Читаем Путник. Вселенная (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Тщательно подготовленная экспедиция землян за пределы Солнечной системы на новейшем корабле на гране срыва. Корабль атакован, повреждён и на планету высаживается всего один человек – Сергей Волк. Ему предстоит решить задачу со многими неизвестными, чтобы послать информацию о первом полёте в межзвёздное пространство на опытном, по сути, корабле. Но сначала нужно выжить среди инопланетян, у которых и своих проблем хватает. Нужно снова искать друзей, нужно кому-то доверять, иначе просто ничего не получится.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79

Глава 80

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89

Глава 90

Глава 91

Глава 92

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96

Эпилог

Термины, имена.

Глава 1

Не-е-е-т! Нет, сволочь! Не делай этого… не смей! Джон, я лучше это… Джон, дорогой… верни меня назад… зачем ты так? – из груди Сергея вырвалось утробное рычание. От избытка чувств он влепил кулаком по ни в чём не повинному креслу, и застыл в нём, сжав губы и вцепившись в подлокотники – сделать он ничего не мог.

Ускорение закончилось, и к горлу подкатил тяжёлый ком, перекрыв выход, готовым вырваться ругательствам. Предстоял манёвр, и Сергей зафиксировался в кресле-ложементе. Сделал он это привычно и быстро, попутно подавив первую, острую реакцию на невесомость.

«Ну, ничего. Сейчас блок-модулю понадобится несколько секунд, чтобы сориентироваться и можно будет попытаться вернуться, обманув компьютер».

Сергей расслабился и уставился на экран – робот будет предлагать место посадки, и он рассчитывал отказаться от посадки на планету, тогда машина поневоле должна или предложить остаться на орбите до принятия решения, либо предложить посадку на ближайшее небесное тело, находящееся в зоне досягаемости. Ближайшее «тело» – корабль. Замелькали кадры с дополнительной информацией – большой палец правой руки торопливо нажимал кнопку на подлокотнике – дальше, дальше…

«Чёрт, это не список мест аварийной посадки, а прямо каталог туристического бюро!»

Клавиатурой под левой рукой Волк торопливо пытался выяснить, что твориться в околопланетном пространстве, но компьютер, похоже, не собирался прерывать свою рекламную кампанию. Оставалось, сцепив зубы, ждать окончания шоу.

Конец пришёл быстро, но не тот, которого хотелось бы. Блок-модуль тряхнуло несколько раз подряд… очень ощутимо тряхнуло. Главный экран информатора задумчиво мигнул и выдал список неисправностей, который единственный пассажир успешно проигнорировал – сигналов тревоги нет, следовательно – ничего серьёзного. Сергею важнее было знать поведение «чужака» и состояние «Путника», но чёртова машина считала эту информацию недостойной своего внимания…

От очередного удара, последовавшего после паузы, у Сергея лязгнули зубы, а следующий отправил Волка в нокдаун. Вдавленный в кресло совершенно чумной перегрузкой, он не мог даже вдохнуть, не то чтобы пошевелиться. Кресло изменило форму, отработали регуляторы фиксации… время исчезло, выдавленное перегрузкой.

Тяжесть исчезла стремительно, как и появилась, уступив место вибрации и постепенно ускоряющемуся вращению.

«Ничего себе – просто комплексный тренажёр какой-то!» – Сергея немного мутило от всех этих экстремумов, но контроля он пока не терял. В ушах стоял непонятный визгливый вой. Что-то сломалось или это было от перегрузки… Сквозь подступившую темноту в глазах и голубые искры Волк разглядел экран. Информатор продолжал выдавать информацию, но прочитать её Сергею было уже сложно. Ясно было одно – блок-модуль серьёзно повреждён – по периметру экрана тревожно вспыхивала красная рамка.

Пришла в голову мысль, что блок-модуль мог быть повреждён обломками «Путника». Собственно, других версий быть просто не могло – Джон отстрелил блок-модуль Сергея именно потому, что «Путник» был атакован «чужаком» и атакован серьёзными средствами. Повреждения были очень сильными – не стал бы Смит без критической необходимости отстреливать в спасательном модуле одного из лучших операторов бортового оружия. Мало того, учитывая время, которое прошло с момента отстрела, повреждения должны были быть просто убийственными для корабля!

Растерянность вышла из Сергея, выдавленная адреналином:

«Беда… это беда!»

