на другой какой работе. Что же нам делать?"

      Что ответить таковым? И как разрешить недоумения их? Вот что решили мы сделать. Так как у блаженного Серафима Саровского мы нашли прекрасное решение упомянутых вопросов, так часто задаваемых простецами, то последних с их вопросами к святому старцу и отсылаем. Он лучше нас скажет им о том, как им молиться и какие молитвы читать.

      Слушайте же, простецы, что скажет вам святой подвижник Саровский. Вот что говорит он.

      "Восставше от сна, всякий должен оградить себя крестным знамением и, ставши на избранном месте, читать ту спасительную молитву, которую передал Сам Господь, то есть Отче наш до конца, трижды; потом трижды Богородице Дево, радуйся до конца и, наконец, единожды, Символ веры.

      Совершив это утреннее правило, всякий христианин пусть отходит на свое дело и, занимаясь дома или находясь в пути, должен читать тихо, про себя Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного. А если окружают его люди, тогда он, занимаясь делом, пусть только умом говорит: Господи, помилуй, и это продолжать до самого обеда. Перед обедом же совершает вышесказанное утреннее правило.

      После обеда, исполняя свое дело, всякий должен читать также тихо: Пресвятая Богородице, спаси мя грешного, и это продолжать до самой ночи.

      Когда же случится проводить время в уединении, тогда нужно читать: Господи Иисусе Христе, Богородицею помилуй мя грешного (или грешную), а ложась спать на ночь, всякий христианин должен повторить утреннее правило и после этого с крестным знамением пусть засыпает. Если христианин будет держаться этого малого правила, как спасительного якоря среди волн мирской суеты, со смирением исполняя его, то может достигнуть меры христианского совершенства и любви Божественной, потому что эти три молитвы суть основание христианства: первая, как слово Самого Господа и которую Он поставил в образец всех молитв; вторая принесена с Неба Архангелом в приветствие Пресвятой Деве, Матери Господа; третья же заключает в себе все догматы христианской веры".

      Вот вам, простецы, ответы на вопросы ваши, как вам молиться и какие молитвы читать. Из вышеприведенных слов блаженного старца вы, конечно, убедиться должны в том, что по вашему положению никаких продолжительных или неудобопонятных для вас молитв от вас не требуется, а предлагается вам читать лишь молитвы краткие, но вместе с тем важнейшие из всех молитв, и молитвы самые поучительные также из всех и умилительные, а вместе и утешительные.

      В самом деле, что может быть поучительнее, например, молитвы Господней? В немногих словах в ней изложены все прошения, с которыми христианин может и должен обращаться к своему Небесному Отцу. Молитва Господи, помилуй должна быть самой умилительной для ищущего помилования грешника. А молитва Богородице Дево, радуйся должна быть и самой утешительной для нас, как весть с Неба о рождении Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Ввиду всего этого довольно будет с вас и того, если вы будете молиться, как указал вам старец, и читать только молитвы, предложенные им. Кратки они и немного их, но и они, как вы слышали, могут довести вас до меры христианского совершенства и любви Божественной, чего достигнуть и да сподобит всех вас Господь по неизреченному милосердию Своему. Аминь.

      Есть люди, которые не причащаются Святых Тайн потому, что считают себя недостойными. Как смотреть на это? По нашему мнению, нужно смотреть так: когда люди осознают свое недостоинство, это хорошо; если они, при сознании своего недостоинства, не причащаются еще и потому, что приступать к Причащению им не позволяет отец духовный, это также хорошо. Но если такие люди отлучают себя от Святого Причащения самовольно, то последнего одобрить нельзя, потому что как бы кто ни рассуждал, а без Причащения Святых Тайн человек не спасется. Сам Господь сказал: Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни (Ин. 6,53).

