Читаем Путь тьмы (СИ) онлайн бесплатно
Маркиз Ванф Ризем уверенно вел своего грифона к намеченной цели. После смерти отца он унаследовал титул, з
Что ж, может быть, когда-нибудь Ванф и согласится.
Но не сейчас.
Одно дело управлять страной и нести за это ответственность — власть, обремененная кучей забот, правил и утомительных интриг. И совсем другое — руководить элитным отрядом корпуса магического противодействия. Влияния, конечно же, поменьше, но зато нет необходимости действовать с оглядкой на чье-либо мнение. Разве что только на совесть. Но с ней всегда можно договориться.
Ризем махнул рукой, привлекая внимание подчиненных, и жестами обозначил место посадки — приметную поляну возле излучины вытекавшей из леса реки. Кажется именно про нее говорил тот молодой холуй, что сперва указал место нападения некроманта, а потом объяснил где находится Лес Погибели.
Не то сын торговца, не то брат конюха — уже не спросить. Да и не важно это. Парень выпал из седла, как только перестал быть нужным, и превратился в кровавую лепешку на обочине похожей на узкую ленту дороги.
Естественно Ванф ему помог. Не хватало еще чтобы всякая чернь касалась его благородного Ястреба — грифона, подаренного лично новым королем Пантиока, Поврантом. Даже само общение с местным бароном (как там его? Ревилл?) заставило маркиза чувствовать себя испачкавшимся. Еще и сынок его — пьяница, увалень и трус — сбежал от какого-то замшелого повелителя смерти.
А еще называют себя аристократами. Да лакеи в замке Ризема одеваются лучше! Эти же наверняка спят в хлеву в обнимку с крестьянами и свиньями. Там им и место.
Приземлившись, Ванф потрепал благородное животное по клюву, затем оправил пластинчатый доспех, проверил легко ли выходит из ножен меч и удобно ли доставать из сумки магимуар. Все, как всегда, в полном порядке. Как и другое приточенное к седлу оружие и многочисленные амулеты, призванные защитить владельца от вражеской магии.
Маркиз не планировал задерживаться в этой дыре надолго. После исчезновения отряда графа Калтера, который отправился в погоню за нелегалкой, пытавшейся вместе с друзьями сорвать ракатош, репутация корпуса заметно пошатнулась. Хотя помощь в последующих событиях и вернула магам боевую славу, но позорное пятно поражения навсегда осталось грязной кляксой в истории организации.
А еще и этот кфханов приказ о расширенном приеме в Академию! Туда же теперь чуть ли ни всех без разбора берут, если им хватает маны всего на пару огненных шаров. Нет, в королевствах, конечно, последнее время творится Лаод ведает что, но обучать простолюдин магии…
Ризем раздраженно скрипнул зубами.
Впрочем, он знал как поднять себе настроение. На обратном пути можно снова заглянуть к Ревиллу и вдоволь позабавить с его женушкой. Просто удивительно, что в подобном захолустье водятся женщины с такой выдающейся… внешностью. А потом спалить там все к мерфаловой бабушке и объявить, что барон продался темным силам. Или демонам. Проверять никто не станет.
Да, определенно, так и надо поступить.
Вот ради подобных маленьких радостей Ванф и продолжал тянуть лямку в корпусе. Пусть власти и поменьше, чем на троне, но зато никто не стоит над душой и не дышит в спину. Красота!
— Ваше Сиятельство, мы готовы выступать. — отрапортовал один из людей Ризема, облаченный в точно такой же доспех, разве что чуть более потертый. — Только у Санкора живот крутит.
— Я говорил не жрать в той помойке. — брезгливо отмахнулся Ванф. — Лучше бы пайком обошелся. Пусть теперь терпит.
— Он говорит, это не от еды. Предчувствие плохое.
Маркиз задумался.