Информация была нужна любой ценой. Машина уже должна была закончить диагностику и можно было пойти на крайнюю меру – в особом режиме отнять у неё функции контроля за полётом и сделать попытку осмотреться самому. Правда при этом возникали определённые сложности: во-первых, швартоваться в ручном режиме к маневрирующему кораблю нечего было и думать; во-вторых, повторный запуск компьютера требовал некоторого времени… Мелочи! Сергей открыл было рот, но тут же и закрыл. Он не погасил марку информатора, и компьютер понял, что пассажир не считал информацию с экрана. Сработал переход на речевой режим. Меньше чем через минуту Сергей покрылся холодным потом. Стало совершенно очевидным, что отнять функции управления у автомата, значило в рекордно короткий срок стать хорошо информированным космическим мусором. Оставалось сидеть и ждать пока блок-модуль спасёт свой баламутный груз.

Погасло освещение каюты и все экраны информатора – осталось только автономное точечное освещение. Беспорядочное выматывающее вращение модуля прекратилось, хотя он продолжал время от времени дрожать мелкой дрожью, словно живой… А компьютер красивым бесстрастным женским голосом с изуверской методичностью талдычил о том, что он предпринимает. Так электронные мозги отреагировали на недавние упрямые попытки пассажира взять дело в свои руки. Список отключённых систем рос, как на дрожжах. Сергею становилось всё грустнее, но самое большое впечатление на него произвело сообщение о том, что система регенерации воздуха задействована только на десять процентов своих возможностей… стало не только грустно, но и душно. И всё же паршивее всего было то, что Сергей решительно не мог ничего предпринять.

Сердце рухнуло со своего насиженного места куда-то в область живота с той же скоростью, с которой блок-модуль осуществлял свой последний панический манёвр. Снова появилась и даже усилилась вибрация, появились совершенно бестолковые перегрузки, красивый бесстрастный женский голос умолк на середине слова.

Подробности спуска с орбиты, словно раскалённые шары страха наваливались на сознание, обжигали и уносились куда-то в прошлое, оставляя после себя суетливое словечко – «пронесло…» Сколько это продолжалось, мог бы сказать компьютер в режиме бортового журнала, но Сергей никогда этим так и не поинтересовался. Он даже не пытался восстановить в памяти, как это было… воспоминания приходили сами – ночью, яркие и чёткие. Приходили, заставляя просыпаться от гулких ударов собственного сердца и боли в сжатых зубах.

Он не сразу ещё понял, что спуск уже позади. Тишина воспринималась, как короткий перерыв между новыми ударами, вибрацией, перегрузкой, а когда осознал, что чудо всё-таки случилось и не нужно больше ждать конца, то не обрадовался и даже не удивился. Понадобилось усилие воли, чтобы освободить тело от страшного внутреннего напряжения. Он расслабил ладони, едва не раздавившие подлокотники кресла. Из груди, на выдохе вырвался стон, и пришло настоящее свободное дыхание. Кресло тоже ожило, тихо зажужжало, принимая привычную форму…

Опустошение. В груди ещё держалась тяжёлая тупая боль. Ни слов, ни мыслей. Только ощущение собственного тела и смертельная усталость.

Сквозь оцепенение до сознания доходили негромкие звуки – началось самовосстановление блок-модуля. К сожалению, его возможности в этом деле были далеко не безграничны. Ожил один из экранов – это оказалась общая информация о планете, точнее о состоянии окружающей среды. Сергей попытался сосредоточиться. Данные были для удобства сопоставлены с земными. Давление чуть больше, сила тяжести на уровне или чуть меньше, кислород чуть меньше, углекислый газ чуть меньше, азот чуть больше… почти идеально. Уж точно – скафандр не нужен. Жаль, что в реальности всё было намного сложнее – жизнь здесь буквально кишмя кишела, и организм земного человека должен был к ней адаптирован. РИМ давал на это неделю, точнее – 182 часа.

«Всё равно – торопиться теперь, похоже, некуда… хотя…»

- Как связь? – просипел пассажир.

- Аварийный сигнал на Землю отправлен быть не мо…

- Это я без тебя знаю, связь с кораблём?

- Связь с кораблём невозможна ввиду повреждения наружных элементов системы…

- Так восстанови их.

- В настоящий момент ограниченное количество энергии не позволяет параллельно восстанавливать системы жизнеобеспечения и связи.

- Тогда сначала связь. Можешь использовать аварийный конденсор, расконсервируй тяжёлый скафандр и используй его энергию. Мне нужна связь!.. Чёрт…

- Принято к выполнению. Прошу занять место в РИМе для адаптации согласно протоколу для выхода по первой степени.