      Да, не причащающихся Святых Тайн самовольно одобрить нельзя, и на это мы представим и еще доказательство. Один из учеников блаженного старца Серафима Саровского передает о себе следующее. "Я, – говорит он, – по благословению отца Серафима, приобщался Пречистых Тайн во все двунадесятые праздники. Накануне этого должен был вкушать только однажды, и то с воздержанием, в прочие же дни я употреблял пищу дважды в день, вместе с братией.

      Однажды накануне двунадесятого праздника, после ранней обедни, я напился чаю и съел просфору; когда все пошли к трапезе, и я пошел туда же и там вкусил пищу. После же вечерни зашел ко мне один гость и я, угощая его братскою пищей, еще вкусил с ним вместе. После этого мне вдруг припомнилось, что настоящий день был накануне двунадесятого праздника и что я должен причащаться Святых Христовых Тайн, а потому и вкушать пищу должен только один раз в день. Тут я начал падать духом и чем более думал, тем более отчаивался.

      Тьма ужасающих мыслей одна за другой теснились в голове моей... Мне представлялось, что если я дерзну приступить к Священной Трапезе, то Господь поразит меня смертью. Однако, несмотря на эту мысленную борьбу, я всячески старался преодолевать ее, чтобы не лишить себя Святыни, и, готовясь, прочитал правило, потом исповедался. Но хотя отец духовный и разрешил меня сказав, чтобы я приступил к Святым Тайнам без всякого смущения, ибо заслуги Господа нашего Иисуса Христа разрешают все грехи наши, однако я не успокоился духом. Враг не хотел оставить видимую добычу и всячески старался удалить мою душу от соединения со Сладчайшим Иисусом.

      На другой день во время Литургии он напал на меня с теми же убийственными мыслями и в гораздо сильнейшей степени. А когда я надел, по благословению служащего иерея, стихарь, в котором обыкновенно причащался Святых Тайн, мои мучения дошли до крайности. Вместо упования на заслуги Христа Спасителя, покрывающие все согрешения, мне представилось, что по суду Божию за мое недостоинство и презрение заповеди старческой я буду или сожжен огнем, или живой поглощен землею на виду у всех предстоящих в храме, как только приступлю к Святой Чаше.

      Уже я весь горел адским огнем и видимо погибал в отчаянии, но в этот самый миг какое-то неизъяснимое влечение позвало меня в священный алтарь, и я без всякого рассуждения последовал туда, как бы на призыв моего Ангела хранителя, по молитвам отца Серафима.

      Это была та самая минута, когда старец только что приобщился Святых Тайн, а служащий иерей готовился отверзать Царские врата. Я взглянул на отца Серафима и увидел, что он сделал мне знак рукою.

      Со страхом и благоговением обошел я священный престол и пал в ноги отцу Серафиму. Старец поднял меня, облобызал и сказал: "Если бы мы океан наполнили нашими слезами, то и тогда не могли бы удовлетворить Господа за то, что Он изливает на нас туне, питая нас Пречистою Своею Плотию и Кровию, которые нас омывают, очищают, оживотворяют и воскрешают. Итак, приступи без сомнения и не смущайся; только веруй, что это есть истинные Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, которые даются во исцеление всех наших грехов".

      Я снова пал в ноги старцу, облобызал его руки и вышел из алтаря в восторге и ужасе от неизреченной милости Господней, показавшей мне в отце Серафиме такой дар прозорливости и духа премудрости. И по молитвам его, я сподобился в этот раз приобщиться Пречистых Тайн в такой радости и восторге и с такой верою и любовью, с какими я, по мнению моему, никогда не приобщался.

      Итак, тех, которые самовольно отлучают себя от Причащения Святых Тайн, считая себя недостойными принять их, подлинно, одобрить нельзя, ибо враг нашего спасения внушает часто таким людям удаляться от Причащения, как и испытал это на себе вышеупомянутый ученик старца.

      "Враг, – говорит он, – всячески старался удалить мою душу от соединения со Сладчайшим Иисусом... Враг напал на меня с теми же убийственными мыслями на другой день".