К предчувствию Санкора стоило отнестись серьезнее. Недавно он предупредил о скрывавшихся в деревне демонах, хотя, на первый взгляд, не один внешний признак об этом не говорил. И не заподозришь, что клятые твари только и ждут момента, чтобы разорвать тебя в клочья. Весьма полезный навык. Не был бы тот всего лишь бароном, Ризем всерьез задумался бы отдать за него свою сестру. А так…
— Используйте заклинания обнаружения нежити. — распорядился Ванф. — В конце концов, некроманта ищем.
Маркиз окинул взглядом подчиненных. Не считая Санкора, остальные расслабленно озирались вокруг. Команда подстать лидеру. Наверняка тоже уже планировали, как будут развлекаться на обратном пути. Последнее время они позволяли себе все больше и буквально пьянели от вседозволенности. Ризем их прекрасно понимал и поддерживал.
Отогнав приятное предвкушение, Ванф самодовольно хмыкнул и добавил:
— Артефакт тот тоже достань. Зря что ли таскали.
— Который Гамонан дал перед вылетом?
— А у тебя другой есть? — раздраженно бросил маркиз, нахмурив брови. Что-то в окружающей обстановке его определенно нервировало.
— Нет, Ваше Сиятельство, но…
— Если это опять будет нерабочая рухлядь, — перебил мага Ризем, — я заставлю тупого дварфа сожрать свою бороду, а потом засуну ему артефакт туда, куда еще не проникал луч солнца. Посмотрим — может так его изделия будут работать лучше.
Подчиненный отдал честь и отправился к расплывшимся в довольных улыбках соратникам. Ванф же почесал начавшую зарастать щетиной щеку, скрестил руки на груди и уставился на раскинувшийся перед ним неровный строй деревьев.
Лес Погибели. Что за дурацкое название? Наверняка какого-нибудь неудачливого охотника медведь задрал, а челядь решила, что там завелась нежить. Еще и проклятье страшное, небось, придумали в придачу. Мол кто туда на третью ночь после после полной луны зайдет, у того задница на голове вырастет, и срать потом неудобно будет.
Маркиз пренебрежительно сплюнул, и ленивый поток понес его слюни в дар живущим ниже по течению беднякам. Пусть порадуются.
Впрочем…
Ризем, наконец, понял, что настойчиво теребило его сознание с момента приземления. Несмотря на кристально чистую речную воду, за все это время в ней не мелькнуло ни единой рыбешки. И ладно окунь там или щука — даже вездесущие пескари, и те не скользили вдоль поверхности, выискивая случайно свалившуюся на обед муху.
Да и сами мухи, в свою очередь, куда-то запропастились.
Ванф прислушался.
Ни стрекота кузнечиков, ни пения птиц. Лишь тихое журчание безымянной реки и мерный шелест ветра, упрямо гнущего не желающую стелиться траву.
Лес тоже стал выглядеть как-то по-другому. Угрюмо, мрачно, давяще. Словно древнее затаившееся чудовище, желающее наброситься и сожрать зазевавшегося путника. Вроде обычные сосны, дубы, ели, но, в то же время, они будто надвигались, нависая подобно палачу над приговоренным к смерти преступником.
Вот только в роли преступника выступал отряд Ризема.
Мотнув головой, Ванф отогнал внезапное наваждение и, бросив короткий взгляд на вновь ставший обычным лес, приказал выдвигаться.
Уничтожить некроманта и вернуться с победой. Что может быть проще?
Никаниэль очнулся рывком. Словно его выдернули из-под воды, когда воздух в легких уже практически закончился.
Заснул! Потерял бдительность!
Мрак подземелий Дварфгона подобного не прощает.
Ник перекатился в сторону, уходя от возможной опасности. Может быть прямо в эту секунду очередной монстр собирался полакомиться беззащитным эльфом. Выпустившей когти рысью оскалился Зверь, поселившийся в разуме принца. Беспощадное животное, сосредоточие инстинктов и ярости — без него Никаниэль не выжил бы в вечной тьме туннелей и пещер.