- Ладно, сейчас… ох…

Все или почти все летуны Земли обращались с гомонизированными компьютерами вежливо, хотя и понимали бессмысленность этого. Сергея подобные излишества возмущали и, хотя он старался держать своё мнение при себе, но считал подобное поведение слабостью и суеверием. Сейчас, когда он, кряхтя, занимал место в РИМе для прохождения десантного выхода с первой степенью защиты, у него впервые появилась мысль сказать компьютеру пару слов благодарности за спасённую жизнь. Мысль была навязчивой до занудности. Он, наконец, понял, откуда пошла эта нелепая традиция и даже почувствовал что-то вроде стыда перед бездушным агрегатом. Волк мысленно обругал самого себя за нелогичность, непоследовательность, слюнтяйство и прочее, потом подумал, что о глубинах мыслительных процессов компьютеров высших порядков даже сами создатели не рисковали рассуждать уверенно, ... затем снова принялся за самобичевание… затем…

Конец душевным мукам положила сама машина.

- Внимание. – Голос внутри колпака РИМа прозвучал глуше, мягче и вроде даже не так бездушно. – Связь с кораблём восстановлена. Связь неустойчива ввиду повреждений в системах абонента. Видеосигнал отсутствует. Переключаю.

- «Путник» вызывает Волка. – Голос Эдит был слабым, временами пропадающим совсем – Сергей, ты слышишь меня?

- Слышу, но связь плохая.

- Отлично… хорошо, что ты жив. В каком ты состоянии? Телеметрия отсутствует полностью.

- Я цел и вроде здоров, валяюсь в РИМе, готовлюсь к выходу по первой степени. Модуль сильно повреждён. Сигнал на Землю послать не могу. Как вы?

Сергей говорил предельно кратко, уже поняв, что времени у них – в обрез.

- У нас плохо. Атакованы «чужаком». Причина непонятна. У нас сильные повреждения. Главной рубки нет вообще, оставшиеся блок-модули повреждены. Оба десантных катера тоже. Ремонт невозможен. Серёжа, у нас потери. – Голос Эдит задрожал, но она справилась. – Погибли Джон Смит, Тор Салох, Мира… ох… Вова… Вова жив, но … я отправила его в анабиозную камеру. Линда и Лика пострадали меньше, но их – тоже. Сильно ранен Чак, но он на ногах – сейчас пытается восстановить герметичность контура и энергетику изнутри. Он в лёгком скафандре работает в трубе. Умер и Саманта в тяжёлых скафандрах работают снаружи… они уже час там. Если у них получится, то мы сможем оставить одного человека для контроля пространства и работы энергетики. Возможно, сможем оставить двоих. Для остальных я готовлю анабиозные камеры. Команду принял Умер. Он велел тебе передать… так. «Чужак» уничтожен, взорвался, но от него незадолго до взрыва отделился какой-то объект. Может спасательная капсула, может – бот. Он направился на планету. Будь осторожен. Твоя задача: первое – найди свой дубль – он мог пострадать меньше. Второе – задачи экспедиции остаются в силе – постарайся побольше узнать о планете. Главное – останься жив. Сергей, мы – первые. Поэтому исчезнуть просто не имеем права. Поэтому сверхзадача – послать информацию, а не просто аварийный сигнал. Оставь на трое суток открытый канал. До свиданья, Серёжа. Конец связи.

- Принято. Приступаю к выполнению.

Сергей вздохнул. Теперь у него есть кое-какая информация. Можно восстановить события.

«Итак. Мы приближаемся к планете, получаем подтверждение характеристик. Они оказываются очень сходными с земными. Повышаем внимание. Во время выхода на орбиту обнаруживаем след «чужака». В зоне наблюдения его нет. Наше с Берном дежурство заканчивается, и мы отдаём рубку Смиту и Тору. Понятно, что они принимают решение о коррекции орбиты для сближения с «чужаком». В результате манёвра «чужак» оказывается в зоне видимости. Они убеждаются, что «чужак» действительно является кораблём. Они сообщают об этом экипажу. Я пытаюсь получить разрешение вернуться в рубку. Смит в соответствии с уставом посылает меня … отдыхать. Вероятно, что Берн всё же разрешение получил, или покинул модуль без разрешения. Иначе, как объяснить, что его модуль оказался пустым?

Смит пытается вступить в контакт с «чужаком», но тот неожиданно нас атакует. Первый залп корабль выдерживает. Я вскакиваю с постели, одеваюсь, но Смит отстреливает нашу с Вовой пару блок-модулей. Видимо он сразу понял, что второго залпа нам уже не пережить. Он отправляет Тора в боевое отделение… так. Видимо и Берна тоже, или он сам туда отправился после залпа. Почему? Это ясно – он второй пилот. А почему Смит отстрелил только нашу пару? Потому что просто не успел – ударил второй залп. Хотя, нет – второй повредил мой блок-модуль… или это был – третий?