Никто бы не выжил.
Ник слепо зашарил руками в поисках Люминистилла, но его рядом не было.
Холодный пот мгновенно покрыл тело принца липкой испариной.
Остался без оружия. Без единственной надежды на спасение…
Зверь грозно зашипел и выгнул спину.
Нет! Пусть с одними ногтями и зубами, но Никаниэль не сдастся! Он голыми руками будет рвать монстров, но пробьет себе путь на поверхность!
Внезапно, словно по щелчку пальцев, на Ника обрушился целый водопад новых ощущений.
Мягкий ворсистый пол под ладонями, запах жженого масла и пряностей, непривычно сухой, горячий воздух, яркий свет. Свет! Кфхан побери, неужели бывает столько света?
И мана.
Вокруг плескалось целое море силы. Она кружилась, собиралась в вихри и водовороты, нежно ласкала кожу и совсем не планировала исчезать. Наоборот — будто тянулась к изголодавшемуся принцу, даруя всю себя без остатка.
Никаниэль ощупал шею. Негатор пропал. Остались лишь загрубевшие мозоли, натертые шершавым металлом ошейника.
Да. Он вспомнил.
Гигантский кавиалит, перекрывавший путь на поверхность, огненный шар, небо, яркие искорки звезд. Ветер, принесший запах свободы, бескрайний океан песка, гослопах, Элельен.
Ник нахмурился.
Определенно там никак не могло быть Элельен. Сейчас он это понимал. Но тогда…
Кажется, он сделал какую-то глупость.
Второй огненный шар, сотворенный из жалких остатков маны. Ее не хватило бы даже на блеклого светляка. Принц досуха выжал магические каналы и даже умудрился использовать некроэнергию, каким-то образом смешав ее… с собственными жизненными силами? По ощущениям выходило именно так.
Но тогда он должен был умереть. Об этом твердили как в школе Меча и Магии, так и ни раз у поминала Юлланай, предостерегая от неосмотрительного перенапряжения. Даже лишенный способности колдовать Малем, кажется, говорил о чем-то подобном.
Вот только Никаниэль определенно выжил.
Как?
Ник осмотрелся.
Он сидел на ковре из шкуры неизвестного зверя. Стены его комнаты сходились к потолку, образуя конус из плотной коричневой ткани. Неподалеку, мерцая, горелая тусклая масляная лампа, но отвыкшему от света принца ее умирающий огонек казался ярче полуденного солнца. Люминистилл покоился на расстоянии вытянутой руки.
Которых снова было две.
Правая — белая, как снег, тощая, с выступающими жилами. Покрытая мелкой вязью небоевых заклинаний и бесчисленным множеством наложившихся друг на друга шрамов.
И левая — мягкая, гладкая на ощупь, непривычно тяжелая. И при этом черная, словно искупавшийся в дегте уголь. Правда только до локтя. Там где Ника закончил жрать кавилит, проходила неровная волнистая полоса, соединявшая день и ночь, молоко и сажу, родное и непонятно откуда взявшееся.
Принц повращал запястьем, сжал кулак, пошевелил пальцами — все движения выполнялись естественно и без заминки. Разве что сил в новой конечности явно не доставало. Не похоже, чтобы с ее помощью можно было как прежде разрывать плоть подземных тварей или удерживать истекающую слюнями хищную пасть, пока мечом пластаешь подобравшегося с другой стороны врага.
Впрочем, грех жаловаться. Даже грабли или простой крюк были бы полезнее, чем совсем недавно торчавший из локтя светящийся кристалл.
Неожиданно полог шатра откинулся и внутрь шагнул чернокожий мужчина в просторных белых одеждах. Вернее хотел шагнуть. Потому что стоило лишь ткани начать движение, и тело Никаниэля среагировало быстрее, чем тот успел подумать.
Стремительнее броска кобры Ник метнулся к мечу, схватил его и направил на незнакомца. Тот даже дернулся не успел, как в грудь ему уперлось острие Люминистилла, а в лицо смотрел холодный прищур золотых глаз. И в них читалось лишь одно — гибель.
— Воу! Эй, парень, полегче. — обратился к принцу мужчина, поднимая руки вверх. Всего одну пару. Не варвар. Скорей всего, просто очень загорелый человек. — Ты говоришь на общем?
Бедолага похоже даже не подозревал, на каком тонком волоске висела его жизнь. Никаниэль едва успел остановить взявшего верх Зверя. Родившаяся в подземных туннелях сущность не знала пощады и не ведала о существовании союзников. Любой подобравшийся на расстояние удара должен тут же умереть. Немедленно. Закон выживания, написанный кровью.
Так думал Зверь. Но не Ник. Хотя и ему стоило немалых трудов вспомнить когда кто-либо не пытался его убить. Даже призванные им демоны в мгновение ока разорвали бы его в клочья, если бы не сдерживающая магия.
Кстати, принц же лишился Ш-обр
— Не говоришь? — уточнил мужчина. — А на криамо? — он произнес пару предложений на языке варваров. Никаниэль знал несколько слов после обучения Шазшаза-Тродияраша, но, конечно, для общения этого было не достаточно. — Прости, на эльфийском могу сказать только «Я заблудился» и «Не убивайте». Надеюсь эти фразы мне никогда не пригодятся.
Человек добродушно улыбнулся, всем своим видом демонстрируя мирные намерения. Выцветшие на солнце волосы, веселые глаза, обветренная кожа, отсутствие какого-либо видимого оружия — он явно не представлял опасности.
Или тщательно это изображал.
— Кто ты? Где я? — спросил Ник, делая пару шагов назад, но так и не опуская меч. Слова давались ему тяжело. Словно язык забыл как правильно поворачиваться, когда нужно заняться чем-то кроме рычания или проталкивания куска сырого мяса в глотку.
— О, так ты все-таки говоришь на общем. — мужчина зашел внутрь и невозмутимо сел, положив под зад пару обшитых по периметру подушек. — Выглядишь неважно. Есть хочешь?
— Где я? — с нажимом повторил принц, продолжая сверлить собеседника глазами.
— В запасном шатре Шазсапкатана. — ответил незнакомец, довольно быстро проиграв поединок взглядов. — Две ночи назад тебя приволокла девушка из этого племени. Вообще ты был мертв, как осенний лист, но она уговорила жрецов тебя спасти. Они могут. — мужчина неопределенно хмыкнул. — Рука у тебя, кстати, тоже ее. — добавил он, кивнув на обновленную конечность Никаниэля. — Сказала плата за жизнь.
Значит какая-то девушка все-таки была. Элельен привиделась Нику не на ровном месте. Хотя как можно спутать варваршу с эльфийкой… Не иначе какое-то помутнение рассудка.
А еще смерть. Вот уж она точно не померещилась. Принц хорошо помнил то леденящее чувство. Последнее, что он испытал перед тем, как сознание покинуло тело.
Значит действительно умер.
И ожил.
Опять.
В памяти невольно всплыло услышанное в Тике пророчество.
Под первую строчку, к сожалению, попадало чуть ли не каждое второе событие в жизни Никаниэля. Он постоянно что-то находил, и боги сразу у него это отнимали. Предметы, знания, друзей, свободу… Максимально расплывчатая формулировка. Такое можно сказать любому, и он сходу припомнит дюжину подтверждений правдивости предсказания.
Чего нельзя сказать о продолжении.
Своим мечом Ник пронзил уже много кого, он даже считать в какой-то момент перестал. Но под «всех верней» подходил разве что Садо. Да и то с существенной натяжкой. А вот смерть и последующее оживление с чем-либо спутать сложно.
